Странная любовь

Начало этого лета было, на удивление, очень холодное. Дожди льют уже какой день подряд, а температура не достигала отметки более пятнадцати градусов. И, конечно же, ни у кого не было желания идти на работу, ну или просто прогуляться по городу. Единственное спасение в эти серые будни было что-то теплое, уютное, то что приносило радость и желание жить. И если некоторым просто хватало теплого камина или обогревателя, то другим нужно было вылазить из теплого офиса один, два, а той и более четырех раз на улицу за чашечкой горячего кофе. К вашему сведению, этот офис казался как никогда уютным и теплым, в другие дни этого же не скажешь. А вот те баристы которые продавали кофе, с ненавистью открывали окошко в маленьком теплом фургоне, чтобы принять заказ. Так было до того времени, пока на работу баристы не устроился странный улыбчиво--рыжий паренёк. И зачем на земле солнце, если вот, есть ещё одно! И сияет он ярче всех, даже если на улице такая погода. Чимин. На вид, не большой хрупкий паренёк, хотя, на самом деле, его сравнивали с рисовым пирожком. Пухленькие щёчки и губки, взгляд всегда жизнерадостный и теплый. Двумя словами, мечта педофила, для всей картины не хватает только круглых очков на толстой оправе. Мускулатура у него было не такой уж и скутной, Чимку часто можно было увидеть на спортивном майданчике. То он бегает полдня, то с мячом возится, то на тренажёрах скачет, бывало и с малышами играет. Живёт короче, не жалуется. Эта персиково-апельсиновая макушка уже привыкла, запомнила и делает всё по рефлексу: как только на пороге офиса появится Хосок — бросай все дела, два стакана американо, один латте и два пончика в придачу. Но на этот раз было все немного по-другому. Сколько бы Чимин не высматривал Хосока, тот все не появлялся. Клиентов сегодня было не так много, потому молодой бариста решил отвлечься чем-то. Первое, что попалось под руку — телефон и наушники. Хосок, кстати, был певцом, состоял в небольшой группе, поетому его песни всегда были в плейлисте ЧимЧима. Сколько песен паренёк успел прослушать, сказать нельзя, но он знает точно — много. Дождь перестал лить, только немного моросил, и на улице потемнело. Сквозь тихую мелодию Пак услышал, как кто-то настойчиво стучится в окошко фургона. Видимо опять директор пришел с проверкой, ведь только он так будет долбится в окно. Видимо кому-то не посчастливилось. Но, на удивление, Чима прогадал. Возле фургона стоял не высокий парень, чуть выше самого Чимина. Его пальцы, уже посинели от мороза. Видимо, кое-кто переслушал песни. Не заставляя ждать клиента, бариста быстро открыл окошко пуская холодный воздух в теплый фургон. Послышался облегченный вздох, а после тихое, недовольное, и сразу понятно кому адресованное бурчание:  — Я уж думал ты оглох в тех наушниках, или ещё чего здох в том холодном, дождливом фургоне, — на последних словах он сделал акцент.  — Вы язвите? — с глупым выражением лица спросил ЧимЧим.  — Нет, блин, я тебя прославляю! — все тем же тоном произнес мятновласый.  — Заказ делать будешь? — пропустив слова клиента мило спросил бариста.  — Два американо, латте, и два пончика, — спокойно, немного дрожа от холода произнес тот.  — А чего Хосок не пришел? — замечая удивление на лице клиента, он поспешил объяснится, продолжая делать заказ, — Ну он всегда делал этот заказ, и приходил каждый день, бывало и по несколько раз, а сегодня ты. Он сегодня не пришел на работу? Ему плохо? Он заболел? В больницу попал? — после этого небольшого монолога Мин понял, этот паренёк и мертвого достанет. Вообще, как можно быть таким энергичным в этот дождевой, серый день?  — Да, его один мелкий бариста задолбал со своей навязчивостью. Для тебя я не «ты», а «вы». Имей уважение к старшему, давай там быстрее! — с нотками раздражения ответил Юнги. Старший ещё что-то бурчал себе под нос, но Чимин его не слушал. Просто продолжал свою работу, погрузившись в раздумия. На некоторое время зависла глухая тишина. Чимин отдал заказ клиенту, успев положить ещё и парочку мятных конфет для Хосока. Юнги молча расплатился. Ну вот, рабочий день закончился. Пора собиратся и идти домой. Если честно, парень не очень-то спешил возвращаться, дома его никто не ждёт. Да чего же там, это даже и домом назвать сложно. Просто одна комната, которая розделялась с кухней небольшим барным столиком, и ванная. Студенту сейчас очень сложно найти нормальную квартиру, но спасибо и на этом. А с работой так вообще повезло. Зарплата хоть и не большая, но получше чем жить с одной стипендией. И так каждый день. В универ-работа-дом. Видимо, его жизнь расписанная ещё на много лет вперёд. На следующий день пришел Хосок. Это наверное последний день, когда он приходил в этом месяце. На все вопросы он отвечал мол «Я сейчас очень занят, микстейп ждёт!» Перекинулся несколькими фразами ещё, и ушел в офис. Все последующие дни проходил Юнги. Здесь дела обстояли ещё хуже: хоть и удалось наладить зрительный контакт с ним, но разговоры все сводились на «нет». Ну и ладно, пусть. Младший видел разных покупателей, но вот чтобы таких угрюмых — первый раз. Все обычно улыбаются, ну или просто молчат до тех пор, пока не получат заказ. Но не Юнги, он либо раздражен этим мелким баристой, либо объекты его негодования, это проблемы в процессе создания музыки, а ещё лучше, вообще, отсутствие вдохновения. Ну что поделаешь? Бывает. Для такого человека как Чимин, проблемы хена казались нечем больше, как обычная черная полоса. Когда-то она пройдёт и опять, живи да радуйся. Вот такие они разные, рэпер-коспозитор и обычный студент-бариста. Месяц отсутствия в жизни Чимина, о котором говорил Хосок, медленно переплыл в полтора. Оказывается, это не обычный микстейп, а что-то более маштабное. Прошло довольно много времени, Юнги уже привык к этому солнечному баристе. И казалось всё идёт как нужно. Казалось, до этого дня. Как обычно Мин вышел со студии, поправляя футболку, и доставая кошелек с кармана. Только подойдя к фургону, он не увидел Чимина. Ему вообще показалось, что он не туда пришел. Не было этого позитива, которое сочилось с каждого уголка. Да и вообще, было как-то пусто не только около фургона, а й в душе. Вместо паренька там стояла девушка. Она также улыбалась, но не так ярко, как Чимин. И руки у неё тоже бархатные, но не такие, как у Чимина. Да и вообще, если посмотреть, это девушка, а не Чимин! Глупое сровнение, но оно очень задело старшего. На вопрос, куда делся прежний бариста, девушка ответила мол, того уволили за недоплату. За окошком, в фургончике, стояла небольшая баночка, с конфетами. Видимо их отдавали вместо мелочи. Но не Чимин. Он всегда давал канфеты, не важно, было то вместо мелочи, или нет. Набирал в свою небольшую ладошку, и насыпал в пакетик, в котором был стаканчик кофе. Юнги понять не мог, насколько можно быть таким человеком, чтобы уволить, лишь из-за каких-то конфет. Походы к фургону, казались медленным адом. Он розрушал тебя. Старший только понял, как зачепил его младший. А дни без его улыбки оказались большим испытанием. Где он теперь? Что делает? Устроился баристой где-то? Может переехал в другой город? Или вообще, в другую страну? Каждый день, такие вопросы в голове напоминали Мину его первую встречу с Чимином. Осень. Ничего не поменялось, он все такой же, очень раздражителен, и более потеряны в своих мыслях. Половину лета он провел без радостного баристы. Как раз время учёбы, может он увидит Чимина где-то возле универа? Как-то мелкий упоминал в своем монологе учебное заведение, в котором он учится. Так что, с первого сентября дорога к офису, вместо привычных двадцати минут, занимала более чем полчаса. «Зря ты надеешься его увидеть здесь. Он про тебя и забыл уже» — внутреное Я твердило Юнги это каждый день, проезжая и останавливаясь возле универа. Мин почти потерял надежду, но все равно, дорога через то заведение стала привычной. Да и так можно более побыть наедине с самим собой. Подумать о чем-то другом, ведь переступая порог офиса, все мысли должны быть только о работе. А вечером он приезжает домой слишком уставшим, и сразу заваливается спать. Наверное, эта привычка бывает иногда полезной. Очередной раз проезжая возле здания, старший сначала не поверил своим глазам. Тот засек эту рыжую макушку, которая топталась возле ворот универа. Потом, как на ватных ногах подошёл и увел парня к машине. Ничего не говоря он поехал домой, отправив Намджуну сим-ку «Сегодня не приду». И все. Оказывается финансовый статус парня был ещё хуже, чем он представлял себе. Сначала уволили с работы, потом он потерял единственное место жительства, и уже более месяца кочевал у друга, все обещая отдать деньги за квартиру, но как всегда, с последним были очень большие проблемы. На следующий день, Чимин неловко топтался перед квартирой друга, тыча ему в руки деньги, и благодарил за то, что тот приютил. Потом сел в машину и укатил с хенем в пригородный дом. Оказывается, жить с таким парнем как Юнги не так уж и плохо. К этим вечным бурчаниям он уже привык, а все остальное ему очень даже нравилось. Вот так молча Мин вернул то, что когда-то потерял