Пока Салли спит...

Спустившись в комнату друга, Сал застал его лежащим на диване. Он лежал в наушниках, уставившись пустым взглядом в потолок. Фишер решил не ходить вокруг да около, поэтому спросил прямо: — Ты рисовал меня? — Ларри приподнялся и посмотрел на парня, снимая оба наушника. — Да, я тебя рисовал. Черт, да я не только рисовал, я, бля, умудрился поцеловать тебя, чел. Прямо. В губы. — Кареглазый, пусть и сильно смущаясь и стыдясь (это было видно по его розовым щекам) сказал это, глядя Салливану прямо в глаза. — Но, чувак, я серьёзно не понимал, что делал, это случилось так спон... — Джонсон пустился было оправдываться, но его неуверенную речь прервал дрожащий голос Фишера: — Я... Нравлюсь тебе? "Глупый вопрос. — Подумал он, — Конечно же нет!" Но глянув на то, как нервно сглотнул парень, Голубоглазый разубедился в своём утверждении. — Я не знаю, как это описать... — начал Ларри, но прервал ту мысль коротко ответив — Да, чел. Губа Салли дрогнула. На протяжении всей своей жизни с протезом, он ещё никому не нравился. Да никто с ним и не общался. Возможно их пугала неизвестность, ведь кто знает, что же под маской Салли-Кромсали? Поэтому сейчас, когда его единственный лучший друг признался в своей симпатии, Фишер был ужасно счастлив!И, не в силах сдерживать свои чувства, парень подбежал к дивану, прыгнул на руки Ларри и крепко его обнял, сжимая в небольшие кулаки его футболку. Из-под протеза текли слёзы...

***

"Стресс.Определённо стресс." — Улыбаясь, шепнул Джонсон и осторожно лёг на диван, стараясь не разбудить уснувшего у него на груди, как котёнка, Сала. Вся эта картина выглядела очень мило. Аккуратно поддев оба замочка, парень расстегнул и снял протез с друга. Он отправился на всё ту же тумбу. Кареглазый чмокнул Фишера в уголок губ, приобняв его за талию. Но этого всё равно не хватало. Положив приятеля на бок, он углубил свой поцелуй. Руки темноволосого во всю блуждали по телу Салли под толстовкой. Но парень вовремя остановился: "Мне, конечно, чертовски хорошо, но я же должен взять, как-никак, согласие Сала..." — Поэтому, он лишь накрыл Фишера одеялом и, как и в прошлый раз, обняв и прижавшись к нему, заснул...