Спасай меня

Свое детство Никита помнит плохо. Впрочем… Зачем снова врать самому себе? Пришло время посмотреть правде в глаза, а не пытаться сделать вид, будто этого всего не происходило. Наоборот, он всё помнит очень хорошо, и даже слишком, просто очень старается не вспоминать. Потому что каждый раз, когда мыслями он погружается в прошлое, хочется просто сдохнуть. О бабушке и о Рише вспоминать больно. Рыжие веснушки и ласковые морщинистые руки снятся ему по ночам, заставляя глупо улыбаться во сне, а потом, просыпаясь - орать от боли, заглушая крики подушкой: стены в хрущевке тонкие, а соседи - злые. О тихих слезах после насмешек в детском саду вспоминать стыдно. Сколько раз бабушка, Риша, да даже Мария Викторовна - все они твердили: не обращай внимания, тебя не должно волновать, что о тебе думают другие люди. Но маленький глупый Никитка их не слушал. Маленький глупый Никитка в тайне ото всех мечтал подружиться с этим ярким, собирающим вокруг себя всех остальных детей мальчиком Димой, который пусть и обижал его, но зато был таким веселым, красивым, с кучей игрушек и теплой улыбкой. Но мальчик Дима улыбался всем - постоянно, а Никите - никогда. Сейчас мысли о таких, как Дима, вызывают лишь ярость. Именно из-за такого мелкого мажорчика старше лет на десять, которому вдруг взбрело прокатиться на тачке друга, несмотря на отсутствие не то что прав, а каких-либо необходимых для этого навыков… Именно из-за этого не умеющего тормозить урода Риша, его Риша, вот уже как пять лет лежит в коме в местной больнице, а ее мать сбивается с ног на трех работах, лишь бы дочери не отключили питание. Из-за этой мрази они с Ришей больше не ходят друг-другу в гости, не смотрят вместе глупые ужастики, кидаясь попкорном, который под шумок стащили из продуктового, Никита так и не набил морду первому парню Ариши, а она так и не научилась не переваривать пельмени… И, скорее всего, они так и не смогут ничего из этого сделать. Никита реалист, и он прекрасно понимает, что, когда доктор в очередной раз говорит "шансы еще есть", то только по доброте душевной не добавляет "но они ничтожно малы". И единственное, что теперь может делать Никита из того, что они делали раньше - это заплетать косички из длинных, отросших до талии рыжих волос. Только эта ниточка с прошлым у него и осталась… Вот только теперь Риша не пищит, когда он дергает слишком сильно, а белые стены слишком давят на сознание… И всё это из-за одного, не знающего, как развеять скуку, ублюдка. Поэтому не удивительно, что он, по природе довольно миролюбивый интроверт, при виде подобных просто озверел. Они приперлись в их ПГТ на своих машинах, стоящих столько, сколько Никита не соберет, даже если продаст квартиру и все свои органы. И одна из этих машин была точь-в-точь как та, на которой эта тварь сбила Аришу. Они снимали на телефон, смеялись, тыкали пальцами в покосившиеся балконы, как Дима в детстве в одежду Никиты… И Никита не выдержал. Выскочил из квартиры, сбежал со своего четвертого этажа с такой скоростью, с какой не бегал никогда, и предстал перед ними со своей бледной как у мертвеца кожей, с не синяками, а двумя черными дырами под глазами, измученный и одетый, как бомж. Как ни странно, никто даже не заржал, лишь смотрели насмешливо, типа "ну, и что ты сделаешь?". Оставайся у него еще хоть кто-то близкий, Никита бы и не сделал ничего, с такими связываться - себе дороже. Но терять ему было нечего. - Вы что приперлись сюда, хуесосы?! - шипел он, глядя глаза в глаза вышедшему вперед парню, который неуловимо напоминал ему кого-то. Впрочем, мало ли мажоров он поневоле видел в своей жизни, живя от них через дорогу? Даже если они и были когда-то знакомы, Никите было плевать. - Мы на ваш район не лезем, так и пиздуйте в свои дворцы! Вы думаете: я тут один такой, которого ваше присутствие не устраивает? Нихуя! Вон, в соседнем доме пацаны живут, я сейчас свистну, и они с удовольствием вас, петухов, отпиздят! - про парней Никита, конечно, соврал. Ни с какими гопниками он в жизни дружбу не водил, но так уже хотелось, чтобы эти уроды свалили… - Давайте-давайте, пиздуйте! И Никита с грохотом захлопнул дверь прямо перед носом этого напоминающего непонятно кого парня. А через десять минут с каким-то мрачным удовлетворением наблюдал, как мажорчики с кислыми рожами действительно уезжают. Да, сорвался. Ну, и не наплевать ли? Всё равно он больше никому ничего не должен. Иногда бывает так, что в жизни несчастья случаются одно за другим. Именно так и случилось у Никиты пять лет назад. Всё началось с того, что совсем перестала писать мама. Спрашивается, ну и что с того, Никита ее, уехавшую на заработки в Австрию, уже больше десяти лет не видел, и все их контакты друг с другом ограничивались поздравлениями по праздникам. Но отсутствие писем означало только одно: Дарья, как и планировала, нашла себе мужа, который будет обеспечивать ее, и бросила работу. Раньше она отсылала часть зарплаты на содержание сына, но теперь, видимо, этого не предвидится. А на одной зарплате бабушки они долго не протянут. В тот день, когда надежды совсем не осталось, двенадцатилетний Никита пошел на свою первую работу. Правда, пока еще по всем законам нелегальную, но спасительную - курьером в том же магазине цветов, где бабушка работала продавщицей. Если бы кто-то спрашивал мнение мальчика, то он бы предпочел быть продавцом-консультантом. Ему нравилась сама атмосфера магазина, нравилось окутывающее там множество запахов, нравилось запоминать названия цветов, их свойства и значения. Но, так как мнение его никого не интересовало, Никита все вечера после школы проводил, мотаясь от одного адресата к другому. Бабушка же, в свою очередь, с самого начала была против этой затеи. - Тебе учиться и с друзьями гулять надо, Никитка, - качала головой она и, получая в ответ скептический взгляд внука, уходила, тяжело вздыхая. Часто мальчик видел ее, сидящую на диване и со слезами на глазах рассматривающую фотографию дочери. - Если бы ты видела его сейчас, Дашенька, ты бы гордилась им, - шептала пожилая женщина. Никита подозревал, что матери никогда не было до него дела, однако в такие моменты лишь садился рядом и обнимал старушку, мысленно проклиная неблагодарных людей. К сожалению, годы брали свое. Совсем скоро Екатерина Васильевна не смогла выходить на работу. Никита продавал все вещи, готов был подрабатывать другим образом - от выполнения домашки за одноклассников до сбора мусора в парке - лишь бы покупать такие нужные, но такие дорогие лекарства. Бабушки не стало через полгода после того, как мама отправила последнее письмо. В депрессию ему не дал скатиться второй самый важный для него человек - Риша. Она не давала ему торчать целыми днями на работе, вытаскивая из магазина под возмущенные крики начальницы, водила на всякие фестивали - в общем, пыталась не дать ему угаснуть. И у нее это получалось. Никита смог если не смириться, но хотя бы принять тот факт, что бабушки больше нет. И, скорее всего, у Риши бы в конце концов удалось избавить его от депрессивных мыслей, оставив лишь светлую грусть… Если бы не урод, сбивший ее, спешащую к другу в гости, на своем Bentley. Это событие подкосило Никиту окончательно. Пять лет он жил надеждой, что лучшая подруга очнется, отдавая большую часть уже легально зарабатываемых денег ее матери, а та, в свою очередь - больнице, где лежала Риша. На эти деньги и работали аппараты жизнеобеспечения. Никита перестал следить за собой, забросил учебу, несмотря на запугивание экзаменами, лишь работал как проклятый. Даже детская мечта о карьере скульптора больше не будоражила сознание. Последний раз он пытался что-то сотворить года два назад. Теперь лепить ему было не для кого и не на что: глина дорогая, а поддержание жизни Риши важнее. Его пытались вытащить из депрессии. Пыталась Мария Викторовна ровно до тех пор, пока сама не ушла в нее, начав с какой-то фанатичной верой проводить в палате дочери целые дни. Пытались одноклассники до тех пор, пока Никита однажды прилюдно не послал нахуй одну из девочек, посоветовавшую обратиться к психологу. Он устал. Господи, как же он устал! Работать, надеяться… Жить. Да, он определенно устал жить. Поэтому нет ничего удивительного в том, что он заходит в одну из групп, склоняющих к суициду. Про них столько говорили в школе, и будет даже забавно, если он не просто умрет, а станет первой "жертвой". С улыбкой настоящего смертника Никита печатает дурацкие хэштеги: #синийкит #разбудименяв4:20 #морекитов #тихийдом #хочувигру. Конечно, он не глупая девочка-подросток, что верит, будто попадет в какой-то китовый рай. Но, во всяком случае, это может быть даже забавно.