Birds of a Feather

- Скажи мне это, ну же. Я должен. Знать. Правду. Зайя вздохнула и отодвинула в сторону низко нависшую ветку, так и норовящую хлестнуть по лицу. - Просто сделай, как я прошу. Пожалуйста. Ракан возмущенно сопел позади и это единственный звук, который до неё доносился. В старом лесу было тихо и вязко. Настолько, что увязнуть можно не только лапами в размытой дождем тропе, но и сознанием в тишине. Место дурное – чтобы понять это, достаточно провести в нём две минуты. А они петляли уже как минимум два часа. Говорить не хотелось, лес будто слышал их, и не хотелось думать о том, что сделало его таким – покинувшая эти места магия или пожар, явно бушевавший здесь несколько лет назад. Впрочем, находиться в нем тоже не хотелось. Но Ракан не был бы собой, если бы не завел в таком месте светскую беседу. - И всё же… Это бесполезно. Он не уймется пока не получит ответ. Зайя набрала в грудь воздуха и развернулась, чтобы выдать всё сразу. - Нет, я прошу тебя не тратить силы на чепуху не потому, что тебе не идет зеленый. А потому что здесь не стоит привлекать внимание. - Какое счастье! – с облегчением выдохнул Ракан. – Только это не зеленый, милая. Это изумрудный! Начавшие было темнеть перья на его плаще, медленно выцветали обратно в золотой. Ракан не просил объяснений, и Зайя была благодарна ему за это. Можно объяснить позже. А, может, он догадается и сам, когда они прибудут на место. Ветки деревьев застилали дорогу так плотно, что сразу становилось ясно – путники здесь появляются редко. То и дело приходилось уворачиваться от лап елей, цепляющих за плащи и волосы. Деревня показалась впереди в самый неожиданный момент, будто вынырнула из вечернего тумана и сплетения веток. Вот они ещё мгновение назад были в лесу, а вот уже стоят у его кромки, разглядывая деревянные домишки, ютящиеся в небольшой долине далеко внизу. - Здесь довольно уныло, - заметил Ракан. - Ты ждал чего-то другого? Добро пожаловать в Серые земли. Зайя направилась вперед, обходя стороной лужи и ямы. Почва под ногами была действительно серой, не каштаново-темной, цвета грязи и палых листьев, как в лесу. А влажной и серой, состоящей из пропитанного дождями пепла и пыли. По обе стороны от дороги виднелись поля и редкие заросли кустарника. Ничего этого не было здесь, когда она приходила впервые. Было пожарище и выжженная земля. Деревня встретила их привычным запахом дыма, голосами и шорохами, сплетающимися в мелодию обыденной жизни. Малочисленная, но живая – одно это уже оставляло надежду на то, что для разговоров ещё не слишком поздно. Дома, улицы, жители, провожающие их долгими и не добрыми взглядами – всё было тусклым и вялым, будто осенняя листва. Не трудно было представить, как они с Раканом выглядят со стороны – сияющие магией и полные сил. И это не могло не раздражать. Они пришли издалека, оттуда, где источники ещё не опустели, и пусть силы не так много, как было раньше, но она пока есть. Зайя поежилась, плотнее закутываясь в плащ. Ощущение ей не нравилось. Это как быть сытым во время всеобщего голода. Как быть богачом среди бедняков. Нет ничего плохого в том, как они живут. Но только не здесь. - Неужели не осталось совсем ничего? На открытом пространстве Ракан догнал ее, и они поравнялись. - Совсем ничего, - ответила Зайя. – Ноксианцы сравняли здесь с грязью всё, до чего могли дотянуться. Всё, что ты видишь вокруг, было отстроено уже после того, как они оставили эти края. Но толку? Вернулись жители. Не магия. Здесь пусто, как в пересохшем колодце. - Но ведь они как-то выживают! – удивился Ракан. – Всё это время, а ты ведь давно здесь не бывала, разве не так? Не помню, чтобы мы заходили сюда вместе. - Верно, - Зайя кивнула, - вот только Линтэн не выживают, они доживают. Идиоты упрямые! Я говорила им уходить в прошлый раз. Скажу и в этот. Но эти глупцы слишком привязаны к своей земле, чтобы покинуть её. Привязаны к тому, чего уже нет. Зайя была практически уверена в то, что её не услышат. Но лучше потратить время на это сейчас, чем дождаться пока будет слишком поздно. И винить себя потом ещё долго. - Но… но как, без магии? Это даже не существование, - удивление Ракана быстро превращалось в возмущение. - Людям достаточно построить дома, посадить урожай и собрать его – и привычный ход жизни можно считать восстановленным. Иллюзия безопасности, понимаешь? Вастайя могут быть так же привязаны к дому, как и люди. Даже если им нужна магия. Они многое готовы стерпеть, чтобы не покидать обжитых мест. Особенно эти вастайя. Догадываешься, почему? Зайя бросила взгляд на Ракана из-под капюшона. Он хмурился и был непривычно серьезен. Как бывало всегда, когда речь заходила о глупости соплеменников. - Кто-то слишком долго жил рядом с людьми? Так долго, что начал считать себя одним из них? - Угадал. Я была здесь несколько лет назад и… - Эй, Зайя, - Ракан оглянулся и указал на что-то за её спиной, - кажется, за нами следят. Проследив за его жестом, она ещё успела заметить, как темный силуэт скрылся в тени одного из домов. Однако габариты шпиона никакого страха не внушали. Зайя удивленно вскинула бровь и покосилась на Ракана. Тот загадочно усмехнулся. - Так вот, - как ни в чем не бывало, продолжала она, снова направляясь в сторону центра деревни, - я была здесь и просила их уйти. Но меня даже не захотели слушать. Возможно, теперь, когда у нас есть союзники, мне удастся… Сзади слышался шорох, и шелест, и тихие быстрые шаги. Резко остановившись, Зайя обернулась, в этот раз ей повезло больше – стайка пойманных врасплох детишек застыла на месте. Таких же бледных и серых, как всё кругом. - Попались! – воскликнула она. Дети переглянулись, но вопреки ожиданиям, не бросились врассыпную. Зайя фыркнула. А всегда срабатывало! Эти пристальные взгляды они встречали практически везде, куда бы ни шли. Сплетни и слава – дурная и не очень – шли впереди них. Где-то их встречали с благодарностью, где-то – с оружием. Но смотрели, вот так, как существ из другого мира, повсюду. Немного посомневавшись, от группы отделилась самая маленькая девчонка и сделала шаг вперед. С копной светлых волос, перьями-ушами и огромными глазами, она напоминала взъерошенного совенка, потревоженного кем-то в лесу. - Ты… ты Лиловый Ворон, правда? - А меня опять не узнали! – театрально возмутился Ракан. Очень хотелось засмеяться, но Зайя сдержалась. - Дети – не твоя аудитория, дорогой, - она склонилась и очень важно сообщила: - Правда. Только никому об этом не говори. Ребенок быстро закивал, явно впечатленный авторитетом гостей. Интересно, что здесь о них рассказывают? Удержать в секрете их появление в деревне было бы неплохо, но вастайя – последние, от кого следует это скрывать. Тем более, они с Раканом не собирались оставаться надолго. А те, кому об этом визите знать не следовало, вряд ли явятся прямо в поселение. Хотя вот тогда точно было бы что предъявить Лиге. - Ниэль! Я просила тебя не разговаривать с незнакомцами! Девчонка подпрыгнула от неожиданности и Зайя вместе с ней. Они с Раканом обернулись, как по команде. Вастайская женщина, подскочившая к ним – видимо, мать – схватила ребенка за руку. - Зачем вы пришли к нам? – зло бросила она. - Мы пришли помочь, - ответил Ракан. Взгляд незнакомки остановился на Зайе, и от ненависти в нём стало не по себе. - Ты принесешь нам войну. А тут её уже хватило сполна. Уходите! - Не раньше, чем я увижу вашего матриарха, - процедила Зайя, усилием воли пытаясь сохранять спокойствие. Давалось ей это с трудом. - Уходите! - повторила женщина. Дернув дочь за руку, она потащила её прочь. Та безвольно семенила следом, оглядываясь через плечо, будто ей хотелось вернуться и задать вопросы, которые не успела выдать до появления матери. - Теплый прием! – присвистнул Ракан. – Люблю такие моменты. Сразу вспоминаю, зачем мы делаем то, что делаем. Кажется, некоторым свобода просто ни к чему. - Не все знают, что такое свобода, но всё её заслуживают. Даже те, кто не ценит. Вастайя могут быть очень глупы. Порой даже хуже людей. Они напуганы, у них ничего не осталось, кроме собственных жизней, но даже это спасти они не хотят. И, конечно, проще обвинить её в грядущей войне, чем задуматься о том, что война приходит туда, где ей не могут противостоять. Некоторые сражения выиграют ещё до начала. Но для этого нужно то, чего у них нет, и, вероятно, уже никогда не будет – единство. То, что вастайя потеряли десятки лет назад, если не сотни, и так не смогли восстановить. И она не смогла. Плечо легко сжала рука Ракана. - Идем? – спросил он. - Да… мы уже почти пришли. Дом матриарха стоял в центре деревни – запомнилось ещё с прошлого посещения – ничем не примечательная маленькая хижина с крышей, покосившейся на одну сторону. Зайя трижды постучала костяшками пальцев в деревянную дверь. - Останешься здесь? – предложила она Ракану, - я хочу решить это сама. - Хочешь – решай. Хотя немного моего убеждения… - Может понадобиться в другой раз, но не в этот, - усмехнулась Зайя. – В этот раз я сама. А ты поищи нам пока место для ночлега, где нас не будут слишком ненавидеть. Хочется выспаться перед обратной дорогой. - О, это будет непросто, - хмыкнул Ракан. – Но я справлюсь! Местные вастайя были ниже них ростом, то ли это обычная особенность племени, то ли отсутствие магии так сказывалось. Чтобы войти в дом Зайе пришлось пригнуться. Изнутри он не освещался ни свечами, ни магией, и глаза несколько секунд привыкали к сумраку, после чего удалось рассмотреть фигуру у окна. Его тусклый свет стирал все черты, владелица дома казалась тенью. Но узнать её было легко. - Здравствуй, - сказала она. – Я знала, что ты вернешься. - И поэтому решила остаться ещё на пару лет? Не дождавшись ни приглашения, ни ответа, Зайя закрыла за собой дверь и, сделав несколько шагов, остановилась в квадрате света на полу. - Если ты знала, что я вернусь, то, верно, знаешь и зачем? - Знаю. Но за это время ничего не изменилось. Мне нечего тебе сказать. Матриарх куталась в толстую шаль, хотя в доме было совсем не холодно. Серые витки ткани заставляли её казаться круглее и больше, придавая схожести с нахохлившимся филином. Зайя на миг задумалась о том, чувствуют ли этот мир как-то по-другому те, кто были лишены магии. Как это – потерять одну из нитей, связывающих тебя с самим собой? Должно быть, физическая оболочка страдает от этого не меньше, чем то, что люди зовут душой. - Вы должны уйти, - негромко, но твердо проговорила Зайя. – Собери своё племя, и уходите. На север. Или на запад. Куда угодно, где ещё осталась магия, где есть источники. Пока не поздно. - Это - наш дом. Наши предки жили здесь сотни лет. Здесь всё, что у нас осталось. Мы не можем бросить это и уйти. Но я знаю, что ты не сможешь понять, поэтому не прошу об этом. Зайя прикрыла глаза и шепотом выругалась на вастайском. Это было как раз то, что она рассчитывала услышать. Но легче от того не становилось. - Что ты знаешь о доме? Дом – это там, где хорошо и безопасно. Хорошо ли здесь твоему племени? – Зайя махнула рукой в сторону окна. – Безопасно ли для них? То, что они так же упрямы, как и ты, ничего не значит. Их смерть будет на твоей совести! Матриарх помолчала. Привыкшие к полумраку глаза теперь четко различали лицо, покрытое паутиной морщин. Зайя прищурилась, вглядываясь в смутно знакомые черты. Прошло не так много времени, но время здесь идет быстрее, чем в других местах Ионии. Когда женщина снова заговорила, её голос зазвучал громче. - Не тебе обвинять меня в чем-либо. Это не твоё племя. Мы проводили совет, приняли решение и будет ему следовать. Это не моя воля, а воля моего народа. Так что, будь добра проявить немного уважения. Зайя рыкнула, сжав руки в кулаки. Ну, до чего упрямая. Не твоё племя. Вы все – моё племя. Все, до единого. - У меня нет уважения к тем, кто убивает свой народ! Вторую войну вам не пережить. А она, возможно, случится. Знаешь, кого видели в окрестностях этих земель? Ноксианских шпионов! Пиратские корабли снова заходят в воды Ионии. Они что-то затевают. И пусть сейчас в Институте Войны им этого не позволят, но политика в любой момент может измениться. Хочешь проверить на своём племени, что произойдет потом? Если не удается уговорить, нужно напугать. Все методы хороши. Лишь бы согнать их со здешних мест. Матриарх молчала так долго, что Зайя устала ждать. - Ты знаешь, кто я. И что я делаю. Мы вернем Ионию вастайя, - уверенно сказала она. – И вы сможете снова прийти сюда, когда восстановится магия. А пока – переждите на севере. Вы не люди. Вам нужна сила, нужна энергия. Соберите совет и уходите туда, где ещё есть жизнь. Развернувшись, Зайя быстрым шагом покинула дом матриарха. Больше говорить не о чем. Если этого не достаточно, чтобы у них в голове что-то прояснилось, то этим вастайя не поможет уже ничего. Разве что возвращение ноксианских войск. Она пыталась дважды. И на этот раз её хотя бы выслушали. А если выслушали – значит, услышали. В словах главное – успеть их произнести. Хотят их слышать или нет, не так важно. Всё равно запомнят. Ракана нигде видно не было. Зайя огляделась, но знакомые перья не мелькнули в поле зрения. В таких случаях лучшее, что можно сделать – идти на шум. Прислушиваясь, она неспешно брела вдоль домов, и вскоре действительно услышала громкие голоса и смех. Вот ведь бард. Оставишь на минуту – найдешь в компании целой толпы. И обязательно то ли поющим, то ли рассказывающим сказки. Ему нравилось внимание и восхищение окружающих. И он знал, как их заполучить. Порой это раздражало, порой – заставляло улыбаться, но всегда удивляло. Обойдя разбитую телегу у одного из домов, Зайя нырнула за угол и застыла, уставившись на неожиданную сцену. Она ожидала увидеть что угодно, но не это. Посреди деревенской площади собрались местные детишки, а в центре их круга Ракан о чем-то разглагольствовал, очень энергично размахивая руками. - … их было десятков пять, не меньше! – заявил он. – А это очень, очень много. Вы ведь знаете, сколько это? Правда? Какой-то мальчишка серьезно уточнил: - Это больше, чем пальцев на руках? - Гораздо больше! – заверил Ракан. – Это целых пять раз по две руки. Дети оживленно зашумели, видимо, оценив масштабы противостояния. Среди присутствующих была и Ниэль. Интересно, как ей удалось удрать от матери? Зайя усмехнулась и прислонилась плечом к стене дома, чтобы остаться незамеченной, скрытая сумерками. Ну-ка, и что же было потом? - Но мы не растерялись! – продолжил Ракан прерванную историю. – Хитростью и магией начали теснить их к реке, всё дальше и дальше. Подвели к логову дракона, где Зайя раскинула ловушку из кинжалов, а я – сразил противников сверхмощным заклинанием! Ракан элегантно крутанулся, подпрыгнул и приземлился точно на том же месте, чем вызвал восхищенное «ого» зрителей. Он взмахнул руками, и этот жест показался смутно знакомым. - И тут Зайя призвала лезвия обратно и все пятьдесят врагов упали замертво! Одновременно. И ни одной царапины на нас! Зайя нахмурилась. И совсем я не так призываю перья. Тем временем, Ракан низко поклонился под нестройные аплодисменты. Удивительный талант – найти благодарного зрителя в любых обстоятельствах. Решив, что лучше вмешаться до начала нового сказания, чем прерывать рассказ, Зайя вышла из своего укрытия. Ракан поймал её взгляд и вздохнул. - Кажется, пришло время прощаться, – с очевидным сожалением сообщил он своим зрителям. – Благодарю за внимание, вы прекрасная аудитория! И не забывайте слушаться родителей. Лавируя между низкорослыми вастайскими детьми, Ракан пробирался ближе. - И когда это в Ущелье можно было набирать в команду по пятьдесят чемпионов, скажи-ка мне? – поинтересовалась Зайя, едва он оказался рядом. Ракан изящным жестом пригладил волосы и расправил плечи. - История интереснее, когда художественно богата! И если в действительности она такой не была, то приукрасить – не преступление. А один Браум так и за пятерых сойдет… Зайя качнула головой, опуская ниже капюшон и пряча улыбку. - Твои истории всегда так художественно богаты! Как насчет ночлега? Успел найти что-то или был слишком занят? - Я слышу упрек в твоих словах? – театрально оскорбился Ракан. – Конечно, успел. Долго искать не пришлось – здесь всего один постоялый двор. И, думаю, нас оттуда не выгонят до утра. Он жестом поманил за собой, и Зайя побрела следом. - А с чего это ты решил детишек развлекать? – поинтересовалась она. - Они заинтересовались нами. А любой заинтересованный зритель заслуживает внимания. Хотя дети и не моя аудитория! Ах, вот в чем дело. На самом деле, Ракан нравился детям. Он был шумный и яркий, привлекал внимание, умел показывать фокусы и развлекать сказками. Но сам никогда не тяготел к ним, гораздо охотнее вешая лапшу на уши взрослым. Тем более, что это часто было на руку им обоим. - И… как они тебе? – будто между прочим через несколько шагов спросил Ракан. - Кто они? Местные дети? – не сразу поняла Зайя. Она задумалась на миг. – Их мало и они слабы. Если их идиотские родители не прислушаются к нам, то вряд ли все переживут второе вторжение Ноксуса. - Будет жаль. Эти дети умнее своих родителей. С ними непросто, их нельзя обмануть и очаровать. Их внимание и расположение можно только заслужить. - Что ж, у тебя получилось, - Зайя хохотнула. – Эта история имела успех! Они миновали несколько домов, впереди завиднелся забор, за которым возвышалось самое высокое здание в округе. В его окнах притягательно мерцали огни, обещая тепло и уют. Или хотя бы, что здесь от них осталось. Вероятнее всего, это и был постоялый двор. - Зайя… Когда всё это закончится и мы восстановим магию… Может, заведем парочку своих детей? Это будет весело! Зайя остановилась от неожиданности и Ракан тоже остановился. Она несколько раз моргнула, вглядываясь в его лицо, сквозь сгущающуюся темноту. - Ты серьезно? - Вполне! Представь, как будет здорово – научить их всему, что мы знаем и умеем. Рассказать обо всех наших приключениях. Ты никогда не думала об этом? Думала, конечно. Как они будут жить спокойной жизнью, осядут где-нибудь в северных краях, потому что там летом горные склоны так хороши и зелены, столько просторов, не тронутых никем. И, возможно, действительно заведут ребенка. Ракан бы играл с ним, и научил петь, и сочинять стихи. Зайя порой задумывалась о том, на кого из них он был бы больше похож. Ей нравилось это представлять. Эти мысли не имели ничего общего с тем, что она собиралась делать дальше. И с реальностью тоже. Но от них в груди становилось тепло. Они казались такими яркими, сверкая где-то впереди, как огонь маяка. К которому, возможно, никогда не доплыть. В реальности они были на пути к революции и войне, с быстро истощающимися запасами магии, связанные невидимыми, но очень прочными узами с Полями Правосудия в целом и Ущельем Призывателей в частности. - Нет. Этот мир слишком опасен для нас, чтобы заводить детей. - Но… мы ведь делаем его безопасным, разве нет? – Ракан задумчиво почесал переносицу. – И потом, когда всё закончится… - Возможно, для нас ничего не закончится. Никогда. Понимаешь? – Зайя отвернулась и ускорила шаг. – Пока есть Лига, и мы не можем из неё уйти. Мы привлекаем слишком много внимания, и врагов у нас куда больше, чем мы знаем в лицо. - Что ж, будет жаль, если так! У нас столько историй, и некому их рассказать. Зайя хотела съязвить о том, что некоторые истории Ракан и так рассказывает большему количеству слушателей, чем следовало бы, но его слова эхом повторялись в голове, заглушив всё остальное. Мысли перекатывались медленно и тяжело, словно огромные валуны. С приходом сумерек быстро начало холодать. Она прерывисто выдохнула и толкнула скрипучую калитку постоялого двора. А ведь действительно – столько историй.