Что между нами, нам никто не скажет

Спустя неделю. Лос-Анджелес. Медицинский центр. 9:32 p.m

      На город опускалась ночь. Жара спадала, что не могло не радовать население штата. Больные в центре давно уже спали, но только в одной палате горел свет от настольной лампы. Девушка сидела и смотрела в темный экран телевизора. Она ждала друзей, которые собирают для нее вещи. Сегодня в ночь Клин должна незаметно покинуть пределы медицинского центра и въехать в новый дом, который выбрал для нее Николас.       Так быстро и однообразно пролетела неделя, в течение которой ее постоянными посетителями были родители. Они рассказывали красотке новости, интересующие ее. Неизвестный номер еще звонил несколько раз, но вновь Элена слышала пустую тишину. Пугало ли ее это? Конечно. Она много раз задумывалась над этим, но говорить кому-то не хотела. Особенно Нику, который все воспринимает в штыки.       Глухой стук в дверь и Клин переводит взгляд на звук. В щелке появился Тимур. На его лице была улыбка. Он сделал шаг вперед, и за ним она увидела Полину и Деметрию, которые помогут красотке одеться. Клин улыбнулась и проводила каждого взглядом. Тимур присел на кресло, а девушки подошли к ней. В руках каждой было по пакету. — Родители уже в доме. Ник с ними, поэтому я лучше выйду, а вы одевайтесь, — Тимур подмигнул и хотел выйти из палаты, как столкнулся с Эмбер, которая вышла на ночное дежурство и что-то принесла девушке. — Привет, Элена, — весело проговорила медсестра, — Рада, что скоро окажешься дома? — она присела рядом с подругами, и три пары глаз смотрели на Элену. — Скорее да. Мне нужна новая обстановка. Эти серые стены нагнетают на меня, — она слегка рассмеялась, — Давайте начнем? — они кивнули, и подруги стали доставать вещи из пакетов. — Элена, — сказала Эмбер, — До первой операции и после каждой, ты должна надевать этот корсет. Он будет держать твой позвоночник в правильном положении, не давая тебе сутулиться или нагибаться, чтобы болты правильно вросли в кости позвоночника. Но это после операций. А пока он просто тебе поможет избежать боль в спине. Попробуем? — Давай, — Полина зашторила панорамное окно палаты, чтобы ничей взгляд не заметил того, что будет происходить в этой комнате.       Аккуратно взяв девушку за руки, Эмбер слегка приподняла ее над спинкой кровати. Лицо Клин тут же отразило легкую искорку боли, которая пробежала по ее спине. Через несколько минут легкий корсет был на теле девушки, которая с легкостью выдохнула, почувствовав, что ей так намного лучше, а с шеи наконец-то был снят шейный корсет, который не давал ей поворачивать голову. — Как ты? Легче? — спросила медсестра, на что Клин кивнула. Эмбер завершила свои действия, застегнув спинной корсет на шее девушки, а после дотянулась до пачки, которую недавно приносила девушке, и взяла пару таблеток, — Выпей, — она протянула их и стакан воды Элене, — Тебе станет лучше, — и красотка ее слушается. — Спасибо, — поблагодарила ее Клин, — Показывайте, что вы там мне приготовили, — с неким азартом произнесла Элена.       Подруги достали одежду, которую купили в этот же день. Красотка рассмотрела выбор девушек. Перед ней были спортивные штаны, футболка, большая толстовка и кроссовки. Все было в непривычном цвете для нее. Белый. Чисто белый. Около часа потребовалось, чтобы все оказалось на Клин. Таблетки действовали, поэтому боли она практически не чувствовала. Закончив, подруги посадили ее на кровать, свесив ноги к полу. — Офигеть. Мы попали с образом, — сказала Деметрия и дала «пять» Полине, которая так же приходила в немалом шоке. Клин сидела и смотрела перед собой, иногда поглядывая на ноги, который как бы были, но в тоже время она их не чувствовала. — Я могу вас еще кое о чем попросить? — ее зеленые глаза были обращены на подруг, которые напряглись, а после неуверенно переглянулись и кивнули, — Сделайте мне что-нибудь на голове и на лице…пожалуйста. — Фух, конечно, — и подруги вновь принялись носиться перед Клин, которая ненавидела себя за такое обращение с друзьями. Постоянные приказы и просьбы, но понимала, что как только пройдет первая операция, она станет делать все сама. Она так думала… Через минут 30 волосы на голове девушки были красиво уложены, а на лице красовался легкий макияж. Неожиданный стук в дверь, и знакомый голос. — Девчонки, ну чего вы так долго? — произнес Тимур, как только зашел в палату. Он заметил, что девушка сидит на кровати, и с удивлением прошел внутрь и встал прямо перед ней. Элена подняла на него глаза, — Ну ни**я себе! Ой, простите, — выругнувшись, он приложил ладонь к губам, — Стоп. Замри, — достав телефон, друг сделал пару снимков. — И меня, и меня, — раздался голос подруг, которые тут же «облепили» хрупкую девушку. Когда они закончили, в палату вошла Эмбер, везя перед собой кресло. Тимур взял Клин на руки и аккуратно посадил в кресло и встал сзади около ручек. Пока подруги собирали вещи девушки, Элена разговаривала с медсестрой. — Звони мне, если у тебя что-то случиться. Если что-то заболит или просто встретиться, я всегда к тебе приеду, — говорила Эмбер, и девушка ее обняла, — Я пойду, меня сын ждет. Отец не смог его забрать, пришлось вести на работу, — и она собралась уходить, как ее остановила рука Элены. — Приведи его сюда и захвати ручку и листок, — Эмбер немного постояла, смотря на девушку, которая улыбалась, и ушла. Ожидая, когда медсестра вернется, Клин услышала мелодию своего телефона. — Элена, а чей это номер? — спросила Полина, держа смартфон в руках. Элена сглотнула и забегала глазами, в панике, чтобы придумать несуществующую теорию. — Это…это…это мама. Она просто свой старый номер разблокировала, и скорее всего, проверяет его. Давай я отвечу, — девушка протягивает мобильный и отходит, — Да, мам, привет, — отвечает на звонок. — … — удивлению парня на той стороне телефона не было предела, а девушка приложила руку к лицу, понимая, что ввела этого человека в ступор. — Да, хорошо. Мы скоро приедем домой. Не переживай со мной Тим и Полина, — Элена надеялась, что этот человек американец, и он не поймет русской речи. — … — после услышанного парень усмехнулся, но ему было интересно то, что ему рассказывает Клин. Но и одновременно злился, что она рассказывает это незнакомому человеку. — Хорошо, мам. До встречи. Люблю, — произнесла Элена и положила трубку, коря себя, что кому-то пришлось слышать это вранье.Убедившись, что ни у кого не возникает вопросов, она выдыхает, но страх внутри нее все больше растет. Элена решается написать сообщение этому абоненту и принести свои извинения, что он стал свидетелем лжи. «Извините, что вам пришлось это услышать / Sorry you had to hear that» — она быстро пробежала пальцами по клавиатуре и поспешно отправила сообщение, после чего положила телефон на колени. — Элена, пора, — сказал Тимур и стал вести ее вперед, но его остановил стук в дверь, и появление маленького мальчика и Эмбер. — Подожди немного, — сказала Элена и обратила внимание на мальчика, — Хэй, привет. Иди сюда, — она протянула руки вперед, и малыш сделал несколько шагов в ее сторону.       В течение нескольких минут девушка беседовала с малышом, который сидел у нее на коленках. Он очень стеснялся, поэтому вызывал у Элены улыбку. Картину со стороны наблюдали Полина и Деметрия, которые резко вспомнили одну новость доктора Конри, и улыбки умиления и восхищения выдержкой Клин тут же улетучились. Полина боялась, что если она узнает ее, то Элена замкнется в себе либо станет показывать свою бесчувственность и ненависть ко всему, что вокруг нее. Как-нибудь, Клин об этом расскажут друзья, но это будет еще не скоро, но то, что будет, никто не ожидал. — Милая, нас ждут уже дома. Ник в машине. Пойдем, пока путь свободен, — сказал Тимур и стал вести девушку вперед. Быстро попрощавшись с Эмбер и ее сыночком, Элена надела очки и накинула на себя черный плед, чтобы скрыться от любопытных глаз.       Спустившись на лифте на первый этаж, друзья «подвели» девушку к черному выходу, за дверью которого стояла машина Николаса. Она чувствовала себя некомфортно и непривычно. Это было такое новое чувство, от которого Элена хотела поскорее избавиться, но понимала, что оно еще долго присутствовать в ней.       Открыв дверь, подруги придержали ее, чтобы Тим и Клин смогли выехать. Красотка сильнее укуталась в плед и почувствовала, как калифорнийский воздух обдул ее лицо. Вдохнув полной грудью, она вспомнила знакомое дуновение ветра, когда стояла на заднем дворе своего дома, устремив взгляд на синие воды Тихого океана. Из воспоминаний ее вывел хлопок двери машины, из которой вышел Джонс. — Привет, милая, — с улыбкой сказал Ник, — Готова начать жить заново? — он присел на корточки и поравнялся с ее глазами, которые были спрятаны под черные очки. — Привет. Готова, — сдержанно произнесла Клин, и друг выпрямился. — Хорошо. Я возьму тебя на руки, если будет больно — говори сразу, — предупредил Николас и аккуратно просунул руку между спиной девушки и сидением кресла.       Через секунду она была на руках. Движения Джонса были плавными и нерезкими, будто в его руках ценный камень, который может в любой момент развалиться на тысячу мелких частиц. Тимур открыл дверь на заднее сидение, и брат аккуратно опустил ее на место и спрятал Элену за тонированным стеклом внедорожника.       Оказавшись за своей «защитой», девушка смотрела на аккуратный сад при медицинском центре. Ровные кусты и высокие деревья, под которыми были лавочки, чтобы пациенты могли наслаждаться красотой и вдыхать свежий воздух. Когда все сели в машину, Ник посмотрел на Клин через стекло заднего вида. Он давно не видел ее такой сосредоточенной и задумчивой. Каждый раз, когда девушка выглядела именно так, у него было желание влезть в ее голову и узнать, что у нее на уме: хорошее или плохое?       После аварии от нее можно ожидать чего угодно. Когда Клин сказала ему найти новый дом, это его озадачило. Он стал искать подвох, поэтому не спешил выполнять ее просьбу. Но буквально за два дня до выписки Элена надавила на него, и ему ничего не осталось, как согласиться с этим и начать искать подходящие варианты. Дом нашелся быстро. На небольшом склоне гор на продажу был выставлен не примечательный дом, который с первого взгляда не расскажет о благосостоянии своей хозяйки.       Небольшой бассейн вдоль края склона, ниже которого находились густые кроны деревьев, не позволяющие добраться вверх к дому посторонним и любопытным людям. Левее от бассейна расположилась небольшая беседка. С этого места открывался потрясающий вид на ночной город, огни которого превращались в кучу «звезд» на земле. Сам дом был из белого камня с минимальным количеством панорамных окон. Для удобства Клин дом имеет лишь один этаж, на котором все, что будет необходимо девушке: студия, кухня, 3 спальни, гардеробная и многое другое. Николас был уверен, что этот вариант придется Элене по вкусу.       Всю дорогу Ник не сводил с красотки взгляд, обеспокоенный ее состоянием. Она по-прежнему продолжала смотреть на проносившиеся здания, парки, вглядываться в лица прохожих через тонированное стекло. Сама же Клин с интересом и немалым любопытством рассматривала пролетающие мимо окрестности города, в надежде поскорее увидеть, что приготовил ей Николас. Она была уверена, что это будет что-то потрясающее и необычное.       Когда Ник выехал за пределы города, это не осталось без внимания Элены, у которой было огромное желание посмотреть на выполненную просьбу Джонса, который знал, что эта обстановка дома и вид из него как психологически, так и эмоционально будут воздействовать на Клин, заставляя ее встать и двигаться дальше. Машина стала подниматься вверх по дороге, ведущей по горе. К стеклу тут же прилипли подруги девушки, которые вглядывались в виды, открывающиеся с каждым метром высоты. Через минуту машина остановилась, и Джонс повернулся в сторону задних сидений. — Приехали, — проговорил он, — Выходим и любуемся красотой, — улыбнувшись, Николас выходит из машины, и его примеру следуют все, кроме Клин, которая осталась ждать помощь со стороны друзей. Открыв дверцу машины, Джонс вновь берет Элену на руки и сажает в коляску, которую помог разложить Тимур, — Родители уже внутри, и они ждут только тебя. — Я готова. Вези меня к ним, — строго сказала Клин, и брат развернул ее лицом к дому. Он не спешил ее вести вперед, давая возможность девушке разглядеть свое новое жилье снаружи. Около минуты они простояли так, и когда Николас хотел было тронуться, Клин прекратила это, положив руку на колесо кресла, — Погоди. Я еще не успела рассмотреть его.       Несколько минут девушка бегала взглядом по зданию и прилежащие к нему территории. Небольшие фонарики, воткнутые в землю вдоль тропинки, ведущей к входной двери, придавали дому загадочности и некой романтичности, поскольку были похожи на свечи, выложенные в определенной форме. В окнах горел свет, что говорило о присутствии близких в нем, которые жаждали встречи с Клин, не спешащей покидать прохладную улицу и прерывать любование красотой нового жилища. — Элена, становится холоднее. Пошли в дом, — настаивал Николас, и Клин быстро обвела взглядом «картину» перед собой, после чего убрала руку с колеса, давая Нику возможность отвезти ее внутрь.       Посильнее укутавшись в плед, который все еще находился на ее плечах, она чувствовала непонятное волнение. Почему? Скорее всего из-за новой обстановки, которую сама и просила создать, но сейчас ей страшно. В центре было все легко. Рядом были либо медсестра, либо врач, которые могли ей помочь. А что сейчас? Вокруг нее будут друзья, не знающие ее проблемы с медицинской точки зрения. Несомненно, они будут помогать, но лишь психологически. А что если что-то пойдет не так, и все выйдет из-под контроля?       Из этих нагнетающих мыслей ее вывел звук, раздающийся из-под колес. Опустив взгляд к себе под ноги, она увидела красивую дорожку, выложенную из плитки. Между каждым квадратиком тротуарной плитки выглядывала недавно скошенные верхушки зеленой травы. Подъехав к ступенькам перед входной дверью, Николас взял коляску с двух сторон и в одно движение переместил ее к двери. Она была рада, что он не сделал подъем. Это лишь ухудшило состояние и вид дома. Как только Джонс ввез ее в теплую прихожую, из гостиной показались родители. — Элена, мы вас заждались и стали уже придумывать себе, что что-то случилось, — взволнованно проговорила Ольга Аристарховна и присела на корточки перед Клин, которая сняла черные очки и скинула с плеч плед, — Ты очень красивая, милая, — с улыбкой сказала она и посмотрела ей в глаза, после чего перевела их на Николаса, который продолжал стоять за спиной девушки. — Николас, можно я отвезу ее в комнату? — парень кивнул и отошел от ручек коляски, — Ты не против, милая, если я встану за твоей спиной, чтобы отвезти тебя ко всем? — мама девушки была осторожной, боясь неожиданной резкости своей дочери. — Конечно, можно, мама, — с улыбкой сказала Элена, и женщина поднялась и обошла дочь, вставая позади нее и укладывая ладони на ручки кресла.       Небольшой толчок и она катит ее в гостиную, где все собрались лишь ради красотки, которая не упустила возможности и оглядывала помещение, понимая, что это то, о чем она лишь могла думать и предполагать, а Николас словно прочитал ее, как открытую книгу, и воплотил это в жизнь. Когда Ольга Аристарховна сделала несколько шагов и вошла в комнату, где за столом сидели лишь друзья и родители, из ее глаз стали течь слезы, увидев которые многие испуганно посмотрели на маму девушки. Миссис Клин приложила указательный палец к губам, будто говоря не обращать внимания на это. — Элена, ты замечательно выглядишь и наверняка чувствуешь себя потрясающе, — первым заговорил Николай Борисович, который обратил на себя внимание. — Спасибо. Да, чувствую себя хорошо. Обезболивающее действует, — она улыбалась, и всем казалось, что с ней действительно все в порядке, но это было далеко не так… — Элена, я пойду на кухню за горячим, — найдя в себе силы, проговорила миссис Клин, не показывая своих эмоций через голос. В след за ней встала Марина Петровна. — Милая, а я пойду помогу, — и улыбнувшись, удалилась за женщиной, которая включила воду на кухне, дабы никто не слышал ее всхлипы. Ольга Аристарховна впервые ощутила всю масштабность травмы дочери, и если даже маме стало нехорошо, как только она взялась за ручки кресла, то как это вынесет Клин?       Около 10 минут девушка разговаривал с близкими, в то время как ее мама тихо плакала на плече у Марины Петровны, которая всеми силами пыталась успокоить подругу. Только через какое-то время Ольга Аристарховна смогла остановить поток слез и вновь насытить взгляд теплом и любовью. Она не хотела, чтобы Элена видела слабость и боль по отношению в ней, ведь тогда девушка сможет потерять надежду в себя и просто опустит руки.       Просидев в дружном кругу два часа, все стали собирать спать. Друзья решили, что родители должны остаться в доме, а они сами поедут в старый дом Клин, который теперь будет пустовать. Перед своим уходом Ник провел небольшую экскурсию для девушки, которая пришла в еще больший восторг, когда увидела все помещения этого дома. Показав комнату Клин, Тимур и Николас помогли ей пересесть с коляски на кровать и позвали подруг, которые смыли с нее макияж и переодели в ночное белье.       Как только голова девушки коснулась подушки, она прикрыла глаза и стала погружаться в сон. Элена слышала, как подруги попрощались с ней и закрыли дверь в ее комнату. После их ухода Клин распахнула глаза и смотрела в потолок. Окна были зашторены, не давая возможности взглянуть на вид, открывающийся с спальни, но девушка была уверена, что он ничуть не хуже самого дома. Её веки с каждой секундой, в течение которой красотка разглядывала светлый потолок своей спальни, закрывались и принуждали Клин заснуть. Она понимала, что организм еще слаб, и не в силах ему больше противостоять, закрыла плотно веки и погрузилась в сон.

Москва. Раннее утро. Студия

— Хорошо, мам. До встречи. Люблю, — последняя фраза, после которой блондин слышит гудки в сотовом. Люблю. Она по-прежнему произносит это слово, как-то по особенному. Наполненная искренними чувствами и неподдельными эмоциями. Но все это адресовано не ему.       Отложив телефон в сторону, парень откидывается на спинку стула и заводит руки за голову. Свирепое дыхание. Он злится. Злится не на нее, а на себя. Переосмысливая все, что произошло с ним за месяц, Егор все больше соглашался со словами своих друзей о его бесчувственности, надменности и со всеми нелестными оскорблениями в его адрес. Закрыв глаза, Крид погрузился в мысли, которые были непосредственно связаны с девушкой, которая даже на расстоянии не оставляет его в покое.       Из некого транса его вывела вибрация телефона по столу. Нахмурившись, он оттолкнулся от спинки и принял сидячую позу. В следующую секунду его лицо отобразило удивление от того, что парень увидел в своем смартфоне. Усмехнувшись неожиданному сообщению от девушки, Егор кинул телефон на стол и вновь откинулся на спинку. Крид не планировал отвечать, ведь тогда Клин будет знать, что неизвестный абонент либо говорит на русском языке, либо он иностранец.       Блондина клонило в сон, поэтому он снова закрыл глаза и был готов провалиться в темную бездну, но его прервали. Без стука в студию влетает Марвин, который выглядел бодро, что говорило о его нормальном здоровом сне. К слову, Миша и Скруджи были единственными, кто продолжал контактировать с Кридом, чтобы не говорили другие коллеги по лейблу. Марвин считал глупым терять друга из-за девушки, которую он тоже всячески поддерживал и желал ей скорейшего выздоровления. — Здоров, брат, — оптимистично проговорил Миша, — Опять сидел всю ночь? — поинтересовался он, заранее зная ответ. Марвин присел на диван, поэтому Крид развернулся к нему на стуле. — А по мне не видно? — ухмыльнулся Егор и несколько раз зевнул, — Вижу, что ты выспался? — брюнет нахально улыбнулся и закивал, — Ну хоть кто-то в этом мире высыпается, — огорченно сказал блондин и развернулся к пульту. — Есть что-нибудь новенькое? — Миша встал и подошел к Криду, который показал рукой «ну такое», — Скорее всего ты бессмертный, раз не готовишься к приезду Тимана. — А он возвращается? — недоумевая, спросил Егор, ведь он предполагал, что начальник побудет у Клин подольше. — Да, через три дня. И как сказал Пашу, он готовит по-олный разнос всем, — с нотками опасения и тревоги произнес Марвин, — Пока главари были в отпуске, мы тут все, сам знаешь что, пинали. И настало время показать работу за этот небольшой отрезок времени, а у всех них** не готово. — Да ладно? Прям у всех? — Крид не мог поверить в это, но он знал, что некоторые наметки новой песни у него есть, и надеялся, что это удовлетворит Тимура Ильдаровича. — У Матвея что-то есть, а Скруджи все это время прогулял с Асей, — парень засмеялся, и Крид поддержал его улыбкой, — Ты правда какой-то другой? Что-то произошло? — Нет, все в порядке. Просто мне реально нужно выспаться, — Егор поднимается со стула и берет джинсовку с спинки и накидывает на себя, — Я поехал домой. Будут искать — мне не звонить, — строго проговорил он, — Давай, брат, — они обменялись рукопожатиями и вышли из студии.       Надев черные очки, чтобы спрятать синие круги под глазами, он спускается на первый этаж и выходит из офиса. Быстро находит машину и прыгает в нее, желая поскорее оказаться в мягкой постели своей квартиры. Выехав на московское шоссе, в голове парня крутилась мысль, объяснение которой он не мог придумать. Через три дня ждать Юнусова, но как же девушка справится без него. Что такого могло произойти, что он захотел приехать пораньше?       От одной догадки, что после отъезда Тимати, она останется на попечении у двуличного Джонса, Егор сильнее сжимал руль авто. Перед глазами сразу всплывает момент, когда он бил ему морду, узнав от Клин, что произошло. Даже сейчас Крид не мог сказать, что это было. Некое наваждение и страсть отбить у него все, что привязано к Клин, или простой эгоизм: мое, значит мое. Задумавшись, Булаткин вовремя очнулся и сумел нажать на тормоз. Еще секунда и он бы смял зад дешевой иномарки, которая остановилась на красный свет светофора.       Через час блондин подъезжал к дому. Он надеялся, что в квартире будет его девушка и хоть какая-то еда в холодильнике. Припарковав внедорожник, Егор проходит в подъезд и не забывает поздороваться с консьержкой, которая до сих пор была с ним недружелюбна. Далее привычный маршрут. Лифт. Несколько поворотов ключом в замке. Когда Егор закрыл за собой дверь, он прислушался, есть ли кто-то дома. Разувшись, Крид проходит внутрь и осматривает комнаты. Обойдя всю квартиру и не найдя признаков девушки, блондин заглядывает в спальню и видит брюнетку, которая видимо только проснулась и пролистывала ленту Инстаграмма. — Милый, ты уже пришел? — спросила Виктория очевидную вещь, — Так тихо, — она приподнялась и встала перед парнем, опершись коленями в мягкий матрас кровати, — Я знаю, чего ты хочешь, — разместив руки на его плечах, девушка стала тянутся к его губам. — Вик, единственное, что я сейчас хочу, так это нормально, по-человечески поесть и лечь спать, — немного грубо сказал Крид и стал убирать ее руки от себя. — Потерпишь, — не останавливалась брюнетка, погружая одну руку под футболку Егора, а другой в спешке расстегивала ремень его джинс. Парень не отстранял ее, но и не поддавался. Разрушить данную идиллию смог звонок телефона. Пытаясь сделать шаг, Булаткин хотел посмотреть, кто это? — Ты можешь выключить свой телефон?! Кто там тебе названивает? — Это родители, — он скинул ее руки и вышел из спальни, чтобы поговорить в абсолютной тишине дома, — Да, мам, привет, — не скрывая своей радости, проговорил Егор. — Привет, сынок, — сказала женщина и не знала, как с ним заговорить, — Мы с папой завтра вылетаем из США. Будем два дня в Москве, а потом вернемся в Пензу. Не хочешь встретиться с нами? — Я буду только рад. Соскучился по вам, и хочу, чтобы вы поделились, как у Полины идут дела. Вы ведь к ней ездили? — словно хотел поймать их на вранье, произнес Крид. — Д-да, — слегка заикнувшись, сказала Марина Петровна, — Тогда я позже напишу тебе, во сколько приземлится самолет в аэропорту. До встречи, Егор, — проговорив это, женщина отключилась. — Пока, мам… — отложив телефон, он стал думать, что могло повлиять на отношение родителей к нему. Если вспомнить их последнюю встречу в аэропорту, то не скажешь, что они там были как раньше. А может это не что, а кто? Полина? Возможно, но они могли послушать в этом вопросе только одну девушку. Только ее…

Лос-Анджелес. 12:03 a.m.

      Открыв глаза после продолжительного сна, настроение Элены улучшилось, осознав, что она находится не в привычных серых стенах, а в светлой спальне своего уже нового дома. Ей впервые с момента, как она пришла в себя, хотелось пролежать целый день и никуда не вставать. Зеленые глаза изучали потолок спальни, шторы скрывали вид с дома, поэтому любопытство Клин подогревало в ней желание посмотреть из окна. Пролежать в кровати ей не дали, поскольку в спальню вошла мама девушки. — Доброе утро, милая, — с привычной улыбкой проговорила Ольга Аристарховна, — Как ты себя чувствуешь? — Привет, мама, — еще сонно сказала красотка, — Неплохо. Хочу поесть и выпить таблетку обезболивающего, — она покривилась от легкой боли, но знала, что если пропустит прием, то боль усилится. — Хорошо. Я позову девчонок, чтобы помогли тебе привести себя в порядок, — миссис Клин поднялась и хотела уйти, как остановилась в двери, — Мы вынуждены улететь в Россию сегодня днем. — Если ты думаешь, что я против, то наоборот. Я хочу, чтобы вы улетели и не видели меня такой. Я же вижу все в твоих глазах, мам. — Я пойду накрою на стол, — и женщина поспешно удалилась из комнаты. Пролежав несколько минут, Клин заметила, как в спальню медленно открывается дверь, а после распахивается, и подруги влетают внутрь и присаживаются на кровать. — Привет, Клин, — произнесла Полина, которая широко улыбалась, смотря на девушку, — Давай начнем. Сначала корсет, а после что-нибудь красивое.       В течение получаса девушки кружили над Эленой, которая периодически улыбалась шуткам и рассказам подруг. Они хотели как-то отвлечь красотку, и думали, что у них не плохо получается. Через какое-то время Клин сидела в коляске и была готова «идти» на завтрак. На ней была свободная футболка и черные шорты, которые открывали вид на ее разбитые колени и небольшие ссадины.       Когда девушки выполнили свою часть работы, они позвали Ника, чтобы тот перенес девушку с постели в коляску. Находясь в ожидании, Клин успела осознать и сравнить себя с младенцем, который ничего не может самостоятельно. Одели, посадили в коляску, ну хоть есть в состоянии она сама. Услышав звук открывшейся двери, Элена не видела, кто зашёл, поскольку сидела спиной, но догадалась, что это Николас. — Привет, Клин, — весело проговорил он и встал напротив девушки, — Да ты хорошеешь с каждым днём! — Привет, Ники, — сказала слегка бодрым голосом Элена, — Не преувеличивай, братик. И хватит всех этих комплиментов, ты делаешь только хуже. — Ой, понятно, — закатив глаза, произнёс Джонс, — Прыгай на ручки, — и получив злой взгляд красотки, продолжил, — Шучу я, шучу. После аварии совсем чувство юмора лишилась, — пробубнил себе под нос друг, за что получил небольшой толчок рукой в живот.       Николас лишь рассмеялся и поднял ее на руках, и после опустил в инвалидное кресло. Девушка чувствовала себя некомфортно. Ее одевали и таскали, словно младенца, что очень не нравилось Клин. Оказавшись в коляске, она позволила Николасу отвезти ее в столовую, где собрались все ее близкие. Как только они появились в гостиной, родители и друзья умолкли и обратили на них внимание. Дискомфорт продолжал одолевать Клин. Джонс подвез девушку к столу, а сам присел на свое место. Несколько секунд стояла гробовая тишина. — Милая, — начала Ольга Аристарховна, и все, кроме девушки, вздрогнули, — Нам с папой, Мариной и Колей нужно вылететь в Россию по работе, но мне так не хочется оставлять тебя одну и спихивать тебя на друзей. — Мам, я все понимаю, и я немаленькая девочка. Если нужно, то я не держу и понимаю, как для тебя и для папы важен этот бизнес, поэтому с моей стороны было бы глупо удерживать вас рядом, — она на недолго замолчала, и после уверенно продолжила, — Я справлюсь. — Хорошо, — с улыбкой произнесла мама, — Тогда расскажу твоим друзьям, как и что делать. И как только мы уладим вопросы по бизнесу, так я сразу к тебе прилечу, — девушка кивнула, внешне соглашаясь, и продолжила есть.       Через час все уже поели, но продолжали сидеть за столом и разговаривать. Ольга Аристарховна наставляла друзей, чтобы в ее отсутствие все было, как при ней. Друзья слушали и периодически кивали, соглашаясь с тем, что говорит им миссис Клин. Когда пришло время ехать в аэропорт, девушка проводила родителей и Николаса, который вызвался довести, и вместе с подругами и Тимуром осталась в гостиной, которую только при дневном свете смогла разглядеть. Она имела выход на задний двор с бассейном.       Она была в какой-то степени рада, что родители уезжают, так будет больше шансов наконец-то остаться наедине со своими мыслями. Деметрия рассказала о новом ресторане, который будет построен к лету следующего года, поскольку конструкция его очень сложная. Полина рассказывала о новых проектах и своих грандиозных планах. Тимур, как и Элена, просто слушали и восхищались активным движением их деятельности. И тогда Клин пришла к выводу, что ей уже некуда двигаться и зачем-то бежать. Дверь открылась, и шаги раздались по полу. В гостиной перед друзьями появился Николас. — Родители улетели, — сказав, он плюхнулся на диван. Лицо Клин моментально изменилось, но никто этого не заметил. — Тогда-а, — протянула она и сама отъехала от дивана, оказавшись напротив каждого, — Прошу покинуть мой дом, — сказать, что они офигели, ничего не сказать. — Элена, — начал Тимур, но ему было не суждено что-то сказать или закончить. — Я повторяю ещё раз, — ее голос был грубым и резким, — Покиньте мой дом и оставьте меня одну. — Нет! — выкрикнул Ник и сразу словил ядовитый взгляд Элены, — Одна ты не останешься и точка. — Я благодарна вам за все, что вы для меня сделали, но хватит! Я взрослая самостоятельная девушка. Я теряю свою самооценку, когда меня одевают и носят на руках, делают все, что нормальный человек вправе делать сам. Но так уж вышло, что я не нормальный человек. Да это случилось, и я не жалею ни в коем случае. Нужно переступить это и начать все заново, а для этого…вы мне не нужны, — Клин закончила и ждала реакции, но в какой-то степени ей было все равно. — Хорошо, — сказал Тимур и встал, за ним последовали остальные, — Только подумай, кому ты делаешь хуже? Нам? Не думаю, Клин, — они стали уходить, но Ник продолжал сидеть, — Джонс, оставь ее и пошли, — парень медленно поднялся и направился за друзьями, но развернулся, чтобы посмотреть на Клин, которая продолжала сидеть с лицом стервы. Это сильно выбесило его. — Что, бл*ть, увидела, что натворил твой чертовый братец?! — прокричал Ник, когда они оказались за дверью дома. Его напор был настолько сильный, что Тимур спрятал блондинку за спиной, — Пускай теперь шарахается в любом темном месте, потому что я отомщу за Клин! — Ник, успокойся, — спокойно сказала Деметрия, — Ее можно понять. У нее сейчас трудный период в жизни, поэтому пускай побудет одна. Для нее нас нет в доме, но она же не знает, что у нас по всему дому камеры, — Полина испуганно кивала ей, стоя за спиной Тимура. — Ладно, — облегченно проговорил Ник и развернулся к блондинке, — Но ты не думай, что ему сойдет все с рук, — он отходит и направляется к машине, а следом за ним идет Деметрия. — Знаешь, Ник, — крикнула она ему, когда тот хотел сесть в машину, но голос девушки его остановил. Усмехнувшись, он скрестил руки на груди и стал слушать, что Полина ему скажет. — Зачем, Полина, зачем? — еле слышно твердил Тимур и почувствовал, как девушка набралась смелости и вышла из-за «крепости» и стала направляться к Джонсу. — Я разговаривала с Эленой по поводу своего «чертового братца», — процитировав его, Поля не хотела останавливаться, — И к твоему превеликому сожалению, она не чувствует его вины и не держит на него зла. Представляешь, она еще что-то чувствует к нему, а вот ты не можешь угомониться, что Клин предпочла уехать из США, чем быть поближе к тебе, — Булаткина практически в плотную подошла к Николасу и слышала его свирепое дыхание, — Так что не нужно все свои неудачи и личные неприятности выносить на свет. Они никому не нужны. — Закончила? — грубо спросил он, и девушка смотрела на него, — Тогда я поеду, а ты продолжай жить с чувством вины, что не остановила ее в тот день, — блондинка закусила губу. Этот гад попал прямо в цель. Пока она думала, парень с Деметрией уехали от дома девушки. — И чего ты этим хотела доказать? — поинтересовался Тим, когда подошел к ней. Полина развернулась и немного поникла. — Пошли, подвезешь меня до дома, — ответила она и направилась к машине. Сев внутрь внедорожника, она заговорила, — Мне надоело слушать от него оскорбления в адрес Егора. Почему он так делает? Ведь даже Элена не винит его ни в чем. — Ну он же планирует выбить из ее головы Крида, поэтому небольшими, но решительными шажками, действует на нее, внушая ей и всем остальным какой Крид на самом деле, — сказал Тимур и посмотрел на Полину, оторвав взгляд от дороги, — Ты не расстраивайся из-за его слов. Он придурок. Мне иногда кажется, что у него к тебе личные неприязни, которые покрывает твоим братом. — Так и есть, Тим, так и есть, — на выдохе проговорила Полина, — Я тебе расскажу кое-что, и тогда ты все поймешь. Клин никогда не могла понять, что за кошка между нами пробежала. Как-нибудь расскажу это Элене, но судя по тому, что она нам сегодня сказала, еще не скоро.       Всю дорогу до дома Полины, Тимур внимательно слушал интересную историю, после которой он все понял. Когда он остановил машину, девушка попрощалась с ним, после чего Юнусов уехал к старый дом Клин. Он забыл ей сказать, что ему нужно уехать из США, но видимо ей это уже не надо. Произошло то, чего опасались все: Элена прогнала всех. Теперь Тимур боялся, что она впадет в какое-то психическое состояние и не захочет пытаться вернуть былой ритм жизни.       Когда друзья ушли от красотки, она несколько минут смотрела в точку, а точнее на дверь, за которую они скрылись. После Элена развернулась и подъехала к панорамному окну в гостиной. Ее глаза были устремлены вдаль. На улице было солнышко, а в голове — пустота. Не было ни одной мысли. Сидела так Клин долго. На улице поднялся ветер, и тучи заволокли небо, а она продолжала смотреть в одну точку. Девушка осталась одна, но разве не этого она хотела? Нет. Прогнав всех она думала, что ей станет легче? Да. Что она хотела показать этим? Ничего. И только одна фраза их старых воспоминаний влезла в голову. — …Ты нас­то­ящая су­ка, ко­торая пле­вала на всех и у ко­торой нет ни грам­ма со­жале­ния к дру­гим…