Огонек

Утро в семье Намиказе началось для Минато с миссии S ранга - расчесать волосы дочери. Дочка сидела на стуле перед зеркалом, отец стоял сзади и маялся в попытках расчесать ребенка, при этом не лишив ее волос. - Ай, папа, больно же! – возмущалась Мика, дергаясь от боли. - Прости, золотце, но у тебя волосы слишком густые. В них расческа застревает, - сказал отец. Для него, это было совершенно в новинку, ведь Кушина всегда свои волосы расчесывала сама. - Ладно, пап, я тебе помогу, - сжалилась Мика, наблюдая в зеркале за безуспешными попытками отца покорить ее вихры. – Смотри, сначала берешь одну прядь, расчесываешь ее, откладываешь в сторону, потом берешь следующую и далее по схеме. Понял? – спросила она. - Понял, не дурак, - сказал Минато. - Дурак бы не понял, - закончила Мика. - Точно! – смеясь, сказал отец. И процесс пошел. Спустя полтора часа три теневых клона и трехэтажный мат, который Минато цедил сквозь зубы на тему «зачем девушкам такие волосы», с делом было покончено. Мика сидела тихо и изо всех сил пыталась расслышать и запомнить все вирши отца. - Хорошо. Ну как я тебе? – спросила дочь, заплетая второй хвост. - Красавица, хоть сейчас под венец, - сказал отец, показывая два больших пальца. - Скажешь тоже… под венец… - пробурчала Мика, зардевшись. Тем временем Минато подошел к шкафу, открыл и принялся там рыться. - Ками-сама, почему Кушина не купила ей одежды, кроме пижамы, - бурчал Минато. - Что-то ищешь? – спросила дочь. - Угу, одежду для тебя, - сказал отец, рассматривая какую-то футболку. - А кимоно?! – удивилась Мика. - К сожалению, золотце, оно потеряно для мира, - сказал Минато. Хокагэ услышал, как убежала в ванну его дочь. Через минуту оттуда раздался стон. Мика стояла возле корзины для белья и взирала на свое кимоно. Оно было испачкано и порвано во многих местах. Девочка простонала, потому что это кимоно она купила специально для встречи с родителями. Тяжело вздохнув о потере красивой одежды она вытащила одежду из корзины, нашла внутренний карман и достала оттуда маленькую бумажку. Потом положила одежду обратно в корзинку и подошла к умывальнику. Умывшись и почистив зубы, она вышла в комнату. Папа все рылся в шкафу. - Пап, давай я сама, а? - спросила она, подойдя к отцу. - Давай, - сказал Минато с облегчением. - Тогда ты переодевайся, а я пойду поработаю. Как закончишь, иди в кабинет. Помнишь где он? - Угу, по коридору направо, первая дверь, - ответила Мика, утвердительно, кивнув. - «А ведь вчера была совсем сонная. Удивительно», - подумал Минато. – Ну, вот и отлично! Как оденешься, иди в кабинет. Нам надо поговорить, – сказал он, затем наклонился и поцеловал дочку в щеку. - Хорошо, скоро буду, - сказала дочь, вытирая ладошкой щеку. Когда Минато вышел из комнаты, Мика вздохнула и полезла в шкаф. Хокагэ шел по коридору. Настроение у него было отличное, но зайдя в свой кабинет и взглянув на стол, чуть не взвыл, потому что на столе лежала гора бумаг. Иногда он ненавидел свою должность, а когда вспоминал свое детское желание стать Хокагэ, у него начинался истерический смех. Знал бы он тогда, что такое должность главы деревни… Испепеляя взглядом стопку документов, он прошел за стол, уселся в кресле и приступил к работе. Правда мысли его были далеко не о ней: он думал как начать разговор с дочкой, как расспросить ее и, самое главное, как рассказать ей о матери? На эти вопросы у него не было ответа. Плюнув на все планирование, Минато решил, что построит разговор по ходу дела. Ведь, как правильно говорили мудрые, «Хочешь рассмешить бога? Расскажи ему о своих планах». С этими мыслями Хокагэ принялся за работу. Через полчаса издевательств, как окрестила это Мика, ей все-таки удалось найти сносную одежду: белую футболку с черным символом деревни и черные шорты с белыми полосами по бокам. Одевшись и натянув на ноги сандалии, она вышла из комнаты и отправилась к отцу. Браслеты остались в ванной. Подойдя к двери кабинета, Мика постучала и, услышав бодрое «можно», вошла в кабинет. Кабинет Хокагэ был отделан все теми же дорогими сортами дерева, на полу был постелен, большой темно-зеленый ковер, большое панорамное окно открывало чудесный вид на всю деревню. Посередине комнаты стоял большой дубовый стол, отделанный зеленым сукном, справа от двери, возле стены, был кожаный диван. Ни кресла, ни отца не наблюдалось. Любуясь красотой кабинета, Мика перевела взгляд на стол и обомлела - на столе была гора макулатуры, которая с большой скоростью уменьшалась. - Папа, я пришла. Ты где? – позвала она отца. - Я тут! Сейчас, погоди маленько, я закончу и мы поговорим. Посиди пока, - донесся голос из-за бумаг. Мика села на диван, взяла с журнального столика книгу и принялась читать. Через полчаса Минато закончил работу. Выдохнув, достал из ящика бутылку минеральной воды, отвернул крышку и сделал несколько глотков. - Уф, совсем упарился на этой работе, - сказал Минато, закрутил крышку и поставил бутылку на место. Затем он перевел взгляд на дочь и хихикнул. Дочь заметила его странную реакцию. - Ты чего? – спросила она, поднимая бровь - Ничего. Просто тебе мои шорты с футболкой очень идут, - сказал Минато. - Они твои? – удивилась Мика. – Я думала мамины, - закончила она. - Нет, они мои. Я оставил их, как память. Но тебе они к лицу, - сказал отец, затем вышел из-за стола, подошел к дивану и сел рядом с дочкой. - Спасибо! Кстати папа, а где мама? Мы скоро к ней пойдем? А то она, наверное, беспокоится? – просила дочь В глазах сидящего рядом отца что- то промелькнуло, но Мика не смогла понять что. - Конечно, пойдем, только сначала ты мне расскажешь о себе, о жизни, о приключениях, - сказал Минато. Мика кивнула, отложила книгу и приготовилась рассказывать, когда увидела, что отец странно на нее смотрит. - Что-то случилось? - обеспокоенно спросила она. Молчание было ей ответом. Минато смотрел и не мог поверить своим глазам. - Подожди. У тебя что, грудь растет? – недоуменно спросил он. - Пф, с шести лет. Рё сенсей сказал, что годам к шестнадцати будет, как минимум, третий размер, - сказала Мика, отведя глаза в сторону и надув щеки. - А сейчас, как я понимаю, у тебя первый? – просил отец, сощурив глаза. - Извращенец! - возмутилась дочь, залившись краской. Минато в ответ на это только захохотал и потрепал дочку по голове. - «Так, срочно надо заминировать подходы к дому. А то когда пойдет в академию, то от женихов отбоя не будет», - подумал отец. – Ладно, что-то мы отвлеклись. Рассказывай, я слушаю. Мика, немного подувшись, начала рассказ. Начала с того, что она с сенсеем побывали во всех пяти великих странах, о том, как сенсей учил ее выживать: например, какие травы лечебные, какие съедобные, а какие вообще трогать не стоит. Рассказала о своих первых тренировках в управлении чакрой, как после получасовой тренировки сидела, медитируя под деревом, и полтора часа пыталась вызвать чакру. О том, как учитель определил ее стихию – ею оказался огонь. О первых дзютцу, как обычных, так и стихийных. Например, когда освоила Хенге, то стащила у сенсея кошелек и под его видом скупила все данго… правда, потом ей влетело от Кисагамэ. А когда смогла выдуть свой первый огненный шар, то спалила всю полянку и подожгла плащ сенсея. Неизвестно по какой причине, но дзютцу огня у нее выходят мощнее, чем у остальных. О тренировках, которые были направлены на то, чтобы развить ее контроль чакры и т. д. Когда отец дал Мике фото, где ей три, то она пояснила. - А, помню, как же. Он тогда обманул меня в лучших чувствах: мы шли с ярмарки, где я выиграла зайчика. Не далеко стояла фото будка и он предложил мне сфотографироваться. Посадил меня в будку и сказал, что оттуда вылетит птичка. Я, как дура, просидела там полчаса, все ждала птичку. Чуть не расплакалась, а этот гад стоял и смеялся, - возмущалась она. Минато, посмотрев на фотографию, на обиженно-любопытное личико дочери, сам рассмеялся. За что и получил локтем от Мики. Отдельно дочь рассказала о своем возвращении. По мере рассказа лицо отца вытягивалось все больше, а в конце он вообще держался за голову. - Папа, тебе плохо? Что болит? – обеспокоенно спросила дочь, подсаживаясь поближе и дергая за шиворот плаща. Минато не ответил. Он думал, какой же он идиот - два дня его чадо слонялось по лесу! Надо было наплевать на советников и пойти туда самому. Ситуация комичная. Наконец не выдержал - он засмеялся громким смехом, в котором проскальзывали истерические нотки. - Папа!!! - крикнула Мика. В ее голосе был слышен страх за отца. - П-прости дочка, ха-ха, прости. Просто все эти два дня мы думали, что на нас напали. Усилили охрану, а на места применения чакры отправляли АНБУ, - немного успокоившись, сказал Минато. Теперь смеялись двое. У Минато через смех выходили все десять лет одиночества, у Мики - все переживания последних лет. Немного успокоившись, отец продолжил. - Ладно, это все понятно. У меня всего два вопроса: во-первых, как ты узнала меня? Ведь, когда я тебя видел в последний раз, ты только родилась. И во-вторых, почему ты вернулась на полгода раньше? – спросил Минато. - На эти два вопроса ответ один, - ответила она. С этими словами она встала с дивана, достала из кармана шорт маленький листочек с написанным на нем кандзи «печать», прокусила палец и размазала кровь по печати. Потом, встав на одно колено, ударила ладонью с зажатой печатью об пол. Раздался хлопок и рядом с ней появился вещь мешок черного цвета. - «Вот, кровь Узумаки в действии. А ведь ей клановые техники будут не в пример легче, чем мне», - подумал Минато, смотря на дочь - Вот! - сказала Мика, протягивая ему фото. Отец взял фото, посмотрел… и охнул, с фотографии на него смотрели он сам с женой в обнимку. - Откуда она у тебя? - спросил он. - Мне пять лет было, когда я спросила сенсея, кто мои родители. Он ничего не ответил и куда-то ушел. А на следующее утро у меня была эта фотография. А что такое? - Да просто я потерял эту фотографию шесть лет назад, - сказал Минато, с изумлением смотря на фотокарточку. - Ладно. А вот, что касается второго вопроса, - сказала дочь, протягивая отцу записку. Минато посмотрел записку, в ней было всего пару строк: Твоя тренировка закончена. Возвращайся домой. Он оторвался от записки и вопросительно посмотрел на дочь В ответ Мика, пожала плечами. - Неделю назад мы остановились в стране рисовых полей. Два дня было все в порядке, а утром третьего я проснулась и увидела, что сенсея нет. Только вещи остались и на тумбочке эта записка, - ответила она на немой вопрос. - «Странно это все», - подумал Минато. Дальнейшим размышлениям помешала Мика. - Так, пап, я свою часть сделки выполнила. Теперь пошли к маме, - сказала она, запечатывая мешок и садясь на диван. - Может позже? - попробовал уговорить отец. - Неа, ты обещал! - возмутилась дочка. - Ну, обещал, так обещал, - вздохнул Минато. Он поднялся с дивана, взял на руки дочку. Мика на секунду заглянула в лицо отцу и увидела там печаль. Она уже хотела спросить все ли в порядке, но услышала голос папы. - Держись крепче. Мика прижалась к нему и через несколько секунд ощутила рывок. - Вот мы и пришли. Привет, Кушина. Смотри, кто вернулся, - услышала она шепот отца. Мика обернулась, чтобы поприветствовать маму, но увидела только ровные ряды могил. Кладбище представляло собой несколько гектар земли с постаментом в центре и, насколько хватало глаз, шли надгробья. Минато поставил дочь на землю. Она взглянула под ноги и увидела надгробье, возле которого был воткнуть странный кунай. Мика присела на корточки и взглянула на плиту, уже зная, что там обнаружит. - Как? Когда? - шепотом спросила она. Сейчас это было единственное, что она из себя выдавила. - Через год после того, как тебя забрал Кисагамэ, - ответил Минато Он рассказал ей всю историю: и о бесплодии, и о нападении и последующем запечатыванием. - Но, как же так! Ведь сенсей рассказывал мне о вашей встрече. Он сказал, что дал тебе свиток, с помощью которого ты мог закончить технику! - сказала Мика. С каждым словом ее глаза наливались слезами. - Понимаешь, Шикифууджин одна из тех техник, которым одного года на переделку мало. А мне пришлось все с нуля переделывать. И когда напал Санби, мы оказались не готовы. Твоя мама воспользовалась старым вариантом техники, - пояснил отец, хотя слова давались ему с трудом. Мика знала про эту технику, сенсей рассказывал и всегда сравнивал с техниками своего друга. Минато услышал всхлипы дочери. Он присел рядом и обнял ее, прижимая к себе. Она зарыдала в голос, выплакивая все свое горе, рухнувшие надежды, свои переживания и мечты. Ее грудь пронзила боль, тупая боль потери. Мика прижалась к отцу, стискивая воротник его плаща руками, чтоб перетерпеть боль. Через пятнадцать минут, успокоившись, девочка попросила. - Пап, можно я тут с мамой поговорю. Наедине? - попросила дочь. Минато молча кивнул, поднялся на ноги и пошел проведать могилы родителей. Мика, оставшись одна, присела на корточки и начала рассказ. Она рассказала все, что поведала отцу и даже больше - рассказала все свои мечты. Через полчаса вернулся отец. Мика поднялась на ноги, отряхнула шорты и сказала, глядя на могилу. - Я отпускаю тебя, мама, покойся в мире. Небо над тобой, - прошептала она. - Пойдем? - предложил Минато. Кивнув, Мика взяла за руку отца и они вместе пошли к выходу. До выхода они прошли молча, каждый пребывал в своих думах. Возле ворот к ней обратился отец. - Осуждаешь? - спросил он. - С чего бы? - вопросом на вопрос, ответила дочь. - Потому что не спас, - ответил отец, в голосе которого сквозила печаль. - Нет. Конечно, нет, - в подтверждение слов она крепче прижалась к отцу. – Да и что ты мог сделать? Это был ее выбор, а я, полагаю, она была из тех людей, кто, если что-то вобьет в голову, не успокоится, пока не сделает, - закончила она. - О да! В этом ты права на все сто, - усмехнулся отец, кладя руку на плечо дочери. Выйдя с кладбища, Минато взял Мику на руки. Дочка запротестовала. - Ну пап, ты не устал меня носить?! - Неа, не устал. Не ломай удовольствие отцу! Мика не успела ответить - ответил ее живот звонким урчанием. - Ох, я дурень старой, голова с дырой! Покормить я тебя забыл, - хлопнул себя по лбу отец, наблюдая, как краснеет его дочь. – Пошли, я знаю один замечательный ресторанчик. Надеюсь, ты любишь рамен? – спросил отец. В ответ получил кивок. - А расскажи о маме, пожалуйста, - попросила дочь - Ладно, - улыбнулся Минато. Всю дорогу, от кладбища до центральной улицы, Минато рассказывал о Кушине. Мика внимательно слушала. Они прошли несколько кварталов, прежде чем вышли на главную улицу. Центральная улица деревни была заполнена народом: торговцами, призывающими посмотреть и купить свои товары, покупателями, осматривающими товар и торгующиеся с продавцами, простые люди, идущие по своим делам и, конечно, шиноби. Мика с восторгом первооткрывателя осматривала улицу. Архитектура Конохи была удивительна: жилые постройки, как бы, карабкались друг на друга, маленькие лавочки и домики по краям улицы создавали ощущение уюта. И, конечно, резиденция стояла особняком, приковывая взгляд и излучая величие. Все это поражало воображение Мики. Им осталось пройти до ресторана метров двадцать, когда из ниоткуда прямо перед ними появился АНБУ в маске рыси. Минато остановился. - Хокагэ-сама, у нас ЧП, - сказал АНБУ - Докладывай, - сказал хокагэ. - Хай! Хината Хьюга… - начал было рысь, но был перебит. - Так, понятно. Что она опять натворила? - спросил Минато. - Вам лучше самому все увидеть, хокагэ-сама. У особняка Хьюг, - сказал АНБУ и исчез в дымке. - А кто такая Хината? - спросила Мика, сидя на плечах у отца. - Девочка-подросток, дочь главы клана Хьюга, твоя ровесница и по совместительству, головная боль деревни, - ответил отец. – Эх, что она там еще натворила? Надо бы сходить проверить. Ты со мной или в ресторан пойдешь? – спросил он. - С тобой, - ответила дочка. - Тогда держись! - сказал Минато, перепрыгивая с крыши на крышу. Жители деревни были удивлены, уж больно давно они не видели «Желтую молнию» бегущим по крышам. Еще большим шоком было то, что у него на плечах сидел ребенок. Они оборачивались ему в след. Приземлившись у особняка клана Хьюг, Минато осмотрел место бедствия. Особняк, выполненный в традиционном японском стиле, обычно излучавшим величие и богатство, сейчас представлял собой жалкое зрелище: трехметровый забор, окружавший поместье, сейчас был разрисован письменами. У ворот стоял глава клана Хиаши Хьюга и раздавал указания своим людям. Увидев новоприбывших, он подошел к ним. - Добрый день, Хокагэ-сама, - поприветствовал он Минато. - Добрый, Хиаши. И давай без официоза? - попросил хокагэ, получив кивок в ответ, продолжил. – Что случилось? - Сам видишь, - сказал Хиаши, махнув рукой в сторону забора. Тем временем Минато опустил Мику на землю. - Просыпаюсь утром, выхожу на террасу, а тут такое: забор разрисован и Хинаты нигде нет. Ни в своей комнате, ни в поместье, - рассказал Хиаши. - И ты решил, что ее похитили, и переполошил всю деревню? - спросил Минато., усмехнувшись. - Знаешь, это уже паранойей попахивает, - закончил он. - Предпочитаю быть живым параноиком, чем мертвым оптимистом. И вообще, вот вернется твоя, я на тебя посмотрю, - возмутился Хиаши. Тем временем, пока взрослые беседовали, Мика подошла к забору и с любопытством осматривала надписи. Хиаши заметил ее. - Эта та, о ком я думаю? - спросил он Минато. - Да, знакомься, Мика Намиказе, - ответил тот. Глава клана повысил голос, чтоб девочка его услышала. - Добрый день, Мика-сан! - крикнул он - Добрый, Хиаши-сан. Просто Мика, без суффиксов, - ответила она. - Вся в отца, - прошептал Хиаши, получив в ответ ухмылку. Затем снова обратился к Мике. - Простите, Мика-сан, а что вы там делаете? - Спросил глава клана. - Читаю, - пришел ответ. Хиаши встрепенулся и быстрым шагом подошел к девочке. - Вы понимаете, что тут написано? – спросил он - Конечно, это хокку. Стихи, - ответила она - Стихи? Хм, а вы не могли бы прочесть их? - спросил Хьюга, задумчиво потирая подбородок. - Вы уверены? - спросила Мика, изумленно вскинув брови. - Да, конечно. Прочтите, пожалуйста, - сказал Хиаши. - Хорошо, - ответила девочка, задумчиво глядя на столбцы текста. - Вот, например, этот: «Кошка скончалась. Мех уж не тот на хвосте. Помалкивай или отведай», - прочла она, затем перевела взгляд на второй. - Жадный человек подобен коровьему мясу, Барабану далекой Турции, соленому плоду огурца. Все рассказано,- прочла она и посмотрела на третий. - Дом мамы жены. Без шутки я вряд ли пройду. Что показать ей? – улыбнувшись, она посмотрела на последний. - Широка и быстра река, Плывет по ней орудие дровосека. По направлению к деревне… - дочитать Мика не успела. Ее отвлекли странные звуки сзади. Обернувшись, она увидела, что ее отца сотрясает приступ хохота. По левую руку от него стоит красный, как рак, Хиаши. Успокоившись, отец сказал. - Ну вот, а ты записка похитителя, записка похитителя, параноик, - передразнил друга Минато. – Это напоминает мне, как ты за инопланетянами в академии гонялся, - добавил он. - Ладно… Ениру! - позвал он и через секунду появился человек с меткой побочной ветви на лбу. – Немедленно отзови всех и прикажи кому-нибудь стереть эти стихи с забора, - приказал Хиаши. - Ладно, мы пошли, - сказал Минато, улыбаясь. - До свидания, Хиаши-сан, - попрощалась Мика. - До свидания Минато, Мика. Будем рады видеть вас у нас в гостях, - попрощался глава клана, заходя в ворота и цедя сквозь зубы, - Ну, Хината! Ну, получишь ты у меня. Взяв дочь за руку, Минато повел ее от дома. - Ну что, в ресторан? - спросил отец. - Ага, я есть хочу, - сказала Мика. Ресторан «Ичираку рамен» был небольшим заведением, где подавали самый лучший рамен в деревне. Ичираку был не большим, всего на шесть мест, но именно его миниатюрность создавала там атмосферу уюта. Минато отодвинул полог, которым был прикрыт вход и, посадив дочку на кресло, уселся сам. - Эй, старик! - крикнул он Хозяин ресторанчика обернулся и обомлел. Не часто к нему заходил Хокагэ, а после гибели жены, так и вовсе раз в год. - Добрый день, Минато-сан, - сказал старик. – Аямэ! Иди, встречай гостей! - крикнул он. Из глубины магазина вышла красивая девушка. - О, кто к нам пришел! - обрадовалась она. – Давненько вас не было у нас, - сказала Аямэ сердито. - Что поделать, обстоятельства, - пожал плечами Минато. - А кто наша юная посетительница? Спросил старик, уводя разговор со скользкой темы. - Разрешите представить! Намиказе Мика, моя дочь! - Представил ее отец, сияя от радости. - Неужели?! - ахнули повара. - Да, она вернулась! - подтвердил хокагэ Старик смотрел на Минато и сам улыбался. Сколько лет он не видел счастья ла лице Хокагэ. - Ну что ж, по такому поводу весь рамен сегодня за счет заведения! - воскликнул старик и занялся приготовлением. Сытно поев, семья Намиказе вышла из ресторана. - Ну как, вкусно было? - спросил отец. - Очень, - ответила Мика. Минато взглянул на часы. - Ого, уже пять часов, - изумился он. – Ладно, я пойду по делам, а ты пока погуляй. Вот, возьми, - сказал он, достав из подсумка странный кунай в виде листа клена с продетой в кольце тесемкой. – Надень это и я всегда буду знать, где ты, - сказал отец. Кивнув и одев кунай на шею, Мика получила дежурный поцелуй в щеку от отца и, дождавшись пока он исчезнет, повернула налево и пошла, куда глаза глядят. Она любовалась вечерним небом: всеми оттенками алого, что были представлены сейчас на небосклоне. Засмотревшись на такую красоту, девочка не заметила, как свернула за угол и нос к носу с какой-то девочкой. Столкновения, естественно, избежать не удалось. - Смотри куда прешь, - зашипела девочка. - Сходи к окулисту. Пусть он тебе очки выпишет, если со зрением проблемы, - не осталась в долгу Мика. Намиказе посмотрела на оппонентку: девочка ровесница, черные длинные волосы до лопаток, округлое личико с правильными чертами лица, маленький рот и нос, глаза серые без зрачка. Одета она была в белые бриджи и черную майку, на ногах сандалии. - Пойдет, - сказала незнакомка, поднимаясь на ноги и отряхивая бриджи. Потом, помогла встать Мике. - Меня зовут... - начало девочка, но была прервана. - А ну стоять, чертовка! Уши оборву! - кричал кто-то вдалеке. - Блин, спалилась. Деру! – крикнула незнакомка, схватив Мику за руку и потащив за собой. Полчаса они скрывались от АНБУ. Наконец, они спрятались на заброшенной стройке. - Фу, кажется, оторвались, - сказала девочка. – Меня Хината зовут, Хината Хьюга, - сказала она, протягивая руку. - Намиказе Мика, - представилась и пожала руку. - Приятно познакомится, - сказала Хината. – Погоди, Намиказе? А ты случайно нашему Хокагэ не родственница? - спросила Хината. - Да, я его дочь, - подтвердила Мика. - Ого, а разреши бестактный вопрос? - спросила девочка - Задавай, - разрешила Мика. - Зови меня просто Хина, - сказала Хината, - а я буду тебя звать Химэ, - предложила она. - А почему Химэ? - спросила Мика. - Ну, ты же дочь Хокаге, а он кто? Правильно, правитель деревни, а ты его дочь, значит принцесса, - пояснила Хина. - Ладно, пусть будет Химэ, - согласилась Мика. - Отлично! Вот мой вопрос: где ты была? - спросила Хина. - Путешествовала с дядей, только второй день как вернулась, - ответила Химэ. - У-у-у-у, вот повезло-то! Расскажи, а? Я страсть как путешествия люблю. Только меня, никуда не пускают, - надув щеки сказала Хината. – А я тебе всю деревню покажу! Я знаю много секретных ходов и коротких путей, - подмигнула она. - Ладно, только завтра, я сегодня устала,- сказала Химэ - Вот и славненько. Я свою часть исполню сегодня, чтобы завтра весь день слушать твои истории, - возликовала Хина. Три часа Хината водила Мику по деревне: показала ей все достопримечательности, секретные ходы, окольные пути и многое другое. После экскурсии решили отдохнуть на детской площадке. Они заняли двухсторонние качели. - Хина, можно задать вопрос? - спросила Мика. - Валяй, - сказала Хината. - А хокку на заборе вокруг поместья Хьюг твоя работа? - спросила она - Угу, а ты видела? - спросила Хина. - Видела. И даже читала, - ответила Мика. - Ну и как? - полюбопытствовала Хината - По мне, так хорошо. А вот твой папа был недоволен, - сказала Химэ. - Дак он ведь их не понимает? - спросила Хина, с подозрением. - Ну, я ему их прочитала, - ответила Мика. На минуту площадка потонула в тишине, нарушаемой только скрипом качелей. - Вот и настал мой год большого писца, - меланхолично пробормотала Хината. - Прости, - пролепетала Мика, зардевшись. Она испугалась, что первая же подруга и обидится… - Да ничего. Ты же не знала, - отмахнулась Хина Их разговор прервал хлопок. Обернувшись, Мика, увидела, что на площадке стоит отец. - Я вам не помешал? - спросил он. - Что ты пап?! Нет, конечно, - сказала дочь - Ну что, пойдем домой? - спросил Минато, положив ладони на плечи дочки. Мика кивнула и спрыгнула с качели. - Идем. Я и тебя, до дома подброшу, - обратился он к Хинате. - Лады! - крикнула та в ответ и тоже спрыгнула с качели. Взяв обеих девочек на руки, Минато переместился к особняку Хьюг. Подойдя к воротам, он постучал ногой, так как руки были заняты детьми и прокричал. - Открывай, папаша, двери. Дочка пьяная пришла! - прокричал он, за что получил сдвоенный хнык. С минуту все было тихо, но потом за воротами послышались торопливые шаги. Открылись ворота, и в образовавшийся проход вышел Хияши. - Хината, вот ты где! Нашлась наконец-то, а я весь извелся, - возопил отец. - Да успокойся ты! С ней все в порядке, они с Микой были на площадке, качались на качелях, - пояснил Минато. - На площадке... Ладно, спасибо тебе, Минато, выручил. Спокойной ночи! – сказал Хиаши, уводя дочку в дом. - Да ничего. Спокойной ночи, - скахал хокагэ, затем развернулся, отошел на пару метров и переместился к себе. Хината лежала на кровати у себя в комнате и думала: несмотря на то, что отец всыпал ей по первое число. Этот день все-таки удался, потому что у нее появился первый настоящий друг. Сегодня она одержала еще одну маленькую победу. С этими мыслями она повернулась на бок и уснула. Она и не догадывалась, что такие же мысли крутились у еще одной девочки.