Мой диагноз фактически прост — я болен тобой

Наступило утро. Пара спокойно нежилась в кровати, не собираясь прерывать сладостный сон. Первой проснулась Елена, ощутив приятную слабость и холодно-теплую кожу под своими руками и щекой. Она блаженно выдохнула и подняла голову, дабы посмотреть на «бесчувственного» вампира. Брюнетка послушно лежала у него на груди, наблюдая за закрытыми веками и слегка подрагивающими ресницами. Улыбнувшись, приподнялась слегка и сместила голову к его плечу ближе, ощущая руку за своей спиной. Сальватор почувствовал движение и приоткрыл глаза, чтобы посмотреть на несносную и подвижную девушку. Гилберт хотела подольше полежать так, именно с ним, больше ни с кем. Спокойствие ласкало ее сердце, его присутствие заставляло забывать обо всем. Кареглазая снова захотела на него посмотреть, это почувствовал Деймон, поэтому снова закрыл глаза. Елена перевернулась на живот и стала чуть ли не изучать объект своего неимоверного счастья. «— Может Стефан ненавидит своего брата не только из-за ужасного характера, но и из-за того, что его темная красота была сильна, его грацию и чувственность, которые притягивали женщин, как огонь манит мотыльков?» — взыграла мысль в голове брюнетки Гилберт потянула руку к его лицу и коснулась пальчиками очертания его тонких, бледных губ. Как же она хотела бы чувствовать все это день за днем. Изучив каждую трещинку и изгиб, осознала идеальность вампира во всем. — Может поцелуешь наконец? — отозвался Деймон с закрытыми глазами. Елена впала в оцепенение и стала пялиться на его лицо в целом, остановившись. Уже собиралась опустить руку, как Сальваторе схватил своей, открыв глаза. — Нельзя отрицать правду, милая, — ухмыльнулся вампир, начиная наблюдать за ее реакцией. Брюнетка хотела возмутиться, но сразу же хмыкнула, слегка скрыв улыбку. Он стал свободной рукой касаться и водить по оголенной спине девушки, стараясь сфокусировать внимание только на себя. Кареглазая почувствовала касание и посмотрела на вампира, а после стала манить к себе, слегка приближаясь, а позже отдаляясь от него. Сероглазый отпустил ее руку и обхватил лицо, сломив план Елены, начиная тянуть на себя. Сальваторе коснулся губами сухих, сладких губ, как сахар, после провел языком по ним, дабы вернуть прежний привкус, и в конце концов, сомкнул их своими. Она ответила на поцелуй, обхватив лицо руками, и соприкоснулась своей грудью с его. Многочисленные повороты и соприкосновение губ изводили Гилберт и не оставляли рассудок. Деймон опустил руки на ее талию и передвинул наконец на себя, чувствуя желанное тело сквозь одеяло. Девушка оторвалась от губ страстного искусителя и стала удобно располагаться на теле своего повелителя души. Вампир обхватил ее шею рукой и приподнялся, лишь бы показать свою власть над ней. Он слегка коснулся губ брюнетки, этого хватило, чтобы кареглазая уступила, позже стала ласкать шею «мертвого возлюбленного», полностью открывая вид на свое тело спереди, не держа одеяло. Сальваторе откинул слегка голову назад, прикрыв глаза и блаженно выдохнув, прикусив губу. — Как же мне нравится иметь власть над тобой, — прошептала на ухо вампиру, облизнув мочку и поцеловав за ней, услышав сдавленный и сдержанный стон, который еле-еле вырвался из его уст. Деймон резко ухватил ее за глотку и резко прижал к себе насколько это возможно. — Не выводи меня, если знаешь мою слабость по отношению к тебе, не значит, что нужно использовать…— перебила грозного, величественного и властного Сальватора Гилберт, которая провела руками по груди и коснулась губами щеки, продолжая соблазнять своего наставника на грехи. Издался звук стука в дверь, и она сразу же открылась. — Так! О, боже, — прервался брат брюнетки, отвернувшись. — Вы когда-нибудь хоть прерываетесь? — обалдел Джереми. — Не завидуй, — указал сероглазый, посмотрев на свою соблазнительницу. Она от стыда закрыла глаза и выдохнула, к щекам подступила кровь, они приняли более розоватый оттенок. Натянув на свое лицо ухмылку, провел свободной рукой по ее пылким щёчкам. — Выйди из моей спальни! — грозным голосом произнесла кареглазая, стараясь не открывать глаза, но губу все же поджала. После хлопка расслабила плечи и облегчённо вздохнула, задрав волосы рукой назад, продолжая сидеть на вампире. — Ты удивительна, — воодушевленно произнес Деймон, продолжая следить за реакцией девушки, ловя взглядом каждое движение и эмоцию. — Можешь быть властной, застенчивой, непредсказуемой, непонятной, сексуальной, милой, веселой, грубой, в тоже время с каждым разом удивлять чем-то новым, любым своим поступком, — воодушевленно смотрел в шоколадные глаза вампир, ощущая облегчение от сказанных слов. Гилберт не знала, что ответить, но в глазах засияли блёстки счастья. Улыбнувшись, с трепетом коснулась губ искусителя, затягивая себя в бездну эмоций все с новым и новым поворотом. Сальваторе обхватил ее лицо руками и принял главную роль в данном поцелуе. Он не хотел менять нежность на желание, между ними и так была искра. Наслаждение от мурашек по коже и эмоций захватили с головой обоих. Они разомкнули губы и одновременно выдохнули, окатив друг друга дыханием. — Елена… — произнес Деймон ее имя с закрытыми глазами и улыбкой на губах. — Боже, — обрадовалась Гилберт, ухватив его за плечи. — Что? Что? — взволнованно произнес Сальватор, касаясь оголенной спины девушки. Она слегка отодвинулась и посмотрела ему в глаза. — Я сгораю, когда слышу свое имя на твоих губах, — высокомерно указала Елена, проведя рукой по его подбородку. Вампир натянул самодовольную ухмылку и откинул девушку на спину после сидячего положения, а после сразу придавил своим голым торсом. Он спустился к ее шее, начиная ласкать губами каждый миллиметр. Достигнув ключицы, провел дорожку своим языком, прикусывая. Гилберт простонала, впившись ногтями в его грудь. Сероглазый прошипел и продолжил изводить брюнетку, не начиная новых действий. — Деймон! — чуть ли не выкрикнула кареглазая, почувствовав укус острыми клыками в области шеи. — Что? — произнес, как ни в чем не бывало мужчина, посмотрев в глаза. — Ты меня укусил? — Нет, просто это эффективный способ задержать мои печати власти на твоей хрупкой, соблазнительной шеи, — проговорил самодовольно вампир и потянулся к ее губам. Елена затаила дыхание в ожидании поцелуя, начиная медленно прикрывать глаза. От внимания Сальватора это не ушло, поэтому, хмыкнув, коснулся губами щеки, виска, уха, но никак не губ. Девушка удивлённо наблюдала за его действиями, ожидая жаркого поцелуя. Взяв все в свои руки, обхватила хладное лицо, захотев притянуть к себе. Он не поддался, наоборот воспротивился, и приподнял голову на уровне ее губ. — Деймон, я хочу… — перебил вампир своей репликой и касанием нежной щеки своей рукой. — Что ты хочешь? — блеснул он глазами, продолжая поглаживания. Гилберт возмутилась и вжала голову в кровать, хмыкнув. — А чего хочешь ты? — ответила она вопросом на вопрос. Сальватор принял ее игру и нежно ухватил за горло, максимально приближаясь. — Я хочу со страстью насытиться твоими губами, не давая возможность тебе вздохнуть. Хочу, чтобы ты молила о возможности свободы в моих объятиях, — выговорил все, о чем думал, и сглотнул, продолжая смотреть в глаза с четким цветом корицы. Елена завороженно смотрела за ним, выдохнув при его сглатывания. — Не сдерживай себя, — лежала уверенно брюнетка, ожидая все, выше перечисленное. Он потянулся к ней, почти соприкоснулся с губами, как вдруг прозвенел звон часов. Пора вставать в школу и проживать неинтересную жизнь. Она потянулась и нажала на кнопку, а после снова легла под него. — Тебя спасли зан…— заткнула Гилберт его своими губами, обхватив лицо своими руками, а после заняла главенствующую позицию на нем. Деймон позволил себе подчиниться под таким сексуальным и нежным гнетом своего объекта желания. Губы вели страстную войну друг с другом, никому не уступая, ноги переплетались. Елена сжала в своей руке его волосы, подтолкнув к блаженному стону искусителя. Прервав сладостный поцелуй, оторвалась, выдохнув и встав с разгоряченного тела Сальватора. — Тебе серьезно нужна эта школа? Давай внушу директору, ты сразу ее закончишь на отлично, — предложил он, так же встав с постели, подняв свои боксерки с пола. — Даже не думай, — фыркнула она, подойдя к комоду, после отодвинула один из ящиков, взяв оттуда нижнее белье темного синего цвета с утонченным кружевом. Надев его, подошла к шкафу, совсем не обращая внимания на самодовольного мужчину, который сидел на ее кровати. — Я не против такого, — натянул ухмылку Деймон, начиная привлекать внимание на себя. Кареглазая улыбнулась и довольно посмотрела на него, доставая джинсовую юбку с фиалковой рубашкой на пуговицах. Гилберт надела все это и подошла к столу, дабы собрать все нужное.  — А ты с длинной не ошиблась? — возмутился сероглазый, застегивая ширинку своих черных брюк. — Давай не будем, — хмыкнула Елена и перекинула шарф через ручки сумки, после подошла к собственнику и потянулась, дабы поцеловать. Сальватор снова натянул ухмылку и соприкоснулся с ее губами, положив одну руку на талию, а другую на пятую точку. Кареглазая обхватила его лицо и притянула к себе настолько, насколько это возможно. Она прикусила его губу и провела языком, исправляя свою наглость. Вампир сжал ягодицу в своей руке и углубил поцелуй под стон девушки. Гилберт прервала поцелуй, блаженно выдохнув. Он посмотрел на нее с таким проявлением собственности, что кареглазая моментально захотела его ещё сильней, поджав свои губы. — Жду тебя сегодня у себя, никаких отказов не принимаю, — указал Деймон, обхватив ее голову руками. — Может у меня планы есть, — улыбнулась Елена и обняла за шею сероглазого. — Ну, да, у тебя и есть планы, все правильно, быть целый вечер со мной, — со спокойным выражением лица произнес Сальватор. Она хмыкнула и отвела взгляд в сторону, после собиралась отойти от него. — Подожди, у меня руки ослабли, не могла бы помочь с рубашкой? — по-актерски протянул рубашку искуситель, стараясь скрыть довольный вид. Кареглазая хотела хмыкнуть, но сложила руки на груди, ожидая, когда он наденет ее. Брюнет понял, поэтому так и поступил, и сразу же застыл, ничего не делая. Гилберт выдохнула от безысходности, улыбнувшись, и стала застёгивать каждую пуговицу, касаясь слегка ноготками его кожи. Уверенность смертной пропала сразу же, когда вампир склонился губами к ее шеи. Он никак не прерывал процесс, но добавлял остроты своими мокрыми поцелуями по коже. Она держалась, как могла. Покончив с последней пуговицей, чмокнула его в губы, развернулась и ушла, чувствуя возбуждение во всем теле.