Study distractor

Легче было быть раздражённым Эвеном, чем злиться на него. На самом деле Исак был сильно впечатлён, что держался так долго, потому, если бы Эвен не сделал первый шаг, Исак сгорел бы от школьного стресса. Когда его парень приблизился со своей классической ухмылкой и соблазнительно поднятой бровью, Исак, конечно же, не сопротивлялся, и, честно говоря, Эвен был лучшим перерывом, который он когда-либо имел удовольствие испытывать. Им потребовалось всего несколько минут, чтобы разбросать свою одежду в небольшой столовой, прежде чем перейти в спальню, где Исак грубо упал на кровать, растянулся на спине и облизал губы, задыхаясь от нетерпения. Над ним нависал пошлый образ его парня, похотливо смотрящего на его тело своими гипнотическими голубыми глазами, отслеживающими мышцы и рёбра на его торсе. Куда бы Эвен ни смотрел, Исак чувствовал, как его кожа загорается, ощущение кипения заставляло её краснеть, и он извивался с такой жаждой, что физически не мог оставаться неподвижным. Жар его взгляда и то, как Эвен кусал губу в искушении, заставляли его грудную клетку подниматься и падать, всё в старшем было так невероятно сексуально, что Исак едва мог понять, как сильно хотел Эвена в этот момент. Но парень, блять, так любил подразнить, просто находясь вне досягаемости, восстанавливал дыхание и испытывал зуд в пальцах от того, как сильно хотел коснуться тела под ним. Исаку пришлось подавить жалкое нытьё, потому что он знал, что точный взгляд Эвена хочет этого, и каким-то образом Исак просто не хотел давать ему это удовлетворение, по крайней мере ещё потому, что его парень, скорее всего, продлит эту дразнящую пытку, если узнает, насколько Исак сейчас отчаянный. Так что он оставался неподвижным, глаза непроизвольно моргали при виде старшего, чьи волосы были взлохмачены от предыдущей хватки Исака и чьи губы были опухшими от поцелуев. Эвену было чертовски жарко, и Исак знал, что всякий раз, когда он смотрел на него, парень без рубашки с дразнящей ухмылкой всё ещё умудрялся восстановить дыхание. Как раз тогда, когда Исак собирался потянуться и прижать его к своему телу, Эвен опустился сам. Он почувствовал, как знакомые губы касаются его собственных, тёплый язык скользит внутрь и тянется вдоль его нижней губы. Исак прочувствовал, как его тело содрогнулось от ощущения, и он не мог не ахать, когда язык крутился во рту. Эвен использовал ряд щелчков языком, которые, как он знал, раскроют Исака, и тот едва мог устоять перед удовольствием, когда его руки поползли вверх по голой спине Эвена, и снова начал стонать в губы напротив. Когда у Исака закружилась голова, он затаил дыхание. Не получалось держать единый темп с Эвеном, он чувствовал, как губы отстранились и начали мазать по его челюсти лёгкими и быстрыми поцелуями. «Что это такое?» — прошептал Эвен, задевая дыханием его кожу. Брови Исака опустились в замешательстве, но он не сразу отреагировал, так как был слишком растерян из-за рук, начавших давить на его живот. Губы настойчивее целовали его челюсть, немного грубее, чем тогда, и Исак инстинктивно наклонил голову назад, чтобы предоставить Эвену больше кожи для использования. Тем не менее, он сосредоточился на его челюсти, скручивал губами линию его подбородка и целовал выше и ниже основания. «Как это называется?» — Эвен продвинулся немного дальше. Глаза на мгновение поднялись, чтобы встретиться с расфокусированным хмурым взглядом Исака, который изо всех сил пытался отделить ощущение мягких губ Эвена от ощущения, чёрт возьми, его рук, которые делали не то, что надо, и странных вопросов, которые он задавал. «А?» — Исак не мог сконцентрироваться, что заставило Эвена улыбнуться, прежде чем продолжить сосредоточенные на челюсти поцелуи и начать двигаться дальше. «Кость», — сказал он. «Какая это кость?» Ох. Рассредоточенные нейроны Исака, наконец, установили связь происходящих событий, и ему потребовалось ещё одно мгновение, чтобы оторвать своё внимание от прикосновений, чтобы вспомнить, что это, чёрт возьми, вообще такое, эта анатомия. В его рассеянном состоянии было несправедливо ожидать, что он что-нибудь вспомнит, однако вскоре его задыхающиеся губы сформулировали слово, и если Эвен продолжит, то Исак будет покрыт засосами по всей своей челюсти. «Мандибула», — произнес Исак хриплым голосом, и, несмотря на то, что даже, вероятно, он действительно не знал названия, Эвен продолжил, полагая, что Исак был прав. Затем губы спустились по его шее, нежно посасывая чувствительную кожу и распространяя тепло своими прикосновениями, которые начали стимулировать эрекцию между ног. Совместная комбинация вызвала ещё один стон, и Эвен промурчал свое одобрение, словно вибрацией в горле. Исак потянулся к джинсам Эвена, однако парень опустился ниже, губы сосредоточились на ключице, где внезапная интенсивность его поцелуев дала понять, что это ещё одно испытание. Он взглянул вверх этими яркими голубыми глазами, и Исаку пришлось на мгновение остановиться, просто поглощая красоту момента. «Клавикула», — Исак задыхался, ногти впились в плечи Эвена. Голова спускалась дальше по его телу, осыпая поцелуями мышцы, которые сжимались от подавляющего удовольствия. «Стернум», — была следующая локация Исака; он прерывисто вздохнул, пока губы спускались вниз симметрично груди. С каждым ответом Эвен слабо улыбался, ослабляя темп поцелуев и поздравляя его гордым взглядом, прежде чем продолжить удовлетворять его этими грешными губами. Исак был твёрд как камень; теперь он болезненно осознавал это, учитывая то, насколько его эрекция растягивала джинсы. Мало того, что он знал об этом, то ещё и Эвен был единолично ответственным за то, как он безжалостно возбуждал своими руками и украшал его тело поцелуями, заставляющими его краснеть и извиваться наряду с бессвязным бормотанием. Удовольствие усиливается, размывая образ бойфренда, спускающегося по его телу, пока Исак просто не может отвести взгляд, несмотря на то, насколько это его возбуждает. Однако из-за медленного темпа, в котором Эвен опускался ниже, Исак боялся, что не продержится дольше, поэтому он начал отчаянно перечислять все кости или мышцы, которые Эвен пересекал своими губами. «Серратус антериор». «Экстернус обликус». «Ректус а-абдоминис», — Исак заикался, когда Эвен начинал тянуть языком по его сжатому животу. Он почувствовал, как сильные руки расположились на его боках, окружая теплом и не оставляя без внимания ни одной области. Собственные руки Исака оставили плечи Эвена, вместо этого они поселились в мягких волосах, когда Эвен направился вниз. Вскоре губам помешала ткань джинсов, заставившая Эвена взглянуть вверх со смелым выражением лица. Исак резко вдохнул, наслаждаясь вниманием, которое он получал, но взгляд заставил кончики его пальцев сжаться, и он в предвкушении прикусил губу. Несмотря на то, что они делали это уже много раз, ради этого взгляда, который никогда не мог не разжечь огонь в области ниже живота, Исак как будто голодал, как будто держал всё в себе и не мог поверить, как ему повезло, что у него есть привлекательный третьекурсник, плавно расстёгивающий джинсы. Несмотря на то, что после нескольких месяцев знакомства им стало более комфортно друг с другом, Исак всегда чувствовал то же нервное головокружение, которое делало его уязвимым, но в то же время уверенным. Возможно, это было связано не столько с актом раздевания, сколько с тем, кто это делал. Потому что что-то в Эвене заставляло его колени дрожать, и голова кружилась, и это было не только во время секса, но также от тонких взглядов во время еды или дразнящих подмигиваний в школьных залах. Эвен заставлял его мгновенно почувствовать себя живым. И в этот момент Эвен сделал так, чтобы Исак стал очень, очень возбуждённым. «Что это?» — спросил его Эвен, нежно коснувшись губами бедренной кости, пока возился с молнией. Исак облегчил ему задачу, подняв бёдра, и Эвен, наконец, спустил штаны, в то время как Исак наслаждался точными прикосновениями и ощущением лёгкого дыхания, которое билось о его пах. «Ос илиум?» — Исак был не совсем уверен в своём ответе, однако Эвен, не попытавшись исправить его, просто продолжал скептически смотреть и нежно щипать кожу. Исак демонстрировал совершенно очевидное в его боксерах и чувствительно прошипел, когда Эвен провел уверенной рукой вверх по его длине через ткань. Его член дергался при прикосновении в жадном и нетерпеливом поддразнивании, потому что Эвен всегда это делал, он всегда не торопился и смотрел так, как будто никогда раньше не видел члена. «Детка!» — в конце концов заскулил Исак, покачивая бёдрами к краю кровати, куда Эвен соскользнул с его колен. Старший лукаво улыбнулся, его смелый взгляд немного расстроился от похоти, из-за чего Исак внезапно почувствовал беспокойство и ожидание созревания в паху. Его поглотило очередное нытьё, когда Эвен начал двигать пальцами под резинкой и нежно стаскивать ткань подальше от его эрекции. Колкость прохладного воздуха напомнила ему, что теперь он полностью голый: штаны и боксёры соскользнули с его ног, а затем и с лодыжек благодаря усердию Эвена. Однако тепло быстро вернулось, поскольку кончики пальцев горели на внутренней стороне бедра, медленно раздвигая ноги, и Эвен расположился между ними. Зная, какой Эвен проклятый дразнитель, Исак не удивился, когда почувствовал губы, целующие под его коленом. «Вастус медиалис», — сказал Исак с дрожащим дыханием. Он наблюдал за тем, как Эвен поднимается, руки располагаются поверх бёдер, чтобы губы могли путешествовать выше по его телу. Было так хорошо, когда Эвен надавил на бедро, потому что щекочущие губы соблазнили Исака оттолкнуть их, что могло вызвать травму, которая действительно проверила бы его знания анатомии. Исак раздвинул ноги дальше, наблюдая в полнейшем ужасе и очаровании, как поцелуи опасно приближались к основанию его члена. Теперь он не мог вспомнить мышцы, даже если бы хотел, потому что был слишком отвлечен, чтобы лишиться желания из-за вмешательства в его личное пространство. Однако Эвена это не волновало, так как он перестал его дразнить. Его тело было в огне, ноги практически дрожали, и он должен был прикусить язык, чтобы не начать бесстыдно просить. Давление между его ног теперь было болезненным, его возбужденное состояние игнорировалось слишком долго, и Исак почувствовал, что его член вздрагивает от любой, даже самой незначительной, ласки. Добравшись губами до бедра, Эвен быстро подмигнул, прежде чем, наконец, начать обращаться с ним руками. Хватка была уверенной, руки обернулись вокруг его члена, в то время как кончики пальцев горели на его стволе. Исак застонал, ничего не мог поделать! Ожидание, которое невозможно было сократить, влияло на него слишком сильно, и он физически рухнул в ровный ритм, когда откинул голову назад и закрыл глаза. «Блять!» — он ахнул, руки слепо потянулись вверх, чтобы покрыть румянец на щеках. «Ты так чертовски сексуален, когда используешь эту терминологию», — Эвен мягко вздохнул, шепча под струящейся кровью в ушах Исака. Он хотел сказать что-то остроумное в ответ, однако вся кровь, которая снабжала его мозг, была направлена в пах, потому он просто выпустил дрожащий смех, пока Эвен справлялся с целью. Он поджал бедра, чтобы создать больше трения, толкая себя в руку Эвена, которая сжалась и ослабла, чтобы доставить как можно больше удовольствия. Однако вскоре рука сменилась чем-то гораздо более теплым, и Исак успел открыть глаза, чтобы посмотреть, как Эвен осторожно встает, расправив плечи, прежде чем наклониться и обхватить губами головку. «Черт возьми!» — Исак ахнул, его глаза закатились, когда он почувствовал, как губы сжались вокруг него. Ощущение сильно отличалось от руки, которая использовала больше контроля и скорости, чтобы привести его к кульминации, в то время как Эвен имел талант манипулировать его языком и губами, чтобы создать среду, которая была ужасно стимулирующей и невероятно горячей. Исак потерял себя в ритме, его дыхание прерывалось, а тело изгибалось каждый раз, когда Эвен толкал его дальше в рот. И вскоре он был полностью охвачен этим ощущением, губы были прижаты слишком близко к его основанию, Эвен так умело справлялся, а руки сжимали бёдра, чтобы предотвратить Исака от толчков. Эвен втянул щеки, глядя вверх на широко раскрытые глаза Исака и его раскрасневшееся лицо. Один только взгляд мог заставить его кончить, но вместо этого Исак застонал от абсолютного удовлетворения, когда по его телу пробежала дрожь блаженства. «Бля-ять!» — протянул он, с трудом сдерживая себя, когда Эвену удалось полностью сокрушить его. Невозможно было думать, говорить или даже дышать, когда Эвен обхватил губами его член. Это было эротично и так завораживало, заставляя тело Исака извиваться и кусать нижнюю губу. В расслабленном состоянии он почувствовал, как пальцы коснулись входа, и поощрил прикосновение, подняв ноги на плечи Эвена, чтобы облегчить доступ. Исак почувствовал, что язык прошелся по всей его длине, спускаясь ниже, прежде чем вновь потянуться наверх и подарить щедрые поцелуи у основания члена. Исак громко вздохнул, уже скучая по теплу рта Эвена, поскольку его тело жаждало закончить. «Эвен, мне нужно–» «Я знаю», — убеждал Эвен с уверенной улыбкой, — «мне тоже. Просто потерпи немного.» Исак собирался предупредить, что ему просто не хватает терпимости, однако Эвен переключил свое внимание на его попу, щедро разминая и неуверенно скользя пальцем внутри. Исак так хорошо реагировал на прикосновения, будучи настолько расслабленным минетом, что жадно приветствовал первый пальчик с небольшим сопротивлением. Взгляд Эвена был зафиксирован на его реакции, голубые глаза анализировали выражение его лица, которое, вероятно, было взволновано и ошеломлено, когда он оправился от удовольствия. Исак чувствовал себя слишком застенчивым, чтобы поддерживать зрительный контакт, поэтому он потянул Эвена вверх, принося запыхавшиеся губы к своим. Они целовались отчаянно и небрежно, потому что Исак был слишком дезориентирован, чтобы быть точным с его губами. Однако, казалось, Эвен не возражал, так как успел сунуть второй палец, из-за чего у Исака перехватило дыхание. Его руки обвились вокруг тела Эвена, крепко прижавшись, пока пальцы раздвигали его шире. Ощущение растяжения было немного напрягающим, однако это не было неудобно или больно, по крайней мере, к такому ощущению он привык. Его губы не могли поддерживать скорость поцелуев Эвена, поэтому он часто дышал прямо в шею парня, крепко держась за него. «Я сейчас вернусь», — тихо прошептал Эвен, покусывая мочку уха, пока Исак не кивнул. Он почувствовал, как тело соскользнуло с его рук, и пальцы оставили его пустым и холодным. Он смотрел, как Эвен полез в ящик, чтобы вытащить презерватив и смазку, которую тот уже нанес на пальцы, прежде чем вернуться к дрожащим ногам Исака. Он улыбнулся в сторону потерявшего свой внешний вид Исака, чувствуя, как его руки касаются тела, чтобы доставить удовольствие. Исака, казалось, впечатлило то, что Эвен поднял брови и прикусил губу, прежде чем переместиться и опустить поцелуи с пупка до основания его члена. След, образованный грешными губами, заставил Исака снова извиваться, и в его системе случился сбой из-за удвоенного чувства удовольствия в тот момент, когда Эвен взял его в рот и скользнул двумя пальцами одновременно. Исак задыхался, его зрение расфокусировалось, когда его тело почувствовало возбудители, из-за которых пальцы зарывались в растрепанные волосы Эвена. «Блять, как хорошо, Эвен!» — поощрял Исак чувственным стоном, в то время как пальцы согнулись внутри него, а губы сжались вокруг его члена. Старший так хорошо знал его тело, что ему потребовалось всего несколько секунд, чтобы потереться об особое ласковое местечко, из-за напряжения которого Исак видел звёзды, а его дыхание прерывалось ритмичными вздохами. Его спина поднималась с кровати, член проникал в рот Эвена ещё глубже. «Блять, блять, блять!» Когда Исак наклонился вперед, он потерял тепло рта, поэтому ему пришлось слегка перекатиться из стороны в сторону, чтобы убедиться, что Эвен достиг глубины обоими касаниями. Он крепко схватил волосы Эвена, сжимая веки, когда приближался к своему оргазму. Не было никакой возможности, чтобы продержаться дольше, из-за Эвена с его пошлыми прикосновениями, жаром его рта и эротическим взглядом в его глазах, который наблюдал, как его прогресс полностью разрушает Исака под ним. Эвен отстранился, и только после этого щедро обвёл по контуру свой рот кончиком языка, заставив Исака промурчать своё одобрение. Рот был заменен свободной рукой, которую он использовал, чтобы толкнуться вперёд, стоя на ногах. Во время приятного возбуждения Исака ему даже удалось высвободиться из штанов и надеть презерватив на эрекцию, которая казалась напряженной для трения. «Готов к последнему уроку?» — дразнил Эвен, подмигивая Исаку, который закинул ноги на плечи его и бессовестно развел сам себя. «Эвен», — нетерпеливо скулил Исак, который никогда не просил, чтобы его трахнули, что, казалось, бросило вызов его парню, который самодовольно ухмыльнулся, пододвигаясь и постукивая пальцами по его входу. Он выпустил непроизвольный стон, тело уже подготовлено к Эвену, но этот проклятый дразнитель нарочно тянул время, какой же он упрямый. «Что-то не похоже, что ты готов.» «Иди нахуй!» — зарычал Исак, садясь, чтобы взять Эвена за руки и потащить его вниз, к телу, чтобы жадно целовать эту пухлую губу, надутую от нетерпения Исака. «Вообще-то, ты иди нахуй», — прошептал Эвен, дразняще щипая, пока, наконец, на перестал. Он протолкнулся через первоначальное кольцо мышцы, ослабив обхват, и Исак ахнул от напряжения. Конечно, он был облапан и относился благосклонно к своему парню, однако его член был намного больше, чем пальцы, и Исак все еще изо всех сил пытался привыкнуть к размеру. Он старался сосредоточить внимание на своем дыхании и пытаться расслабить тело, чтобы позволить Эвену двигаться внутри. Поначалу Эвен был нежен, как всегда, и он внимательно следил за реакцией Исака, медленно толкаясь внутрь и возвращаясь. Исак почему-то чувствовал себя очень восприимчивым, и за это можно обвинить только Эвена, который так беспощадно дразнил своего мальчика. И по мере того, как темп увеличивался, дыхание Исака начало застревать в горле, и он издавал стоны, сопровождающие каждый толчок. Его руки карабкались по телу в поисках якоря, и Эвен еще глубже проникал в него. Ему нужна была стабильность, так как глубина пускала ещё дальше, поэтому Исак был благодарен, когда Эвен нашел его руки и сцепил их пальцы. Эвен завис, было достаточно свободно для полного проникновения. И когда он полностью вошел внутрь, голова Исака откинулась назад, и он с придыханием закрыл глаза. «Эвен!» — он ахнул, когда почувствовал, как таз вспыхивает огнем, и повторяющийся хрип от дыхания становится громче. Эвен увеличил ритм, опустив свои руки, чтобы держать Исака за бедра и сдерживать его извивающееся тело. «Тебе должно быть так хорошо, Исак!» — Эвен процедил слова сквозь стиснутые зубы, успокаивающие голубые глаза теперь были рассеянными и кружились от страсти, в то время как он взял контроль над темпом. Исак застонал в ответ, чувствуя, что толчки увеличиваются в ритме, и его тело сотрясается с каждым ударом. Эвен чувствовал себя внушительно большим внутри него, он использовал каждый дюйм, чтобы вызвать неописуемое удовольствие, которое Исак полностью поглотил и скулил из-за этого поразительного прикосновения, чтобы привести его к вершинам своей кульминации. Его парень исследовал все области его тела за все время их отношений, поэтому он знал, черт возьми, и специально избегал удара по этому ласковому местечку, чтобы еще больше дразнить. Исак попытался поворачивать бедра в соответствии с толчками Эвена, пытаясь заставить его попасть в то место, из-за которого звёзды танцевали в его глазах, и электричество простреливало его систему. «Ты отлично сдашь экзамен, Исак», — хмыкнул Эвен, глядя на ошеломленное выражение лица Исака, который с трудом удерживал свой взгляд, прежде чем сжать глаза и сопротивляться своим стоном бессвязной болтовне, которая могла бы только рассмешить. Его лицо горело, черт возьми, все его тело как будто закипало, и с каждым прикосновением Исак поднимался все выше и выше, пока не был готов сдаться, даже если Эвен попадет в то место. Он прекрасно понимал, что Эвен ждет ответа, однако Исак был просто неспособен ответить, когда его свободные руки пробирались по его телу к коже Эвена, которая притягивала его прикоснуться к ней. «Скажи это, Исак», — побудил он, голубые глаза угрожающе наблюдали за разрушающимся рассудком. «Скажи мне, как хорошо ты собираешься это сделать.» «Я-я собираюсь–», — Исак не мог закончить фразу, Эвен начал направлять свои толчки в то место, которое заставило Исака раскрыться быстрее, чем его бегущие мысли только могли себе вообразить. «Ох, блять, Эвен!» — Исак вскрикнул, запрокинув голову и схватившись за край кровати, чтобы удержать тело. Теперь младший знал о том, что он стонал имя Эвена снова и снова, и хотя ему должно быть стыдно, самодовольный ублюдок, вероятно, наслаждался этим, поэтому Исак едва ли подвергал цензуре свои звуки, когда приближался к кульминации. Блаженные ощущения переполняли его. Из-за Эвена, погруженного так глубоко, Исак чувствовал зажигающий кайф, и это приводило его тело к оргазму, который задержался надолго. Он настал с задушенным криком, губы остались без воздуха, и брови раздвинулись в выражении облегчения. В этот экстатический момент его тело стало невесомым, его спина выгнулась на кровати, и мышцы сжались. Белый свет ослепил его, когда чувство эйфории, которое, казалось, собралось продолжаться, стихло. И, как только Исак пришел в себя, он почувствовал, что Эвен ускоряет свой темп с повторяющимися толчками против его простаты, чтобы продлить свой оргазм до тех пор, пока дыхание Исака и сжатые мышцы не позволят ему освободиться. Эвен кончил с прерывистым мычанием, его тяжелое дыхание заполнило комнату, поскольку теплая жидкость была выплеснута прямо в презерватив. «О, святые угодники! Исак, это… это невероятно», — запыхался Эвен, его дикие голубые глаза вернулись в обычное состояние, а на губах появилась улыбка. Исак хотел изобразить утешительный взгляд, однако его чувства только сейчас начали возвращаться, когда он спустился с изнурительно стимулирующего максимума. Он чувствовал себя разбитым, абсолютно разрушенным экспертными поцелуями Эвена и его захватывающими прикосновениями, поэтому Исак просто лежал на спине, рот открылся в тяжелой одышке, а широкие глаза мигали от звезд, плывущих перед лицом. Будучи очень чувствительным, Исак прошипел, когда Эвен покинул его тело, и хотя он был в нем не полностью, младший все еще чувствовал это, как будто вилку выдернули из его тела. Его ноги упали, свисая с кровати, а руки Исака медленно начали бродить по его собственной груди и телу, чтобы убедиться, что его сердце не выпрыгнуло из грудной клетки, и что его нижняя половина все еще была прикреплена к верхней. Эвен выскользнул из презерватива, завязав узел на конце и выбросил его. Потом он взял несколько салфеток и начал мягко вытирать собственный беспорядок Исак на нижней части живота. Хотя младший был вполне способен очистить себя, он жадно позволил своему парню проявить ответственность, потому и приподнялся на локтях, чтобы посмотреть на это с ленивой улыбкой. Казалось, чем грубее секс, тем больше Эвен ухаживал за ним после, и Исак едва ли мог протестовать против нежных поцелуев, пока старший приводил его тело в порядок. «Если ты приложишь столько же усилий к своему тесту, как и к сексу, то я уверен, что у тебя не будет проблем», — Эвен улыбнулся, и, пожалуй, это было лучшим зрелищем из всех, и Исак не мог удержаться от того, чтобы не проследить за опухшими губами, в то время как одеяло накрыло их тела. «Усилий? Я всего лишь раздвинул ноги», — засмеялся Исак, глядя в сонные голубые глаза. Эвен улегся так, что он был прямо повернут к нему, подперев голову рукой и свободной рукой обводя круги на голой груди Исака. «Ну, я не хотел слишком напрягать тебя перед тестом. Ты должен дать отдых своему хорошенькому маленькому мозгу», — Эвен быстро поцеловал его после того, как Исак фыркнул в недоумении. «Просто вспомни об этом, когда завтра будешь напряжен». «Вспомнить это?» — Исак усомнился в осуждающем тоне. «Вспомнить это? Как, черт возьми, я смогу сосредоточиться на чем-то еще, если все, о чем я могу думать, — это твои губы, спускающиеся по моему телу в гипогастральную область?» — Исак говорил раздраженно, хоть это было не так, но этот его тон заставил Эвена скулить о прощении, прислонившись носом к его и прижав их лбы друг к другу, так что он почувствовал, как теплое дыхание щекочет его щеку. «Значит, теперь не только я тебя трахаю, но и твой тест тоже», — пошутил Эвен, и Исак на самом деле рассмеялся, несмотря на то, насколько болезненно верным это утверждение, вероятно, было. «Кстати, » — добавил он, — «получается, ты действительно будешь спать всю ночь, а не беспокоиться об этом». «Хм», — промурлыкал Исак, закрыв тяжелые глаза и перекатившись в утешительные объятия, свое неофициальное соглашение. Он чувствовал, как длинные пальцы расчесывают его волосы, не торопясь массируют кожу головы и игриво крутят пряди. Оба знали, что волосы Исака действовали как обманывающий возбудитель, который мгновенно успокаивал его в спокойном состоянии полусознания, где Исак мог только чувствовать ритмичные вдохи против его лба и слушать замедление сердечного ритма. Несмотря на то, что он засыпал, он знал о тепле, обеспечиваемым его парнем и одеялом, и он знал, что его блуждающий ум был более чем благодарен за удовольствие, которое он получил, а не за то, насколько он не был готов к завтрашнему экзамену. «Думаю, это было лучше, чем учиться», — признался Исак, хоть и держал глаза закрытыми, чтобы избежать усмешки, вероятно, распространяющейся на губах старшего. Он поцеловал Исака в лоб. Возможно, это было извинением за то, что отвлек его, или благодарностью за то, что тот позволил себе отвлечься. В конце концов, это не имело значения. У Эвена был талант раздражать его, и они оба знали, что Исак всегда простит это.