Из пепла

30.01.1985 г. Сириус переместился в косой переулок, а оттуда неспешно направился к бару, где пожиратели готовились к нападению. Он специально медлил. Ему было приятно увидеть уже немного подзабытые улочки. Последнее время орденцы все больше прятались, нежели давали отпор. Это не относилось к аврорам, но все больше приходила мысль, что война проиграна. Волан-де-Морт победил. Надо учиться жить по-новому. Мужчина распахнул дверь и вошел в бар. Он быстро заметил, что хоть встреча и была запланирована здесь, но публика почти обходилась без горячительного. Вероятно, хозяин не терпел пьяной своры. Вблизи барной стойки расположился стол с самыми родовитыми и авторитетными здесь. В отличие от остальной ржущей компании, эти вели себя зажато и воротили нос от мальчишек, которые за счет пары-тройки смертей хотели возвыситься у Темного Лорда. — Блэк, все-таки пришел? А я думал, ты подожмешь хвост и побоишься идти против своих, — заржал Лестрейндж. — Поэтому и пришел, чтобы доказать таким умникам как ты мою преданность Темному Лорду, — с холодностью ответил Сириус, внутри сдерживаясь, чтобы не надавать наглецу по морде. — Да не обращай ты на него внимания, — сказал Мальсибер-старший. — Если бы Лорд сомневался в твоей преданности, то ты был бы уже мертв. — Я знаю, — кивнул ему Блэк и подсел рядом, расценивая подобную фразу за приглашение. Сириусу всегда было интересно посмотреть на взрослых пожирателей. Он не всегда понимал, что могло их заставить поверить в идеи Волан-де-Морта. Неужели он со школьной скамьи их зомбировал? Мужчина оказался довольно интересным собеседником. Он даже рассказал несколько слабых мест в Мунго, которых аврор-Сириус не знал. Также пожиратель дал молодому Блэку несколько тактических наставлений и, между делом, посоветовал ему держаться подальше от семейки Лестрейнджей. Возможно, Регулус прав, и Белла всерьез хочет его смерти? Сириус успел расслабиться, насколько это было возможно в подобной компании, к тому моменту, как в баре прозвучали призывы к боевой готовности.

***

Регулус в это время под личиной брата перемесился в лечебницу. Там он сменил на дежурстве Джеймса Поттера. Тот так искренне пожал Сириусу руку перед уходом, что Блэк себя возненавидел. С одной стороны, он уже смирился с тем, что произошло в его жизни, но…. Разве можно было быть таким идиотом и предать людей, которые за него были горой?! Как он только повелся на удочку Волан-де-Морта? Нет ему прощения. Почему только брат решился ему помочь? В смене все были такие знакомые, что у него невольно вставал ком в горле. Он хотел общаться по минимуму, но одиноко бродящий Сириус привлекал всех авроров. Регулус уже и забыл сколько интересных новостей может быть во время войны. Пожиратели такими вещами не делятся…. Увидев Френка Долгопупса, Блэк сам пошел к нему. Ведь именно Фрэнк помогал ему пробиться в ряду стажеров авроров. Что-то он увидел в младшем Блэке такое. Регулус помнил, как Френк заступался за него перед Грюмом. Странно, но тогда ни Джеймс, ни Сириус, а именно Долгопупс помог юному Блэку выдержать гнев Грозного Глаза. — Ты хоть пару часов поспал? — увидев его, спросил Френк. — Грюм не потерпит сонных людей на посту. — Я всегда бодр, — попытался отшутиться Регулус, не представляя, что брат мог бы ответить. — Ты же знаешь, что у Грозного Глаза требования ого-го, а ты из-за Поттера на вторые сутки тут прописался или на третьи? — А что Грюм обещался зайти? — внезапно испугавшись, спросил Блэк. Кто-кто, но Грозный Глаз мог раскусить их аферу до ее начала. — Нужны мы ему как гиппогрифу третье крыло, — засмеялся Френк. Вдруг внизу послышался шум. — Что это там? — Я пойду проверю, — тут же сказал Регулус. Он понимал, что скорее всего началась атака, поэтому не хотел вести за собой Долгопупса. — Хочешь всех пожирателей в одиночку одолеть? Нет уж. Пошли вместе, — Френк хлопнул Сириуса по плечу, и они поспешили вниз. У главного входа царил настоящий хаос. Вспышки заклинаний летели со всех сторон. В отличие от старшего Блэка Регулус первый раз был в такой серьезной битве. Он искал глазами брата и одновременно пытался сражаться. Свои, чужие… его границы были размыты. Сейчас он изображал бравого аврора и не мог спасовать. Он был в гуще событий. Даже сам не понял, как там оказался. Заклинания появлялись в голове как-то сами собой. Адреналин бил в ушах, глаза уже привыкли к постоянному миганию заклинаний, а по лбу струился пот. Вдруг в толпе появилось знакомое лицо. — Ах, вот ты где! — вскрикнул брат с его лицом. Видно, Сириус не растерял холоднокровие в пылу битвы, коли был способен к подобным театральным восклицаниям. — БРАТЬЯ! — воскликнула Белла на весь холл и пугающе засмеялась. Все обернулись на Блэков. Регулус не стал терять времени. Он выпустил оглушающую и ослепляющую всех молнию с конца волшебной палочки и, следуя составленному плану, бросился бежать в левое крыло лечебницы, где располагался архив больницы с карточками пациентов. Конечно, те, кто хорошо знали Сириуса Блэка, удивились бы его побегу с поля боя, но в пылу сражения на это никто не обратил внимания. Сириус, который сейчас изображал младшего брата, мечтавшего погубить старшего, поспешил за ним. Лишь приблизившись к архиву, старший Блэк заметил, что за ним последовали двое. Один — какой-то молоденький пожиратель, а вот второй последователь был никто иной как Белатриса Лестрейндж. Это могло осложнить ситуацию. Свидетели им, конечно, были нужны, но полоумная сестренка могла выкинуть что угодно. Это опасный свидетель. Но назад пути нет. Пора разыгрывать основную часть спектакля. Как и планировалось, Сириус и преследующие его пожиратели последовали в один из архивов Св. Мунго. В отличие от пациентов и оборудования, его планировали перевозить в последнюю очередь. Здесь хранились карточки пациентов. Комната, выбранная для осуществления плана, представляла собой длинное светлое помещение. С двух сторон тянулись ряды стеллажей, забитых карточками с пола до потолка. В середине был узкий коридор, конец которого скрывался вдали. В обычное время карточки здесь летали без перерыва. По требованию медперсонала нужная карточка срывалась с места и отправлялась к требующему ее сотруднику. Некоторые не покидали архива, а просто ожидали перо врача, который после осмотра хотел отметить какие-нибудь данные. Тогда карточка перемещалась на специальную подставку и ожидала, пока перо запишет в нее нужные сведения. Обычно в этом архиве царил хаос, карточки толпились около столешниц, улетали в больничные палаты и возвращались на места, но сейчас в помещении было тихо — карточки дремали и с готовностью ожидали переезда. Регулус в образе старшего брата вбежал первым и обернулся. Он должен был изолировать помещение, чтобы никто, кроме пары свидетелей, не смог помешать их плану. Дождавшись, когда преследующая его троица появится в архиве, он бросил заклинание в дальний стеллаж и обрушил его. Пожиратели обернулись на звук разрушения позади них. Теперь место их входа было заблокировано. Осталось только сражаться. Младший Блэк воспользовался секундами и скрылся за стеллажами. Но передышка прошла быстро — пожиратели бросились в атаку. Трое на одного. В Сириуса, как казалось бы со стороны, летели заклинания пачками, но он умело их отбивал. Правда, с каждой секундой противники наступали быстрее. — Сдавайся, — улялюкала Белла. — Я лучше умру, чем сдамся! — прокричал в ответ Сириус из-за стеллажей. Только настоящий Сириус знал, что в данный момент это была фраза Регулуса. Он даже в такой суматохе пытался разобрать, брат так хорошо играет или внутри он чувствует тоже самое. — Если хочешь умереть, так умирай! Авада Кедавра! — выкрикнул, как думали все, озлобленный Регулус. Только Блэки знали истину…. Для старшего из них с этого момента все поменялось….

***

План был продуман до мелочей, но он не представлял, что будет настолько тяжело использовать непростительное заклинание. Особенно когда он желал смерти родному брату. Они были разными, смотрели на мир и будущее по-своему, но они были семьей, как бы странно это ни звучало. Все остальные события для Сириуса тянулись часами, хотя на самом деле прошло лишь несколько минут…. Вот он видит, как зеленый луч срывается с конца его волшебной палочки и летит в сторону брата. Ошеломленные пожиратели замерли. Если молоденький удивился, то Беллатриса замерла в предвкушении. Регулус, а старший Блэк даже под своим лицом видел в человеке, к которому летело смертельное проклятье брата, а не кого-то другого, взмахнул палочкой и послал заклинание в один из стеллажей, чтобы отвлечь немного всеобщее внимание. Стойки и бумаги полетели в разные стороны, создавая хаос в помещении. Но старший Блэк видел только луч, приближающийся к брату. Хотя… если бы он был чуть-чуть внимательнее, то обязательно услышал бы, что сзади, из-за обрушенных братом стеллажей, доносится стук: вероятно, кто-то из пожирателей или орденцев пытается проникнуть внутрь. Смертельный луч почти догнал брата, когда Сириус заметил, что за ним следует еще одно заклинание. Скорее всего это зеленый пожиратель на автомате отправил заклинание. Привыкла эта молодежь закидывать большим количеством проклятий, а не одним метким. Но это сейчас несильно волновало старшего Блэка. Он наблюдал за братом. Хотя как можно было смотреть через устроенный братом хаос?! В этом и был план…. Сириус пытался за всем этим рассмотреть, как развиваются действия. Регулус знал, куда полетит авада, поэтому он должен был сделать небольшой уворот. А рядом с ним в ту же секунду должен появиться домовой эльф, которого Регулус купил за несколько дней до этого. Эльфу дали такие указания, что он должен был ценой собственной жизни защищать брата постоянно. Поэтому под смертельное заклинание должен был попасть тоже он. Братья хотели найти другой выход, но боялись, что иначе их план может не сработать. Поэтому жертвой их плана становился старый домовой эльф. Старший брат потерял конец луча из вида и почувствовал, как заклинание нашло цель. Сириус хотел верить, что все пошло по плану и пострадал лишь домовик. Не успел он закончить эту мысль, как на него накатила дикая слабость. Это сработал родовой обряд. Сириус нарушил данную клятву, соответственно, для рода Блэк он умер. Вся пришедшая сила после обряда ушла от него, забирая и его силы. На какую-то секунду стало так тяжело, что подкашивались колени. Но он должен был держаться ради брата, который в этот момент безжизненным мешком рухнул за стеллажами. Получилось? Старший Блэк попытался сконцентрироваться, чтобы укрепить ментальные щиты и связаться с братом. Они договаривались, что свяжутся хоть на секунду именно так. Но ответом была тишина. Сириус на секунду испугался, неужели он…? Сердце почти остановилось, а потом застучало в ушах с бешеной скоростью. Брат…. Беллатриса, вероятно, заметив его реакцию, расхохоталась. Ее безумный смех перекрывал все эмоции. Она уже направилась к бездыханно лежащему Сириусу, когда сзади произошел взрыв. Блэк изображающий пожирателя все еще стоял в ступоре. — Ни с места! — голос Френка, отдаленно подумал Сириус и вернулся к созерцанию себя. Себя! Тут он понял, что брат жив. Точно, это заклинание этого зеленого паренька настигло брата. Наверное, это было оглушающее. Если бы брат погиб, то влияние оборотного зелья точно бы испарилось. Сириус повеселел и тут же понял, что брата надо как-то сберечь. Пока его безумная сестрица и неизвестный пожиратель отвлеклись на Френка и, скорее всего, еще на какую-нибудь пару орденцев, Сириус кинул в стеллаж около брата заклинание, чтобы карточки пациентов немного прикрыли того от любопытных глаз. После этого он резко развернулся назад, чтобы не попасть под заклинание авроров. Но вместо истинных братьев по оружию Сириус встретился со стекленеющим взглядом Френка Долгопупса. Миг ужаса продолжался. Он даже не заметил, что в ушах еще стоит выкрикнутая Бэллой авада. Если бы он не отвлекся на брата, то Фрэнк был бы жив…. Что же он наделал. Только Лестрейндж ликовала. Она хлопнула Блэка по плечу. — Молодец, Темный Лорд будет тобой гордиться! Врезать бы ей, пока нет свидетелей…. Словно ответом на эту мыль прозвучал очередной раскат хохота этой безумной женщины. Никогда во время боя Сириус не пребывал в таком ступоре, как сейчас. Он попытался сосредоточиться и продумать дальнейшие действия. Хотя как тут можно было думать, когда Френк только что завалился назад. Он погиб на его глазах! Френк Долгопупс! Бедная Алиса…. Он подумал о Джеймсе и Лили, но совсем позабыл про остальных. С другого конца этого длинного помещения к ним бежали люди. Орденцы. — Сириус Блэк мертв! — с безумством прокричала Лестрейндж и приготовилась к атаке. Блэк думал, что самое сложное — это фокус с авадой, но нет — самое сложное только начинается… На встречу бежал никто иной, как Джеймс Поттер вместе с одним из своих подопечных — новичком Метом. Почему все авроры бросаются на кучу врагов в одиночку? Джеймс сразу начал сражаться с Беллатрисой, а Мет бился с молодым пожирателем. Сириус, чтобы не обращать на себя, а точнее на Регулуса, ведь все видели последнего, внимания, метал простенькие заклинания в орденцев. Он видел, как Джеймс заметил лучшего друга под завалами и тяжело вздохнул. Затем он, будто озверевший, накинулся на Лестрейндж. Сириус никогда не видел его таким. Что было бы с ним, если бы он думал, что его друг погиб? Он выглядел бы также? В этот момент Белла взвизгнула. Джеймс слегка задел её. Она создала дымовую завесу и с истерическим смехом бросилась прочь из этого коридора. Поттер не хотел её отпускать, поэтому побежал за ней. Он подумал, что меня убила Беллатрисса… Надо помочь брату, а потом дать знать Поттеру о себе, а то он дров может наломать. Теперь Сириус думал, как убрать лишних свидетелей. Он продолжал биться с Метом вместе с пожирателем, но это было лишь фарсом для отвода глаз. На самом деле, он думал, как незаметно подставить под очередное заклинание Мета неопытного пожирателя. Сириус действовал больше на инстинктах. Сложная тактика была прерогативой Джеймса, а вот он всегда сражался на эмоциях, но сегодня слишком много было на кону. Мужчина несколько раз пытался подыграть мальчишкам, которые возомнили себя воинами, но звезды явно были против него сегодня. После пары-тройки неудачных попыток Сириус просто отвлек Мета и сам оглушил пожирателя, надеясь, что юный орденец не заметит подвоха. Затем он вырубил и Мета. Дальше надо было действовать оперативно. Сириус подбежал к брату. Он наспех отлевитировал прочь всякий мусор, засыпавший брата, а затем начал приводить того в чувства. Регулус очнулся быстро. Он посмотрел на брата расфокусированным взглядом: — Получилось? — Да, когда-нибудь узнаешь, чего это стоило. Фините Инкантатем! — Сириус указал на брата, а затем на себя, — Ты сможешь трансгрессировать? Брат пытался подняться. — Что произошло? — Все потом, — упрямо сказал старший брат и сел туда, где только что лежал Регулус. — Может, трансгрессируем вместе отсюда? — Нет, пусть лучше меня найдут мои. А ты сделал свое главное дело. Все поймут, если пропадешь, — Регулус кивнул. Он еще медленно соображал, поэтому спорить не мог. — А теперь оглуши меня! — приказал Сириус. — Что? Ты же останешься без защиты! Вдруг тебя найдут пожиратели, а не орден? — Не дрейфь, все получилось, — прорычал Сириус. Он уже знал, что будет всю жизнь винить себя в смерти Френка… — Я не уверен, что… — Просто сделай, сопляк! — глаза Сириуса горели огнем. Регулусу захотелось отшатнуться, но он промолчал. Что же произошло здесь и сейчас? Младший Блэк повиновался, но уходить не спешил. Не мог же он оставить брата одного без сознания в разрушенном архиве. Он отлевитировал на него несколько карточек пациентов и отошел в сторону. Регулус сразу наткнулся на молодого пожирателя и орденца. Одного взгляда хватило ему, чтобы понять, что они просто в отключке. Мужчина прошел дальше и замер. Френк. Совсем недавно они вместе стояли на дежурстве, а сейчас…. Сердце молодого мужчины пропустило удар. А ведь Френк мечтал о семье, о сыне…. Теперь его мечтам никогда не сбыться…. Он же попытался остановить его…. Ну, зачем этот упрямец пошел? Он мог бы вырастить еще много хороших войнов…. И мог бы стать по-настоящему хорошим отцом… Только ли это не захотел говорить ему Сириус? Блэк наклонился к Долгопупсу, чтобы прикрыть глаза, но послышались шаги. Хорошо бы это были орденцы. Регулус поспешно отошел за стеллажи. Он не хотел уходить, пока брата не найдут свои. Поэтому наблюдал за вошедшими. В помещение зашли Джеймс и несколько авроров. У всех были палочки наготове. Они тихо переговаривались между собой. Было заметно, что они спешат. Вероятно, битва еще продолжалась, но оставлять здесь своих они не хотели. Они несколько секунд постояли над телом Френка, а потом пошли к остальным. — Этого связать, — скомандовал Поттер, — а Мета надо в чувства привести. Авроры быстро выполняли его команды. — Он жив! — Регулусу не надо было видеть, чтобы понять, что Джеймс говорить о Сириусе. — Бродяга, как же ты нас напугал! Помогите мне! Младший Блэк теперь был спокоен. Почему у него нет таких друзей? Теперь уже и не будет. Мужчина дождался, пока авроры покинут архив, и трансгрессировал. План выполнен, и когда-нибудь они заплатят сполна. Он заплатит.

***

Братья сидели в столовой. Кикимер подал что-то сносное. Он всегда слушал Регулуса. Только ради младшего брата он мог постараться и приготовить настоящую еду, а не то недоразумение, которое он обычно подавал старшему Блэку. — Что будем делать теперь? — отпив глоток вина, спросил Регулус. — Ты снова хочешь меня убить? — ответил вопросом на вопрос старший брат. — Думаешь, второй раз нам поверят? — Думаешь, нет? — Хорошо, что Лорд несильно интересуется обстоятельствами твоей прошлой гибели, — усмехнулся брат. — Да, тебе пока везет, — сказал Сириус и отправил в рот кусок бифштекса. — Мне повезет, если смогу доказать свой статус. — Лорд Блэк, Ваш статус не под ударом. Гобелены не врут, а значит де юре Вы являетесь лордом. Думаю, Темный Лорд это тоже понимает. И просто проверяет тебя. — Я думал об этом. Но разве твоя жизнь, не означает пятно на моей репутации, на моей чести? — Ты сейчас говоришь, как Малфой. Как поживает этот блондинистый павлин? — Жаждет моей смерти или вымирания любого более знатного рода, чтобы приблизиться к Темному Лорду. Кикимер, еще вина! — При новом правительстве сухой закон что ли? Опять осушаешь семейные запасы, — засмеялся Сириус. — Кто бы говорил, предатель рода, — сказал в ответку брат. — За тебя же переживаю. Преподавателям нельзя столько пить. — Если переживаешь, тогда давай придумаем новый план. Как убить тебя на глазах у свидетелей? Устроить стычку в людном месте? — Нет, в этот раз нужно что-то другое… — задумался Сириус. — Например? — Может, мне пробраться в Хогвартс? — Зачем? — Долг вернуть, — Сириус кивнул в сторону горстки золотых монет, которые до сих пор лежали рассыпанные на столе. — Там еще не все, — горделиво сказал Регулус, умолчав о том, что деньги забирать пока не собирается вовсе. — Вот жадный лорд, — сказал старший Блэк и уткнулся в тарелку. — Может, ты за крестника решил отомстить? — Я решил убить девчонку? — Да, она же чуть не убила Гарри. — Сам чувствуешь, как глупо звучит? — вместо комментариев спросил Сириус. — Да, поэтому почему бы и нет? — глаза Регулуса загорелись. — Покончим со сложными планами, — кивнул старший Блэк и протянул брату руку. Им осталось обговорить только детали.

***

Джинни сидела в кресле перед огромным порталом камина, то и дело поглядывая на большие напольные часы, потом на свои наручные часы, подаренные Драко. С Тёмным Лордом и Блейзом она попрощалась за завтраком, так что теперь могла со спокойной душой исчезнуть. Северус должен был вот-вот прийти за ней. Всего пять минут и она уйдёт из этого дома надолго… а, если поверить в чудо, навсегда. — Мисс Уизли, вам, словно не терпится попасть в школу, — заметил Игорь Каркаров, подходя к невесте своего воспитанника. — Неужели хотите покинуть этот прекрасный дом? Четыре… — Что Вы, — отозвалась девушка, мельком взглянув на зашедшего мужчину, — я с огромным сожалением покидаю этот дом. Просто я очень соскучилась по своему воспитателю. Три… Маленькая лицемерная дрянь… примеряет роль любящей дочери! Каркаров медленно подошёл к Джинни. Может быть, сейчас… она сидит спиной, ей не терпится покинуть мрачное поместье… не чувствует никакой угрозы от него… она даже не успеет моргнуть, как он сломает пару шейных позвонков, мгновенная вспышка боли и лёгкий конец. Но как же это будет выглядеть? Нет… нельзя этого делать в Его доме. Хотя, если это обезопасит его мальчика, за это и жизнь отдать не жаль! Два… — Джиневра, Блейзу будет Вас не хватать, — осторожно заметил Игорь, вставая, вплотную к спинке её кресла. Девушка вздрогнула и повернулась к мужчине. Лицо Игоря всегда напоминало непроницаемую ледяную маску, но сейчас… Сейчас, наверно, даже сам Тёмный Лорд не прочитал бы его мысли, но опасность, исходившая от него, ощущалась даже в воздухе. Не нужно было обладать даром предвидения, чтобы почувствовать неладное. — Я тоже буду скучать по нему, лорд Каркаров, — отозвалась девушка, осторожно нащупывая палочку в рукаве кашемирового свитера. — Хочу Вам отдать кое-что, что напомнит о нём. С этими словами мужчина достал вещь, которую Джинни больше никогда бы не хотела видеть. В руках у него был медальон Салазара Слизерина. Девушка вдруг вспомнила, тот тёмный жуткий шёпот, злые мысли, крутившиеся в её голове, неуёмную ярость… Джинни поёжилась. — Вы не выглядите счастливой, мисс Уизли, — заходя ей за спину и с тихим щелчком застегнув, медальон на лебединой шее, заметил мужчина. — Вам не нравится Ваше нынешнее положение? Хотите прыгнуть выше? — Она с детства ненавидит носить украшения, Игорь, — раздался резкий голос Снейпа, выходящего из камина. — Поэтому, отойди от моей воспитанницы и дай мне забрать её в школу. Джинни с трудом сдержалась, чтобы не кинуться к директору на шею. Почему-то, сегодня Каркаров своим поведением её просто пугал. Раньше девушке казалось, что воспитатель жениха относился к ней достаточно лояльно, даже почти положительно. Но сегодня… — Снейп, — поприветствовал мага лёгким кивком наставник Блейза. — Каркаров, — подражая раздражённой интонации собеседника, отозвался Северус. — А теперь отпусти Джиневру, и мы вернёмся в школу. — Не дай Мерлин, я ни в коем случае не задерживаю твою протеже, — поднимая руку в примирительном жесте, отозвался Игорь. Джинни резко подскочила с кресла и почти бегом преодолела расстояние до камина. Она встала в очаг и выжидающе посмотрела на наставника. — Иди в школу, Джинни, я сейчас, — скрывая в голосе угрозу, повелел Снейп. Девушка кивнула, кинула горсть летучего пороха в камин и исчезла в изумрудном пламени. Всё вокруг закружилось с бешеной скоростью, унося её прочь. Когда в портале мелькнул с детства знакомый кабинет, Джинни вздохнула с непередаваемым облегчением. Мерлин, он никогда не казался ей таким светлым и приветливым, словно всё это время он ждал только её. Она с наслаждением вдохнула полной грудью запах пыли, чернил и нового пергамента. Губы сами собой растянулись в широкой счастливой улыбке. Она дома… Моргана подери, она дома! — Бриар… Голос Драко вернул Джинни в реальность. Она резко повернулась в сторону кресел. Там, неуверенно переминаясь с ноги на ногу, словно одновременно желал сжать её в объятьях и боялся это сделать, стоял её единственный лучший друг. — Мерлин, Драко! — мгновенно срываясь с места и кидаясь ему на шею, воскликнула Джинни. — Я так скучала… Парень, наплевав на разделявшую их пропасть, крепко прижал девушку к себе. Мерлин, как же он скучал! Как он мечтал вновь видеть её прекрасную, светлую улыбку, почувствовать сводящий с ума аромат её волос, просто знать, что она рядом и с ней всё в порядке… — Бриар… Только смог выдавить из себя парень, перебирая шелковистые медные локоны. Обхватывая тонкую талию, скользя ладонями по спине… Мерлин, как бы он хотел, чтобы эти мгновения длились вечность! У него дыхание перехватывало от счастья. Она жива, она рядом, и больше ничего не имело значения… — Драко, чёрт возьми, зачем ты отрастил бороду! — отстраняясь и обхватывая колючие щёки парня, воскликнула девушка. — Ты так похож на Робинзона… Джинни была безумно счастлива, видеть единственного человека, с которым могла позволить себе быть собой. Но она и представить не могла, что он будет так по ней тосковать… она и помыслить не могла, что из-за её пропажи он так сдаст и перестанет следить за собой. Это же уму непостижимо… такой пижон как Драко Малфой перестанет зализывать гелем волосы и отпустит смешную колючую бороду. Из-за простой рыжей девчонки с факультета неблагонадёжных… — Мерлин, если ты не побреешься, я это сделаю сама, честное слово! — улыбнулась девушка, потрепав парня по голове. Драко молчал, смотря в счастливые глаза девушки. Он не мог больше произнести ни слова. Его захлестнули эмоции. Он хотел крепко поцеловать эти нежные коралловые губы, вкладывая в этот отчаянный поцелуй все свои страхи и волнения, отчаянно прижать к себе Бриар так, чтобы больше никто не смог отнять её у него… — Надеюсь, что после твоего возращения он её и правда сбреет, Джиневра, — подал голос Северус, выходя из камина и занимая свой трон. — Его не могли заставить этого сделать никакие взыскания и замечания преподавателей. Джинни хмыкнула, аккуратно выбираясь из объятий друга и занимая своё кресло. Драко на мгновение замер, словно желая вернуть девушку, но скинув наваждение, сел напротив прекрасной Бриар, не сводя с неё влюблённого взгляда. — А теперь, Джиневра, рассказывай, как прошли твои каникулы… — положив подбородок на сложенные шпилем руки, попросил Снейп. Джинни вдруг на мгновение представила, что ей вновь придётся перенестись в мрачное холодное поместье, пусть даже и мысленно, и вздрогнула. Нет, она хочет выбросить это место из головы, желательно навсегда… — Я бы с большим удовольствием послушала последние новости Хогвартса, — кинув на Драко мягкий взгляд, отозвалась девушка. — Я так скучала по школе… — Что ж, мистер Малфой, думаю, с удовольствием тебе расскажет, Джиневра, — отозвался Северус, выжидающе смотря на Драко. Драко тут же отвёл взгляд от девушки, на которую не мог насмотреться… Крёстный, приподнимая брови, выжидающе смотрел на парня. — У нас мало что поменялось, Бриар…

***

После очередного разговора с Сириусом Джеймс начал понимать, что тянуть больше нельзя, попросту нет никаких новых улик. Сознание мародера отказывалось в это верить. Поттер до сих пор хотел найти зацепку, хоть и понимал, что это почти нереально. Дата казни была уже намечена. Джеймс хотел раскопать что-то до этого момента, но надежда таяла на глазах. Увеличивалось понимание, что приговор состоится в назначенный срок. От этого мародеру становилось тошно. Варианты по поиску новых доказательств заканчивались, поэтому надо было поговорить со Стэном. Он последняя надежда. Только этот паренёк может знать, кто его подставил. Джеймс спустился на уровень, где располагались камеры заключённых. Обычно он просил своих ребят, чтобы подозреваемых приводили к нему в департамент аврората, где он мог в специальном помещении вести допрос. Сегодня же он решил не травмировать Стэна и пошёл вниз сам. На уровне камер тоже были отдельные помещения, где авроры допрашивали обычно особо опасных преступников. Комнатка, в которую вошёл Джеймс, была маленькая. Будто ради издевки над заключёнными, стены и потолок были покрашены в белый цвет, ассоциирующийся у многих со свободой. Там стояли маленький стол и пара стульев. На этом предметы мебели заканчивались. Поттер зашёл в кабинет и занял один из стульев. Пока мужчина ждал, он думал, как построить разговор с Шанпайком. Стэна завел немолодой, но крупный аврор. На его фоне паренёк выглядел совсем маленьким и хрупким. Когда заключённый увидел Джеймса, в его глазах промелькнул огонёк надежды. Поттер же, заметив его волнение, не подал ввиду, однако на душе противно заскреблись кошки. Шанпайк явно сгорал от нетерпения. Он быстро занял свободный стул, и, как только за его конвоиром закрылась дверь, сразу спросил: — Мистер Поттер, я уверен, что Вы пришли сюда неслучайно. Вам что-то удалось найти? — этот обычно тихий и неприметный паренёк сегодня просто светился счастьем. — Я знал, что Вы придёте! Что найдёте истинного виновника! Джеймс несколько секунд молча смотрел на него. Что он мог сейчас ему сказать? — Стэн, — медленно начал аврор, отчего паренёк слегка напрягся, — я, как и обещал, изучил твоё дело ещё раз. Перепроверил все доказательства, провел дополнительную экспертизу и заново допросил всех. — И что-то нашли? — неуверенно спросил Шанпайк. — Ничего, — быстро ответил Джеймс, — ни зацепки, ни улики, ни намёка на виновника. Парень побелел. — Есть один шанс, — быстро добавил аврор, — если ты вспомнишь что-то такое, что поможет выйти нам на преступника. Глаза Шанпайка вмиг стали красными, а взгляд обреченным. — Значит, шансов нет, — тихо проговорил он, — неету, — немного нараспев повторил парень и начал медленно раскачиваться из стороны в сторону. При этом взгляд его был сфокусирован в одной точке. Джеймс почувствовал укол совести. Он бывалый аврор должен просить обвиняемого самого вспоминать, чтобы доказать свою невиновность. — Стэн, давай попробуем ещё раз составить твой круг общения, попытайся вспомнить всех, даже самых незначительных, — Поттер достал бумагу и приготовился записывать, но паренёк молчал. — Стэн, вспоминай своих знакомых, — медленно повторил Джеймс, но Шанпайк его не слушал. — Что со мной будет? — Стэн, сейчас ещё рано говорить, давай подумаем, как этого избежать. — Скажите, что со мной будет? — парень спрашивал это так тихо и медленно, что по спине могли бы побежать мурашки, если Поттер не видел бы за свою карьеру слишком много. Но, гиппогориф его дери, аврор сочувствовал этому парнишке, поэтому от таких вопросов ему становилось тошно, и все больше аврор чувствовал свою ничтожность. — Казнь? Джеймс понимал, что с подобными разговорами им вряд ли удастся обсудить реального виновника, но и скрывать правду не мог: — Да, казнь. Через три дня. — Что? — прокричал парень и вскочил со своего места, — Вы же верите мне! Знаете, что это не я! Почему же я должен страдать?! — Стэн, успокойся, — тихо проговорил Джеймс, все больше переживая из-за сложившейся ситуации. — Меня казнят через три дня, а я должен быть спокоен?! — глаза Шанпайка расширились, волосы встали дыбом. — Если ты не попробуешь сейчас рассуждать здраво, то помочь тебе будет невозможно. — Да, всё. Теперь уже никто не поможет, —с горькой усмешкой сказал парень, и на его глазах выступили слезы. — Мне грозит смерть. Через три дня я умру. И даже Вы не сможете этому помешать. — Давай хоть попробуем. — Вы много раз это говорили. Надо сделать это, это. Но ничего не помогло! Все стало только хуже! — Стэн, послушай же ты наконец! — крикнул Поттер, но это не произвело на парня никакого эффекта. — Нет, нет, нет, — взвыл Шанпайк и отскочил со своего места и упал на колени перед Джеймсом. — Вы же мне обещали! Обещали, что найдете виноватого! Обещали, что спасете меня! Помогите мне! Поттер уже не знал, как его успокоить. Наверное, он зря пришел сюда сегодня. Только понапрасну растормошил парня. — Почему Гвеног предложила тебя, когда мы начали искать человека, способного помогать в маггловском мире? — спросил аврор. Уж если это не поможет, то больше говорить не о чем. — Она хотела мне помочь, — сглатывая рыдания ответил парень, — она всегда была добра ко мне. Говорила, что у меня получится, хоть сам я сомневался. — Вы дружили так, что она предложила общаться, даже под угрозой раскрытия? — Да, это была ее идея. Я же уже говорил. Да, мы и не обсуждали там ничего такого, просто болтали. — Только ее раскрыли, — сухо сказал Джеймс. — Мерлинова борода, да я любил ее! — вскричал Стэн. — Я никогда бы не навредил ей! — Поттер догадывался об этом, но услышать это вот так, в порыве, был не готов. — Это все просто совпадения! — А она знала? — Нет, конечно. Я знал, что мне не на что надеяться, поэтому просто дружил с ней. Теперь ее нет, и смысла больше жить нет, — обреченно сказал парень и заплакал. Джеймс пытался ему что-то сказать, но все было бесполезно. У него больше не осталось шансов. Видимо, это дело так и останется не раскрытым….

***

В долине царил покой. Свежевыпавший снег припорошил пожухлую прошлогоднюю траву и уныло-пустые деревья. На одном из холмов неожиданно появилась девушка. В руках она держала охапку кроваво-красных роз. Одета она была во всё чёрное. Кружевное платье в пол с длинными, скрывающими всю руку от тонкого запястья до покатого плечика, рукавами. На бледном, усыпанном еле заметными веснушками, лице отсутствующее выражение, но в золотисто-карих глазах неведомый до сих пор страх. Страх перед высшим судом. Перед родителями. Джинни медленно, неуверенно, будто раздумывая, место ли ей здесь, спустилась с холма. Она, не зная того, в точности повторила маршрут пожирателей в тот роковой день, когда они с братом лишились всего того, что знали и любили. Атмосфера вокруг была спокойно-траурная, гнетущая, хотя если учесть, что тут произошло, это неудивительно. Перед девушкой предстали обгоревшие руины дома, а перед ними семь скромных надгробий. Джинни медленно, оттягивая неизбежное, подошла к первому надгробию. «Артур Уизли» значила скромная надпись. Девушка прикрыла глаза, стараясь воскресить в памяти давно мёртвого отца. Она понимала, что это бесполезно. Безжалостная память стёрла всех кроме Рона. От осознания этой жестокой истины из глаз побежали горячие слёзы. Что же она за дочь такая?! Она не достойна таких родителей, братьев…. Она изо дня в день позорила их память, уподоблялась тем безжалостным тварям, что однажды забрали их жизни. Колени ослабели, и девушка неловко осела на промёрзлую землю. Цветы выпали из дрожащих рук на ослепительно белый снег. Какое она имела право приходить сюда? Осквернять этот дом и их могилы своим присутствием. Она не достойна! Это Рон! Рон может сюда приходить. Он боролся, он пытался её спасти… а она? — Джиневра, встань! — давно забытый голос из прошлого прогремел над головой. Испуганная девушка подняла глаза. — Земля холодная, Солнышко, ты простудишься. Артур Уизли протянул дочери призрачную ладонь. Опешившая девушка послушно приняла руку и не без помощи отца поднялась на негнущиеся от холода ноги. — Папа… — Здравствуй, дорогая, — отец потянул девушку на себя и крепко её обнял. — Выкинь, ради Мерлина эти мысли! Мы тебя любим! Вы с Роном самое дорогое, что у нас осталось. — Да, но я… — Артур! Я тоже хочу обнять дочь, — справа раздался немного ворчливый голос матери. — Мама! Джинни бросилась ей навстречу. Молли с мягкой, так похожей на её собственную, улыбкой заключила дочь в объятия. — Мамочка! Прости меня! Я-я-я… — Тссс, — Молли отстранилась и взяла мокрое от слёз личико дочери в свои тёплые ладони. — Главное, что ты сейчас здесь. Что ты всё осознала. — Джинни, знай, несмотря ни на что, мы любим тебя, — раздался сзади голос отца. — Но я… — Девочка моя, мы тебя ни в чём не виним. Несмотря ни на что, мы гордимся тобой, — уверенно произнесла Молли. Джинни улыбнулась сквозь слёзы. Теперь она разглядела за маминой спиной довольные физиономии братьев. Молли проследила за её взглядом и нежно подтолкнула девушку в сторону мальчиков. Джинни ощущала себя, мягко говоря, некомфортно. Она была старше самого старшего из своих старших братьев, и это было… странно. Но зато она снова вспомнит их лица. — Билл, Чарли, Перси, Фред и Джордж, — мальчики поочерёдно кивали сестре в знак приветствия. Старший брат первым осмелился к ней подойти. Джинни не знала, что делать, поэтому Билли первым сократил расстояние и обнял сестру. — Сестрёнка, я никогда не встречал ведьмы сильнее и красивее, ты со всем справишься. Я тебя люблю. — И я тебя, Билли. Джинни улыбнулась сквозь слёзы и потрепала брата по голове. Он недовольно нахмурился и повторил жест сестры. Не причинив, правда, её причёске никакого вреда. — Эй, братец, подвинься, — Чарли отодвинул брата и тоже обнял сестру. — Зачётная анималогическая форма, Джинни. — Спасибо. — Гм-гм, — совсем рядом раздался недовольный кашель. Чарли отошёл и рядом с Джинни появился Перси. Он чинно протянул руку. Удивлённая девушка на автомате ответила на жест. Вдруг с двух сторон на них налетели близнецы. — Ну, ты даёшь… — После стольких лет увидел сестру… — И пожимаешь ей руку? — Отстаньте! — Ну, что ты как неродной! Фред и Джордж вдвоём навалились на парня и сестру. Теперь получалось, что все четверо превратились в одну кучу-малу. Давно Джинни так искренне не смеялась. Давно? С того самого рокового дня! Теперь она будто перенеслась в далёкое детство, из которого она практически ничего не помнила. Только мамины шершавые тёплые руки, мягкий голос отца и смех братьев. Сейчас не хватало только Рона… — Джиневра, ты заболеть надумала?! Встань с колен сейчас же! — сильные руки уверенно поставили её на ноги. — Профессор Снейп? Наверно, впервые за десять лет Северус видел её глаза такими живыми. В них не было привычной холодности или напускной заинтересованности. Перед ним снова стояла рыжеволосая малышка из погреба напуганная и заплаканная. Все эмоции были настоящие. Джинни удивлённо и расстроено осматривалась вокруг. Ни родителей, ни братьев… снова одна. Почему впервые за эти годы одиночество стало таким болезненным? Она уже давно должна была к этому привыкнуть. Глаза подозрительно защипало. Северус смотрел и не верил своим глазам. Она плачет! По-настоящему, без позёрства и фальши! Он даже не знал, что делать. Обнять? Успокоить? Сделать вид, что ничего не происходит? Наверно, правильнее было не обращать внимания на её сиюминутную слабость, но директор сам давно не испытывал такого счастья и облегчения. Он резко подался вперёд и прижал к себе девушку. — С возвращением, Джинни Уизли. Девушка уткнула лицо в плечо мужчине и доверчиво к нему прижалась. И, правда, прощай Бриар. Здравствуй, Джинни Уизли.