I'm still loving you

Конгфоб ушел, Нари успокоила Ваан, но у самой на душе было неспокойно. Как бы ей ни нравился сам факт того, что Конг влюблен в мужчину, где-то здесь в одной из палат лежит мальчик, который ее внук. Как бы она ни убеждала себя, что в союзе двух мужчин нормальные дети не рождаются, хотелось просто увидеть ребенка, убедиться, что в нем нет ничего от Конга, от их семьи и спокойно уехать. Поэтому, когда мимо них по коридору шла медсестра, Нари остановила ее и спросила: — Скажите, здесь лежит мальчик, Тум… — К нему нельзя, а вообще, без разрешения его отца к нему никого не пускают, — ответила девушка. — Мне бы просто взглянуть на него. Одну минуту? — не отставала женщина. Ваан встала рядом, ожидая, чем окончится диалог. — Его палата оснащена окном-зеркалом. Можете подойти и посмотреть, но внутрь вас никто не впустит. В моем присутствии, — строго сказала Карен, которой влетело от Джая после того, как Конг случайно встретился с Тумом. — Пойдемте! — Нари взяла Ваан под руку и потащила за собой, готовая взглянуть на мальчика, как на чужого, и забыть о его существовании. Когда они подошли к палате, мальчик просыпался. Он потер глаза и сел на кровати, сонно оглядываясь, и Нари на миг замерла: взгляд, черты лица, какие-то едва уловимые жесты и движения — ребенок оказался очень похож на Конга, когда тот был в его возрасте. — Господи, — прошептала женщина одними губами, не в силах отвести взгляд, а Ваан смотрела и ненавидела. Потому что у Артита уже много лет было то, чего не было у нее. Не выдержав, она развернулась на каблуках и ушла из коридора, а Нари так и осталась стоять, видя, как медсестра дает мальчику попить и снова укладывает в постели, обещая, что папа утром придет, а пока ему сюда нельзя. Тум, на удивление, просто кивает и просит разбудить, когда папа приедет. Конг был более капризным в детстве. «От него», — подумала она, понимая, что былая злость к этому мужчине с красивым лицом и грустными глазами если не исчезла, то стала меньше. А этот мальчик… Как бы она себе ни убеждала в обратном, в нем течет и кровь их семьи. Ее кровь. Она стояла так, пока кто-то не коснулся ее плеча: — Вы что тут творите? — Крекрай говорил тихо, но, судя по тону, был зол. — Зачем притащились в больницу? Где Артит? — Уехал со своим врачом. Похоже, он больше не один… — прошептала Нари, а Крекрай увидел, на кого смотрит его жена. — Это Тум? — совершенно другим тоном проговорил он. — Это наш внук? Как думаешь, он похож на Конга? — К сожалению, даже слишком, — горько отозвалась Нари. — Взял лучшее от обоих, видимо. Конг был прав: у мальчика его глаза. — А значит, и твои, Нари, — хмыкнул Крекрай. — Долго упираться будешь, пытаясь все решить за детей? — Да что тут решать? Артит сегодня ясно дал понять, что Конг ему не нужен, — отмахнулась женщина. — И если наш сын будет упрямиться, то потеряет свою семью и вообще останется один. — А как же то, что у Артита будет еще один ребенок? — Будет. Но, похоже, это не та причина, из-за которой они могут опять быть вместе, — улыбнулась Нари, невольно возвращаясь взглядом к ребенку. Сложись все иначе, она бы давно могла нянчить его, заботиться, могла войти в палату и посидеть рядом у его кровати… Нари тряхнула головой, отгоняя ностальгические мысли, а Крекрай вдруг спросил: — Что он тебе сделал? — Кто? — Артит. Я знаю его только с хорошей стороны. Старательный, умный, ответственный, хорошо воспитанный. И не скажешь, что давно сирота. Всего сам добился в жизни, за Конгом постоянно присматривал на правах старшего, и рядом с ним наш сын становился взрослее, ответственнее, перестал вести себя, как избалованный мальчишка. Однажды сказал даже, что если бы не Артит, он бы не стал поступать на инженерный и учиться там не стал. Он учился там не ради нашего с тобой желания, а ради того, чтобы доказать своему наставнику, что достоин быть его студентом, его младшим. А потом ему самому понравилось. Если ты думаешь, что между ними была какая-то низменная похоть и всё, то ты абсолютно не права. Они были полноценной парой с кучей общих интересов, отлаженным бытом, с общей профессией. Если честно, я надеялся, что Артит будет в конце-концов работать у нас. Талантливый парень. У них было будущее, Нари. Это будущее сейчас спит в палате. У них могла быть нормальная семья. Так почему ты влезла? — Крекрай, нормальная семья — это мужчина и женщина. То, что не так давно у мужчин наблюдается эта проклятая мутация — ошибка природы. Моя семья была очень консервативной, ты знаешь. А знаешь, что случилось с моим отцом? — Ты говорила, он умер до нашей встречи. — Нет, милый. В свои сорок он обрюхатил какого-то мужика, урода с Т-генной мутацией, и ушел от мамы к нему. Какой позор, Господи… Я знаю, что ребенок родился с серьезными психическими отклонениями. Потому что не может быть детей у двух мужиков! Поэтому я не приемлю такие отношения. И пусть Конг приводит в дом хоть шлюху, хоть вдову, хоть мою ровесницу, но я никогда не приму его отношений с мужчиной! — выдала Нари тираду, а Крекрай только ответил: — В Бангкоке я запишу тебя к психоаналитику. *** — Едем ко мне? — еще раз уточнил Джай на парковке, видя, как Конг выбежал из больницы, ища взглядом машину и вскоре встречаясь с ним глазами. — Мне нужно домой, — отозвался Артит. — Но… — Мне нужно забрать кое-какие вещи и кота покормить! — выдал мужчина смущенно. — Кота? — улыбнулся Джай. — По размерам — это уже котяра, и если я оставлю его без корма, он погрызет мебель и подерет обои, — улыбнулся Артит, вспоминая, что они с Тумом обнаружили, когда на сутки уезжали за город. Поначалу из-за бардака они решили, что квартиру ограбили, но придраные обои развеяли загадку. — Поехали. Познакомишь с животинкой? — Если хочешь… Артит жил теперь не в общежитии фирмы, а небольшом уютном доме коттеджного типа: дом утопал в зелени и уже на подъезде от него веяло каким-то странным уютом. Когда они вошли, в доме был порядок, мебель и обои целы, а огромный кот с порога бросился к Артиту, вставая на задние лапы и заглядывая тому в глаза своими зелеными глазищами. Артит проводил гостя в гостиную, а сам ушел кормить животное и собирать необходимые вещи. Все уместилось в сумку, из которой он вытащил ноутбук, решая, что работать сегодня точно не будет. Кот поел и приластился к Джаю, тот с удовольствием потискал мягкую мурчащую тушку, оглядывая дом, где вперемешку лежали инженерные чертежи и детские игрушки, и подумал, что хотел бы стать частью этой маленькой семьи. Хотел бы по вечерам обнимать это рыжее чудовище, как обозвал зверя Артит, а еще больше хотел бы обнимать самого Артита. Но стоило появиться здесь отцу его детей, как Джай понял все без слов. Недаром Нотт говорил, что Артит безумно любил этого человека. Он мог сколько угодно говорить себе, что не хочет от Конгфоба ничего, но надо быть идиотом, чтобы не понимать, что эта любовь еще жива. У обоих. Он решил, что просто будет рядом, будет помогать, если понадобится, вот только свою глупую влюбленность надо задушить. Артит никогда не будет принадлежать ему. А хозяин дома уже собрался и стоял в гостиной, перекинув ремень небольшой сумки через плечо: — Ну так что? Мы можем поехать. Или остаться здесь. Продукты для ужина у меня есть. Телевизор тоже. — Как хочешь. У меня есть сменная одежда в машине и тот травяной сбор, что я обещал тебе. Устал? — Если честно, хотел бы заснуть в своей кровати, — Артит снял сумку с плеча. — Так что? — Тогда я займусь фильмом и чаем, а ты едой. Я схожу за вещами, — решил Джай. Наверное, Артит действительно чувствовал себя неуютно при мысли, что придется куда-то ехать и ночевать в чужом доме. Но напрашиваться к нему Джай постеснялся. А теперь, получается, он приглашен. Сменная одежда, а еще запасные футболка и шорты у него были всегда, ведь он часто оставался в больнице, поэтому врач взял все необходимое и вернулся. Артит уже тоже и сам успел переодеться в домашнее и выглядел в этом настолько уютным, что у Джая на миг перехватило горло, он откашлялся и спросил, где ванная, чтобы, наконец, снять строгий костюм. Артит объяснил, сказал, что он может принять душ и закинуть вещи в стиральную машину, и вернулся на кухню. Когда Джай закончил с водными процедурами, из столовой доносился настолько приятный аромат, что доктор тут же вспомнил, что они оба толком не обедали сегодня, и пошел на запах. Оказавшись на кухне и увидев Артита за этими простыми, бытовыми, хлопотами, Джай не сдержался и выдал: — Вот как в тебя не влюбиться? Душу бы продал за то, если бы мне кто-то вот так готовил по-вечерам… Артит смутился, немного краснея, а потом лишь усмехнулся в ответ: — Если учесть, что ты покупаешь в палатке возле больницы, тебе любая еда деликатесом покажется. Даже если я заварю лапшу быстрого приготовления. Шутка сняла неловкость, и последующий ужин и просмотр фильма прошел в более непринужденной обстановке. Джай нахваливал еду, а потом спросил, как Артит относится к японскому аниме. Артит к нему относился, и Джай скачал до одури смешную полнометражку, после чего оба два часа качали пресс смехом. Артит поймал себя на мысли, что сто лет так не веселился. Чай начал действовать, и он стал зевать. Тогда Артит постелил доктору в комнате для гостей, но, прежде чем уйти, Джай задал неожиданный вопрос: — Твой срок — примерно месяц, верно? — Ага, — отозвался сонно Артит. — Это значит, что примерно через пару недель начнется еще одна гормональная перестройка… — Не напоминай, — отмахнулся Артит. — Он понимал, к чему клонит Джай. В прошлый раз, едва он приехал в Чиангмай, на три или четыре дня ему пришлось выпасть из реальности в борьбе с собственным телом: на раннем сроке у мужчин наблюдается резкий скачок тестостерона, и его пик — это повышенная сексуальная возбудимость. Если говорить нормальным языком, то это практически постоянный стояк, с которым самостоятельно справиться не удастся. И выхода три — понизить тестостерон медикаментозно, перетерпеть… или устроить сексуальный марафон со своим партнером. Последнее — самое полезное, но, учитывая ситуацию Артита, не самое возможное. — Артит, я к чему говорю. Мы с Фанг говорили об этом вчера. Из-за угрозы выкидыша тебе таблетки гормональные пить нельзя. Воздержание, как ты понимаешь, тоже стресс для организма, и… — И что вы предлагаете? Снять мальчика на пару дней? — усмехнулся Артит, понимая, что влип. В прошлый раз, благодаря таблеткам, проблема решилась почти безболезненно, хотя и доставила дискомфорт, а сейчас… — Плохая идея. Ты будешь в нестабильном эмоциональном состоянии. И рядом должен быть тот, кто будет о тебе заботиться, не причинит вреда… — Я понимаю, к чему ты клонишь, Джай. Прости, но нет, — прошептал Артит. — Тогда Фанг скажет Ему. Подумай, чего хочешь сам. Ты должен заботиться и о себе, и о малыше. Я не хотел говорить сегодня, но, думаю, тебе понадобится время, чтобы решить, что ты будешь с этим делать. Или у тебя есть третий вариант? — добавил Джай. — Да у меня и первого-то нет! — устало ответил Артит, укутываясь в одеяло. — Подумаю об этом завтра. — Ты прав. Засыпай… — Джай выключил свет, а Артит, уже засыпая, подумал о том, каково это будет с Ним. Снова. Когда Он будет знать, что с ним, под ним, его бывший наставник, а не клубная шлюха? Нет, лучше не думать об этом…