"Хватит течь!" или "Я ищу себе царицу сердца".

POV Влад. — Аааа! Вот это просто аго-о-онь, Владос! — вопил Батурин, когда я уже на утре закончил запись очередной песни для нового альбома. Я был выжат, обесточен, измотан, но безумно доволен: песенка получилась в моём стиле: эротичная, пошленькая. Я уже вытирал полотенцем лицо и мечтал, как сейчас приеду домой, постою под тёплым душем и грохнусь в постельку, без завтрака. Но тут на пороге студии появилась Яна: — Ну что там, Владюш? — ласково зарылась она пальчиками в мою чёлку и мягко прикоснулась губами к моей шее, окутав безумно приятным флёром дорогих духов. Вместо ответа я поставил только что записанную песню: «Хватит, хватит, Хватит течь! Я помечен, Ты от взгляда начинаешь течь. Я устрою тебе, сука, Лучший худший вечер. Я подрезал твое эго, Оголяю нервы. Ты на мне, надоела, Падай на колени..» — Я никогда не сомневалась, Владюш, что ты талантлив, — заглянула Яна в мои усталые глаза. И задержала взгляд. Чёрт, меня с некоторых пор просто вымораживает, когда мне долго смотрят в глаза! Да что вы там увидеть-то хотите?! Зрачки мои наркоманские? Да, употребляю иногда, я совсем не примерный, примерных тут километры. Зато потом, после отходоса, просто охуеваю от написанных мною под кайфом текстов и мелодий; от видосов на ай-фоне, где я ебу шлюх, словно дьявол. И Яну Александровну, если уж будет сильно доставать своими томными взглядами и недвусмысленными намёками, я отъебу только после двух чеков. По-другому никак: мама друга всё же, стыдно мне чутка. — Ян, я домой поеду, — поднялся я с кресла, чтобы избавиться от похотливого обстрела её карих глаз. — Хочешь, подвезу? — предложила она. — Не, я в порядке, — отказался я с улыбкой. Уж слишком у тебя щёчки зарумянились, Яна Александровна, пока ты пялилась на мои губы. — Владь, — она как-то мечтательно посмотрела в окно, — а что если нам клип на эту песню снять? Пошлый и развратный? — Я не против, — облизнул я губы и снова чуть улыбнулся: Янку, похоже, понесло после столь откровенных куплетов. — И знаешь что? На женскую роль пригласим какую-нибудь девушку, замешанную в грязном секс-скандале, — продолжала она, накручивая на пальчик прядь своих белокурых волос. — Надеюсь, это будет не Шурыгина? — насторожился я. Терпеть не могу эту шкуру и весь хайп вокруг неё! — Не-е-ет! — скривилась Яна. — Я подумаю. И ты подумай. Она грациозно поднялась с кресла, попрощалась и вышла из студии. А ко мне с возбуждённым взглядом гормонально-нестабильного самца подлетел Коляс: — Владосик! Миленький! — затормошил он меня, словно Тузик новую резиновую игрушку. — Я знаю такую! Саша Травка, слыхал? — Чё-то знакомое, — попытался включить я свой уставший мозг. — Кто это? — Бля, братан! Ты совсем со своим альбомом от жизни отстал! — засуетился Колька, доставая свой ай-фон. — Сейчас я тебе покажу видосик. Бля, она такая отвязная! Сертификат обольстительницы и соблазнительницы мужчин имеет. А это — типа её дипломная работа, смотри! Коляс повернул мне ай-фон и с горящими глазками затаил дыхание. На видео какой-то кекс трахал аппетитную такую сучечку на ночной набережной Москвы-реки. Ритмично так долбил, с остановочками. А её подруга всё это снимала, да ещё и советы по ходу процесса давала. — Бля-я-я, Владос, ну ты смари! — просто поскуливал от щенячьего восторга Колясик. — Как стоит шикарно, а?! Как стонет! Как сисечки под свитером колышутся, без лифака же тёлочка. А этот чувак, глянь, палец на клиторе походу держит, массирует. Пиздец, ей приятно, наверно! А ещё зрители, мужики тут какие-то ходят — бля, это наверно так заводит! А он ещё смари, руки так под свитер ей засунул! А-а-а, огладил так всю, сиськи ощупал, м-м-м, она так прогнулась, смари! Тёлка действительно была весьма сексапильна: стройная длинноволосая брюнетка, синие огромные глаза, пухлые губы, смачные сиськи, фигурка тренированная, на ногах татухи… Я б, наверно, тоже вдул такой сучке. — Как, говоришь, зовут-то её? — лениво спросил я. — Саша Травка. Но на самом деле она Настя Давыдова. Просто подруга у неё, которая снимает, тоже Настя. Рыбка. — Ахуеть зоопарк, — закатил я манерно глазки. — Ну и чё, ты хочешь её в клип? Так скажи об этом матери. — Ты чё?! — округлил свои и без того огромные глазищи этот мелкий. — Она ж мне нотации начнёт читать, типа мне ещё рано такие видосы смотреть. А я… Я просто залипаю на нём! По триста раз за день его гоняю и дрочу! На неё, на фотки её, на всё это её блядство. Она ведь ещё гимнастка. Представляешь, какая у неё растяжечка?! Любую позу примет, куда угодно ляжки задерёт и под любым углом раздвинет. А у неё в инсте знаешь чего написано? «Лишаю девственности и обучаю сексу». — Ты вроде лишился уже, не? — ухмыльнулся я. Во мальчика понесло-о-о! Весь в мать! — Да бля, Владос! — он так и продолжал эмоционально тормошить меня, тряся за плечо и беря под локоть. — Я обучиться хочу всем фишкам, от которых тёлочки кончают «на раз». Ну то, о чём ты мне говорил, я к сведению принял. Но нужна же прак-ти-ка! А с Травкой я пройду великолепный тренинг, бабла жалеть не буду, она мне ещё и диплом альфа-самца выпишет. — И вот значит я должен Яне её кандидатуру предложить? — с сарказмом хмыкнул я. — Ну да, Влад, мать тебя послушает! С Мирандой смотри как всё клёво вышло: ты предложил, она рассмотрела и согласилась. — Коляс, да что тебя всё на блядей-то тянет, а?! — цокнул я язычком. — За тобой такие девочки бегают, юные нимфеточки, свеженькие, раскрепощённые. А ты всё на мой контингент заришься. Кстати, сколько ей? — Двадцать три. — Еба-ать, мелкий! — прикрыл я глаза ладонью. — Ну, а чё, Владос? Я ебаться хочу, аж скулы сводит! Минета нормального хочу, глубокого, постоянно! Сиськи большие упругие щупать, стоны страстные слышать… А с нимфеточками что? Романтика-поцелуйчики? Боюсь я их: я ж парень богатый, вдруг они мне в трусы сами залезут, а потом всем скажут, что я их изнасиловал? Да и непонятные они: трахаться хотят, а строят из себя невинность. Я уж лучше с Травкой. — Да, братан… Испортился ты совсем со мной, — вздохнул я. Оно и понятно: те блядовки, которых я снимал Колясу в тайне от мамы Яны для снятия напряжения, были, конечно, опытнее и сговорчивее юных куколок-одноклассниц. Но блять, как же иногда хочется замутить с другой девчонкой, не такой, как эти шлюхи. Не для секса. Для вдохновения. — Ну чё, поговоришь с мамой? — не унимался Колясик. — Поговорю, — легонько треснул я ему кулаком под рёбра. — Только вечером. Сейчас — домой и спать. А ты в школу пиздуй давай, пионЭр. — Бля, Владос! Если всё получится — я тебе девственницу подгоню для твоих утех, хочешь? — всё ещё горели глазки у мелкого. — Там увидим, — неопределённо махнул я рукой и погнал домой. В голове крутилась фраза Коляса: «Она имеет сертификат соблазнительницы мужчин»! Пиздец! Да у каждой тёлки этот сертификат с рождения между ног имеется! И незачем за него лишнее бабло платить. А мне даже интересно стало: включу-ка я неприступного, чего она будет делать? Как меня соблазнять? Скажу, что Яну люблю. Безответно. Аххах, сучка-Травка, мне тебя уже жаль!