Обретение

Леонард мог терпеть многое: пьяного Джима, голого, молчаливого (что бывало тогда, когда этот засранец обдумывал очередной «гениальный план»). Но терпеть поющего Джима МакКой не мог, и не обращать на него внимание тоже не получалось: вместо конспекта у доктора в голове звучал голос Кирка, завывающего очередную бредовую песню. Нет, Леонард не был сторонником современной музыки, некоторые вещи ему даже нравились, но большинство из них он считал бредом. Не выдержав, МакКой запустил в поющего Кирка подушку. Тот снял наушник, вопросительно уставившись на доктора. – Ради всего святого, не пой! – Леонард отложил падд в сторону. – Почему? Я же хорошо пою. – Джим сказал это так, будто открыл Боунсу очевидное. – Я испытываю на этот счет большие сомнения. – Продолжать разговор Леонард не намеревался, вернувшись обратно к падду. Может этот гений и считал, что поет хорошо, но на самом деле пел он откровенно хреново. Через пару дней Леонард вернулся в комнату, уже не удивляясь поющему Кирку, и, переодевшись, достал падд и включил на нем функцию диктофона. Слава богу, Джим не намеревался давать концерты надолго, поэтому через пару песен МакКой выключил запись и положил падд на место. *** МакКой о чем-то рассуждал с Ухурой в столовой, когда к ним присоединились Джим с Сулу, активно споря о каких-то растениях. Джим плюхнулся рядом с Боунсом, с обожанием смотря на свой поднос. Леонард не видел ничего привлекательного в той еде, выбранной Кирком: несколько больших, шоколадных кексов, и пару штук стейков. – Джим, если ты продолжишь в том же духе, твоя задница не влезет ни в одно капитанское кресло. – Леонард отпил сок. – О, Боунс, ты волнуешься за мою задницу. С чего вдруг? – Джим пошевелил бровями. – Да, Джим, я волнуюсь! Потому что, когда случится очередная хрень, мне придется спасать ее. Зачем только я встретил тебя? Я же мог жить себе спокойно. – МакКой потер руками лицо. – Да ладно тебе, Боунс. – Джим приобнял его за плечи и чмокнул в макушку. – Я же ради тебя на все готов, со мной весело дружить. – Уйди, противный, – сказал Леонард, отпихивая Джима. Когда доктор поднял взгляд на Ухуру, девушка рукой прикрыла довольно заметную улыбку. МакКой закатил глаза. – Джим, вот тебе доказательство того, что ты поёшь хреново. – Доктор достал падд и включил запись. Услышав первые секунды исполнения, собравшиеся за столом в удивлении уставились на Кирка, а потом, словно по неизвестному сигналу, начали хохотать. Джим отобрал у Боунса падд, возмущенно говоря: – Ты подделал эту запись! Я пою хорошо. – Джим удалил аудиофайл и в его глазах заплясали искорки веселья. – Это ты спел! – Он ткнув пальцем в МакКоя. – Будь по-твоему, – сказал Леонард, растрепав Джиму волосы. – Я на занятия, оболтус.