Яркое пламя Ада

По улице уверенным шагом шел молодой мужчина в строгом черном костюме. Он остановился около калитки небольшого домика и, поправив шляпу на голове, чьи поля отбрасывали большие тени на его глаза, прочитал надпись на табличке, висевшую на заборе. «Савада», - гласила она. Мужчина хмыкнул и подошел к двери дома, позвонил в звонок. В доме послышался какой-то шум, и вскоре дверь открыла улыбающаяся женщина с половником в руках. Она, посмотрев на мужчину, перестала улыбаться и сразу же попыталась закрыть дверь, но у нее не получилось это сделать: начищенный до блеска ботинок не дал закрыться двери, став преградой между ней и косяком. - Не хорошо так встречать гостей, Нана, - покачал головой мужчина. - Не хорошо приходить без приглашения, Реборн, - ответила ему женщина, все-таки открывая дверь. - Зачем пришел? - Как зачем? – притворно удивился Реборн. - Тебя с сыном навестить! Слушай, а может, ты все же впустишь меня в дом? На улице жарко… Савада тяжело вздохнула и отошла от дверного проема, позволяя пройти незваному гостю во внутрь прохладного помещения. Она была не рада этому визиту. Ведь когда в твой дом приходит один из сильнейших демонов, то обязательно жди чего-нибудь выходящего не только из рамок приличного, но и возможного. - Как вы нас нашли? - спросила Нана, идя на кухню. - Как? – зачем-то переспросил Реборн, идя за демонессой в человеческом обличии. - Это долгая история. Но хочу сказать тебе, что ты по-настоящему хорошо спряталась, мне стоили многих усилий эти поиски. Да, темному и вправду было тяжело найти сестру правителя и ее сына. Это практически было за гранями его возможностей, но, как оказалось, грани эти не были пересечены. Пятнадцать лет. Пятнадцать чертовых лет Реборн проверял, обнюхивал, словно собака, каждый угол и закоулок этого мира, опросил тысячи людей и сотни демонов с ангелами, которые, возможно, видели сбежавшую темную. Он бы мог потратить эти года поисков для более лучших и приятных дел, но против приказа Владыки не пойдешь. Но что такое пятнадцать лет для демона, за плечами которого не одна сотня лет? Так, песчинка, мгновение, которое промелькнет и исчезнет так же быстро, как и появилось. И может Реборн пробыл бы в поисках более долгое время, если бы не случайная встреча. Ну, как встреча, темный просто прошел мимо одной шумной компании состоящей из демона, ангела и человека. Такой феномен удивил посланника Владыки, из-за чего тот решил понаблюдать за интересной дружбой между тремя абсолютно разными созданиями. И в один из прекрасных дней человеческий мальчишка заставил широко улыбнуться Реборна. Но об этом потом. - Твое заклятие больше не может сдерживать силу твоего сына, - сказал Нане темный, садясь за стол. - Понимаешь, к чему это может привести? Демонесса прекрасно знала, к чему может привести пробуждение, но ничего не могла с этим поделать. Здесь было недостаточно ее сил. Нана поставила одну кружку с чаем перед своим гостем, а после села напротив него и спросила: - И что же ты будешь делать, Повелитель теней? - Уже делаю, - ответил ей темный и улыбнулся, но улыбка его была похожа на оскал злобного зверя. Демонесса нахмурилась. Она не знала, что можно ожидать от этого демона, что сейчас сидел перед ней и пил чай, не знала, какой он сделает ход. На кухне стало тихо. Даже не было слышно, как на улице поют птички, как мимо дома проезжает пара детей на велосипедах, громко крича и смеясь, и механические часы, висевшие на стене, перестали тикать. Остановились, будто пытаясь замедлить течение времени. Оба демона, сидящие друг напротив друга, чего-то ждали. На смесителе медленно образовывается маленькая капелька воды. Она потихоньку появляется из горлышка крана, отражая в себе маленький лучик солнца, пробившийся через тюль на окне, наливается светом и, не выдержав собственного веса, срывается вниз, с громким шлепком ударяется о металлическую поверхность раковины, прерывая тишину. Нана резко схватилась за то место на груди, где должно находиться под ребрами сердце. Она пыталась вздохнуть, но вместо нормального вздоха получался лишь хрип, глаза ее широко распахнулись, в них начали появляться слезы. Демонесса чувствовала, как нити заклятия, что связывало ее с сыном и позволяло скрыть его истинное лицо, рвались, громко щелкая и падая куда-то в темноту. Все это приносило ей боль. Эта связь за пятнадцать лет смогла стать прочной и крепкой, она въелась в душу темной, глубоко впустив туда свои корни. А сейчас все это вырывали из нее самой, словно вековые деревья выкорчевывают из земли. Нана начала падать со стула на пол, но ее подхватили сильные руки Реборна, не давая ей упасть. В глазах темного нет ничего, что могло бы дать понять демонессе о его мыслях. Она видела там лишь расчет. - Что ты делаешь, сволочь? – просипела Нана и потеряла сознание, безвольной куклой повиснув на руках темного. - Ох, кажется, я перестарался, - вздохнул Реборн и понес демонессу в ее комнату. Тсунаеши возвращался с ребятами домой. Ямамото как всегда шутил и смеялся, заставляя этим злиться Гокудеру. На улице ярко светило солнышко, не загороженное ни единой тучкой, легкий ветерок слегка холодил кожу, но это не спасало от жары. Сейчас хотелось выпить чего-нибудь освежающего или съесть мороженного. И только Тсуна хотел предложить ребятам пойти в магазин, как смех Такеши резко прекратился, а Хаято нахмурился и сжал кулаки. Мир вокруг компании начал изменяться. Краски перестали быть яркими, ветер теперь вовсе не ощущался, а воздух стал каким-то вязким, противным. Все вокруг приобрело коричневые оттенки, звуки стали глуше, а люди, идущие где-то вдалеке, превратились в темные тени, которые вскоре тоже исчезли. У себя за спиной Савада услышал какой-то шорох. Он обернулся и увидел двух учеников из школы Намимори, которые были старше его на год. Все в школе знали их как хулиганов и мелких пакостников, что постоянно пытались сделать хуже чью-то жизнь. - Хай, ребят. Слушайте, а отдайте нам этого человека, - сказал один из них и встряхнул своей головой. Тсуна вздрогнул и отступил назад. На голове у говорившего появились небольшие уродливые рожки, и ноги его обвил черный хвост с облезлой кисточкой на конце. У второго парня появились точно такие же «аксессуары». В душу Тсунаеши закрался страх, ноги его затряслись. Почему-то он с самого начала понял, что все это не сон, а реальность, что его с друзьями затянули в какое-то пространство, что сегодня что-то произойдет. Парень не хотел этого, он боялся то непонятное и несуществующее, что сейчас предстало перед ним. - Вы не имеете права трогать этого человека, - рыкнул Гокудера, пряча за своей спиной напуганного Тсуну. - Ой, да ладно тебе, брат, - сказал второй парень, - будто самому не хочется кого-нибудь выпить. - Не стоит этого делать, - подал голос Ямамото. - Молчи, светлый, - зашипел первый из парней, - тебе сейчас лучше уйти отсюда! И оба демона сделали шаг в сторону троицы, вынудив этим зашипеть Хаято: - Я не позволю вам причинить вред ему! Первый из нападавших остановился и громко засмеялся, а потом с громким хлопком исчез и появился рядом с Савадой. Тсуна отшатнулся от демона, но тот, схватив его за шею и приподняв над землей, не дал ему сделать этого. - Неужели ты признал в нем своего повелителя? Неужели ты так слаб, что признаешь человека? – издевательски спросил демон у Хаято, а потом, посмотрев в расширенные от страха глаза Тсунаеши, приблизил лицо мальчишки к себе и сделал вдох через открытый рот. Тсуна вцепился руками в запястье демона и попытался отстраниться от его лица, но хватка на шее была слишком сильной, чтобы сделать это. И когда темный вздохнул, то Савада почувствовал, как в груди что-то сильно сжалось и перевернулось, причиняя сильную боль. Казалось, что грудь прижигают раскаленным металлом, пытаясь расковырять грудную клетку, достать не только сердце, но и душу. Из глаз у Тсуны полились слезы, из горла вырвался стон, полный боли, а тело его задрожало. Гокудера, увидев это, зарычал и бросился на демона, что держал Тсунаеши, при этом переходя в ипостась, которая являлась чем-то промежуточным между человеческим телом и истинной формой, которой темные пользовались в редких случаях или при встрече с сильным врагом. Ямамото тоже не бездействовал. За его спиной появились крылья, и он попытался помешать демону вытянуть из Тсуны душу, но перед Такеши появился второй злобно хихикающий темный. Хаято не смог достичь своей цели: темный растворился в воздухе вместе с Савадой, а через пару секунд появился на прежнем месте, только без парня. Хаято понял, что его обдурили и, осознав цену своей ошибки, взвыл, словно раненый зверь, что падает в пучины отчаяния, а потом, использовав ускорение, в одну секунду оказался перед глупым демоном, решившим покуситься на душу Тсунаеши. Темный от неожиданности отскочил назад, но это не спасло его от кулака Гокудеры. Сколько Хаято боролся сам с собой, чтобы смириться с тем фактом, что он признал в своем повелителе обычного человека? О! На это у него ушло много времени и сил. Сколько он пытался убежать от самого себя, от внезапно появившегося долга! Ведь от того, кому Создатель отдал нити твоей души, нельзя уйти или скрыться! Ты просто не сможешь жить без своего «держащего поводья»*, с которым ты должен пройти путь длинною в целую жизнь. Гокудера не мог принять этого. Он, гордый и сильный демон, должен служить какому-то человеку?! И пускай этот человек силен духовно, имеет твердую волю, чист намерениями и не осознает своего положения, не пользуется той властью, что ему дана, но… о, Создатель, как же это унизительно! И в какой-то момент Хаято понял, что это не так уж и плохо, когда ты имеешь того, кто способен успокоить тебя, дать те редкие минуты умиротворения, гармонии с самим собой. Он только принял свою судьбу, как его лишают этой ценности, насмехаясь и унижая. Гокудера повалил на землю ненавистного ему демона, и вдарил того по лицу, ломая ему нос. Ямамото, успевший за это время вывести из строя второго демона, кинулся к Хаято, при этом крича: - Гокудера, стой! Тсуна еще жив, и только этот темный знает, где он! Хаято перестал калечить демона, замерев на пару секунд, а потом, как-то зло улыбнувшись, схватил темного за шею, придавливая его к земле, и сказал: - Возвращай Тсунаеши. Немедленно. Иначе я сделаю с тобой тоже, что ты хотел сделать с моим Ааши*, только растяну это удовольствия настолько, что пытки у самого правителя Темных Земель покажутся нирваной по сравнению с этим! - Хорошо-хорошо, - прохрипел демон, - Я сделаю это, только отпусти. Но Гокудера лишь сильнее сдавил его шею, заставляя в сию же секунду прохрипеть заклинание, возвращающее из тайника добычу. И только когда раздался негромкий хлопок, Хаято отпустил темного. - Ты ведь такой же как я, - сказал демон, отплевываясь кровью и поднимаясь земли, - Как же ты себе позволил дружбу со светлым и человеком, слабым и не имеющем возможности странствовать между мирами? - Не смей сравнивать меня с собой, - рыкнул Гокудера, - А с кем я «дружу» и кому подчиняюсь, тебя не касается! Уйди с моих глаз и забери с собой своего дружка! Демон ничего не сказал, а лишь выполнил приказ Хаято, исчезнув вместе с бессознательным телом. Сразу же после этого Гокудера развернулся и хотел пойти Тсунаеши на помощь, но застыл на месте, точно также как и Ямамото, стоявший в паре метров от него, и произнес: - Этого не может быть… Держащий поводья, или Ааши – человек, демон или ангел, который способен непроизвольно духовно привязывать к себе кого-то, делая его своим Хранителем и получая над ним определенную власть. Держащих поводья очень мало, ведь обладающих сильной духовной или, как говорят в народе, магической силой, способной влиять на чужие судьбы лишь единицы. От автора: «Читатели, если нашли ошибку или опечатку в тексте, прошу, исправьте ее!»