Жертва

      Я стоял по щиколотку в воде, нерешительно переминаясь с ноги на ногу. Энея в очередной раз протянула мне руку. — Фрей, не бойся. Просто плыви за мной, — мягко сказала она, убирая за ухо зеленую прядку. Я осторожно взял ее за самые кончики пальцев. — Я точно смогу плыть под водой? Не задохнусь? — недоверчиво спросил я ее уже в четвертый раз. Глаза сирены лукаво блеснули. — Пока не попробуешь — не узнаешь, — хитро сказала она, со всей силы дергая меня за руку. Я с визгом упал в волны. Сирена еще крепче сжала мое запястье, утягивая за собой под воду.       Я все плыл и плыл за ней, а воздуха в легких становилось все меньше и меньше с каждой секундой. Когда его совсем не осталось, я стал паниковать, но потом почувствовал странное покалывание в шее и… вздохнул жабрами. Пока я наслаждался новыми ощущениями, Энея подплыла ко мне. На месте грациозных ножек у нее появился не менее изящный коричневатый хвост угря. «А ты больше боялся,» — услышал я ее насмешливый голос. Я с изумлением уставился на сирену: ведь она даже не открыла рта, произнося это! « Чему ты удивляешься, смертный?» — все так же беззвучно рассмеялась она. «Морские обитатели мысленно общаются между собой. Попробуй, скажи мне что-нибудь, » — сказала она с лукавой улыбкой. «Энея, Энея, слышишь меня, слышишь? » — мысленно позвал ее я. « Незачем так кричать, Фрей! » — притворно-недовольным тоном произнес голос сирены в моей голове. « Ой, извини,» — смутился я. « Просто это так необычно для меня.» Энея наигранно закатила глаза, и я услышал ее смех. «Скажи, а куда мы плывем?» — мысленно спросил я ее. « Сейчас сам увидишь,» — весело подмигнула мне она и стала снижаться ко дну. Я поплыл за ней.       Морское дно заросло причудливыми разноцветными водорослями, которые извивались в каком-то неведомом танце; вокруг них кружили стаи разноцветных рыбешек. Где-то наверху мягко светило солнце, которое казалось маленьким и зеленоватым с глубин моря. Пока я любовался подводными красотами, Энея уже успела где-то раздобыть корявые «ветки», на которых висели алые мохнатые шарики. Я с опаской покосился на них. «Это что?» «Между прочим, это очень вкусно!» — обиженно протянула сирена, запихивая «ветки» мне в руки. Одна из них выпустила длинный малиновый щуп, который старательно обвился вокруг моего уха. Я со всей силы ударил свободной рукой по отростку, и он быстро исчез. Но вместо него ко мне стал тянуться другой, стремясь обвиться вокруг шеи.       Пока я боролся с «ветками», Энея успела собрать огромное количество устричных раковинок на дне. Я изумленно уставился на них. «И это тоже вкусно,» — весело сказала сирена и поплыла наверх. «Я знаю,» — мысленно ответил я, тоже поднимаясь к поверхности. «Просто это считается изысканным яством в моем мире.» «Я же говорила, люди — странные существа,» — засмеялась она, выныривая из воды. Я тоже вынырнул из воды и с наслаждением вздохнул. Дышать легкими было намного легче и привычнее. — Что стоишь? Давай, иди к нам, — крикнула Энея, стоя у входа в пещеру уже в своем человеческом обличии. Я невольно залюбовался ее телом, думая о том, что люди — совершеннейшие существа на Земле.

***

       Смеркалось. С моря дул холодный ночной ветер. Мы сидели и грелись у небольшого костерка, который я развел с помощью кремня. Энея без умолку щебетала, рассказывая мне о подводном мире, и я с удовольствием слушал ее. Эшэсс молча наблюдал за нами, изредка бросая такие взгляды, от которых меня просто коробило, но я старался не обращать внимания. Рядом с костром лежали остатки нашего ужина. (Кто бы мог подумать, что еда морских жителей окажется такой вкусной! Особенно мне понравились те алые лохматые шарики. Как оказалось, с них счищалась шкурка, а под ней была сладкая сочная мякоть, напоминающая по вкусу грушу.)       Энея подбросила в огонь хворост и замолчала. На небе сияла полная луна, и волны ласково бились о каменные стены пещеры. Мы сидели тихо, боясь спугнуть волшебство момента. — Спой, Энея. Спой для нас, — хрипловатым голосом попросил Эшэсс. Сирена с чарующей улыбкой откинула волосы с лица и запела.       Я сидел, потрясенный до глубины души красотой ее пения. Меня захлестнули противоречивые чувства; я ощущал тягучую сладость с примесью терпкой горечи. Мне не были понятны слова песни сирены, но я точно знал одно: она пела о счастье. О настоящем счастье, которое существует вместе с грустью из-за своей недолговечности.       Убаюканный чарующим голосом Энеи, я сам не заметил, как провалился в сон.

***

      Я прогуливался по берегу моря под луной. Камушки мягко поскрипывали под моими босыми ногами, а мягкие волны нежно целовали кожу. Я осторожно поправил венок из голубоватых лилий, который то и дело сползал мне на лоб. Вдруг на другом конце берега показался знакомый до боли силуэт, срезающий острым ножом водные цветы. — Летисия! — с восторгом закричал я.       Сестра обернулась и с улыбкой помахала мне рукой. Я побежал к ней, но вдруг откуда-то из воды появился черный щупалец, который очень быстро стал затягивать ее в воду. Летисия кричала и звала меня на помощь. Я крепко схватил ее за руку, но сестра разжала пальцы, и противный отросток уволок ее в море. На волнах покачивалась лишь ее корзинка с цветами, да ленточка с рукава платья…        Внезапно картинка сменилась. Я стоял в огромной пещере, посреди которой находился каменный стол с причудливыми узорами по бокам. На нем лежала Летисия. Я рванулся к сестре, но какая-то неведомая сила не дала мне ступить ни шагу со своего места. — Летисия, Летисия! — закричал я, но девушка даже не пошевелилась, не подавая никаких признаков жизни. В этот момент откуда-то из глубины пещеры появилась молодая обнаженная женщина, похожая на Деву Воды. У нее были длинные зеленоватые волосы, красивое лицо и черные чешуйки на руках. Она быстро подошла к моей сестре и вспорола ей грудь своими острыми когтями. Я закричал от ужаса, но она словно меня и не слышала. Женщина долго ковырялась грязными руками в грудной клетке Летисии, и наконец достала что-то живое и трепещущее, поднесла к губам… Я отвернулся. Мне показалось, что меня сейчас вывернет наизнанку. Повсюду была кровь; очень много крови. А еще была моя уже мертвая Летисия. Я зарыдал и… проснулся.        Еще было темно. Где-то неподалеку трещало пламя костра. Я сидел и вслушивался в сонный плеск волн, раздираемый смутными тревогами и сомнениями. Я волновался за сестру, хотя особого повода не было. А еще я очень соскучился по Летисии; ведь не было на свете человека дороже, чем она. От этих мыслей мне еще сильнее захотелось плакать. Чтобы хоть как-то отвлечься, я решил пойти к костру и поговорить с сиреной.       У огня я застал только Эшэсса. Он сидел ко мне спиной, задумчиво глядя в пламя. Отблески огня причудливо украшали его бледную кожу. Я подошел чуть ближе, невольно любуясь завораживающей игрой огненных бликов на его теле. Эшэсс пошевелился и откинул со спины волосы. Я увидел несколько уродливых шрамов, тянущихся вдоль позвоночника. Внезапно я ощутил дикое желание подойти и прикоснуться к его спине рукой, почувствовать под пальцами тепло его тела… Его кожа оказалась на ощупь прохладной и мягкой. Под моими пальцами наг дернулся и рвано выдохнул. — Отойди, — услышал я его тихий голос. — Откуда это у тебя? — негромко спросил я. — Отойди, смертный! — разъяренно прошипел полузмей, и я резко отпрянул назад. — Это доказательство жестокости человека, — ядовито выплюнул он и уполз прочь, одаривая меня напоследок презрительным взглядом.       Я остался у костра в одиночестве…