Орлы или Вороны

- И так, - просмотрев, наконец-таки, последнюю стопку документации, откинулся на спинку стула Джин и осмотрел присутствующих беглым взглядом. – Что мы имеем? С момента воссоединения прошло что-то около недели. Сокджин окончательно поправился, но к работе приступил сразу после выписки, чему Хэри была ни капельки не рада. Жить вместе пара пока так и не смогла. В квартире бандита беременной девушке одиноко одной (Джина постоянно нет. Он работает), потому она и остается рядом с отцом, который может скрасить будни. - Помимо того, что с союзом проблем должно было стать меньше? – устало язвит Хосок, следуя примеру старшего и откладывая в сторону документы, ведь в глазах уже двоится от постоянного чтения. - Давай без лишних слов, Хоуп, - сонно проговаривает Шуга, потирая глаза пальцами одной руки. – Тезисно. Как ты умеешь. Но Хо был прав. Да, пусть банды объединились для поимки брата Бьюти, да, понемногу ворошили старые архивы, чтобы найти его, но втайне союз ведь держать не получится. Именно по этой причине о временном воссоединении объявили народу и базе. Ни те, ни другие радостно подобную новость не восприняли, а отсюда и свои последствия, которые лишь отдалили поимку брата на неопределенный срок. - Массовые беспорядки, потеря председателей в базе, сложности в финансовом плане, переполненные морги и больницы и наш маленький друг, - монотонно и так же нехотя перечислил весь негатив Намджун, не отрывая взгляда от монитора ноутбука и продолжая что-то набирать в нем. Но после перечисления остановился и выглянул из-за крышки, уделяя вниманием элиту объединенного сектора. – Это если брать по негативу. - А из позитива, - сразу же вмешался Хосок, беря в руки парочку листов, на которых коряво и быстро делал пометки пока работал, - тайные фонды Намджуна и… на этом, пожалуй, все. Шуга тяжело выдохнул и посмотрел в угол просторного офиса Орлов, в котором за широким столом восседали эти четверо. Большое растение, чем-то напоминающее пальму, сейчас бесило гораздо больше, чем все те помои, которые вылились разом на простых парней. Мин несколько тысяч раз пожалел о своем таком решении, но вот пути назад он не видел, хотя вполне мог разорвать союз, что ему стоит? Джин задумчиво почесал темную макушку, в которой вместе с мыслями плясали дьяволята. Он уже мало что понимал. Он устал, как и все здесь. Голова болела, а глаза покраснели и жглись. - Таким образом, наше финансовое положение не сильно пошатнется. – подытожил он, все так же задумчиво закусывая губу. Бандиты несколько раз кивнули, уже вернувшись к своей работе, попутно слушая старшего. – Так что проблемы с базой и финансами можем сразу вычеркивать, - Ким вздохнул, хмуря брови и беря в руки листы, продолжая вещать дальше. – Доктор О не так давно высказал свое недовольство касательно массовых беспорядков и… - Пусть в задницу засунет свое недовольство, - огрызается Юнги, сопровождая это ударом по крепкому столу. – Могли бы избежать всего, если бы он петушиться не стал! Намджун неосознанно кивнул пару раз, продолжая глядеть, не моргая, в монитор. Был полностью согласен с лидером Воронов. - Скажи он, кто этот парень, союза, а значит и беспорядков, можно было бы избежать, - спокойно излагает свои мысли Джун, и каждый из присутствующих согласен с этим. А ведь с другой стороны, союза не было, если бы якудза сдал брата Бьюти. Палка двух концов. И если уже Джин и Хосок убеждены в том, что после поимки мальчишки союз не закончится (именно по этой причине они сейчас так усердно просматривают все, планирую дальнейшее будущее), то лидеры пока воспринимают все как должное, хотя за прошедшее время необъяснимые гнев и ненависть практически иссякли. Общее дело сближает. Особенно общий враг, который ставит себя на порядок выше, задевая гордость и самолюбие. Кому понравится, когда какой-то сопливый мальчишка потешается над грозными бандитами, как тогда, в доме Бьюти? Кажется, это случилось сразу после попойки, а может через день. Лидеры все же заглянули в гости к покойной девушке Намджуна в надежде найти что-то, что смогло бы подсказать на личность Чона младшего, да вот только паренек наведался раньше. Ни фотографий, ни жестких дисков на старом компьютере, ни документов – ничего. Он вынес все, что могло бы указывать на него. Оставил только записку, где, скорее всего, не рабочей рукой в перчатке было коряво написано: «Думали, все будет так просто? Слишком быстро. Я еще даже не начал». Этот брат выводил из себя. И Шуга и РМ грозились самолично четвертовать его, как только появится возможность. - Проблема даже не в этом, - продолжает Джин, подпирая голову рукой. – А в том, кто урегулирует эти конфликты. Считаю плохой идеей назначить заниматься этим Тэхёна и Мики. Эти дети сначала силу применяют, а потом уже все остальное. - Это нормально, - придавая голосу сил и громкости, влез Юнги. – Мы – бандиты, Джин, а не сестры милосердия. Сокджин растянул губы отнюдь не в улыбке. Спор продолжать не хотелось, но парень абсолютно был не согласен с таким мнением. Бандитам разве чуждо чувство сострадания? Они разве не такие же люди из плоти, а в жилах их не крови вовсе? - Наша первостепенная задача свести потери и, раз уж на то пошло, беспорядки к минимуму, - четко излагает старший Ким. – А эти дети вселяют страх и ужас. - Это не всегда плохо, хён, - на этот раз вмешивается Хосок, прекрасно понимая, что если и Юнги ответит, то сразу ударом. Глава Воронов слишком устал, а потому зол, чтобы решить сложившуюся ситуацию мирно. – С помощью силы мы сможем контролировать как бандитов, так и население. - На одной силе далеко не уедешь! – переходит на крик старший и ударяет ладонью по столу, а затем вскидывает палец и указывает им на высказавшегося тонсена. – Рано или поздно, найдется такой же смелый малый, и наутро нас с тобой найдут с пулей в голове, а их, - качнул головой в сторону Намджуна, но подразумевая при этом и Юнги, - с ножевыми в какой-то канаве! РМ громко хлопнул крышкой ноутбука, закрывая его и привлекая внимание к себе. Он медленно, но глубоко дышит, из-за чего ноздри раздуваются, а грудь заметно вздымается вверх. Внутри он зол и так же раздражен. Столько времени прошло, а они топчутся на одном месте, водя хороводы вокруг своих проблем и собачась по одним и тем же темам. А вот снаружи блондин полностью облачен усталостью. - Вы где такие выражения выдрали? – рычит он. – В дораме снимаетесь? Актерами себя возомнили? – с каждой новой фразой тон его голоса поднимается, а раздражение пропитывает каждую клеточку тела. – Достали уже! И очень жаль, что это не дорама. Будь все происходящее фильмом, парни уже наверняка волочили своего полуживого врага на казнь, а вместо этого готовы поубивать друг друга в этом надоедливом офисе. Юнги хмыкнул слабо улыбаясь. Глаза его были закрыты, а руки собраны на груди. Не сказать, что слушать, как ругаются эти трое, ему нравилось, но это забавляло. Все же, как бы он не отгонял от себя осознание простой человеческой истины, ему нравилась мысль, периодами появляющаяся в его голове. Все, как и всегда. Как раньше. - А чего ты на меня орешь? – не унимался Джин, продолжая показывать свои эмоции и спускать пар уже на Намджуна. Все из-за усталости. Все из-за нее. – Это я что ли во всем виноват? Или я не прав? А? Скажи мне? - Истеричка, - выдохнул Юн, хмыкнув. Негодующий хён, кажется, был в шаге от ярости, ведь улыбка Мина раздражала куда больше его оскорбления. - А ты чего такой довольный? Морда не треснет? - Ой, как грубо, - продолжает в той же манере младший, глядя на Сокджина сквозь полузакрытые глаза. - Серьезно, – выдыхает Намджун, накрывая лоб и половину лица рукой. – Это, блин, лажа полная. Если мы не можем нормально сосуществовать, то, что говорить тогда об остальных? - Так давайте покажем остальным, что мы тоже можем нормально сосуществовать? – Хосок намеренно повторил фразу Джуна, так как только совсем недавно он что-то говорил про киношные выражения, хотя сам ничуть не лучше, используя заумные словечки. И РМ понял его посыл, потому недовольно уставился на шатена, чувствуя, как в жилах начинает бурлить кровь. - Ага, - кивает Юн, - давайте мы с Монстром пройдемся под ручку, мерзко хихикая, как девахи в школе? Хосок лишь цыкает, подкатывая глаза. Он, как бы, серьезно предлагал, а Юнги все в шутку перевел. И Джину понравилась эта шутка, потому он уронил смешок, напрочь забывая про недавнее негодование, отчетливо представляя перед собой эту картину. Джун, по-видимому, тоже представил, так как слабо улыбнулся, а потом опустил голову вниз, качнув ею – улыбка стала шире. На подобной теме разговор затихает и нависает рабочая тишина, только вот никто не работает. Хосок задумчиво вырисовывает на листе абстрактные узоры. Мысли то и дело на репите прокручивают варианты решения народного конфликта, но ничего разумного, кроме как смириться и подождать не приходит. В прошлый раз все было так же. Люди негодовали тому, что Шуга пришел к власти, да еще и сектор поделился. Парни тогда просто показали, что с ними шутки плохи, а позже и народ одобрил нового главу и реформы, безукоризненно следуя за ними. Намджун бездумно катается в кресле, поворачивая по оси то влево, то вправо. Все же, его беспокоил жестокий подход Тэхёна и Мики к урегулированию конфликта. Кажется, они отправили на больничные койки добрую половину бунтующих. Нужно будет, все же, поговорить с ними об этом. В противном случае эти дети, как выразился Джин, просто перебьют всех. Юнги же сидел все в той же позе: с закрытыми глазами и собранными руками. Его мысли занимал брат Бьюти. Все же, нужно было больше шевелиться в этом направлении, пока этот паренек не начал отравлять их жизнь в ускоренном режиме. Необходимо в кротчайшие сроки обнаружить его, или хотя бы напасть на след. Да вот только на записке никаких отпечатков, а на дорожных камерах и камерах колумбария он не засветился. Слишком осторожный. Даже маршрут его отследить не получилось. Он пропал из виду подобно призраку. Сокджин уставился в бумаги, крутя ручку вокруг пальцев. Он думал обо всем и сразу, да еще и умудрялся ловить себя на мыслях, что ужасно устал, хочет спать и есть, а самое главное, хочет поскорее разобраться со всем и закончить на сегодня. - Ладно, - сдается хён, - с финансами все понятно, но все же, что делать с волнениями? Но никто не ответил. Все лишь еще раз задумались над этим. - Думаю, ты прав, - серьезно заявил Юнги, взглянув на старшего. – Сейчас никому не нравится наш союз, а если мы еще и убивать своих же начнем – зароемся, а этот говнюк только спит и видит все как сладкий сон. - Ва-а-а, Мин Юнги, ва-а-а, - протянул Джин, качая при этом головой. – Никогда не думал, что ты можешь что-то дельное сказать! - Да, Джин, спасибо, только будь душкой и заткнись по-хорошему, я могу и передумать и первым, кого я застрелю, будешь ты. – Юнги говорил спокойно и устало, но в каждое его слово хотелось верить безоговорочно. Джин примирительно вскинул руки и улыбнулся. Сам понимал, что паясничать сейчас не к чему, но хотелось разрядить эту удручающую атмосферу серьезности. Получилось не очень. - Согласен с Шугой, - кивнул Намджун, - предлагаю ничего не делать. Рано или поздно всем стычкам придет конец. Хоуп? – взглянул он на союзника, продолжающего все так же что-то вырисовывать на листе. - Я тоже думал об этом, но мне этот план не нравится, - честно признался он, - кажется, тогда стычек станет намного больше, но большинство за, так что мое мнение не учитывается. - Что же, - кивнул Джун, - тогда… - Хэлло, трудоголики! – раздался на все помещение задорный и бойкий голос Тэхёна, вошедший без церемоний в виде стука или какого-либо другого предупреждения. – Одноглазый сказал, что вы все еще здесь, - радостно скандировал он. – Девять вечера, расходиться не думаете? Следом за Кимом тихо, без каких-либо слов, вошла Мики. Девушка закрыла дверь и хвостом поспешила за парнем, собирая руки у себя за спиной, словно заключённая. Мрачная и серьезная. И в тоже время какая-то по-своему необычная. - А мы вам кое-что принесли! – оповестил красноволосый и поставил на стол пакеты из Subway и подставку с все еще горячим кофе. И такой презент был как нельзя кстати, ведь элитная четверка действительно превратились в трудоголиков. Едва ли не каждый день собирались вот так ранним утром, разбирая бумаги и прикидывая выход из сложившийся ситуации, и заканчивали поздней ночью, так и не находя ответов на все вопросы. Отлучались только в туалет, ну, может, пропустить по стаканчику кофе из автомата. Так что поздний ужин приободрил и наполнил силами, только вот теперь работать совсем не хотелось. По прихоти Джина, который теперь практически каждому слову Намджуна не верил, Мики жила с ним. Хотя хён мог и сам поселиться с тонсеном. Наверное, не хотел испортить и без того натянутые отношение, а Джун и Мики вроде как спелись. РМ был словно в тюрьме с двумя надзирателями. Джин следит за ним днем, а Мики ночью. Чтобы не сорвался и опять не ступил на скользкую дорожку, а признаться, порой хочется. Порой накрывает ужасное состояние, когда все злит, а мысли наполнены лишь одним желанием о дозе, и даже тело предает, подкидывая ложные симптомы и скручивая в узел. Джун боится, что может однажды сорваться, потому сквозь пальцы и стиснутые зубы принимает своеобразную помощь этих надзирателей. Желание учить корейский у Мики появилось ровно столько же, сколько и у Намджуна японский. Его просто нет. Но общаться как-то нужно. Эти двое, когда злы, отлично кроют друг друга ругательствами, но все же, волей-неволей, изредка, могут перекинутся парой фраз на японско-корейском и прекрасно понять друг друга. Так и сейчас. За перекусом парни не упустили возможность и разговаривали про поиски брата Бьюти и, когда общее мнение сошлось на том, что это тупик, Мики не так уж и громко обратилась к Намджуну. - Мужчина, машина, дом, - корявенько произнесла она по-корейски, а после сказала что-то на японском. Джун понял не сразу, тогда как остальные вообще не сообразили к чему такой набор слов и какая между ними связь. Когда к лидеру Орлов пришло осознание, его лицо вытянулось. Оставив в стороне недоеденный сэндвич и недопитый кофе, парень вскочил из-за общего стола и подлетел к своему рабочему, став копошиться в стопках бумаг, которые падали на пол, от слишком экспрессивных поисков. - Что? – сдается Джин, который вместе со всеми присутствующими бандитами уставился на блондина. – Что она сказала? - Мы, все четверо, полные придурки! – сообщает средний Ким, что не очень разъясняет ситуацию. – Где распечатка документов на машину того парня? – не отвлекаясь от поисков торопливо интересуется Намджун. - Вот она, - за уголок листа, поднимает бумагу Шуга. Он просматривал ее тысячи раз, надеясь найти что-то стоящее, но каждый раз попытка оказывалась тщетной. Лидер Орлов, не раздумывая, выхватывает бумагу и бегло прошелся по ней взглядом. - Вот оно! – воодушевленно заявляет он и кладет копию документа на стол. Джин и Хосок вскочили со своих мест, подходя ближе, тогда как Шуга подал вперед, упираясь локтями в стол. - Адрес, - стучит он пальцем по строке, в которой прописан адрес Хитмана. - И что? – не понимает Шуга. – Там все верно. Документы подлинные, если не считать того, что он умер и… - Я не об этом, - перебивает Джун. – Хью, доктор О и Хитман. Они ведь дружили. - Ну, допустим, - соглашается Хосок, все еще не понимая, к чему клонит тонсен, так же и Джин с Юнги. - Что допустим? – дерзко кидает РМ. – Что он говорил? Что мы отобрали у него все. – сам же отвечает на поставленные вопросы, не дожидаясь, пока до старших дойдет. – Мне все было интересно, куда он делся после того, как Гром вырезал его семью, так может он все это время был у Хитмана. Бандиты оживились, прикидывая то, что это вполне себе может быть правдой. - Я думал, вы сразу проверили, - беспечно встряет Тэхён, отпивая немного теплого кофе. – А ты молодец, - обращается уже к рядом сидящей Мики, которая молча пережёвывает сэндвич и играет в какую-то аркаду на планшете, который обычно Джун использует для работы. – Думал, что ты только руками махать можешь, а оказалась умнее этих… - Заткнись, пока я спокоен, - убийственно угрожает Шуга и поднимается, оставляя недоеденный ужин, - поехали, - качнул он головой, глядя на Хосока. - Нет, - протестует Джун, - поеду я. Юнги играет мимикой, безмолвно говоря, что ему все равно с кем ехать. Он может сделать это и один. Просто лишний повод сбежать из этого ужасного места и развеяться. - Закончите здесь, - раздает распоряжения РМ, - мы позвоним. Парни едва ли не бегом вышли из помещения. Джин взглянул на Мики, она скупо кивнула и, оставляя, как и парни, свою еду, поспешила за ними. - Хён, вы, правда, придурки какие-то, - посмеивается Тэхён, отталкиваясь ногами и крутясь в мягком кресле вокруг своей оси.

***

Миловидная шатенка с маленький личиком и большими глазами смотрелась в маленькое зеркальце, хлопая губами и рассматривая новую красную помаду, отмечая для себя, что оттенок просто восхитительный. - Я буду латте с мятным сиропом, - не отвлекаясь от своего занятия, беззаботно пролепетала она весьма мелодичным голоском. - Я тебе не официант, Дж… - Зови меня Розали, Гуки, - поспешно перебила она и, поцеловав по воздуху свое отражение, захлопнула зеркальце, устремляя взгляд на только-только появившегося спутника. Чонгук выдохнул. Практически каждую встречу эта девчушка, не переставая действовать на нервы, придумывает самые разнообразные имена, а он, стараясь не провоцировать лишние и ненужные разговоры, молча соглашается. - Ладно, Розали, что ты мне расскажешь? – но все было бы слишком просто, если бы она вот так запросто выложила имеющуюся информацию. Типичная девушка, которой нравится вить из парня веревки и искренне радоваться, когда их прихоти исполняются. - Латте с мятным сиропом, - напомнила она немного капризно, поднимая уголки бровей над переносицей вверх, из-за чего казалось, что ее глаза становились в два раза больше, и она готова расплакаться. Для большей правдоподобности девушка еще и губу нижнюю выпятила, становясь похожей на маленькую девочку. Чонгук вновь раздраженно выдохнул и, стиснув зубы, поднялся с места, дабы купить ей все же этот гребаный кофе. Не хотелось задерживаться дольше положенного. - И капкейк какой-нибудь, - поспешно добавила Розали, уже победно улыбаясь и доставая из маленькой сумочки смартфон, который поможет ей скрасить не такое уж и долгое ожидание. Наглости у этой девицы не занимать. Лицо Чона так и пестрит недовольством, но он все же идет на поводу. Наверное, если бы в этом кафе еще и очередь была, Гук никогда в жизни не купил ей то, что она просила, но зарекаться здесь нельзя. Эта девица не так проста, и, к сожалению, без нее никак, потому и приходится как-то изворачиваться и прогибаться. - Так устала изображать из себя не себя, - разочарованно пожаловалась шатенка, когда Чон вернулся с кофе и кексом. На подобную жалобу он лишь приоткрыл рот, подбирая подходящие слова, но так и завис, не смогший ничего придумать, потому угрюмо кивнул на клубничный капкейк. - Вишневое закончилось, виноград и киви сводят скулы, шоколад и ваниль для ужасного настроения, - объяснил он, таким образом, свой выбор. Угождать ключевой фигуре своей мести ему тоже не нравилось. Складывалось впечатление, что гордость на нуле, но тут дело в другом. Розали была сильно похожа на Суджи. Иногда, даже характером. Чонгук давно это понял, но привязываться нельзя. Потому он часто напоминал, что эта надменная девица никак не может быть его сестрой. - Вау! – всплеснула Розали в ладоши. И совсем не понятно, действительно ли она удивлена, или это отличная игра, а лгать она умела отменно. – Кто бы мог подумать! Ты меня так хорошо знаешь! Мы как парочка! Ну, вот, опять началось. - Слишком старая, - грубо ответил Чонгук. Слишком много лишних слов от нее исходит, а это иногда раздражает, особенно сейчас. Девушка подкатила глаза и ее густо наращённые ресницы задрожали. - Всего-то пару лет, а не десяток, - заявила она. Чонгук вновь выдохнул, но на этот раз громко, через рот, раздувая щеки. Он отнюдь не всегда такой грубый. Просто сегодня встал не с той ноги. План, который он себе наметил, и сроки, которые поставил, в очередной раз поменялись из-за этих тупых лидеров, которые пляшут под его дудку не так, как хотелось бы. Чон не стратег, не умел мастерски манипулировать людьми, что порою и злило этого обиженного жизнью ребенка. - Да расслабься ты, - отмахнулась девушка, с радостью наминая любезно купленное угощение. Ей словно доставляло удовольствие выводить младшего из себя. – Я договорилась, - с гордостью заявила Розали и широко улыбнулась. – Так что можешь сказать спасибо. - Сколько? - радости подобная новость нисколько не прибавила. Даже наоборот, загнала в дебри деловой серьезности. Розали цокнула и вновь по-детски надулась, не торопясь отвечать на поставленный вопрос. Она посмотрела на экран телефона, проверяя время, а потом удобнее расселась в кресле, закидывая ногу на ногу. - Завтра-послезавтра, - кивнула шатенка, качая при этом ногой. – Да, - более уверенно кивнула она, - думаю, это случится в ближайшее время. – девушка слабо и как-то загадочно улыбнулась, придавая интонации такой же оттенок, - Айро был настроен серьезно. Вот теперь-то новости можно считать хорошими. - Превосходно! – опять же, по-деловому, восхитился младший и расслабился, откинувшись на спинку стула. Он слабо улыбнулся, проведя по пересохшей нижней губе языком, а затем зажимая ее между зубами. Как бы не раздражала его эта девица, она всегда приносила хорошие новости. Всегда. Даже не было смысла спрашивать, хватило бы одного сообщения с пометкой «Все ок», но Розали требовала встречаться лично. Кто знает, что у нее на уме, а главное можно ли ей доверять, но эта шатенка была одной из первых, кто согласился помогать ему. Она была с самого начала. Помогала отыскать таких же ребят, как и Чон, которые точили зуб на четверку бандитов, и безукоризненно выполняла самые разнообразные поручения. - Как в целом обстоят дела? – так же беспечно и мелодично интересуется она, преспокойно попивая кофе, который приковал к себе взгляд младшего мстителя. Господи, Чонгук даже знает, что в него нужно бросать ровно половину кубика сахара, что со стороны выглядит очень странно. - Было намного лучше, пока Мики не начала вмешиваться, - честно признается он, вновь подавая вперед и садясь ровно. Мики. Еще одна девчушка, которая неистово бесила своим существованием. По ее вине Чонгук лишился камер и прослушки везде, где только мог, а поставить новые не выдается возможным – вероятность попасться сейчас намного выше. Тем более, если он попадется Джину на глаза, тот наверняка узнает его. На счет Хосока – не уверен, так как не знал, вернулась ли к нему память, или нет. - Почему бы ее не убрать? – невинно пожимает плечами Розали, словно не знает причин. - Дядя Хиро попросил не трогать дочь. – выдохнул парень, закрывая глаза и массируя переносицу. Дядя Хиро, тоже тот еще фрукт. Знает все, а из-за этого чувствуешь себя, как на пороховой бочке. Остается только надеяться на то, что Чонгук ему дороже и роднее. - Я думала, что якудза не вмешиваются. Гук зыркнул на собеседницу. Совсем не понятно для чего она делает такую невинную интонацию и притворяется дурочкой, хотя у самой за плечами невесть что. - А сама-то, - бросает парень, вызывающе кивнув головой. Розали улыбнулась широко и провела рукой по волосам, зачесывая их назад, но передние прядки мигом вернулись на место из-за недавней укладки. - А я не якудза, - мягко и женственно проговорила она, все так же продолжая улыбаться. Вот теперь выглядела она не как наивная девочка, а самая настоящая женщина. Хитрая, властная, роковая. Женщина в красном платье и помадой, подобранной в тон. - Она уже тоже. – продолжает в спокойном и незаинтересованном тоне Чон. Хотя это спорное утверждение. Разве бывают бывшие якудза? Чего бы не говорил дядя Хиро, он всегда останется боссом, сколько времени ни пройдет. Так же дела обстояли и с его дочерью. - Эль сказал, что она таскается кругом за Монстром. Предположил, что они состоят в отношениях. Розали рассмеялась, как это обычно делают девушки в фильмах, и ее красивый смех привлек внимание нескольких мужчин, которые с ревностной завистью взглянули на Чонгука, явно сделав неверные выводы. - Если только в деловых, - понизив тон, едва ли не прошептала она при этом приближаясь вперед и почти ложась небольшой грудью на стол. - Мне все равно. – раздраженно цокнул Чонгук. Еще бы ему сейчас за личной жизнью этих двоих следить. - А зря. – усмехнулась девушка и отстранилась на прежнее расстояние. Она вновь отпила немного кофе, вызывающе провела языком по верхней губе, слизывая пену, и все не отрывая взгляда от безразличного Чонгука. Заигрывает. Просто играет. Нравится ей подобное. - Если бы эта парочка состояла в отношениях, можно было бы пощекотать нервишки Монстра. – продолжает играть роль роковой женщины, а после несколько расстроенно добавляет, хмыкнув предварительно. - Хотя, как пленница, она та еще морока. Эта девица появилась в жизни Чонгука сразу же после смерти Хитмана. Еще и месяца не прошло. Он просто вышел за раменом, ведь хотелось кушать, а на тот момент заботился он о себе сам - дядя Хиро еще не вернулся из Японии, укативши туда после похорон, - а когда Гук вернулся, она уже сидела на диване и томно переключала каналы телевизора. На вопрос «Кто ты и что здесь делаешь?» ответила совсем не понятно: «Что намерен делать?». Тогда Чонгук был мал, только окончил среднюю школу, и губительные мысли о мести только прорастали в его душе. Девушка-старшеклассница с серьезными чертами лица, которые, кажется, не источали ни одной эмоции, так и ушла, не дождавшись ответа. Она оставила номер телефона, написанный на клочке бумаги, и попросила позвонить ей, когда мальчишка примет решение. Прошло порядком пяти лет, а Чонгук так и не знает, как она узнала, что Чон захочет мстить, каковы истинные мотивы, по которым она помогает ему, какова ее история и цель, а главное – кто она такая. Знал лишь, что долгое время она жила где-то в Японии, а о связи с якудза догадывался только из неоднозначных ответов. - Розали, - возобновляет диалог Гук, наблюдая все это время как она размеренно попивает кофе и слабо улыбается, глядя куда-то вдаль сквозь витринное окно второго этажа кафе, - ты же не дура. Так почему ведешь себя так? Розали улыбнулась еще шире, оставляя эту улыбку ласковой и нежной, а взгляд зафиксированным на чем-то за окном. - Наверное, потому что кое-что скрываю? – говорила, словно совсем другая девушка. Чонгук редко видел ее. Нежная и ранимая особа с тяжким грузом и большой ответственностью на хрупких, маленьких и тонких плечах. Девушка перевела взгляд на собеседника, продолжая быть, как ему казалось, настоящей. - Так что ты скрываешь? – попытка найти ответ на многолетний вопрос терпит поражение, когда от той «настоящей» девчушки остается только тень. Розали игриво шевелит бровями и пожимает плечами, вновь придавая своему лицу загадочного шарма роковой женщины. – Это бесит, ты же знаешь. – хмурит брови Чонгук. - У всех есть история, все пострадали из-за них, а вот ты… - А что я? – перебивает девушка, вновь притворяясь невинной дурочкой. - Мне просто захотелось помочь такому зайке как ты! - Бесишь! – четко проговаривает слоги парнишка и собирает руки на груди, начав нервно трясти ногой. Почему он вообще остался? Почему молча ждал, пока она допьет свой кофе? Эта неблагодарная все равно будет дерзить ему в любом случае и никогда не откроет душу. Вот она. Еще одна пороховая бочка. Он ей не доверяет, но от нее зависит его план. Она – одна из опор, и если эта опора даст слабину, предаст его, вся конструкция рухнет и придавит именно его. Признавать не хочется, но жизнь и будущее Чонгука полностью в ее руках. И если остальные опоры он сам сможет снести, то эту… Эта является особенной. Банан с наклейкой. В связке все одинаковые, все бананы, но она с наклейкой. - Гуки, я тебе уже говорила, - мило цедит она, вновь бросая взгляд на телефон, сверяясь со временем, - все, что тебе нужно знать - из нашей веселой шайки обиженных, в конечном итоге останемся только мы с тобой. Она улыбнулась, забрасывая телефон в сумочку. - Или ты останешься с Роем. – холодно проговорил Чон. Не верил он ее словам. Не одному. Жизнь научила не привязываться ни к кому. Все уходят. Что делает ее особенной? Верно. Ничего. Просто девица похожая на его покойную сестру, не больше. - Ва-а-а, убьешь меня? – насмешливо протянула она, и потянулась через небольшой круглый столик, чтобы, по-видимому, погладить или потрепать Чонгука по волосам, но тот отстраняется еще дальше, не позволяя даже мимолетно коснуться себя. Розали не расстраивается. Лишь вновь улыбается и сладко тянет, вставая из-за стола. - Сегодня ты забавный. Я бы хотела еще посидеть, но скоро время моего выхода, так что не скучай, Гуки. Она перекинула сумочку через плечо и уверенно поплыла к выходу, легко рассекая воздух. Звон ее каблуков вновь привлек внимание парочки мужчин, которые жадно уставились на ее виляющие бедра в этом коротком вызывающем красном платье. Нет. Сейчас эта девушка абсолютно не похожа на Суджи. Сейчас Гука воротит от нее.

***

Квартира Хитмана встретила незваных гостей умиротворённой тишиной. Кажется, что дом давно никто не навещал, но это не так. Сразу было видно, что кто-то здесь все же жил. Пыль легким слоем покрывала поверхности мебели. Да вот только Чон Чонгука здесь не было. Так неуместно нарвавшись на Шугу, парень предпринял радикальные меры, дабы обезопасить себя и обрубить все концы, которые хоть как-то могли привести к нему. Гук сменил как машину, так и квартиру. Теперь-то он живет в просторном и современном комплексе, где простаивала его собственная квартира, купленная дядей Хиро. Здесь неуютно. Все кажется чужим и холодным, но это временно. Просто у стен нет еще тех воспоминаний, которыми пропитались стены прошлого места жительства. А вот в свой родной дом парень наведался гораздо раньше, после неудачно попытки убить Джина уже в больнице. Логично, что лидеры догадаются начать поиски оттуда. - Джун, - окликнула парня Мики. Намджун как-то тоскующе рассматривал кухню, отчетливо видя призрачный образ псевдоотца, суетящегося за однокомфорочной плитой и варя рамен. Шуга бродил по подобию гостиной и рассматривал довольно внушительную стопку кассет для видеомагнитофона. Давно он таких не видел. Когда-то подобное было популярным. А еще небольшие коробки с играми для Sega. Сколько воспоминаний в небольшом уголке. Однако это все не сравнится с тем, что обнаружила Мики. В комнате, скрывающейся за веревочной шторой, где одно единственное окно было заколочено досками изнутри, было темно. Лишь слабое свечение из соседней и свечение фонарика на телефоне Мики подсвечивало ее. Лампочки были намеренно выкручены, потому помещение оставалось без единого источника света. Шуга недовольно скрипел зубами, рассматривая стену, которую подсвечивал телефоном, когда в помещение вошел Намджун. - Что здесь? – он был взволнован и говорил торопливо. Юнги цокнул, зашипев, но отвечать не стал. Джун включил фонарь и на своем телефона, и теперь комната полностью была подсвечена в серых тонах. Здесь находился один стационарный компьютер, на довольно внушительном столе, а крепление на стене над ним, наталкивало на мысль, что техники здесь было куда больше. Одна из стен увешана фотографиями, как обоями, и на них запечатлены все шестеро представителей верхушки птичьих банд. Они все выставлены в хронологическом порядке, наверное, отображая все значимые события в жизни банд за прошедшие пять лет. Долгий срок. Очень. Так этот мальчишка следит за ними так давно? Шуга вытащил из кармана пластину жвачки и закинул ее в рот, продолжая рассматривать каждую фотографию, находящуюся на этой треклятой стене. - Он меня бесит еще сильнее, - раздраженно признался он, интенсивно работая челюстями и вдыхая воздух через рот. – Чего он добивается? - Смерти своей он добивается, - хмуро произносит Джун, рассматривая стену вместе с союзником. Позади тихо заработал компьютер - Мики его включила. Это заставило лидеров обернуться, и посмотрел на загоревшийся монитор, на котором сразу же воспроизвелось видео. - Как вам мое портфолио? – насмешливо голосом робота на повышенных тонах вещал темный силуэт уже с первых секунд раздражая парней. – Уверен, что вам понравилось, так что я оставил для вас парочку презентов. Но это еще не все. Скоро, очень скоро, к вам, кое-кто наведается. Примите его радушно, хорошо? Ну что? Посмотрим, кто кого? И видео вновь началось сначала. Джун, что есть силы, ударил в ближайшую стену, порождая мощный гул, а Юнги отпустил несколько сочных ругательств. Этот парень возомнил о себе слишком многое! Выстрелил прямиком в десятку, попадая по гордости бандитов. Похоже, что Мики тоже не нравилось это все, ведь ее подсвеченное монитором серьезное лицо было хмурым, а брови сведены к центру. Она остановила видео, свернул вкладку, и на рабочем столе появились шесть папок с именами шестерых бандитов и седьмой – видеофайл, который они только что посмотрели. В этих папках было куда больше фотографий и видео с камер, которые установил Чонгук. Второй удар – он знал о каждом шаге, вплоть до точного количества похода в туалет и времени проведенном там. Мики взглянула на парней, остановив взгляд на Намджуне. Ждала дальнейших распоряжений. - Заберем все в офис, - сквозь зубы рычит РМ, массируя виски пальцами одной руки, а потом резко выдыхает, обращаясь уже непосредственно к Юнги. – Айтишники смогут вытянуть из видео хоть что-то? - Обязаны, - так же недовольно, раздраженно и устало кивает Мин, закусывая губу. – Айгх, этот пацан уже не жилец! – рычит он и нервно срывает фотографии со стены, собирая их в одну стопку. Больше они здесь ничего не найдут, потому Джун и Мики разбирают компьютер, чтобы целиком отвести его в офис. Надеясь на какую-то оплошность и брешь в (не)идеальном плане живого покойника.