Прими мои чувства

Две недели прошло после признания. Волшебные две недели. Чонгук почувствовал огромную разницу в их отношениях до признания и после. Чимин окружил Чонгука своим вниманием и заботой. Он постоянно обнимал его и целовал. О, да! Чонгуку безумно нравилось целоваться с Чимином, и так было приятно, что Чимин сам дарил ему поцелуи и их не приходилось выпрашивать, хотя Чонгуку всё равно было мало. Чимин часто писал смешные сообщения, дарил небольшие подарки и сладости, и пригласил на свидание. Они посетили театр Нанта, одно из самых запоминающихся и самых продолжительных корейских шоу, когда-либо проводимых в стране. Представление подарило море потрясающих эмоций обоим, а потом они отправились в один из ресторанов, где продолжили замечательный вечер. Чонгук постоянно краснел под ласковым взглядом Чимина, а тот не стеснялся брать его за руку, тем самым вгоняя в ещё большее смущение. Спали они теперь всё время вместе, и Чонгук предпочитал больше постель Чимина, ведь именно там он мог в полной мере удовлетворять свой фетиш. Чимин однажды стал свидетелем того, как Чонгук крутился в его постели словно кот, тёрся головой о подушку и зарывался в неё лицом, издавая звуки реально похожие на мурчание. Он тогда ничего не сказал, но стал замечать, как Чонгук трепетно к нему прикасается и постоянно дышит им, тыкаясь носом то в шею, то в волосы. И хоть они спали вместе, дальше поцелуев и объятий у них не заходило. Чимин на днях просветился и узнал, как именно происходит секс между парнями, что необходимо делать, чтобы всё прошло безболезненно и комфортно для обоих партнёров. Он снова удивился тому, что не испытал брезгливости или отвращения, когда смотрел специфическое видео, которое при других обстоятельствах никогда бы не полез искать, но он видел как Чонгук реагирует на его прикосновения и пока ещё несмелую ласку. И Чимин всё чаще стал задумываться о том, чтобы заняться любовью с Чонгуком. Или хотя бы приласкать его более интимно.

***

Сейчас они удобно устроились в обнимку на разложенном диване, чтобы посмотреть показ Тэхёна, который пройдёт в реальном времени на одном из популярных фэшн-канале. Вначале шла нарезка с бэкстейджа, где можно было увидеть как моделей готовили к показу: маникюр, педикюр, макияж, укладка и примерка. Тэхён часто мелькал на экране, очаровывая всех своей неотразимой улыбкой и нереальной красотой. Он был уже готов к показу, хоть пока ещё и одет в халат, и поэтому у него взяли интервью. Пока Тэхён рассыпался в похвале модельеру, с которым он дружит уже много лет, парни обратили внимание на задний план, где наносили макияж другой модели, очень красивой девушке, что глаз не сводила с Тэхёна. И было в этом взгляде столько чувств, что сомнений не было — она влюблена в Тэхёна. Но стоило ему чуть повернуться в её сторону, как девушка тут же отвела взгляд, через время снова возвращаясь к отвернувшемуся парню. Интервью закончилось, камера обратила внимание на других моделей, Тэхён посмотрел на ту девушку, что разговаривала с визажистом, а потом подошёл к столику с едой и взял огромный сэндвич, тут же принимаясь его аккуратно есть, чтобы не испортить макияж. И снова девушка смотрела на Тэхёна, который быстро расправлялся с едой. — Ты видишь то же, что и я? — поинтересовался Чимин у лежащего на его груди Чонгука. — Да. Мне Тэхён рассказывал о ней и фотографию её показывал. Её зовут Моника Чен, двадцать три года, супермодель американского бренда Victoria’s Secret. Её любят и другие модельеры, и приглашают на свои показы. Тэхён влюблён в неё уже два года, он даже предлагал ей выйти за него замуж, но она отказала ему, заявив, что является лесбиянкой. — Серьёзно? Если она лесбиянка, то я тогда рестлер, — заявил Чимин. — Должна быть очень веская причина, чтобы она ему так глупо врала. Видно же, что любит его. — Она действительно встречается с девушкой. Тэхён рассказывал, что часто видел их вдвоём, да и в инстаграме она постоянно постит совместные с ней фото. Через две минуты начнётся показ. Тэхён будет его открывать. О! Смотри, они о чём-то разговаривают. Камера показывала суматоху перед началом шоу: визажисты наносили последние штрихи; парикмахеры щедро распыляли очередные порции лака для волос, фиксируя замысловатые причёски; помощницы поправляли одежду на худых телах; виновник этой суматохи давал последние наставления, волнуясь больше всех за каждую свою модель; и лишь вдалеке о чём-то переговаривались Тэхён и Моника. Уже в следующее мгновение Тэхён отвесил лёгкий поклон и исчез из поля зрения камеры, а девушка смотрела ему вслед, стоя неподвижно, так как вокруг неё крутились две помощницы и поправляли на пышной блестящей юбке миллионы бантиков и рюш. Бэкстейдж закончился и началось шоу, которое было потрясающим. Музыка была подобрана интересная и ненавязчивая. Модели все были красивые и вызывали восхищение. Кутюрье постарался на славу. Даже Чимину понравилась пара вещей. Тэхён три раза проходил по подиуму: открывал показ в элегантном костюме-тройке в крупную клетку; в середине продемонстрировал цветастый костюм и джемпер с лёгким радужным принтом; и закрывал шоу демонстрируя интересного покроя синее пальто, что идеально сочеталось со строгим смокингом. В паре с ним шла Моника в потрясающе красивом зелёном коктейльном платье. Идеальная пара. — Они выглядят как молодожёны в свой медовый месяц. Посмотри, как он её за руку бережно держит, — прокомментировал Чимин. Чонгук кивнул, соглашаясь с ним. Уже целую минуту он не может сосредоточиться на том, что происходит на экране, чувствуя лишь лёгкие поглаживания внизу спины возле самых ягодиц. Чимин делал это бездумно, просто потому что нравилось поглаживать мягкую тёплую кожу под футболкой, а Чонгук лежал так на его руке и груди, что именно туда Чимин и доставал. Чонгук слегка напряг ягодицы, чувствуя, что начинает возбуждаться, и сильнее прижался к парню, мечтая о поцелуе. Отгремели последние аплодисменты, шоу закончилось и пошла заставка другой передачи, но её уже никто не собирался смотреть. Чимин обратил внимание на реакцию Чонгука, заметил как он напрягся, как участилось его дыхание. Он свободной рукой за подбородок повернул его лицо к себе и поцеловал долгим жадным поцелуем. Не желая пугать Чимина своим крепким стояком, Чонгук с сожалением отстранился, на животе повернулся на другой бок и лёг к старшему спиной, скрывая своё возбуждение. Чимин потянулся к пульту и выключил телевизор, после откладывая его в сторону. Он придвинулся к Чонгуку, лёг ему на спину, правой рукой упёрся в диван возле его плеча и обжёг ухо поцелуем, после прошептав: — Что такое, Чонгук-и? Почему ты прячешься от меня? Чонгук задрожал от новых ранее неизведанных ощущений. Никто и никогда не обжигал его уши горячим дыханием, не облизывал ушную раковину и не посасывал мочку уха. Уже от этого можно кончить. Он тихо заскулил, вжимаясь пахом в диван. — Мне прекратить? — тихо спросил Чимин, наслаждаясь реакцией Чонгука. Такой ласковый невинный мальчик. — Нет! Нет. Ни в коем случае, — выдохнул Чонгук. — Мне нравится. Очень нравится. — Тогда не прячься от меня, — шепнул Чимин, продолжая ласкать губами красное ухо, висок и часть скулы. Рукой он пробирался под Чонгука, чуть приподнимая его туловище и двигаясь от груди вниз. — Напугать ты меня вряд ли сможешь своим стоящим членом. Мне нравится, что ты так реагируешь на меня. Я никогда не делал этого с парнями, поэтому если что-то будет не так говори сразу. Чонгук еле слышно утвердительно пискнул, а потом судорожно вздохнул, когда ладонь Чимина сжала его штаны, натянутые в районе паха. Он сам лёг на бок, предоставляя старшему доступ и безмолвно разрешая делать с собой всё, что он захочет. Чимин левую руку просунул под шею Чонгуку, обнимая и сжимая его правое плечо ладонью, а свою правую руку запустил в штаны, обхватывая член и начиная ласкать его по всей длине. Чонгук непроизвольно напрягся, вытягиваясь всем телом, и прижимаясь к такому же горячему телу позади себя. Чимин захотел смотреть на то, как он ласкает член младшего, и одним быстрым движением стянул штаны и бельё на бёдра, оголяя соблазнительные ягодицы и возбуждённый член не маленького размера. Смазки бы добавить, но не хочется отпускать даже на секунду разомлевшего Чонгука, поэтому Чимин облизал ладонь и снова вернулся к его члену, в быстром ритме надрачивая его от самого основания до головки. Чонгуку же всё равно было, хватает ему там смазки для лучшего скольжения или нет. Он переживает сейчас, пожалуй, самые лучшие впечатления за всю свою жизнь. Его ласкает любимый человек и это потрясающе. Ему не понадобилось много времени, чтобы кончить, и он затих в бережных объятиях, ощущая ласковые поцелуи на своём лице. Его переполняет сейчас столько чувств, что он готов позорно разрыдаться. Только вот Чимин не дал этого сделать, даря ему очередной поцелуй с языком. Чонгук развернулся под ним и обнял одной рукой, не разрывая поцелуя, а второй провёл по спине, боку и коснулся ширинки, с радостью ощущая там напряжённый член. Чимин тоже возбудился, хотя, если честно, Чонгука мучали сомнения, сможет ли Чимин с ним возбудиться, ведь он не девушка. — Чиминни, я тоже хочу тебя приласкать. Очень хочу. Позволь мне это сделать. Чонгук толкнул Чимина в плечо, заваливая его на спину, быстро снял свои штаны, и, нисколько не стесняясь того, что остался обнажённым ниже пояса, тоже стал снимать со старшего штаны. Чимин приподнял бёдра, помогая снять с себя одежду и развёл широко ноги, давая Чонгуку тем самым сесть между ними. Сам же Чонгук во все глаза смотрел на плоский живот, еле заметную дорожку волос от пупка к паху с короткими чёрными волосками, и налитый кровью член с влажной багровой головкой. Он медленно прикоснулся к венке на члене и провёл по ней пальцем до края головки, а потом обхватил всей ладонью, смакуя каждое движение, каждое ощущение, каждое мгновение. Это всё точно нереально. Чимин добровольно лежит перед ним полуобнажённым, ещё и сам футболку к груди приподнимает, смотрит тёмным взглядом и не торопит, хотя переклинившего Чонгука явно необходимо потыкать палкой, и проверить, не умер ли он от счастья, держа в руках член своего возлюбленного. Можно не палкой, а хотя бы пальцем. Чимин приподнялся, обхватил Чонгука за шею и привлёк к себе, горячо целуя его. Вялый чонгуков пенис коснулся горячего члена старшего, и ему понравились ощущения, и Чонгук ещё несколько раз потёрся об него, чувствуя как собственный член снова начинает набухать. Пальцы вернулись к члену Чимина и снова стали его ласкать, а губами Чонгук стал спускаться по шее, подняв футболку, обхватил губами один сосок и пососал его, дразня языком, а после повторил всё тоже самое с другим соском, спускаясь дальше поцелуями, пока не накрыл губами головку, медленно облизывая её, прикрыв глаза от удовольствия. Он ласкал губами головку, облизывал её языком, запускал неглубоко в рот, где снова ласкал языком, а потом повторял всё заново, не забывая работать рукой на оставшейся длине члена. Чимин поощрял его своим сбитым дыханием и поглаживанием по волосам, и Чонгук продолжал усердно работать, доводя парня до оргазма. Чимин успел предупредить, но Чонгук не отстранился и проглотил всю сперму, после ещё и вылизав опадающий член. Он довольно облизнулся, вытер рот тыльной стороной ладони и с улыбкой посмотрел на Чимина, который наблюдал за ним, проговорив: — Ты меня постоянно удивляешь, Чонгук-а. — Главное, чтобы не пугал. Ты вкусный. Мне понравилось сосать твой член. Хочу делать это как можно чаще. — Ого! Заманчивое предложение! Что-то мне подсказывает, что я не смогу тебе отказать. — Замечательно. Тогда я хочу продолжения. Я хочу заняться с тобой любовью. — Сейчас? — уточнил Чимин, принимая поцелуй. — Да, сейчас. Я хочу заниматься с тобой любовью, хочу, чтобы ты трахал меня постоянно. Хочу чувствовать тебя в себе. Хочу тебя. — Откуда ты знаешь, что тебе понравится заниматься со мной любовью? — С тобой не может быть по-другому. Ты потрясающий. Возьми меня, Чиминни, пожалуйста. — Хорошо. Иди ко мне. — Нет. Пойдём в твою спальню. Хочу, чтобы мой первый раз был в твоей постели. Потом уже не важно, сможем трахаться везде, где захочешь. — И куда подевался вечно смущающийся Чонгук? — с улыбкой спросил Чимин, снимая на ходу футболку и уже полностью обнажённым следуя за Чонгуком в свою спальню. — Он появится позже, а пока займёмся делом, — деловым тоном ответил Чонгук, тоже полностью обнажаясь и откидывая футболку в угол комнаты. Потом он ойкнул и выбежал из спальни с криками: — Смазка нужна! Я сейчас. Чимин сел на постель, а когда Чонгук не появился, взял свой телефон, проверил уведомления, а потом отключил его. По мере того, как долго не было младшего, Чимин решил, что он передумал, поэтому завернулся в халат и пошёл искать его. Из ванной комнаты доносился шум воды, и, постояв немного под дверью, Чимин постучал и спросил: — Чонгук, с тобой всё в порядке? — Да! Да, я сейчас! Подожди, пожалуйста! Я сейчас приду! Чимин отошёл от двери, взял из холодильника бутылку воды, а потом вернулся в спальню. Он поставил бутылку на прикроватную тумбочку, разделся и лёг в постель, прикрываясь одеялом, и стал ждать своего парня, который явно готовился к сексу. Наверное. Или настраивается? Может он передумал? Хотя, зная сколько Чонгук мечтал об этом, вряд ли он сейчас сбежит, поэтому Чимин терпеливо ждал. Минут через пять-десять Чонгук вошёл в спальню, тут же направляясь к постели. Чимин жадно разглядывал его красивое тело, задержал взгляд на полувставшем члене, а потом смотрел только в смущённое, залитое румянцем милое лицо. В руках Чонгук держал новую бутылочку с лубрикантом и запечатанную пачку презервативов. Чонгук сел на постель, положил всё перед собой и смущённо улыбнулся, отводя взгляд от Чимина. — Я в последний момент вспомнил, что мне необходимо кое-что сделать… там… теперь можно… — Поцелуй меня, малыш, — Чимин поймал рухнувшего ему в объятия Чонгука и прижал к себе. Не прекращая целоваться, он гладил спину младшего, проводил ладонями по бокам, после снова проходясь пальцами по позвоночнику, а потом сжимал ягодицы, чувствуя как учащается дыхание у обоих. Чимин перевернул Чонгука на спину, и лёг между охотно разведённых ног, продолжая целовать и ласкать тело ладонями. Через минуту он приподнялся, откинул одеяло как можно дальше, сел на коленях между ног и нежно провёл кончиками пальцев от ключиц по груди к животу. Чонгук мгновенно отозвался на ласку, выгибаясь навстречу пальцам. Чимину понравилась его реакция и он провёл пальцами по низу живота, после поднимаясь вверх, а потом возвращаясь к животу и бёдрам. Чонгук приподнялся нижней частью тела и красиво выгнулся, прикрывая пальчиками губы, пытаясь удержать стон. — Ты такой чувствительный, — улыбнулся Чимин, продолжая ласкать так Чонгука, избегая трогать возбуждённый член, а он рассмеялся, откидываясь на подушку и проговорил, пытаясь сдержать стон: — Я не могу это контролировать. Моё тело само реагирует на твои прикосновения. Чимин обхватил ладонями его бёдра, сжал их и поднялся к талии, поглаживая большими пальцами живот. Он склонился над ним и поцеловал грудь, ключицы, шею, подбородок, задержавшись на губах пару мгновений. Потом выпрямился, взял смазку и выдавил на свои пальцы, и на член младшему. Подрочив некоторое время, смущая младшего чавкающими звуками, Чимин огладил мошонку, пачкая её гелем, приласкал нежное местечко под ней и спустился к анальному отверстию. Собрав смазку с пальцев, Чимин размазал её по сжимающимся мышцам, а потом ввёл внутрь указательный палец. С Сонией они занимались пару раз анальным сексом, поэтому тут новостей для Чимина не было никаких, как правильно необходимо растягивать анальные мышцы он знал. Пак двигал рукой внутри Чонгука, наблюдая за тем, как он разметался по постели, как лихорадочно горит его лицо и как через приоткрытые губы вырывается тяжёлое дыхание. Когда Чимин добавил средний палец, у Чонгука бёдра задрожали, но он не издал ни звука. Продолжая размеренно двигать рукой, Чимин ввёл третий палец, и замедлился, сказав: — Не молчи, если больно. — Нормально, — прошептал Чонгук, выгибаясь навстречу пальцам. — Ты играл так с собой? — Нет… ни разу… ах… только дрочил… часто… ах, ещё… Чиминни, хватит… я не выдержу больше… — Ладно, презерватив помоги открыть. Чимин чистой рукой взял коробку и передал Чонгуку, севшему в постели, который быстро вскрыл её, достал квадратик презерватива, открыл его и сам раскатал латекс по члену старшего, после чего поцеловал в губы, а потом лёг на живот и обнял подушку, немного приподнимая бёдра над постелью и раздвигая шире ноги. Чимин улыбнулся такому нетерпению, выдавил смазку прямо на анальное отверстие и размазал её, проталкивая пальцами внутрь, после чего огладил свою головку, удобно усаживаясь, и приставил её к анусу, медленно толкаясь вперёд. Чонгук ткнулся лицом в подушку и со всей силы сжал её в кулаках, сжимаясь и там от боли. Чимин вышел из него, боясь причинить ещё боль, поцеловал в плечо, а потом в шею и проговорил: — Маленький мой, ты должен расслабиться. Я не хочу тебе делать больно. — Да, прости. Я просто… это с непривычки… больно… очень больно… — Мы можем сделать это в следующий раз, — предложил Чимин, снова целуя Чонгука. — Вот ещё! Я слишком долго ждал этого, чтобы сразу же отступить. Я не буду зажиматься, обещаю. А ты делай, что должен делать и не бросай начатое не закончив. Точнее не кончив. Чимин снова добавил смазку, выше приподнял Чонгука за бёдра, ставя его в коленно-локтевую позу, раздвинул ягодицы и стал медленно проталкивать головку внутрь. Когда она полностью спряталась в Чонгуке, он издал протяжный стон, а потом сам двинулся на члене, съезжая с него, а после насаживаясь. Чимин не мешал ему, удерживая за бёдра и контролируя амплитуду движений, чтобы Чонгук резко не насаживался на член. Совсем скоро Чимин вошёл уже на всю длину, после чего сам стал вбиваться в жаркое нутро, задавая свой темп. Чонгук совсем не сдерживался, стонал и всхлипывал чуть ли не на каждый толчок, закидывал голову вверх и выкрикивал слова одобрения и даже мата. Он поворачивал голову и смотрел на то, как Чимин вбивается в него, а вскоре не выдержал и лёг на постель, так как тело всё дрожало от скорой разрядки. Для первого раза и так долго слишком продержался. Чимин лёг на мокрую от пота спину Чонгука, обнял его за шею и плечи, повернул к себе его лицо и поцеловал, и всё это не прекращая движения бёдрами, вонзаясь в хлюпающее от смазки анальное отверстие. Чонгук вскоре содрогнулся в оргазме, чувствуя как его зажатый между собственным животом и постелью член пульсирует, изливаясь спермой. Он затих, ощущая фрикции Чимина, который всё же вышел из него и довёл себя рукой до оргазма. Чимин лёг рядом и смотрел в потолок, восстанавливая дыхание, а Чонгук повернулся на бок, сдвигая ноги и прислушиваясь к себе: болит или нет. Чимин повернул голову к Чонгуку и осмотрел его, улыбнувшись. — Чонгук-а, я не подозревал, что ты знаешь столько матерных слов. Я вообще не думал, что ты их знаешь. — В смысле? Я что ругался? — удивился Чонгук. — Ещё как! Ты не помнишь этого? — Чонгук замотал отрицательно головой, а потом взял в руки ладонь Чимина и уложил на неё свою щёку, потираясь об неё как кот. — Как ты себя чувствуешь? Тебе понравилось? — Очень понравилось! Я хочу ещё! — Чонгук придвинулся ближе к парню, укладывая ему голову на плечо. Чимин обнял его и поцеловал в макушку с мокрыми волосами, а потом повторил свой вопрос о самочувствии. Чонгук застенчиво улыбнулся и пробормотал: — Зудит немного, а когда двигаюсь появляется непривычное чувство, но оно не сильное. Терпимо. Я ещё хочу. — Серьёзно? Ты оказывается ненасытный? Дай нам отдохнуть, малыш, мы ведь сегодня и так по два раза кончили. — Ладно. Хорошо, — согласился Чонгук. Он пальцем стал кружить вокруг соска Чимина, поглаживая ореолу и нажимая на сам затвердевший сосок. — Мне нравится, как ты называешь меня. Малыш. Маленький мой. Очень нравится. А ты? Тебе понравилось заниматься со мной любовью? — Да. Понравилось и даже очень. Ты потрясающий и я снова хочу тебя. Твои стоны это что-то нереальное. Самая красивая музыка для моих ушей. Даже мат не портит её, — Чимин рассмеялся на возмущения Чонгука, подмял его под себя и принялся целовать его. Долго и нежно. Потом они отправились в ванную принимать душ, а после снова легли в постель и лежали в обнимку, разговаривая и целуясь. — Я люблю тебя, Чимин-а. Очень сильно люблю. — Спасибо, маленький мой, — новый поцелуй не дал возможности Чонгуку сказать, что он собирался, но потом он проговорил: — Я уверен, что когда-нибудь тоже дождусь от тебя этих слов. — Прости, малыш, я не специально. Ты мне очень сильно нравишься, даже больше, чем нравишься, и чувства мои так быстро к тебе меняются. Так быстро крепнут. Мне кажется, я не смогу уже без тебя жить. Но сказать пока именно эти слова тебе я не могу. Я их слишком часто говорил ей. Очень часто. И сейчас у меня, как будто блок стоит, и я просто не могу их произнести. Прости. — Прощаю. Я подожду. Чиминни, скажи, а как ты её называл? — Милая. Котёнок. Любимая. А что? — Любимым тоже можешь меня называть, а всем остальным не надо. Не хочу, чтобы из-за этих слов ты постоянно о ней вспоминал. Чимин рассмеялся, потом крепче обнял Чонгука и поцеловал его в надутые губы. — Глупости какие. Даже если я буду называть тебя «котёнком», о ней я точно вспоминать не буду. Для меня есть только ты. И я жуткий собственник, если ты ещё не заметил. Ты должен быть только моим, только со мной, и думать только обо мне. — Я это делаю уже три года. Я только твой. — Вот и прекрасно. И никаких Тэхёнов с масляными взглядами и шаловливыми ручонками я терпеть не собираюсь. Так ему и передай. — Хорошо, — Чонгук довольно потянулся, перекатываясь всем телом на Чимина, а потом втянул его в новый длинный и чувственный поцелуй, чувствуя сильные руки на своей спине. Чудесное продолжение замечательного вечера.

***

Утром Чонгук проснулся один в постели. Тут же послышался шум из кухни, и Чонгук потянулся всем телом, закидывая руки за голову. Любимый парень готовит ему завтрак. Потрясающе. Он ещё немного повалялся, а потом встал, когда услышал голос Чимина. Интересно, с кем он разговаривает? Чонгук натянул штаны на голое тело, и вышел из спальни, услышав возмущённое: — Мама, откуда ты знаешь? Ты что камеры тут установила? Я думал ты смирилась уже, а ты продолжаешь уговаривать меня бросить Чонгука. А что тогда? К чему ты завела этот разговор? Мне не нравится это, — Чонгук обнял Чимина со спины и поцеловал его в шею, после укладывая голову ему на плечо. Чимин тоже был без верха, поэтому контакт кожа к коже был очень приятен. Чимин положил свободную ладонь на руки Чонгука и погладил их, после переплетаясь пальцами. — Ладно, мам, оставим этот бесполезный разговор. А ты где сейчас? Просто я боюсь, что из-за твоих этих разговоров отец узнает всё раньше времени и тогда будет плохо точно всем. Ты там поосторожнее. Прислуга уже точно знает всё. Ладно, мамочка, мне пора бежать. Мой парень проснулся и мне его нужно покормить. Люблю тебя. Пока-пока, целую. Здравствуй, хороший мой. Чимин положил телефон на стол, обнял Чонгука и поцеловал его, после спросив о самочувствии. Получив ответ, что всё хорошо, они снова поцеловались, а потом Чонгук спросил: — Ты зачем маму свою дразнишь? Последняя фраза была лишняя обо мне. — Она наводящими вопросами вынудила меня признаться, что мы с тобой переспали. Я и не понял, как это произошло. Даже подумал, что она камеры поставила в квартире. Потом только дошло, что я сам ей разболтал. Не люблю, когда она так делает. Как же ты меня возбуждаешь! Хочу тебя безумно! Чимин, жарко целуя Чонгука, прижал его к столу, а потом обхватил за ягодицы и усадил на столешницу, располагаясь между его коленями и продолжая целовать и гладить торс ладонями. Чонгук страстно ему отвечал, но всё же увернулся от очередного поцелуя и проговорил: — Подожди, Чимин-а, подожди, мы же не можем тут прямо на столе… — Я хорошо помню, как ты вчера сказал, что для тебя главное, чтобы первый раз прошёл в постели, а дальше можно уже где угодно. Я хочу тебя прямо на этом столе. — Я не могу сейчас… Мне в туалет надо. — Боишься что ли? Чимин продолжал целовать Чонгука, который лёг на стол и даже думать перестал, что может сейчас опозориться. Он плавился от поцелуев и прикосновений старшего, зажимал ногами его талию, стараясь теснее с ним соприкоснуться, и для него полной неожиданностью стало, когда Чимин снял его со стола, поставил на дрожащие ноги и направил в сторону ванной, ещё и хлопнул по ягодице, заявив с улыбкой, чтобы не опаздывал к завтраку. Когда через некоторое время Чонгук вышел из ванной, Чимин уже был одет в футболку и белые шорты, и заканчивал сервировать стол. Чонгук быстро оделся и присоединился к нему, пробуя замечательный омлет с овощами. Чимин сказал, что ему необходимо будет сегодня ненадолго уехать на работу, а Чонгук сообщил, что наконец-то разберёт свой чемодан, который всё это время так и стоит в гардеробной. — Слушай, Чонгук-и, а давай с тобой на неделю в Японию съездим? Что скажешь? Я сегодня закончу все свои дела, а завтра-послезавтра отправимся отдыхать. — Да, конечно! Я очень хочу с тобой путешествовать! Я тогда сегодня тоже к родителям заеду. Я так люблю тебя! — Чонгук подошёл к Чимину и обнял его, целуя. Потом он отстранился и, нахмурившись, сказал: — Это же в Японии во всех гостиничных номерах ванные стеклянные? — А ты что меня стесняешься? Я теперь специально закажу номер именно в таком отеле. Хочу смотреть на тебя постоянно, и желательно без одежды. Ты зачем сейчас оделся? А? Давай, раздевайся. Такое красивое тело грех прятать под одеждой. — Чимин! Ты же на работу собирался! Ну, Чимин, ах, щекотно! Чонгук вертелся и выгибался в руках Чимина, который одновременно щекотал его и пытался раздеть. Весёлый смех вскоре сменился быстрым громким дыханием и звуками поцелуев, так как парни снова не смогли отказать себе в этом желании. Лишь через час они вышли из квартиры, и Чимин подвёз младшего к одному из отелей, в котором сегодня были его родители. Чимин зашёл к ним поздороваться и сообщил, что они собираются в Токио на неделю. Чонгука тут же завалили бумажной работой, сказав, что он и так давно не появлялся ни в одном из отелей, и Чимин уехал, подарив ему на прощание поцелуй. Чимин сообщил своей помощнице и секретарше, миловидной женщине лет сорока, что до этого много лет работала с его отцом, о своих планах и попросил забронировать билеты на самолёт до Токио, номер в отеле, проложить приблизительный маршрут развлечений, узнать график работы Диснейленда и забронировать билеты на два дня, чтобы можно было посетить как можно больше парков и аттракционов. Женщина посоветовала ему пару мест, которые обязательно необходимо посетить и Чимин попросил забронировать билеты и туда. Он работал до позднего вечера, оставив на завтра лишь организационные моменты и совещание с сотрудниками. Парни созвонились и Чимин забрал Чонгука из отеля, после чего они вместе поужинали и легли спать. Чонгук сам просматривал сайты, что предлагали развлечения в Токио и составил список мест, куда они сходят, оставив два дня для Диснейленда. Сборы не заняли слишком много времени и уже совсем скоро они летели в Токио. Заселялись парни в роскошный пятизвёздочный отель Palace Hotel Tokyo в номер из серии Grand Deluxe Room — функциональные номера площадью пятьдесят пять кв.м, расположенные с восьмого по пятнадцатые этажи. Лифт поднял их на пятнадцатый этаж и совсем скоро Чонгук с интересом осматривал огромную комфортабельную комнату, состоящую из спальни с кроватью king size, отдельной гостиной и рабочей зоной. Огромная гардеробная, отделанная мрамором, вызвала немой шок, а просторная ванная комната с ванной и отдельной стеклянной душевой кабиной смутили Чонгука. Просторный балкон давал возможность наслаждаться видом Otemon Gate и Императорского дворца, куда Чонгук и утянул Чимина, не дав ему даже распаковать чемодан, так как время забронированной экскурсии подходило, а в Императорский дворец так просто не попасть. Они полтора часа провели на экскурсии, осматривая издалека дворец и окружающую его территорию, слушали экскурсовода и делали множество фотографий. После окончания официальной экскурсии парни направились в Восточные сады, где любовались японским ландшафтным дизайном, а потом некоторое время провели в музее Императорских коллекций, где на нескольких маленьких экспозициях представлено около пяти тысяч произведений искусства. Потом парни побродили по городу и посетили еще пару выставок, свободно общаясь с местными жителями, ведь они оба знали японский язык. В номер они попали уже поздним вечером, заглянув перед этим в ресторан и наевшись там блюд из морепродуктов. Выпитое вино кружило голову, а усталость от замечательного интересного дня всё настойчивее приглашала лечь в постель. Только вот в душ необходимо вначале сходить. Ванная хоть и была огромной, но стеклянные стены в ней и в душевой кабинке не способствовали расслаблению. И кому только такое в голову пришло? Чонгук безумно стеснялся. Казалось бы, чего Чимин у него не видел, а всё равно смущение затапливает с головой. Чонгук всячески оттягивал этот момент, то разбирая чемодан, то просто смотря телевизор, то зависая в телефоне, пока Чимин со своим секретарём вёл деловой разговор. Потом Чимин отвлёкся от телефона и сказал Чонгуку первым идти в душ, и ничего не оставалось как подчиниться. Раздеваясь, Чонгук постоянно оглядывался на Чимина, и хоть тот не смотрел в его сторону, но лицо всё равно покраснело. И кажется даже уши. Чонгук вошёл в кабинку и включил воду, тут же становясь под теплую струю. Он снова оглянулся назад, но он даже не подозревал, что Чимин спокойно всё это время наблюдает за ним через зеркало, которое хитро висело чуть в стороне, как раз для подглядывания не иначе, ведь в него прекрасно было видно всю прозрачную ванную комнату. Ох уж эти японцы, всё то у них предусмотрено. Чимину нравилось как смущался Чонгук, как он оглядывался и скромно прикрывался. Нравилось смотреть как вода ласкает идеальное тело, как она красиво стекает с широких плеч на тонкую талию, а дальше на красивые ягодицы и стройные мускулистые ноги. Чонгук намыливался, проезжая мочалкой по коже, а когда он провёл ею в паху, намыливая гениталии, Чимин даже телефон отложил, по которому давно уже не разговаривал. Он направился в ванную как раз тогда, когда Чонгук смывал с себя шампунь и пену. Раздевшись в одно мгновение, Чимин открыл дверцу и вошёл в душ, тут же прижимаясь к спине младшего. Вода омывала теперь два тела, которые льнули друг к другу и сплетались руками. — Ты почему-то слишком долго копался. Я уже заждался, — сказал Чонгук, подставляя шею для поцелуев. — Давай я тебя помою. Чонгук взял мочалку, щедро вылил на неё гель для душа с ароматом цитруса, вспенил её и стал быстро, но тщательно тереть тело Чимина, который спокойно стоял, принимая заботу младшего. Лишь члены у обоих всё сильнее наливались кровью, принимая стоячее положение. Чонгук сел на корточки и быстро вымыл ноги старшему, постоянно цепляясь взглядом за его член. Он бережно вымыл его и смыл пену, а когда хотел поцеловать, Чимин рывком поднял его на ноги и повернул к себе спиной, опаляя жарким дыханием ухо. Чонгук тут же выгнулся в спине и, прогибаясь, подставился ягодицами, неосознанно начиная ими потираться о вставший член старшего. Чимин потянулся к полке с гелями и взял в руки тюбик со смазкой, который приметил тут ещё с утра. Замечательный сервис. Чонгук упёрся руками в стеклянную стену, расставил широко ноги и выгнулся, чувствуя как пальцы нежно массируют его анальное отверстие. Чонгук легко принял первый палец, а потом слегка поморщился, принимая второй, а чуть позже и третий. Ему нравилось это ощущение, нравилось как Чимин нежно касается и целует, как жмётся всем телом к спине, обнимает руками и медленно проникает членом внутрь, стараясь ласковыми словами и поцелуями отвлечь от неприятных ощущений. В этот раз получилось всё намного быстрее и вскоре Чонгук уже не мог сдерживать стоны, принимая плавные толчки. Чимин то обхватывал его грудную клетку плотным кольцом из рук и прижимался к его спине, даря поцелуи в шею и плечи, то отстранялся полностью, укладывая руки на тазобедренные косточки. Чонгук же сильнее прогибался, наслаждаясь всем, что делал с ним Чимин. Анальные мышцы вскоре стали быстрее сжиматься в преддверии разрядки, и Чонгук кончил в тот самый момент, когда Чимин взял в ладонь его член. Чонгук задрожал всем телом, и точно упал бы, но Чимин выпрямил его корпус и прижал к своей груди, продолжая вбиваться в него, через пару мгновений кончая внутрь. Они так и стояли некоторое время, обнимаясь и восстанавливая дыхание, а после непродолжительного поцелуя, Чимин вышел из младшего, смотря на то, как по его покрасневшим внутренним сторонам бёдер стекает тонкой струйкой сперма и смазка. Чонгук не успел отвернуться, как почувствовал там руку Чимина, который бережно обмывал его, направляя включённую воду через гибкий шланг, не забыв и о себе. Они вместе вышли из душа, переговариваясь и постоянно обмениваясь поцелуями, разложили вещи, а потом легли в постель, уютно устраиваясь в объятиях друг друга. Они обсудили завтрашний маршрут и места, которые посетят, после чего уснули. Этот день прошёл замечательно, как и следующие три, а оставшиеся два дня были посвящены только Диснейленду. Начали они свои приключения со Страны будущего. Помимо других аттракционов, посетили самый экстремальный под названием Космическая гора (Space Mountain), испытав при этом незабываемые ощущения скоростного полёта среди мириад ярких звёзд, огромных планет и других космических кораблей. Надолго застряли в зоне Звездных Войн и стали участниками атаки на Звезду Смерти, а потом погрузились в мир 3D Micro Adventure благодаря 3D-очкам, почувствовав себя героем кинокартины, сделанной по мотивам фильма «Дорогая, я уменьшил наших детей». Эффект присутствия просто потрясающий! В Стране фантазий парни попали в мир Винни-Пуха, Питера Пена, Пиноккио, прокатившись на самых захватывающих аттракционах, и посетили Замок Золушки — символ Диснейленда. А ближе к вечеру решили пощекотать себе нервы и отправились в Дом с привидениями (Haunted Mansion). Там было реально страшно: мрачная обстановка, жуткая музыка, портрет Дориана Грея на стене, постепенно меняющий свое обличие. Затем их посадили в черную карету, которая увезла их внутрь страшного, таинственного дома, где парни и другие посетители стали гостями на балу призраков, как «реальных», так и голографических. Жуткие завывания и скрежет когтей неизвестных животных, заставляли дрожать от страха, а на обратном пути в карете Чонгук случайно глянул в зеркала, висящие в коридорах, и истошно закричал, увидев между ними призрака. Чимин потом долго его успокаивал и откармливал мороженным. Второй день они начали со Страны Зверей и сразу же попали на самый популярный аттракцион — Splash Mountain, плавали на бревне и преодолевали водопады и обрывы с крутыми поворотами. В Стране Дикого Запада парни провели почти весь день, посетив остров Тома Сойера, покатались на пароходе «Марк Твен», помимо других аттракционов во всё горло кричали на горках Big Thunder Mountain, где в вагончиках пролетали по заброшенным шахтах рудников, а потом искали сокровища Индейца Джо. В Стране Приключений Чонгук с удовольствием посетил аттракцион «Пираты Карибского моря», так как обожал этот фильм, и окунулся в пиратскую жизнь, в детском восторге тыкая пальцем каждый раз, когда видел Джека Воробья. Ближе к вечеру уставшие, но довольные парни бродили по торговой части Диснейленда World Bazaar, где накупили разных сувениров для родных и близких. Чимин также покупал все фотографии, что предлагали им на различных аттракционах, смеясь с их выражений лиц в экстремальных ситуациях. Чонгук тоже смеялся и не был против таких запечатлённых моментов. Наоборот, будет, что вспомнить. Сказочное путешествие в Диснейленде закончилось волшебным и потрясающим шоу фейерверков (Disney Magic in the Sky). У них было столько впечатлений, подарков и сувениров, видео и фото, что они активно обсуждали оставшееся время в Токио, а потом и всю дорогу домой, в Сеул. К сожалению, внезапные каникулы закончились и начались будни, загруженные работой и обязанностями. Парни встречались только вечером, навёрстывая не подаренные за день поцелуи и объятия, а ночами долго и нежно занимались любовью, шепча друг другу признания в любви и симпатии, осыпая друг друга ласковыми словами. Неожиданно в гости нагрянул Тэхён, совсем забывший о ссоре перед отъездом и искренне порадовавшийся за создавшуюся пару. Он удивился, что они уже занимаются сексом, в шутливой манере подколов парней, сказав, что по его расчётам к этому они должны были прийти в лучшем случае через год. Чимин в свою очередь заявил, что лучше бы он своей личной жизнью занялся, на что Тэхён вначале стал шутить о тройничке, а потом в миг потерял настроение и хотел уйти. Он не желал разговаривать о Монике, но парни обступили его и наглядно объясняли ему свою точку зрения, использовав видео с того самого показа, да и шипперское видео как раз пришлось кстати, где были уже собраны все похожие моменты с ним и Моникой. Оказывается, у их «пары» есть немаленькая фанбаза, следившая за их взаимодействием не один год. Тэхён ушёл от них с надеждой в сердце, а через час позвонил пьяный вдрызг и сказал, что получил окончательный отказ: она теперь будет отказываться от всех совместных показов и вместе со своей девушкой переезжает жить на постоянное место жительство в Америку. Вот тебе и Купидон: сам свёл не одну пару, а в личной жизни не везёт, как утопленнику. В тот вечер Чимину и Чонгуку пришлось поездить по городу, чтобы отыскать пьяного Тэхёна и привезти к себе домой. Чонгуку так было обидно за друга, что он взял его телефон, перечитал все его сообщения к этой Монике, выяснив, что он не первый раз признаётся ей в любви, а потом написал длинное письмо от своего лица, рассказывая ей почему она не достойна такого замечательного парня, как Тэхён. Отправив его, Чонгук пожалел о некоторых резких высказываниях, и хотел уже удалить сообщение, но увидел, что его прочитали. Ну и ладно. Пусть знает, кого она теряет. Ответ так и не пришёл, хотя она редко отвечала Тэхёну. Тэхён выспался, пришёл в себя, поблагодарил парней за помощь, а потом уехал домой. Чонгук переживал за него, поэтому постоянно звонил ему и угрожал в случае, если он не ответит, приехать к нему домой и быть с ним постоянно. Тэхён благодарил его за заботу, говорил, что с ним всё в порядке, а потом погрузился в работу. Через неделю он позвонил Чонгуку и похвастался, что ему предложили роль в дораме, и скоро начнутся съёмки. Это событие решено было отметить, и парни устроили посиделки с алкоголем и вкусной едой, что закончились прилично, за исключением того, что Тэхён уронил с балкона свой телефон и разбил его в вдребезги. В нём была вся его жизнь: номера телефонов, аккаунты соцсетей, пароли от которых помнил лишь мобильный, куча видео и фото с Моникой, что Тэхён пересматривал перед сном, и переписка с ней. Доступ к соцсетям Тэхён смог восстановить, нужные номера тоже, а вот всё остальное решил оставить в разбитом телефоне. Значит, так надо, значит, это знак Судьбы, что необходимо двигаться дальше. Тэхён удалил Монику из друзей во всех соцсетях, что вызвало ажиотаж в шипперском фан-клубе, а потом окунулся в съёмки дорамы, получая истинное удовольствие от процесса съёмок и выслушивая заслуженную похвалу от профессионалов за свои актёрские способности.

***

Сегодня была своеобразная годовщина, которую Чонгук решил отметить — два месяца как они встречаются. Волшебные два месяца. Он приготовил несколько сложных блюд, по-праздничному сервировал стол и цветами украсил квартиру, после надел белую хрустящую от крахмала рубашку и чёрные брюки, и позвонил Чимину, напомнив, что ждёт его. Чимин сказал, что заехал к родителям, но через двадцать минут будет. Чонгук возился с десертом, когда на его телефон пришло сообщение от мамы Чимина. Он целую минуту тупо смотрел на фотографию мило беседующих Чимина и Сонии, а потом стал увеличивать фото в разных местах, пытаясь доказать самому себе, что фотография старая. Но нет, Чонгук сегодня собственноручно завязывал именно этот галстук Чимину, который ему сам же и подарил недавно. Что-то по Чимину не видно, что ему неприятно разговаривать с бывшей невестой. Улыбаются друг другу. Они улыбаются, а Чонгуку больно. Он так и просидел в прострации всё время, напрочь забыв о десерте, когда Чимин вошёл на кухню и обнял его за плечи, целуя в щёку. Чимин презентовал Чонгуку нереально красивую цветочную композицию, которую заказал заранее, но не получив ожидаемой реакции, даже слабой улыбки, обеспокоено спросил: — Чонгук-а, в чём дело? Тебе не понравилось? — Чонгук молча протянул свой телефон, и Чимин тут же с досадой цокнул и выругался. — Я так и знал, что мама меня сегодня не просто так домой зазывала. Она же с вечера мне постоянно звонила. Я не знал, что Сона будет там. — Но ты всё равно с ней мило общался. Улыбался ей. Забыл всё и простил её, да? — с болью в голосе сказал Чонгук. — Нет. Я не забыл, и пока что ещё не простил, но я ей даже благодарен, ведь теперь у меня есть ты. Ну же, малыш, перестань сердиться. Я так спешил к тебе, бежал со всех ног, а ты обижаешься. Мы просто с ней поговорили и всё. И то говорили всего лишь минуты две от силы, и в присутствии мамы. Я им сказал, что меня ждёт мой красивый и потрясающий парень, который точно с самого утра стоял у плиты, лишь бы меня побаловать вкусненьким, и что я не должен заставлять его ждать. — Ты правда так и сказал? — округлил в удивлении глаза Чонгук. — Да. Видел бы ты маму в тот момент. Я думал она лопнет от злости и негодования. Она много мне вслед кричала, но я не слушал уже, к тебе спешил. Поцелуешь меня? Я ведь ни в чём не виноват. И очень по тебе скучал. Чонгук обнял Чимина за шею и подарил ему самый сладкий за сегодняшний день поцелуй, а потом с улыбкой проговорил: — Твой подарок замечательный. Мне очень нравится. Спасибо. — Ну вот! Совсем другое дело! Улыбка тебе идёт больше, чем нахмуренные брови. Давай праздновать нашу дату. Чонгук, наконец-таки, вспомнил о недоделанном десерте, и пока Чимин открывал игристое вино и наливал его в бокалы, Чонгук украсил кремовыми цветочками десерт, и оформил к подаче. Они много разговаривали, смеялись, целовались, смаковали безумно вкусные блюда и пили замечательное вино. Вечер плавно перетёк в страстную ночь, где Чонгук плавился от любви и ласки Чимина, который был с ним безумно нежным, даря ему оргазм за оргазмом. Неделю Чонгук не вспоминал об этом эпизоде, а потом снова случайно увидел их сидящими на террасе уличного кафе. Он ехал в служебной машине из одного отеля в другой, и увидел, как Чимин ставил перед Сонией стакан с напитком и сам садился напротив неё. Эту встречу снова госпожа Пак организовала? Или в полупустом кафе мест больше нет? Что на этот раз Чимин придумает в качестве отмазки? Только Чимин даже не заикнулся о том, что виделся с сегодня с девушкой, а Чонгук не стал спрашивать. Через два дня Чимин пришёл домой поздно, а Чонгук уже давно лежал в постели и изводил себя невесёлыми мыслями. Он не стал поворачиваться к Чимину, притворяясь спящим. А Чимин разделся и юркнул в постель, обнимая младшего со спины и довольно выдыхая. Чонгук чуть повернул к нему голову, и вдохнул его запах, как любил это делать, но сейчас он, скривившись, почувствовал аромат приторно сладкого женского парфюма, и тут же отвернулся, убирая руки Чимина с себя. — Ну, маленький мой, ты чего? Я соскучился, — пробормотал сонно Чимин, пытаясь снова обнять Чонгука. — Иди, прими душ. От тебя воняет женскими духами, — процедил сквозь зубы Чонгук, выбрался из постели и ушёл в свою спальню, закрыв дверь на замок. Через некоторое время Чимин постучал в дверь и попросил впустить его, но Чонгук сказал ему уйти и оставить его в покое. Эту ночь они впервые за долгое время спали порознь. Утром Чонгук специально не выходил из комнаты, дожидаясь, когда Чимин уйдёт на работу, а тот явно ждал его, ведь ушёл на час позже. Чонгук пошёл на кухню и увидел на столе завтрак для себя и записку, в которой Чимин объяснял, что его секретарша в обеденный перерыв выбирала себе ароматы из пробников и случайно брызнула на него. Только вот Чонгук прекрасно помнил и даже снова залез на страницу Сонии в инстаграме, отыскав четырёхлетней давности пост, в котором она хвасталась подарком, что подарил ей Чимин, и это были те самые духи, ведь Чонгук тогда не поленился и нашёл их, чтобы узнать как они пахнут. Вечером Чонгук специально задержался на работе, так как совсем не хотелось идти домой, и даже подумывал остаться ночевать в своём номере, когда передумал и быстро собрался, выбегая на улицу и ловя такси. А во дворе дома его ждало новое неприятное действо: Чимин никого не стесняясь обнимал Сонию! Чонгук вначале опешил от такой наглости, а потом встретившись взглядом с Чимином, со всех ног побежал домой. Глаза жгли слёзы, но он сдерживался, бродя из угла в угол в гостиной. Минут через пять в квартиру вошёл Чимин, встал в проёме двери и молча смотрел на мечущегося Чонгука. — Ты за вещами пришёл? Мог бы и не утруждаться, потом бы забрал, а то ведь тебя твоя любовница ждёт. Или она снова невеста? Мог бы сразу признаться, что вы снова вместе, а не выдумывать небылицы. Права была твоя мама, что я для тебя всего лишь эксперимент, надоел и теперь бросаешь. Но знаешь, я бы принял любую другую девушку. Ты красивый парень, тебе нужно жениться, завести красивых деток, похожих на тебя, а не играть в любовь с наивным парнем, имевшим неосторожность в тебя влюбиться. Да, я бы любую принял, но не её! Почему опять она?! Ты её по-прежнему любишь? Неужели ты себя так не уважаешь, что снова её принял? Но ведь предавший раз, предаст снова. Вокруг полно девушек, почему снова она?! — Чонгук не выдержал и последнюю фразу прокричал во всё горло, с омерзением чувствуя, как дурацкие слёзы покатились по щекам. Да что ж такое? Он не собирался плакать перед ним! Только не перед ним. Он в одиночестве будет собирать осколки своего разбитого и такого доверчивого сердца. — Всё сказал? — спокойно спросил Чимин, отлипая-таки от косяка и проходя в комнату, протягивая Чонгуку красивое пригласительное. — Сония пригласила нас вдвоём на свою свадьбу. Она давно уже приняла предложение этого… своего… не помню его имя, и приглашает нас на торжество. Если ты не хочешь, мы можем не идти. И я сегодня разговаривал с отцом и рассказал ему о тебе. Оказалось, что он о нас знал уже давно, просто ждал, когда я сам решусь ему признаться. Он принял позицию мамы, что не будет нам мешать. Реально не будет мешать и подсовывать мне невест. И маме это запретил делать. Я ни в чём тебя не обманывал. Нам необходимо было поговорить с Соной, мы встретились без свидетелей и всё обсудили. Я не изменял тебе, и даже не думал об этом. Я сам пережил измену, и не собираюсь унижать так своего любимого человека, встречаясь с кем-то на стороне. Даже если такое и произойдёт когда-нибудь, я сразу тебе признаюсь, а не буду прятаться по углам, как крыса. И я никогда тебе не дам повода для ревности. Даже если я кому-то улыбнусь или с кем-то заговорю из женского пола, это не будет иметь для меня никакого значения, ведь в моём сердце есть только ты. Я не уверен, поверишь ли ты мне сейчас, но я люблю тебя, и хочу, чтобы ты знал об этом. Я сказал это не потому, что мы вроде бы как ссоримся и ты придумал в голове целый роман, а потому что я действительно люблю тебя. Я готов доказывать тебе это постоянно, пока ты окончательно не поверишь в то, что я просто тебя люблю. — А что будет, когда поверю? Ты бросишь меня? — тихо спросил Чонгук. — Нет же, глупый. Мы будем жить счастливо, без сомнений и ревности. Полностью доверяя друг другу. Я выбрал тебя в спутники жизни, и я буду тебе верен всегда. Как и ты мне. Ты ведь обещал мне это, и я тебе верю. — Я люблю тебя, Чимин, — расплакался Чонгук, обнимая Чимина, который обнял его и стал гладить по голове, проговорив: — Я знаю, родной. Я тоже тебя люблю. Чонгук ещё сильнее разревелся от долгожданного признания, крепко обнимая Чимина. Он дал ему время выплакаться, а потом повёл на диван, удобно сел и устроил всхлипывающего младшего на своей груди. Совсем скоро Чонгук затих, перебирая пальцами пальцы Чимина. — Мы не пойдём на её свадьбу, — констатировал факт Чонгук. После чего добавил: — А то вдруг она задумывает твоё похищение и подмену жениха. Я не перенесу этого. Или выдеру ей все волосы, и разнесу всё, пока тебя не найду, — Чимин рассмеялся, приласкав затылок младшего, взъерошив волосы, а потом ответил: — Я бы всё равно не ответил ей «да». Теперь все мои «да» только для тебя. — Бедные твои сотрудники, сочувствую им, — рассмеялся Чонгук, вызывая и у Чимина ответную улыбку. Чонгук поднял своё лицо вверх, упираясь подбородком в грудь Чимина и попросил: — Скажи это ещё раз. Чимин стал серьёзным, долго смотрел в глаза Чонгуку, гладил пальцем его лицо, а потом сказал: — Чонгук, я люблю тебя. — Спасибо! — Чонгук поцеловал старшего в губы, а потом засмеялся от щекотки. — А где моё признание? Я тоже хочу слышать его в ответ! — Я столько раз тебе признавался, что теперь твоя очередь равнять счёт. — Вот как? Хорошо. Чонгук, я люблю тебя. Люблю тебя, люблю тебя, очень сильно люблю тебя, люблю, люблю, люблю, люблю, безумно люблю тебя. И хочу очень сильно. Слышишь? Люблю тебя. — На сегодня хватит, любимый. Чонгук поднялся и оседлал бёдра Чимина, начиная нежный-нежный, бесконечный и трепетный поцелуй. Потом они синхронно стали освобождаться от одежды, а Чонгук достал из-под дивана смазку, куда закинули её с прошлого раза, сам смазал себя и насадился на член Чимина, снова седлая его и начиная двигаться в своём ритме, прижимаясь всем туловищем к партнёру и снова нежно его целуя. Кожа к коже, бесконечные поцелуи, прикосновения, плавное скольжение, ласковые слова, усиливающийся жар: кажется им это никогда не надоест. После того, как они отдохнули, Чимин взял Чонгука на руки и отнёс его в спальню, поухаживал за ним, стерев смазку с кожи, а потом лёг на спину, принимая в объятия прильнувшего к нему Чонгука. Он поцеловал его в лоб и тихо сказал: — Ты никогда для меня не был экспериментом. Я всегда был и буду с тобой искренним, — Чонгук явно хотел извиниться, поэтому Чимин указательным пальцем накрыл его губы, призывая к тишине. — Не слушай других. Не верь им никогда, чтобы они тебе не говорили. Только мы есть друг у друга, и только друг другу мы должны верить. Обещаешь? — Обещаю. — Вот и хорошо, маленький мой.

***

Некоторое время спустя парни решили провести ревизию своего гардероба, чтобы отобрать то, что они уже не будут носить и сдать лишнюю одежду в специальные организации. Чимину было легче, так как он несколько месяцев назад это делал, а вот Чонгук давно не разгребал залежи своих свитеров, которые два года уже не носил. Они почти уже закончили, когда Чимин из дальнего угла на половине Чонгука достал пакет, а из него свою давно потерянную рубашку. Чонгук в ужасе выскочил из гардеробной и убежал в свою спальню, а Чимин последовал за ним, задавая вопросы, вызывающие приливы стыда и страха у младшего. — Я эту рубашку давно искал. Чонгук, почему она там лежала? В чём дело? Что с тобой? Почему ты так побледнел из-за обычной рубашки? Ты мне объяснишь или дальше будешь умирать от страха? — Я… она мне… нужна была… я взял её, но забыл вернуть… прости, — тихо мямлил Чонгук, сжимая пальцы и отводя взгляд. — Ладно. Но зачем она тебе нужна была? — Запах, — еле слышно прошептал Чонгук. — Что? — Мне нужен был твой запах! — Зачем? — мягко спросил Чимин, догадываясь об ответе. — Не стесняйся, скажи. — У меня фетиш на твой запах. Я обожаю его. Твоя кожа, запах твоих волос, я обожаю то, как на тебе пахнут парфюмы и прочие косметические средства. Это сводит меня с ума. — Ладно, хорошо. Я догадывался об этом. Сейчас у тебя есть полный доступ ко мне, но тебе всё равно нужна моя одежда? — Нет. Я давно взял её. Забыл вернуть. — А что ты делал с моей одеждой? — Чонгук мгновенно покрылся густым румянцем, из-за чего у Чимина брови вверх взлетели. — Чонгук, что ты делал с моей одеждой? — Дрочил! — выкрикнул Чонгук, пряча лицо в ладонях. Господи, стыдно-то как. Он справился с собой, сделав несколько глубоких вдохов, когда услышал вопрос Чимина все ли два года их совместной жизни он это делал. — Да! Все эти два года я воровал твою одежду, вдыхал твой запах и бессовестно дрочил на тебя и твой образ. Ты был так близко ко мне, но так далёк. Я с ума сходил от невозможности прижаться к тебе и провести носом по твоей шее. Я больной, я знаю это, но я схожу с ума от того, как ты пахнешь. Началось это давно, ещё до того, как ты ко мне переехал. Ты с невестой каждую неделю приходил в один и тот же номер в моём отеле. Я сам готовил для вас номер, подбирал для тебя гели для душа… — Ты подглядывал за нами? — последовал тихий вопрос. — Нет! Нет, я не подглядывал за вами, — Чонгук решил не признаваться в своём случайном грехе, боясь усугубить, и так, плачевную для него ситуацию. — Я влюбился в тебя с первого взгляда. Я рад был хотя бы так заботиться о тебе, пусть ты бы даже и не подозревал об этом. Я даже готовил для тебя блюда, что вы с ней заказывали в номер. А потом… я не помню, когда именно мне пришло в голову понюхать твой халат… я возбудился тогда… всегда очень быстро… и я… больше не смог обходиться без твоего запаха. Я забирал себе твои вещи, пока запах не выветривался и… прости… Чонгук в удивлении распахнул глаза, наблюдая за тем, как Чимин стал расстёгивать пуговицы на своей домашней рубашке. Он снял её, и протянул Чонгуку, держа за воротник: — Покажи мне. — Что? — непонимающе спросил Чонгук, глупо хлопая глазами. — Покажи мне, как ты это делал. Я хочу посмотреть. Чонгук медленно протянул руку к висящей рубашке, забрал её и прижал к лицу, делая глубокий вдох. — Я давно этого не делал… — прошептал он, покраснев ещё сильнее от серьёзного потемневшего взгляда возлюбленного. Чонгук сел на кровать, продолжая прижимать к себе рубашку, и вскоре почувствовал привычное возбуждение. Не убирая ткань от лица, он руку запустил в штаны и стал гладить свой быстро твердеющий член. Чонгук лёг на постели, продолжая своё занятие, но неожиданно ткань с лица исчезла, и, открыв глаза, он увидел нависающего над ним Чимина. — Ты так быстро возбуждаешься, хороший мой. Прости, в следующий раз досмотрю до конца. Неожиданно начавшиеся горячие поцелуи так же неожиданно закончились, а Чимин спустился к бёдрам Чонгука, снял с него штаны и облизал член от яичек до головки. Чонгук выгнулся ему навстречу, впервые получая такую ласку, ведь раньше Чимин не стремился дарить ему этот вид удовольствия, хотя сам Чонгук часто ему отсасывал. Младший дрожал от того, как Чимин насаживался ртом на его член, но внезапно зазвонил телефон Чонгука, сбивая с ритма. Чимин не позволил ответить на вновь зазвонивший телефон, быстро снял штаны и стал растягивать колечко мышц младшего, после входя в него смазанным в лубриканте членом. Он закинул ноги Чонгука себе на плечи, склонился над ним, тем самым сгибая Чонгука пополам и стал быстро вбиваться в жаркое нутро, то и дело целуя сладкие губы. Чонгук обнимал любимого за шею, охотно отвечал на поцелуи, сам целовал его шею и плечи, ерошил влажные волосы, вдыхая их аромат, и плавился от толчков в себе, чувствуя приближение разрядки. Прямо перед самым пиком, Чимин неожиданно вышел из Чонгука, вызвав громкий стон разочарования, просунул руку ему под поясницу и одним движением перекатился на спину, усаживая Чонгука на себя. Он тут же насадился на член и возобновил быстрый темп, облокачиваясь предплечьями на подставленные ему под спину колени старшего. Сам же Чимин выдавил смазку на ладони и обхватил член Чонгука, пленяя его в бережном, но тесном кольце двух ладоней. Чонгук всхлипнул от новых ощущений, и продолжил двигаться на члене, вбиваясь в кольцо из рук и закидывая голову назад, предоставляя Чимину изумительное зрелище на свою красивую шею. Чонгуков член выстрелил спермой в тот самый момент, когда его телефон принял сообщение, но ни он не перестал двигаться на члене, ни Чимин не убрал руки, и они продолжили своё занятие, вскоре кончая одновременно. Чонгук упал на грудь старшему, и уткнулся носом в вену на шее, чувствуя им, как постепенно сердцебиение Чимина приходит в норму. Он прошёлся губами по шее, слизывая пот, а потом взял салфетки и вытер сперму с их животов и смазку с рук и… да, там тоже. Чонгук потянулся к телефону, смахнул пропущенные вызовы и прочитал сообщение, улыбаясь от прочитанного. — Кто там такой настырный? — поинтересовался Чимин. — Тэхён. Приглашает нас на свою свадьбу через три недели в моём главном отеле, и просит меня быть организатором его свадьбы. Так, главный зал должен быть свободен в это время. Я не помню, чтобы его бронировали. Необходимо продумать меню, но вначале он мне должен сообщить количество гостей. А пресса тоже будет? Это же и на них необходимо будет готовить! — Подожди, хороший мой. Загорелся как! — смеясь проговорил Чимин. — А невеста-то кто? — Как кто? Моника конечно же. Они ещё месяц назад стали встречаться, причём официально. Тэхёну плевать на общественное мнение, поэтому он не хранил такое событие от прессы в тайне. А ещё ему предложили новую роль несмотря на то, что премьера его дебютной дорамы назначена лишь через неделю. Но его так все хвалят, что известный режиссёр вначале провёл с ним пробы, а потом сразу же утвердил на роль. Что? Что ты так смотришь на меня? — Почему обо всём этом я узнаю только сейчас? — недовольно прищурился Чимин. — Ну, ты же ревнуешь меня к Тэхёну, а мы по-прежнему с ним общаемся, поэтому я и не говорил тебе о нём. Ай, Чимин! Ну не надо! Прекрати! Чонгук в который раз извивался в руках Чимина, пытаясь избавиться от щекотки. Чимин методично проходился пальцами по его рёбрам и подмышкам, а потом прижал к кровати и серьёзно сказал, разглядывая милое порозовевшее от смеха лицо: — Ещё раз скроешь от меня что-то подобное, защекочу до смерти. Понятно говорю? Замечательно. Тэхён мне не чужой, мне интересно знать о нём, к тому же он твой друг, а твой друг — мой друг. Да и в гости пусть приходит с невестой. Слушай, хороший мой, а давай после их свадьбы съездим куда-нибудь? Может на море хочешь? — Хочу. С тобой хочу куда угодно. Я люблю тебя. — И я тебя люблю, малыш. Они смотрели друг другу в глаза и каждый видел там настоящую любовь, море нежности, а ещё желание быть друг с другом как можно дольше, и дарить друг другу только положительные эмоции. Свадьба Тэхёна прошла на высшем уровне. Молодожёны получили шикарное торжество, пресса — красивые фотографии, а Чонгук рекламу на всю страну, из-за чего заказы на свадьбы именно в его отеле, организованные именно Чон Чонгуком, посыпались одно за другим. Тэхён вскоре оставил модельный бизнес и стал замечательным востребованным актёром. Через пару лет он станет отцом, но его жена не будет домохозяйкой, а продолжит быть медийной личностью, под стать своему блистательному мужу. Чимин и Чонгук часто путешествовали, и побывали во многих странах, выбрав для себя самые любимые, куда потом ездили ещё не один раз. Конечно, фаворитом для них осталась Япония со своим знаменитым на весь мир Токийским Диснейлендом, и они не раз ещё туда возвращались. Парни прожили много лет вместе, по-прежнему трепетно любя друг друга, и мама Чимина так и не дождалась от него ни признания своей «ошибки» в выборе пары, ни, к сожалению для родителей, внуков. Чонгук иногда доставал и разглядывал свидетельство о браке, который они заключили в Лас-Вегасе, но в Южной Корее оно не действительно, хотя парные обручальные кольца парни не снимали никогда. Чимин даже через пятнадцать лет всё так же вставал рано и готовил завтраки своему мужу, а Чонгук всегда старался накормить его вкусным ужином. У них по-прежнему впереди много замечательных дней, наполненных любовью и взаимопониманием, к чему стремиться должен каждый. Так часто бывает, что кто-то любит молча, а кто-то долго не осознаёт очевидного, и чтобы понять, что этот кто-то тебе дорог, необходимо его потерять. Зато потом уж точно никогда и ни за что не отпустишь.