Орлы или Вороны

Ночь – время бандитов и мафиози. С наступлением темноты они выползают из своих нор и открыто господствуют на своем или соседнем секторе. Однако это стереотип. В настоящем банды открыто гуляли и при свете дня, ничего не боясь. А кого (или чего) им бояться? Они здесь сила и власть. В воздухе еще присутствовал запах озона, после недавно закончившегося дождя, когда четверо молодых парней вывалились из дверей какой-то убогой многоэтажки, которых было несколько десятков в их секторе, если не больше. Ребята висли друг на друге, приобнимая и поддерживая. Пьяные шумные подростки. Чего вы еще ходите? По темной пустой улице раздался пронзительный свист, который эхом разнесся по округе. Фонари давно не работали здесь, так что улица была слабо подсвечена выглядывающими из-за туч звездами и луной. Темный силуэт, который и издал этот свист, стоял, прислонившись к стене рядом стоящего здания. Он сделал последнюю тягу сигареты, слабо подсвечивая лицо, скрытое в тени капюшона и демонстративно выкинул окурок куда-то в сторону. - Идите за мной, придурки, - спокойно произнес этот силуэт и завернул в небольшой проулок между домами. Да, это был тот паренек-главарь из потасовки за школой. Четверка что-то пьяно бросало ему в спину, смеялись, но все же плелись следом. Им было наплевать, куда те идут, зачем и стоит ли им вообще идти за «этим»? Но, как это обычно бывает с подростками, юношеский максимализм просто приказывал действовать необдуманно. Пожалуй, стоит обратить внимание на один очень важный элемент, который был неотъемлемой частью жизни любого сектора. Бандиты. Мафия. Над каждым сектором стояла какая-то своя определенная банда, но в зависимости от состояния, финансового положения и количества правоохранительных органов на этот небольшой клочок земли, влияние их было оказано по-разному. Не трудно догадаться, что в таком бедном секторе, в котором обитали эти четверо сироток, все целиком и полностью зависело от такой банды. Они – цари и боги здесь, основной заработок и хранители порядка. «Гром» - так звалась эта банда. Почему? Да просто потому, что у главаря этих мафиози была такая кличка. Соответственно те, кто был в подчинении – громовики. Гром – мужчина лет под пятьдесят, с огромным шрамом через все лицо наискось, вечно пахнущий алкоголем и сигаретами, колючей щетиной и спортивном костюме, сверху которого была накинута черная кожанка, и не важно какое время года, или погодные условия, были за окном – стиль неизменен. Голова его коротко обрита, а когда на лице появлялась улыбка, больше похожа на оскал, парочка металлических зубов сверкала в его рту. Мужчина был высок, тучен и в то же время подкачан, одним словом – шкаф. Представьте, каково было удивление парней, когда они увидели этого человека прямо перед собой. Он сидел на спине паренька (Юнги видел его пару раз в школе – одноклассник), который стоял на четвереньках, и томно бился затылком о каменную стену здания, отмеряя ударами секунды. - Я привел их, Гром, - робко промолвил парень и отошел к парочке мужчин и парням помладше. Они курили в сторонке в ожидании, как оказалось, сирот. - Долго, - недовольно рыкнул главарь и, раскрыв рот, взглянул на, кажется, мнущегося от страха паренька. Подростки напряглись. Все это попахивало разборкой на совсем ином уровне и им бы пора начинать молится, чтобы в конце такой разборки они для начала живы остались. Гром медленно перевел взгляд на парней и (Джун готов был поклясться в этом) вязкая слюна блеснула у уголка губ, скатившись вниз по подбородку. Кажется, мужчина не в лучшем состоянии, нежели подростки. Хосок тоже заметил это, и непроизвольно на его лице отобразилось некое отвращение к этому человеку. - Чья работа? – облизнув пересохшие губы, прохрипел главарь и тут же указал головой в сторону паренька, находившегося в паре шагов. Тот поднял голову, и Джин узнал в нем своего уже одноглазого одноклассника. - Допустим моя, - без капли раздумий выпалил Шуга и сплюнул, пряча руки в карманы просторных штанов. Его лицо не выражало абсолютно ничего. Невозможно было понять, что у него на уме. - Пиздит! – прошипел Джин сквозь зубы, и словил недовольный взгляд Юнги. Гром цокнул и перевел взгляд на пострадавшего парня. Его дрожащий палец указал на Сокджина и тут же замялся, заметив недовольный взгляд Кима. Кого сейчас больше боится этот одноглазый? Главаря или одноклассника? Мужчина хмыкнул. - Не поверил бы в это. Но у нас не заведено лгать. - Хотите что-то нам предъявить? – следуя примеру старшего, Хосок так же пафасно спрятал руки в карманы ветровки, но его мимолетная уверенность сошла на нет, когда взгляд главаря устремился на него. Спасибо руке Намджуна, которая легла на плечо и вновь придала уверенности в себе и в своих силах. - Откуда вы? – Гром как-то подозрительно сузил глаза, оценивающе осматривая каждого. - Приют Хоры, - коротко ответил Мон, и на лице мужчины появилось уже удивление. - Так мы вас кормим! – воскликнул он, и глаза Шуги заметно закатились. - Херово кормите, - съязвил он, и его парни, оценив это, сдержано захихикал. Странно, но главарь никак не отреагировал, лишь продолжил задавать интересующие его вопросы. - Как звать? – он кивнул головой в сторону Нама и, когда тот озвучил свою фамилию, запротестовал. – Срать я хотел на твое настоящее имя. Погоняло есть? Работаю только с ними! – мужчина вскочил на ноги, наступив на руку пацана, на котором сидел, и тот закусил губу, отображая на лице боль. Главарь вразвалочку подошел к парням, все так же продолжая их оценивающе рассматривать. Он даже взял лицо Хосока в свою огромную лапу, грубо повернув голову в сторону, став рассматривать небрежно заштопанный шрам над бровью. Парни поочередно представились, но когда дело дошло до Джина, тот ничего не сказал, чем вызвал недовольно-удивленный взгляд Грома. - Нет у меня кликухи, - вызывающе пояснил подросток, на что мужчина рассмеялся и сказал, что это поправимо. Его группа поддержки из громовиков тоже сдержанно рассмеялись. - Вы же знаете наши понятия, да? – теперь-то этот главарь был пугающе-серьезным. – Вы навредили моему пацану, я должен вас убить. – по спине подростков пробежал холодок. Да, пусть они и шутили, что готовы сдохнуть в любой момент, но, когда дело дошло до этого - все поменялось. Желание жить комом застряло в горле. Парни шумно сглотнули. – Однако, - Гром словно нарочно сделал паузу и еще раз взглянул в глаза каждого, побуждая новую волну страха и паники, - я слышал кое-что о вас Джин, Шуга, Хоуп и Монстр из приюта Хоры. – снова эта пауза. – Вы знаете, как и чем живут банды? - Что ты предлагаешь? – перебил его мысль Юнги. Ему больше всех не нравилось, когда манипулировали эмоциями. Особенно его. - Присоединиться к нам, - так же холодно прояснил глава. Парни переглянулись. В глазах явная паника, удивление, страх и… облегчение?

***

Июль 2013

Лето выдалось невероятно жарким. Люди были готовы снять с себя даже кожу, если только это поможет им избавиться от неприятного чувства духоты. Даже здесь, во дворе школы, в тени, где стояли деревянные столы и скамейки, для обеденных перерывов студентов, было до ужаса неприятно. Намджун разом осушил бутылку холодной воды и облегченно выдохнул. Теперь-то это был восемнадцатилетний парень и за прошедшее время он успел возмужать. Теперь-то его некогда массивная шевелюра была коротко подстрижена и окрашена в ментоловый цвет с выбритыми висками. Он провел пальцем по набитым партакам на предплечье и удрученно выдохнул. - Сейчас сдохну! Хосок одобрительно кивнул и поддержал друга таким же тяжелым выдохом. Он лениво обмахивался какой-то школьной тетрадью и мечтал о том, как подходит скучный учебный день к своему завершению. Парень претерпел такие же изменения, как и Мон – взросление. И покраску волос в ярко красный цвет. Теперь-то он не поднимал челку, как это было раньше. Его волосы были небрежно растрепаны, делая его до жути обаятельным, о чем говорили девчачьи охи и вздохи за его спиной. А вот над бровью, поверх шрама, было выбито черными прописными буквами «Hope». Все же, парень нашел выход из крайне неприятной ситуации для него. Одна из рук - забита в рукав, который оканчивался вплоть на проксимальных фалангах. Чон помахал на свои колени, на которых сейчас расположился Юнги и тихо посапывал, сложив руки на груди. Черные как смоль волосы, бледная кожа и небольшое кольцо в носу. На бледных руках красовались парочка незамысловатых узоров. Да… Сильно помотала этих парней жизнь. Черты лица Мина вмиг расслабились, когда поток холодного воздуха прошелся по его разгоряченной коже. - Когда Джин придет? – интересуется Хоуп, и Шуга несколько раз пожимает плечами. - Когда придет, тогда придет, - лениво отвечает Мин и поворачивается на бок, продолжая дремать. В тот судьбоносный вечер с бандой парни приняли их предложение и вступили в ряды громовиков. С тех пор они по-настоящему зажили. В этой индустрии все было просто: выполняешь поручения – получаешь вознаграждение, нет – наказание. За прошедшее время ребята смогли зарекомендовать себя, потому с недавних пор не испытывали финансовых затруднений. Они, можно сказать, сбежали из приюта и жили в старой просторной квартире. Хотя, по факту, всем было плевать на это. Просто в приюте поубавилось ртов – отлично! На стол с грохотом упал большой рюкзак и рядом с Намджуном уселся Джин. Теперь он блондин (ох уж эти темные брови под светлые волосы – фетиш многих девушек) и все тот же сердцеед. Вот он послал воздушный поцелуй каким-то смущающимся девочкам-первогодкам и заметил, как какой-то паренек смотрит на него с отвращением. Сокджин подмигнул ему, но тот изогнул губы в обратной улыбке и повернулся к своему другу. - Шугарь, подъем! – завопил сразу же старший и захлопал огромной ладонью по столу. Подносы с пустой посудой противно задребезжали. - Я убью тебя! – прорычал Юнги и медленно поднялся, держась за разболевшуюся голову. – Принес? Джин кивнул на рюкзак. - Это на сегодня. Оба парня уже закончили школу, хотя банда этого не требовала. Шуга бы не учился, если бы не эта мамка-Джин, который капал ему на мозг каждый божий день, потому несчастному пареньку приходилось ходить в этот ад до окончания. Что же касается младших – это их последний год. Хосок ходил только потому, что Намджун все еще изъявлял желание находится в этом убогом месте, а Нам потому… - Моня, - ласково протянула девушка и положила руки на плечи Монстра. Он повернулся в сторону и получил мимолетный поцелуй в губы. – Парни, - она вскинула руку, приветствуя остальных. - О, Бьюти, а меня поцелуешь? – приветливо воскликнул Джин, и девушка, подобно старшему, послала ему воздушный поцелуй под сопровождение хоупского смеха и выдоха Юнги. - Что? – обратилась она к Шуге. – И тебя поцеловать? - Только если в десна засосёшь, - он азартно улыбается, вскидывает бровь и пожимает плечами, слегка разводя руки в стороны. Но девушка не растерялась. Она целует Намджуна влажно, пошло и по-взрослому. Джун отвечает на это под восторженные «о» со стороны Джина и Хосока. - Монстр передаст, - язвительно поясняет барышня, и стол заливается хохотом. Бьюти – это Суджи. С того самого дня эта парочка начала встречаться и ни разу не пожалела о таком спонтанном решении. Они влюблены до безумия друг в друга, что еще нужно? Монстр и Бьюти – самая популярная парочка в школе. Во-первых, потому, что четверка парней стала весьма знаменита, после вступления в банду, во-вторых, Суджи – первая красотка на всю школу и сектор, а в-третьих, этой искренней любви завидовал каждый. - Родители с мелким уехали и приедут только завтра в полдень. – прямо сказала она, глядя в любимые темные глаза. – Что делаешь сегодня вечером? - Да вообще-то на дело иду с пацанами, - он растянул губы в виноватой улыбке и коснулся рукой затылка, но Хосок быстро решил данную проблему. - Уже пришел! Вали к ней, кто знает, когда предки снова уедут. - Хоть потрахаетесь на нормальной кровати, - посмеиваясь, подхватывает Юнги, и парни одобрительно закивали, сдерживая смешки. - Тогда жду тебя в шесть у себя, - девушка чмокнула своего парня и быстренько побежала к подруге, которая окликнула ее несколько минут назад. - Мучайся дальше, секс-монстр! – Джин раскатисто и характерно засмеялся, сильно хлопая парня по спине. - Мозоли еще на члене не появились? – так же хохочет в голос Юнги. - А вы помните, как он говорил, что ему не горит так, как нам? – подхватывает Хосок и уходит под стол в истерике. - Ой, да идите нахер вообще, - Намджун бесится, так как его язык – его главный враг. Каждый раз, когда парни напивались до потери пульса, он зачем-то в мельчайших подробностях рассказывал, и чуть ли не показывал, о весьма приятных и взрослых отношениях. Фраза «в тихом омуте…» как нельзя кстати описывала этих двоих и особенно Бьюти. Парни никогда бы не подумали, что эта девушка до такой степени распущена и пошла, но на людях – скромница, целка-патриотка. В каком-то смысле парни завидовали другу, но эта была добрая зависть.

***

Два нагих молодых тела лежали в родительской кровати. Намджун приобнимал хрупкое тело, нежно наглаживая спину возлюбленной, и всматривался в густые клубы дыма отцовского табака, которые парень любезно одолжил из тумбочки. Суджи же прижалась к нему своим телом и нежно ласкала кожу на шее Мона. - Джун, - шепнула она. Волна приятных ощущений прокатилась по телу паренька, от которых он прикрыл глаза. - Что? – таким же шепотом поинтересовался он. - Кое-что нужно обговорить, - ее мягкие губы обхватили мочку уха, и Ким не выдержал. Он кинул недокуренную сигарету в пепельницу и, резко повернувшись, навис над девушкой, упираясь рукой в кровать. Губы припали к ее нежной коже и стали выцеловывать каждый сантиметр. - Что-то произошло? – возбужденно шепчет он и снова прикрывает глаза, так как ноготки Бьюти впились в его кожу на спине. - У меня задержка, - она запрокидывает голову, выгибаясь в спине, тогда как шальной язычок парня играет с ее грудью и возбужденными сосками. – Купила тест и сходила к врачу. – Суджи подминает губы и тут же томно выдыхает. Слова даются с трудом, но она продолжает. – Пять недель Джун, что мы решим? Парень опешил и отпрял от груди, тогда как девушка, пользуясь моментом, переворачивает его на спину и седлает бедра. Эмоции захлестнули Намджуна. Ему и радостно, и страшно, и приятно, черт подери, ведь ее влажная промежность трется о его возбужденный орган! - Оставим его и сбежим ото всех, - после небольшой паузы сообщает свое решение Джун. - А как же отец и банда? На самом деле все было не так просто. Отец Суджи до сих пор не знает о ее отношениях и думает, что его дочурка чиста и невинна. Ага, конечно. Он не поймет и не простит, если узнает про беременность от парня-бандита. Нет, не такой он участи хотел для своей дочери. Младший брат знает об отношениях, но за символическую плату молчит, скрывая. А сбежать от банды не так уж и легко. Если ты оказался в ней, то выйти сможешь только после смерти. - Я обговорю это еще с Хитманом, - кивает парень и садится, заключая в объятия сидящую на нем Бьюти. – Может, примем тебя в банду, и тогда твой отец уже ничего не сможет сделать. - Он вдыхает такой родной и такой приятный аромат ее тела и тут же, кайфуя, словно от самой знатной наркоты, прикрывает глаза. – Я рад этому. Честно. Очень рад, - возбужденно шепчет он и тут же получает страстный поцелуй. Вновь Монстр оказался под Суджи, которая вытворяла немыслимое своим язычком с его орудием. Он закусывал губы, томно дышал и издавал скупые мужские стоны, зажимая при этом одеяло, или заботливо держа длинные волосы, надавливая на голову для более глубокого и приятного минета. Бьюти вновь седлает его, тогда как Мон придерживает ее за бедра, предотвращая дальнейшие действия. - А разве тебе можно? – несколько настороженно интересуется он и получает милую улыбку и мимолетный поцелуй в губы. - Конечно можно. И родительская спальня вновь заполняется откровенными стонами, пошлыми звуками и запахом горячего секса.