Импро-драбблы.

***

      Саша тщательно выбирает между двух футболок, обе из которых идеально подходят к его тёмным джинсам — из этого и состоит его главная проблема. — Ты прям как девушка, шкет, — хмыкает Арсений, входя в комнату сына и осматривая его футболки и джинсы. — А стучаться не учили, пап? — фыркает в ответ парнишка и смешно морщится. — Прекрати уже смущать сына, — закатывает глаза Антон, входя за Арсением и утаскивая того на кухню, — Бери белую. Сочетание белого и чёрного всегда смотрится до эстетичного стильно. Передавай привет Роберту. — Главное предохраняйтесь, — бросает напоследок брюнет и с веселым смехом подхватывает своего мужа, унося в спальню, чтобы досмотреть фильм. — Папа, блин! — кричит Александр и надевает футболку, которую ему посоветовали, а после, бросив краткое «Буду после восьми», убегает, закрывая за собой дверь.

***

      Поездка днём в метро — самое тихое и малолюдное место, где только можно было провести свидание. Поэтому Роберт обожал общественный транспорт и не только метро. А ещё он обожал своего парня, принимающего его тягу к таким нестандартным местам свиданий, и, кажется, начинающего также любить транспорт, как и сам Добровольский.       Но ещё больше метро парень любил ноги Попова. Так что… — Атака на пятку! — тихо воскликнул парнишка, пытаясь ухватиться за нужную часть Саши, облачённую в кроссовки. — Чего? — удивлённо спросил парнишка, смотря на своего парня.       В ответ приходит лишь сияющий взгляд и улыбка. — Поповёнка* за икорку, — и хватает парнишку за эту часть тела, легко сжимая и слыша тихие смешки. — Щекотно! Тебе вообще лет сколько? — ловя косые взгляды людей, шикает шатен. — Малолетку за коленку, — продолжает свои домогательства Роберт с яркой улыбкой на губах и азартом в глазах. — Ты старше меня на три года, идиот, — фыркает младший и закатывает глаза. — Сашку за ляшку! — Роб, ты дурак? — вновь спрашивает Попов и смотрит уже на более укоризненные и некоторые заинтересованные взгляды немногочисленных людей, едущих с ними в одном вагоне, — Люди смотрят. — Солнышко за бёдрышко, — смеётся Роберт, полностью игнорируя слова своего парня, и начинает легко поглаживать большим пальцем названную часть ноги. — Всё, не смешно, Роб, — недовольно на выдохе произносит Попов, и Добровольский знает, что результат достигнут. — Рифму к ступням не придумал, но они у тебя тоже заебись, — хмыкает старший и чувствует прохладный нос младшего и его тихие смешки. — Чёртов фетишист. — И я тебя люблю, мелкий.

***