I'm still loving you

Как ни обещал себе Артит подумать об этом завтра, потом — послезавтра, время летело быстро. Туму стало немного лучше, на работе было напряжно по причине появления нового проблемного заказа, а Конгфоб, узнавший его номер, ведь Артит сам ему позвонил со своего мобильного, теперь обрывал телефон и периодически караулил его у онкоцентра. В связи со всеми этими делами, заботами и неурядицами Артит напрочь забыл позвонить одному «боевому другу», с которым иногда снимал сексуальное напряжение — они были знакомы еще с университетских времен, приятель был убежденным холостяком, а Артита серьезные отношения тоже не интересовали, и редкие встречи устраивали обоих. Поэтому сейчас, идя на плановый прием и ощущая давно забытую слабость, подумал, что все же стоило договориться заранее — Трой часто катался по командировкам, и его может не быть в городе. И тогда его состояние действительно станет проблемой. В медицинском кабинете Фанг разглядывала его анализы, констатируя: — Такими темпами тебя накроет завтра во второй половине дня. Мы уже обсуждали, что на сей раз я не могу дать тебе гормональные препараты. Реакция организма непредсказуема. Ты решил, как будешь справляться? — Я выбрал звонок другу, — передразнил Артит одно известное телешоу. — Нотта я тебе не отдам! — хохотнула Фанг. — А если серьезно? — А если серьезно, у меня есть тот, с кем я могу провести парочку горячих ночей, — усмехнулся Артит. Когда Джай спросил его о третьем варианте, Артит подумал, что не станет впутывать во все это Троя. Тот поймет, что с ним что-то не то, и на вопросы придется отвечать. И вряд ли приятеля устроит имеющийся расклад: отрабатывать то, о чем должен был позаботиться другой человек. Но выбора особого не оставалось. Не шлюху же снимать, в конце концов… Хотя, если Троя нет в городе, и этот вариант покажется приемлемым. — Звони, — коротко сказала Фанг. — Чего? — Звони. Артит, ты хочешь родить здорового ребенка, и чтобы с ним было все в порядке? — не отставала врач. — Фанг, я одного не пойму. Почему вы все рассматриваете его, как пушечное мясо для Тума? Да, если бы не болезнь Тума, я бы, наверное, не решился снова на такое. Но это не значит, что я не хочу этого ребенка, ясно? — вспыхнул Артит. — И мне не плевать на него! — Тогда ты должен понимать, что в ближайшие два-три дня секс для тебя — это не блажь и прихоть, а прямое медицинское назначение. И я всего лишь хочу убедиться, что ты в точности его исполнишь! — Ладно, — Артит достал телефон, нашел номер в списке контактов и сбросил вызов. Трубку взяли, и под удивленный взгляд Фанг мужчина весело выдал в трубку: — Целую, нагибаю! В трубке так весело отозвались: — Нагнулся в ожидании, Солнце! Как дела? — Отлично. Образовалась пара свободных вечеров. Как насчет отвязного гейского секса? — Фанг краснела, Артит едва сдерживал смех, следя за ее реакцией, но Трой разочарованно ответил: — Блин, ну почему ты вчера не позвонил? Я бы не уехал. Теперь вернусь в Чиангмай, когда твои свободные вечера закончатся… — Да уж, тупанул. Ладно, извини за ложный вызов! — улыбнулся Артит. — Позвони мне еще, подниматель… настроения! — игриво прозвучало в трубке, и Трой отключился. — Закон подлости в действии, — протянул Артит. Фанг все еще удивленно смотрела на него, а тот, в свою очередь, на нее: — Слушай, я молодой свободный мужчина, в монастырь не уходил, вроде… что за взгляд? — все-таки расхохотался он, а Фанг легонько пихнула его в плечо: — Завязывай, «подниматель настроения»! Точно не пущу к тебе больше Нотта ночевать. А тебе предлагаю «пятьдесят на пятьдесят». — То есть? — Джай или Конг? — Я выбираю помощь зала, — уже на выходе ответил в том же тоне Артит. — Конг — нет, мне и одного раза хватило на всю жизнь. А Джай… тебе его не жаль? Будет на что-то надеяться. Или не будет, но все равно не очень-то приятно спать с тем, кто тебе нравится, зная, что не нужен этому человеку. Я ведь прав, Фанг? — Я бы на твоем месте о себе думала… — Так окажись на моем месте, осчастливь мне друга. Он сына хочет, — улыбнулся Артит и вышел из кабинета, говоря: — Я сам с этим разберусь. — Не разберешься, — прошептала Фанг и поблагодарила небеса за свою фотографическую память, позволяющую держать в голове кучу данных. Номер на визитке, что оставил Конгфоб Артиту, она выучила с первого раза. А потому, недолго думая, набрала номер: — Кхун’Конгфоб? — Да, кто это? — с недавнего времени Конг начал отвечать на все звонки с неизвестных номеров. К Туму его не пускали по просьбе Артита и распоряжению доктора. Артит за все эти дни не ответил ни на один звонок и ни разу не заговорил с ним у больницы. Конг вычислил, где теперь живет его пи, но не решился стучать в дверь, потому что Артит мог вызвать полицию и наложить судебный запрет. Тогда они точно не поговорят нормально… А он еще хотел наладить отношения: не через скандалы и глупое сталкерство. — Меня зовут Фанг, я лечащий врач Артита, — представилась девушка. — Вы не могли бы уделить мне немного времени? — Что-то случилось? — беспокойство тут же пробежалось по венам, а ладони неприятно вспотели, но Конг терпеливо ждал ответа. — Будет лучше, если мы поговорим лично, — ответили ему. — Запишите адрес. Конг не помнил, как доехал до больницы, наверное, нарушил пару-тройку правил, влетел в названный Фанг кабинет, но Артита там не было, женщина спокойно разбирала документы. — Что случилось? — выпалил он, Фанг посмотрела на него, а потом улыбнулась: — Выдохни, парень. Все в порядке. Разве я сказала, что произошло что-то плохое? — Фанг намеренно сохранила интригу, хотела посмотреть, как этот Конгфоб отреагирует на неопределенную новость о самочувствии Артита. Судя по взъерошенному и взбудораженному виду, отреагировал мужчина бурно. Но больше всего информации давали глаза, которые так и кричали о неподдельном волнении, если не страхе за Артита. Ему точно не было плевать. — Так с Артитом все хорошо? — с облегчением спросил Конг, садясь на кушетку в кабинете. — А ребенок? — И с ним все в порядке. — Тогда… — Почему я позвонила? — Фанг рассматривала Конга, думая, что у Артита неплохой вкус. Второй отец Тума был запоминающимся: и внешне, и внутренне — было в нем что-то цепляющее и располагающее к себе. — Во-первых, хотела лично познакомиться с единственным мужчиной, которому мой муж хочет оторвать яйца, — выдала она, и Конгфоб понял, что ничего не понимает: — Ваш муж-то здесь причем? — Имя Нотт вам о чем-нибудь говорит? — Так вы — жена пи’Нотта? — удивленно выдохнул Конг. — Да, но лечащим врачом я стала раньше. Семь лет назад Артит попал ко мне на операционный стол с угрозой прерывания беременности. К счастью, до операции дело не дошло, ребенка сохранили. — Как он? — Кто? — Тум, — пояснил Конг. — Если вы дружны с Артитом, то, наверняка, знаете? Ему помогло переливание? — Ему гораздо лучше. Если и дальше будет так, его выпишут через пару недель, — вновь улыбнулась Фанг, вспоминая милого малыша, которого первой взяла на руки, помогая появиться на свет. — Но я тебя позвала по другому поводу. Можно на ты? Я хочу спросить тебя: чего ты хочешь сейчас от Артита? Зачем приехал и преследуешь его? У тебя есть жена, верно? — Уже нет. Мы разводимся. Чего я хочу от Артита? Ничего, кроме ребенка. И его самого, — горько усмехнулся Конг. — На самом деле, я приехал сюда вернуть ему одну вещь. Тогда, семь лет назад, она для него много значила, как и для меня. Но вместо этого узнал правду, которую должен был узнать еще до рождения Тума. Я причинил Артиту много боли, обвинив в том, в чем он никогда не был виноват. Сейчас я хочу исправить это, но не знаю, как. Я ответил? — Вполне. Ответь на последний вопрос, хорошо? — теперь Фанг смотрела серьезно, даже с неким сочувствием. — Ты любишь его или просто чувствуешь вину? — Даже не знаю, что выбрать, — Конг смотрел куда-то сквозь свою собеседницу, мыслями находясь не здесь, а там — в их прошлом, которое предопределило настоящее и, возможно, будущее. — Конечно, я чувствую вину. Потому что виноват и перед ним, и перед нашим сыном. Но я хочу быть рядом сейчас не потому, что задолжал ему за все эти годы. Да, я люблю его. Думаю, как много времени потерял, как много лишнего наговорил, думаю о том, что он давно научился жить без меня, а сын и вовсе не знает меня. И понятия не имею, что делать. Извините, кажется, меня уже заносит. Ваш кабинет создает иллюзию кабинета психоаналитика. — Я не против им побыть, — Фанг вздохнула, принимая решение. Да, Артиту оно не понравится, но она увидела то, что хотела. Нотт был прав: похоже, их любовь была слишком сильной, чтобы угаснуть даже спустя годы. И если этот мужчина говорит правду, еще есть шанс, что Артит будет немного счастливее, чем сейчас. Дети — это всегда радость, но тяжело видеть в них продолжение своего любимого, которого нет и не будет рядом. А так — быть может, они смогут спустя годы возродить отношения. Уж очень не хотелось, чтобы Артит, этот действительно солнечный, яркий мужчина, растрачивал себя на мелкие интрижки типа Троя или отвечал взаимностью кому-то из жалости, как это светило Джаю. Было что-то в Конге и Артите, что делало их парой даже без оглядки на детей: может, взгляд, может, какая-то особая химия, которая бывает только между двумя очень близкими людьми и не исчезает даже спустя годы, через города и взаимные обиды. Конг молчал, не уходил, а потом все же оторвал Фанг от размышлений. — Вы хотите еще о чем-то поговорить, или мне уйти? — Подожди. Ты действительно хочешь быть с ним рядом? — не дала Фанг уйти. — Я уже сказал. — Артит упрямый, никогда не попросит тебя ни о чем, ты же понимаешь? — Мы были вместе пять лет. Будете мне рассказывать, какой он? — фыркнул Конг. Упрямство его пи было притчей во языцах всего факультета. — Но это не значит, что помощь ему не нужна. Конг, ты ведь знаешь, чем для мужчины чреваты осложнения при вынашивании ребенка, верно? По сути, ваш организм долгое время не был на это рассчитан. А Артит… он сильный человек, никто не спорит. Но сейчас ему вдвойне тяжело: не столько физически (в прошлый раз он работал до самых родов, ничего с ним сделать не могла), сколько морально, понимаешь? Он волнуется за сына, волнуется за вашего второго ребенка, по-прежнему много работает, хотя Нотт и пытается посадить его хотя бы на больничный. Твоя мать и жена недавно ему сцену устроили, ты появился. Он не говорит об этом, но одному Богу известно, что сейчас творится у него в голове. — Советуете мне, как говорит Артит, «уйти в туман»? — прямо спрашивает Конг. — Как раз наоборот. Если любишь его и готов быть терпеливым. Он будет отталкивать тебя еще долго, но сейчас ему нужен человек, который сможет присматривать за ним и заботиться. Мы с друзьями, конечно, делаем все, что в наших силах. Но не сможем сделать то, на что способен партнер. И сейчас как раз такой случай. — Так в чем все-таки дело? — Конг от понимания, что друг Артита его, вроде как, не гонит, немного воспрянул духом: может, есть еще шанс, черт возьми? Фанг объяснила. Проинструктировала, что купить в аптеке, дала адрес и сказала завтра вечером быть у Артита на пороге. — Он не впустит, да и вряд ли позволит… — начал Конг, когда первая радость немного отступила, и включился разум. — Впустит — это я гарантирую. А вот насчет остального: можно сказать, у него медицинское назначение, — парировала Фанг. — Я, значит, опять подвернулся за неимением других вариантов? — грустно прошептал Конг, понимая, к чему этот допрос с пристрастием. — После нашего разговора я думаю, что ты — лучший вариант для него, как и он для тебя. Просто ему нужно доказать это. Если он действительно дорог тебе, сделай так, чтобы он позволил тебе быть рядом. Ему нужен сейчас тот, кто может поддержать и помочь. Ты прав, есть те, кто хотел бы занять это место. Но он один семь лет. Это о чем-то да говорит, верно? Но учти: причинишь ему боль, я помогу Нотту с его первоначальным планом. Скальпели у меня острые. — Вы с ним подходите друг другу, — улыбнулся Конг, уходя. Фанг была живым огнем рядом с тихим и спокойным Ноттом. Он был рад за старого друга. Хоть у того все хорошо… Джай позвонил, едва Конг ушел. — Ну? — Отбой, Джай. Твоя помощь точно не понадобится. — Но кто тогда… — Тот, кто и должен с ним быть сейчас. Я позвонила Конгфобу. Джай бросил трубку, Фанг хотела перезвонить, но что-то подсказывало, что она все сделала правильно.