Человек свободный

Слишком яркий и непривычный свет слепил глаза, заставив Гарри тихо застонать и перевернуться на другой бок, зарываясь в колючее одеяло. Маггловский будильник недовольно вопил уже в который раз, чудом еще не отправившись в короткое путешествие до ближайшей стены. Спасало лишь одно — Гарри не хотелось лишний раз чинить его. Долгое пребывание в постели уже затянулось. С трудом поднявшись с кровати и взлохматив порядком отросшую шевелюру, Гарри направился в ванную, ступая босыми ногами по холодному полу. Встав напротив раковины, он зевнул и потянулся за зубной щеткой, без интереса оглядывая свое отражение: слишком бледная кожа сразу же бросалась в глаза, а темные волосы, опустившиеся чуть ли не до плеч, нужно было познакомить с расческой. Голова болела нещадно. Гарри чертовски нуждался в холодном душе. Повернув кран, он зарекся больше проводить одинокие вечера в компании огненного виски старины Огдена и с облегчением подставил голову под ледяные струи. Уже через какие-то полчаса Гарри спускался в подвал, оборудованный для работы, — куча заклинаний спасала от любопытных глаз и позволяла абстрагироваться от внешнего мира. Последние десять лет прошли словно в тумане — едком, отравляющем, —заставляя время тянуться, но не убавляя яркости произошедших событий. Повалившись на массивный деревянный стул, Гарри потянулся за журналом, в котором вел отчет о проведенной работе. Игнорирование главного приема пищи — завтрака — уже вошло в привычку. Не совсем здоровую, разумеется. Прошло пять лет с тех пор, как Гермиона по доброте душевной отдала Гарри свой старый маховик, давно потрескавшийся и не имеющий прежней ценности, — Гарри горячо поблагодарил подругу и погрузился в долгие годы работы над вещицей. Он то и дело терпел поражение, ошибаясь в магических формулах при попытках восстановить нерабочие части, допуская оплошности в вычислениях, но, недовольно нахмурившись и полностью уйдя в работу, Гарри начал изучать нужную литературу, иногда не брезгуя заглянуть в Лютый переулок, и постепенно вышел на верный путь. Маховик несильно искрил, но приятное тепло, исходящее от него, заставляло Гарри поверить в то, что все еще можно было взять в свои руки. Если он был прав, то один оборот равнялся одному дню. Пара оборотов идеально подходила для проведения тестов. Гарри быстро поправил упавшие на глаза волосы, давая зарок, наконец, их отстричь, и бросил быстрый взгляд на журнал, делая последние поправки. Он сделал один оборот, затаив дыхание.