Из пепла

«Везет же этой букашке. Ползает, печалей не знает. А тут как ни день, так новая трагедия. Опять потери, войны, слезы, страхи. А ей все нипочем. Орден/Лорд — какая разница. Придут ли к власти первые или вторые, она будет жить. Жить… А может через час эта маленькая жужжащая муха попадет в паутину. И не будет уже жить. Не будет жить… Такие простое слово «жить», а как влияет на людей. А на тебя повлияет?» — мужчина с темными длинными волосами сидел на подоконнике всеми забытого пыльного чердака. Он смотрел на спешащих лондонцев и пытался не думать о действительности, хотел помечтать, но у него ничего не получалось. Сириус заметил небольшую черную муху и теперь пытался прижать ее к деревянной раме. За окном стояла поздняя осень. Деревья почти облетели. Их золотая листва оставалась лишь под ногами прохожих. Небо серое. Туман. Вся природа засыпала. Вот и маленькое насекомое уже не могло взлететь, чтобы скрыться от могучего человека. Мародер нажал посильнее на маленькое темное брюшко, муха начала усиленно жужжать и извиваться. «Видишь, и для тебя жизнь не пустой звук — муха истошно продолжала жужжать, — точно не пустой. Все замолчи!» Блэк несильно отфутболил ее указательным пальцем. Она с перепугу поползла так быстро, что вскоре скрылась в маленькой расщелине. «Прячься — прячься, весной посмотрим кто кого». Вдруг снизу раздался шум, и хозяин направился туда. «Кикимер не мог так быстро вернуться. Хотя кто знает этих домовиков? Тем более этого, что портрета слушается, — рослый красивый мужчина быстро перебирал ступеньки старого особняка. — Кажется, звук со второго этажа». Он ускоряет шаг. Льется вода? Ванная? Сириус быстро входит на второй этаж и приближается к ванной. Он?! Это не может быть он. За секунду в голове проносятся картинки последних событий, месяцы тупого исступления и в груди вскипает звериная ярость. Перед ним стоит, нагнув голову под кран с ледяной водой, знакомый молодой человек. Он не замечает хозяина и продолжает стоять у раковины. Хозяин больше не смог терпеть ни секунды. Злость захлестнула его. Он подбежал, рванул брата за плечо и с силой приложил его о мраморную раковину. Тот осел на черный пол. По его лицу заструилась кровь. Вода из треснутого мрамора тоже текла на него. Он сначала сидел, опустив голову, но вскоре поднял полные боли глаза. «Это будто не он, — напавший оторопел и отошел на шаг назад, — Худой будто был в плену. Бледный, словно умер уже. Красные глаза…. Нет, это не важно! Его не за что жалеть! Он убийца!» Минутная жалость прошла, и Сириус снова кинулся с кулаками на непрошенного гостя, пытаясь что-то сказать, но это было больше похоже на рычание: — Ты! Второе нападение обернулось провалом. Взмах палочки. И хозяин дома летит в стену, больно ударяясь головой. — Да, как ты смеешь! — поднимаясь, кричит Блэк-старший, но не успевает договорить, так как в него с треском летит яркая вспышка. Ему приходится отступить в гостиную, но он уже приготовился атаковать в ответ. Гостиная — это еще одна темная пыльная комната. Заметно, что хозяин ее не слишком жалует. Здесь стоят протертые черные кресла и диван, обивка которых когда-то мерцала серебристо-зеленой вышивкой, но сейчас от нее не осталось и следа. В центре — небольшой журнальный столик, перекосившийся на одну ногу. Рядом расположен простой облезлый деревянный стул, который никак не вписывался в обстановку. На нем, как и на столике, лежали пожелтевшие выпуски Пророка. Высокие потолки, кажется, только усугубляли вид на серо-зеленые гобелены по стенам. Свет в комнату почти не проникал. Он был сокрыт за длинными бархатными шторами болотного цвета. Посереди одной из стен располагался камин с узорами в виде змей, а по обе стороны от него находились застекленные шкафчики, набитые всякой всячиной. У другой стены стоял неприглядного вида письменный стол. — Как я смею?! — раздался надрывный голос, и со звуком пронеслась быстрая вспышка, — Не я начал нападать на брата, Сириус! Блэк-старший парировал заклятие и отослал новое: — А ты еще скажи, что ни в чем не виноват! Предатель! — как он смеет смотреть мне в глаза?! Как можешь ты сражаться против меня?! Неужели это правильно для благороднейшего и древнейшего семейства? — Тебе не понять! — младший брат выпустил новую яркую вспышку, которая с раскатом грома врезалась в застекленный шкаф. Полетели осколки. Сириус укрылся за кресло, досчитал до пяти и послал ответную молнию: — Конечно, я же не предавал никого! — Кроме матери, — добавил быстро брат и сразу поплатился за это. Его правое плечо обожгло заклятие. Он закрыл рукой рану и спрятался за противоположное кресло. — Нет, Регулус Арктурус Блэк. Я не предавал мать. Я лишь шёл наперекор её «благороднейшим и чистейшим» устоям! — Сириус метал заклинания одно за другим в семейное кресло — Испугался? — Не дождешься! — Блэк-младший выскочил из укрытия и с треском выпустил очередной луч. Сириус вовремя нагнулся и в таком положении, головой вперёд, побежал на брата. Он впечатался лбом в его живот. Регулус этого не ожидал, поэтому потерял равновесие. Мужчины повалились на пол. Началась неразбериха. Оба с силой колотили друг друга. Палочки отлетели далеко-далеко. В этот миг было не до слов. Братья, словно сумасшедшие, катались по полу. Пыль стояла столбом. Костяшки пальцев каждого все больше окрашивались в алый цвет родной крови. Казалось, они не чувствовали боли, ведь если было бы по-другому, они давно свалились без сил. Их питали самые ужасные чувства: ярость, злоба и ненависть. И он мне будет что-то говорить о предательстве?! Он думает, что никого предательства не было? Послать на верную смерть целую семью — это не предательство? Невинные дети. И ради чего? Власть? Уважение? Почёт? Что Волан-де-Морт предлагает взамен? Деньги? Метку? Должность в министерстве? Что платят за человеческие жизни? — внутри все бурлило, словно в пылающем кратере вулкана. Синяки, ссадины — ничто по сравнению с тем, что бушевало в сердце. Это не описать словами. Было похоже, что в груди плавится металл. Несколько точных ударов с обоих сторон и неловких уворотов: братья оказываются на лестнице. Они не видят ничего вокруг и вскоре кубарем летят вниз. Мужчины проносятся мимо выставленных на показ голов домашних эльфов, ударяясь о каждую ступень. Ощущение будто ребенок поместил жуков в баночку, а теперь с детским озорством трясет ее изо всех сил. Этими жуками сейчас были они. Мужчины высыпались на первый этаж. Регулус отлетел к столовой. Он лежал без движения на левом боку с вытянутой рукой и согнутыми в коленях ногами. Его светло-серая рубашка давно побагровела и во многих местах была порвана. Сириус лежал на спине, головой откинувшись на ступеньку лестницы. На его левой руке пониже локтя был сильный порез. Правой рукой мужчина пытался нащупать болевшую голову. От шума разъехались портьеры, и начался крик на весь дом: — Негодяи, бестолочи, позор всего нашего рода! Можете только крушить то, что создавалось веками! Трусы! Один, якшается с отребьем…. Маглы, полукровки…. — Да, заткнись ты! — рявкнул уже поднявшийся с пола Блэк-старший. Он пока плоховато держал равновесие, поэтому одной рукой опирался на стену. — Затыкать родную мать! Неслыханно! Что за дерзость! — вопли только усиливались. — Неблагодарный! Младший брат с опаской поглядывал на противника. Он поднялся на локте и откинулся на косяк двери. Это был мужчина так похожий на Сириуса: те же благородные черты лица, те же длинные волосы, тот же цвет глаз, только более щуплое телосложение и не столь высокий рост. Регулус зажимал раненое плечо и тяжело дышал. Для Блэка-старшего это было только начало. Он подлетел к брату, схватил его и затащил в столовую. Подальше от надрывающейся от крика мамаши. Сириус прижал Регулуса левой рукой к стене и начал ему выговаривать все, что накопилось внутри. Младший не сопротивлялся. — Ты говоришь, не предатель? А кто же ты? Из-за тебя убили целую семью! Безжалостно расправились с маленькими невинными детьми! Что они сделали, чтобы умереть такой страшной смертью? — Сириус с силой тряс брата, — За что? Регулус не смотрел обидчику в глаза. Он опустил голову и все бы отдал, чтобы сейчас провалиться под землю. В коридоре же до сих пор надрывалась Вальпурга Блэк. — Что ты молчишь? Смотри мне в глаза, — таким разъяренным Сириус не был еще никогда, — Ты погубил столько жизней! Артур! — мужчина не сдержался и нанес удар с правой руки прямо в лицо, — Молли! — еще удар, — Чарли! — удар следовал за каждым новым именем, — Билл! Перси! Фред! Джордж! Рон! Джинни! Ты убил их! — Но Джинни и … — Меньше твой грех от этого не станет. Пойми, они умерли тогда вместе с семьей. Какая жизнь может быть после такого?! Когда они вырастут и все узнают! — Сириус отпустил брата и повернулся к нему спиной, — Все эти смерти на самом деле из-за меня. Это я предложил сделать тебя хранителем тайны! Сам отказался им стать. Думал, что так безопаснее. Кто же мог подумать, что предателем станешь ТЫ! На последнем слове старший Блэк резко развернулся и замахнулся на брата. Правая рука со всей силы ударилась о стену. Нет, он не промахнулся — Регулус начал терять сознание и осел на пол. Сириус зажмурился и взвыл от боли. — В смертях, действительно, косвенно виноват ты. Только не так, как считаешь, — еле слышно говорил Блэк-младший, пока брат справлялся с резкой болью, — Помнишь меня молодого неопытного аврора. Я давно позабыл свои мечты о возвышении Лорда и детское желание поскорее принять метку. Я был горд, что Орден давал мне серьезные задания, хотя и понимал, что не получил бы их, если бы не было такой сильной нехватки людей. В тот день я шёл по Косому переулку. Уже не помню зачем. Хотя нет. Помню. Хотел приобрести новую метлу, ведь моя после стычки с Пожирателями больше не поднималась выше трех метров. Тогда-то они меня и схватили. Наверное, убили бы сразу, если бы не мое «благороднейшее и древнейшее» происхождение. Лучше бы убили…. Избили, притащили к Волан-де-Морту, — он тяжело дышал, но продолжил, — Я плохо помню дальше. Там были наши родственнички. Белла со своим новоиспеченным мужем Рудольфусом. Оба жестоки. Что-то говорили о том, что я сбился с пути и не такой как мой брат, что на самом деле я могу служить Темному Лорду, что почту это за честь. Но надо только показать, что это лучше…. И Волан-де-Морт в действительности милосердный правитель. Все это плыло будто мимо меня. Казалось, не со мной все происходит. Я молчал. Лорд был недоволен. Пытал, наверное. Не помню. Все расплывчато. Образы. Люди. Змея. И Он. Дальше, словно прошло много дней. Он пытался сломить меня, пытался проникнуть в сознание…. Были уговоры. Я должен был все рассказать и присоединится. Если бы не… я бы ни за что! — Если бы не что? За что можно предать?! — Сириус рассвирепел с новой силой. Он схватил первый попавшийся стул и швырнул его в брата. Правая рука подвела, кажется, сломана. Стул приземлился недалеко от Регулуса, разлетевшись в щепки, — Надо было умирать, но не предавать друзей! — Я бы умер! — крикнул младший брат и резко попытался встать — ничего не получилось, — Если бы можно было умереть. Я думал, что тебя схватили, пытали и хотели убить! — Что за чушь! — Действительно, чушь. Только я это слишком поздно понял. Наши знания окклюменции ничто, когда сопротивляешься Лорду. Все было так реально. Я и подумать не мог…. Был выбор: твоя жизнь или тайна. Да, не смотри на меня так. Я хотел, чтобы убили меня, и мне не пришлось решать. Только это невозможно. И я выбрал: я открыл тайну. — Глупец! — воскликнул Сириус. Регулус уже смог встать и молниеносно из последних сил накинулся на брата. Он опрокинул его на пол, а сам отлетел к длинному столу. Тут из-ниоткуда возник Кикимер. К бешеным возгласам мадам Блэк добавились всхлипывания и причитания домовика. На него быстро прикрикнул Сириус, и эльф удалился, но ненадолго. Вскоре он подглядывал за событиями в столовой из коридора, где надрывалась мать. Немного усилий и младший брат сел на стул, а старший продолжил восклицать с пола: — Идиот, что моя жизнь по сравнению с целой семьей?! — Идиот говоришь, — Регулус сплюнул кровь на пол, — А что бы ты выбрал? — после паузы он продолжил, — То-то же. Сириус начал подниматься. Его пыл поутих. Сказать было нечего, да и надо ли? Надо. — Почему не вернулся сразу? Тебя не отпустили? — уже спокойно спросил брат. — Отпустили. Только перед этим рассказали, что тебя не похищали и…. я вправду глупец, — младший брат закрыл глаза и опустил голову, — Они ржали надо мной, говорили, что идти мне некуда — меня ждет верная смерть. Я снова поверил. Остался. — Зачем? — Регулус только поднял плечи, — Струсил? — Да, наверное. — А почему вернулся? И как? — брат молчал, — Говори? Брат, молча, достал серебряный перочинный ножик. Это подарок Сириуса на одиннадцатилетние. Мать тогда превратила его в экстренный портал. Дальше Регулус закатал рукав. Черная метка. Сириус снова издал что-то вроде рычания и накинулся на брата. Кикимер завыл, а мать вновь закричала проклятья. Мужчина стащил брата со стула и начал бить, но тот изловчился и откинул его ногой в другой конец комнаты. — Что. Ты. Сделал? После долгого молчания Регулус сказал: — Нет мне места на этом свете. Убей меня за предательство. Не дай совершить больше… — Что. Ты. Сделал? — Убил ребенка. — Что? — взревел Сириус. Наступила душераздирающая тишина. Осознание пустоты и бесполезности, — Как это произошло? — Утром был налет Пожирателей на семью. Они вроде не состояли в Ордене, но были против Волан-де-Морта. В доме было трое взрослых и двое маленьких детей — девочки, близняшки. Я… послал заклинание в женщину, а оно отскочило в ребенка. Она больше не дышала. Старший брат быстрыми шагами пересек комнату, подошел к брату, приподнял его за ворот рубашки: — Где? — строго спросил он. — Там взрослые убиты, а вторую девочку забрали… От этих слов Сириусу стало еще тяжелее. Он с силой вздохнул и повторил вопрос. Регулус на этот раз сказал адрес. Блэк-старший резко отпустил брата, так что тот со всей силы ударился головой об пол. От этого он потерял сознание. Потом Сириус крикнул: — Кикимер, хватит прятаться, — моментально зареванный домовик вошел в разгромленную комнату. — Принеси мою палочку. Домовой эльф вернулся через секунду и протянул палочку. Сириус взял ее и направился к крыльцу для аппарации. За несколько секунд до перемещения он дал еще один приказ домовику: «Помоги ему!» Сириус перенесся по адресу. Перед ним был двухэтажный маленький коттедж, а точнее то, что от него осталось. Крыша провалилась, так что второго этажа уже фактически не было. Первый был разгромлен очень сильно — это тоже было видно снаружи. Он вошел в дом. Похоже, орденцев еще не было. Тела лежали заваленные на первом этаже. Несмотря на руины, он примерно определил, где кто находился до налета, чем они занимались. Зачем он пришел? Увидеть еще раз смерть? Непонятно. Что его сюда привело? Он просто шагал мимо осколков, поломанной мебели и мертвых людей. Жена. Супруг. Бабушка? Сириус шел вперед. Тут под очередной деревяшкой он увидел хвостик из темных — черных волос. В груди была пустота и снова злость. Это сделал его родной брат! Блэк приподнял доску и вытащил ребенка. Она была совсем маленькой. На вид ей не было и пяти. Глаза закрыты. Так даже лучше, иначе он не смог бы на это смотреть. На тонкой шейке болтался золотой медальон с двумя буквами «П», которой почему-то привлек внимание аврора. Он нагнулся посмотреть и заметил еле уловимое движение. Она жива! …В комнате была непроглядная тьма. Сириус открыл глаза и резко сел на кровати. Он тяжело дышал. «Снова этот кошмар. Столько лет прошло, а будто все произошло только вчера….»

***

— Поднимайся, Бэмби, — Рон легонько пнул кровать друга и с ухмылкой встал у окна. — Да ну тебя, — лениво кинул в него подушку Поттер. Уизли с легкостью ее поймал и продолжил: — Хватит валяться! Ты уже проспал завтрак! Эмили минут десять назад ушла в школу…. А ты знаешь, как долго она сейчас красится! — Я, между прочим, давно встал, — Гарри перевернулся на другой бок, вспоминая свою раннюю прогулку по полю. — Ага, это, наверное, во сне было. Теперь давай этот подвиг наяву повтори, — Рон кинул подушку хозяину. Поттер, которому она прилетела прямо на голову, недовольно поморщился, но начал медленно подниматься. Рыжик его тормошил и пытался ускорить: — До уроков пять минут! Ты же знаешь, что Грюм превратит нас в пару безмозглых хорьков за это! И опять назначит кучу отработок. Хочешь, снова каждый вечер двигать мебель и танцевать под стремительными заклятиями? — Кончай нудеть, — Гарри уже почти собрался, — Прямо как Гермиона! — теперь остановился покрасневший Уизли. Поттер усмехнулся, — Ну, что застыл? Идем. Ребята до школы почти бежали. Они успели влететь в класс как раз перед носом Грюма. Все вроде хорошо, но профессор еще злился на них, поэтому им снова необходимо было остаться на отработку. Это значит, что даже самый интересный для мальчиков предмет, прошел на негативной ноте. Травология была после этого незаметна, а вот Магловедение преподнесло им необычный сюрприз. Ребята расселись по местам в ожидании профессора Тонкса. Не сказать, чтобы Магловедение было очень интересным предметом, но Тед Тонкс всегда баловал ребят забавными историями. Тем более все они сейчас жили в немагическом мире, и эти уроки помогали им в повседневной жизни. Сегодня преподаватель задерживался, поэтому в классе было шумно. — Ребяточки, тихо-тихо, — прозвучал лилейный голос от двери. Все мигом обернулись. Зашла немолодая волшебница в розовой мантии. Ее, конечно, узнали. Это Долорес Амбридж — заместитель и личный помощник руководителя Ордена Феникса. Она прошла к учительскому столу, развернулась к ученикам, поправила свою розовую шляпку, растянулась в приветливой улыбке и начала говорить: — Дорогие мои, сегодня я проведу у вас одно занятие по курсу магловедения. Надеюсь, вы будете вести себя хорошо, и мы о многом успеем переговорить. Да, мистер Томас? — Амбридж обратилась к первому, кто поднял руку. — А где профессор Тонкс? — Ах, да. Совсем забыла поставить вас в известность, — женщина обвела улыбкой класс, — Молодец, Дин. Садитесь, вы задали очень правильный вопрос. Профессор Тонкс сегодня повел первокурсников на экскурсию, а мне выпала честь заменять его у вас и четвертого курса. Есть еще вопросы? — Долорес опять приветливо улыбнулась классу, — Нет. Тогда давайте начнем наше занятие. Я думаю, профессор нас простит, если одно занятие мы с вами просто поболтаем. Амбридж взмахнула палочкой, и вмиг у нее на столе появился миленький чайный сервиз с котятками и горячий чайник. Ребята так и ахнули. — Думаю, что хорошая беседа может быть только за чашечкой горячего чая, — она снова начала колдовать, тогда чашки наполнились чаем и сами летели к ученикам. Когда все получили горячий чай, преподавательница уютно запахнулась в наколдованный малиновый плед и села за учительский стол, сжимая в руках свою чашечку. — Что ж теперь давайте поговорим о маглах. Маглы — такие же люди, как и мы. Только они, — из груди Амбридж вырвался тяжелый печальный вздох, — к величайшему сожалению, не обладают магической силой. То, что для нас очень просто и повседневно, для них может представлять определенные трудности. Но они их с успехом преодолевают. У них развиваются технологии и науки. Они возводят гигантские города, прокладывают немыслимые железные дороги, сооружают приспособления для поиска полезных ископаемых…. Ее речь лилась словно музыка. Она завораживала школьников самыми обычными вещами, которые они уже слышали сотню раз. От слов Амбридж невозможно было отвлечься. Женщина словно была создана для речей на публику. Ребята слушали, молча, лишь иногда выражали полное согласие с преподавателем или приводили примеры из жизни. Урок проходил идеально. — Да, мисс Грейнджер. Вы что-то хотели нам рассказать? — все также приятно улыбаясь спросила Амбридж. — Да. Я бы хотела знать ваше мнение по одному вопросу, — уверенно проговорила Гермиона. — Задавай, моя хорошая. — А как вы думаете, может быть, когда Тот-Кого-Нельзя-Называть падет, волшебникам стоит открыться перед магглами? Чтобы помогать им и оберегать их в открытую? Не скрываясь, не прячась. Век инквизиции прошел. Может, этот шаг откроет новое будущее? — Интересный вопрос, дорогая. Давай я подолью тебе сначала горячего чая, а потом отвечу тебе. — Спасибо, но я еще первую чашку не выпила, — присаживаясь, ответила Гермиона. В глазах Амбридж промелькнула недобрая вспышка, но быстро угасла. Она снова излучала мир и любовь: — Зря, такой чай прекрасный. Посмотрите, Невилл уже третью чашку допивает. Хотя, как хотите. Я же не заставляю. Долорес немного помолчала, сделала глоток чая: — Вопрос очень хороший и даже, стоит сказать, очень нужный. Темный Лорд, наверняка, — Амбридж посмотрела на свои руки, — скоро падет. Но займет ли его место Орден Феникса? Неизвестно. Это первое. Второе: когда-то маглы обошлись с волшебниками очень дурно. Они уничтожали нас, так как боялись нашей неизмеримой силы. — Вы думаете, что Того-кого-нельзя-называть может одолеть не Орден Феникса? — очнулся Поттер. — Гарри, надо было сначала поднять руку, — строго сказала Амбридж, но быстро смягчилась, — Ну, ладно, не страшно. Думаю, что наш Орден непременно победит Темного Лорда. Я не уверена, что у него сейчас хватит на это сил, но когда-нибудь это непременно произойдет. Теперь о маглах…. Мы, конечно, можем предстать перед ними во всей магической красе, однако сразу возникает столько «НО». Например, все поймут, что злодейства Лорда — это дело рук волшебников, а, значит, с нас начнут спрашивать за ущерб. И много всего неоднозначного…. — женщина опустила глаза и снова тепло заговорила. — Хотя, мои дорогие, это тему можно развивать бесконечно. Давайте так, к следующему занятию каждый из вас приготовит развернутое сочинение. По классу пронесся недовольный ропот. — Ничего-ничего, вы справитесь, как-никак, шестой курс. О! Как раз конец занятия. Всем спасибо. — Долорес попросила собрать чашки, мило попрощалась с классом и вышла. — Народ, это же не учитель, а мечта! — воскликнул Симус, как только Амбридж скрылась за дверью. Однокурсники сразу с ним согласились. — Немногие с нами так мило разговаривают! — И никаких вопросов не задают! — Да еще и чаем напоила! Пока все восхищались, Гермиона тихо говорила ребятам: — А мне она не нравится, весь урок говорила не о чем… — Гермиона, тебе бы только учиться, — спокойно проговорил Рон. — Нет, просто она какая-то странная… — продолжила отличница. — Вроде говорит все правильно, но сегодня… — Согласен, меня она тоже смущает, — подтвердил Гарри, — но, может, я ошибаюсь. Уроки прошли незаметно, и настало время отработки. Все остальные быстро разбежались по домам. Только Гарри и Рону было не до этого. Они остались на заслуженное наказание. Грюм задерживался, поэтому они расположились на полу около зала для дуэлей. Рыжик сидел, уткнувшись в потертый задачник по физике. — Рон, так у вас с Гермионой все наладилось? — играясь со снитчем, спросил Поттер. — Ты о чем? — продолжал усердно вчитываться в содержание очередной задачи Уизли. — Ну как же? Те объятия в кинотеатре. Вы сейчас сидите вместе на многих уроках. Да, ты даже ей не перечишь! — И что? Мы друзья, — не отрывался от книги Рон. — Да ну? И только? — удивился Гарри. — Что ты от меня хочешь услышать? — спокойно спросил рыжик. — Не знаю… — протянул Поттер и поправил свою непокорную челку, — думал, вы уже встречаетесь… — Встречаемся? Ты что? — поднял округлившиеся глаза Рон, — Мы с ней просто друзья. — А она в курсе? — подозрительно поглядывал на друга Гарри. — В курсе чего? Мы дружим втроем с первого класса, — отрапортовал Уизли и снова уткнулся в книгу. — То есть она к этому нормально относится? — обреченно сказал Поттер и опрокинул голову на скрещенные руки. — Гарри, не понимаю, что ты от меня хочешь. Да, Гермиона знает, что мы друзья, и ее все устраивает, — спокойно говорил Рон. Из груди его друга вырвался обреченный стон: — Я думал, вы наконец-то сошлись, у вас все хорошо, а вы! — взбунтовался Гарри, отошел от рыжеволосого парня и с горя уперся головой в стенку, — Я проспорил все свои карманные из-за тебя. Теперь я должен и отцу, и половине одноклассников, и крестному, и даже Люпину! На столь бурное выражение эмоций Рон не реагировал никак. Он все еще сидел со своей драгоценной физикой. А его друг останавливаться не собирался: — Вы же с Гермионой прекрасная пара! Когда это, наконец, дойдет до вас обоих! Сколько можно не обращать внимания на чувства друг друга! Вас все уже замучались сводить! — он высказался, плюхнулся на пол, скрестил руки на груди и опустил на них голову. В это время Рон все-таки оторвал глаза от задачника, захлопнул его и заулыбался во все тридцать два: — Ну, и олень же ты, Поттер. Уизли громко смеялся на весь коридор, а Гарри поднял на него потрясенные глаза: — Ты чего? — Я так не разводил тебя с четвертого курса! — друг захлебывался смехом. — Когда Гермиона это предложила, я и представить не мог, что будет такой эффект! Пока ты тут распинался, я все боялся, что не вовремя начну смеяться. Вы пытались нас свести? Если вы про поход в кино, то не скажу, что у вас это хорошо получилось…. И, кстати, что за спор? — Ты!!! — с запоздавшей реакцией Гарри накинулся на лучшего друга. Тот с легкостью оборонялся, как вдруг за спиной послышались шаги: — Поттер, Уизли, это вы так разминаетесь перед отработкой, — грубоватый мужской голос прогремел в коридоре. — Профессор, мы ждали Вас и… — Никогда, не начинайте врать, заранее не обдумав свою ложь, Поттер. Идем! Грюм зашел в кабинет. Ребята последовали за ним. На пороге Гарри снова спросил у друга: — Вы же уже целовались? — Нет, конечно, — ответил Рон и прошел вперед. Гарри застыл — «А вдруг правда?». Не успел Поттер отойти от шока, как увидел улыбающегося друга с переливающимися веснушками: — Уизли! — буркнул Гарри и звучно выдохнул ноздрями. — Что, Поттер, хотите сегодня друг против друга сражаться? Посмотрим, как вы знаете слабые стороны партнера. Если будете филонить, то назначу еще несколько отработок. К барьеру, друзья. Раз, два, три! Начали!