Часть 2
25 февраля 2018 г., 12:42
Вернувшись в Малфой-мэнор, Люциус с грустью посмотрел на портрет Нарциссы, написанный незадолго до свадьбы. По непонятным причинам, после её смерти он не ожил. Юноша все свое время посвящал сыну. Маленький Драко был копией отца, кроме цвета волос, унаследованных от матери. Люциус отказался от помощи нянек, предпочитая самостоятельно воспитывать наследника. К счастью у него была помощь в виде Северуса Снейпа. Зельевар готовил настойки и отвары или сидел с малышом, пока его друг спал. Снейп проводил много времени с мальчиком, то гуляя по огромному парку, то изучая Малфой Мэнор.
Лорейн тоже жаждала помогать Люциусу с Драко, но Малфой не подпускал девушку к сыну. Виделись они только во время прогулок. Макдениэл злилась, но терпеливо молчала. Она поняла, что Люциус не доверяет ей. Но Лорейн быстро нашла выход. У её старшей сестры, Элизабет, недавно родилась дочка. Малышка Габриэль могла помочь слизеринке сблизится с Люциусом. Она убедила сестру, что хочет взять на себя обязанности по воспитанию племянницы. Миссис Монро сначала скептически отнеслась к просьбе сестры, но у неё уже были мальчики-близнецы, и молодая женщина поняла, что помощь и правда нужна. Теперь Лорейн каждый день ходила на прогулки с Габриэль, в надежде встретить Малфоя. Пару раз им удавалось пересекаться. Люциус тогда удивленно посмотрел на девушку с детской коляской.
— Здравствуй, Лорейн, — поздоровался блондин, — кто это?
— Моя племянница, Габриэль, — ответила Макдениэл. — Сестре сложно сразу с тремя детьми, вот я и помогаю.
— Хорошее дело, — одобрил Малфой, — юная мисс Монро очаровательна.
— Спасибо, — Лорейн довольно улыбнулась. Её племянница и правда была милым ребенком. Чёрные, чуть волнистые волосы, хризолитовые глаза и белое личико. В отличие от других малышей, Габриэль почти никогда не плакала, радуя окружающих своей улыбкой.
— Я надеюсь, что Габриэль и Драко подружатся. Это было бы замечательно.
— Это зависит от них. Мой сын сам будет решать, с кем дружить, а с кем нет, — холодно ответил Люциус.
— Прости, если мое предположение прозвучало слишком навязчивым.
— Это ты прости, — смягчился Малфой. — Мы, пожалуй, пойдем, Северус скоро придет, а мне надо на стажировку в Министерство, — с этими словами молодой отец развернул коляску, отправившись в сторону мэнора.
— Ничего, ты еще оценишь меня, — прошептала Лорейн, и потрепав племянницу по волосам, углубилась в парк.
***
На время последнего года обучения в Хогвартсе Люциус взял сына с собой. Абрахас был удивлен решением сына. Он пытался отговорить его, но молодой человек был настойчив, заявив, что своим друзьям доверяет гораздо больше, чем посторонним людям. Получив разрешение от Дамблдора, Малфой приготовился собирать сына. В поезде только и говорили о малыше Драко. Барти Крауч и Регулус Блэк согласились помогать молодому отцу с сыном. Драко с интересом смотрел на новые лица, и улыбнулся, когда в купе зашел Северус. Снейп потрепал крестника по волосам и слегка улыбнулся, но быстро помрачнел. — Сев, ты чего? — удивился Регулус. — Что случилось? — Твой брат случился, и его компания гриффиндорских придурков. \« — На твоем месте, я бы уже давно наслал на них проклятье, что бы они покрылись бородавками или чем по хуже\», — произнес Крауч, но Северус лишь отмахнулся. — Ума это им не прибавит, а лишние проблемы мне не нужны. Хотя, о чем говорить, если единственным разумным человеком в их шайке является Ремус Люпин. Но и он не всегда может повлиять на них. — Тогда терпи, покажи, что слизеринцев не так просто сломить, —ответил Регулус, переведя взгляд в окно. Люциус всю дорогу молчал, думая о своем. Он знал, что год будет не простым, но, когда рядом друзья, будет гораздо легче. К удивлению Люциуса, не только слизеринцы приняли участие в воспитании Драко. Лили и Ремус долгими вечерами читали книги, а после, давали советы молодому отцу. Малфой не понимал, почему эти два гриффиндорца так решительно были настроены. Эванс лишь грустно улыбалась, а Люпин сказал, что это правильно. Второй странностью стало то, что Сириус Блэк тоже стал частым гостем в гостиной слизеринцев. — Я не понимаю, почему этим троим сообщили пароль? — Люц, так надо было, — ответил Северус. — Не волнуйся, Барти взял с них клятву о неразглашении. — Я чего-то не знаю? — Так и есть. Ситуация оказалась сложной. Этим троим лучше до конца года переселиться в нашей гостиной. И боюсь, я стал причиной данной ситуации. — Что это значит? — Северус уже собирался ответить на вопрос друга, как проход в гостиную открылся. Это были Лили, Сириус и Ремус. Блэк красовался с фингалом под глазом, и порванной мантией. — Опять Поттер? — спросил Снейп. Гриффиндорец коротко кивнул, усевшись в кресло, затем перевел взгляд на Люциуса. — Я не уверен, что он вообще смирится с этим, — Сириус откинул прядь волос, упавшую на глаза. — Но бьет он как девчонка. — Ты не обязан был вмешиваться, — Лили виновато опустила голову, и достала из сумки заживляющую мазь. — Эванс, я тебе уже говорил, что друзей не бросают, — устало произнес Блэк. Наблюдавший за всем Люциус перестал что-то понимать и перевел взгляд на Ремуса. — Может мне все-таки расскажут, какого дракла тут происходит. Почему в один день гриффиндорцы стали проявлять лояльность к слизеринцам, и более того, вызвались стать няньками, а затем и вовсе переселились в нашу гостиную? Я хочу знать! — Люциус, — начала Лили, — дело в том, что летом я родила сына… — Поттер заделал тебе ребенка до свадьбы? — удивился Малфой, но быстро взял себя в руки, — хотя, я не удивлен, у этого оленя пустота вместо мозгов. Но прятаться из-за этого в гостиной другого факультета как минимум странно. \« —Это мой сын\», — произнес Северус, и положил руку на плечо Эванс. Люциус пораженно уставился на друга. — Прости, мне показалось, или ты сказал, что это твой ребенок? — Нет Люц, ты все правильно услышал. Лили родила сына от меня, — Северус посмотрел на друга, и в его глазах не было ни капли сожаления. — Но, как это произошло? На сколько я помню, Эванс была с Поттером. — Это произошло на Хеллоуин, — ответила Лили. Девушка рассказала, что в тот день поссорилась с Джеймсом. Он устроил очередную шалость, которая разозлила Эванс. Не желая оставаться в гриффиндорской башне, рыжеволосая волшебница отправилась в Выручай-комнату. Девушка была удивлена, когда обнаружила Северуса. Юноша сидел за столом и читал книгу. Юные волшебники разговорились, вспоминая, как раньше веселились и проводили вместе время. Тогда Северус признался в своих чувствах. Лили поняла, что её друг ей тоже небезразличен, пусть она никогда не видела его в роли своего молодого человека. Но в отличие от Поттера, со слизеринцем было спокойно и уютно. Узнав, что она любима, гриффиндорка поддалась вперед, целуя своего друга. Сначала Северус был удивлен, но быстро взял себя в руки, и ответил на поцелуй. В головах молодых людей возникла общая мысль, и комната, повинуясь желанию ее обитателей, изменилась, сотворив двухспальную кровать. Увидев ее, юные волшебники смущенно покраснели, но не остановились, продолжая погружаться в новые для них ощущения. После проведенной ночи, Северус и Лили разошлись по своим гостиным. — Так всё и было, — ответил Снейп. — Мы решили никому не говорить об этом, но я стал замечать, что Лили начала меняться. Не внешне, а её поведение изменилось. А после, выяснилось, что она беременна. — Сначала, я думала, что ребенок от Джеймса, но быстро отмела эту мысль, когда узнала сроки зачатия. В тот момент я поняла, что Поттер не тот человек, с которым мне хочется быть. С ним не чувствуется то спокойствие, что было с Северусом. Вот только признаться мне не хватило смелости. Первым, кто узнал правду, стал Ремус. Он обещал, что не скажет Джеймсу, пока я сама не буду готова. После рождения Гарри, молчать было уже нельзя. И мы обо всем рассказал Северусу. — Я думал, что он не поверит, — Ремус перевел взгляд на Северуса, — но он был счастлив, узнав о рождении сына. — Конечно я был счастлив. Это была самая прекрасная новость за все время с момента смерти мамы, а потом и Нарциссы. Сын, от любимой девушки, что может быть прекрасней. — Наверное взаимные чувства, — покраснев, ответила Лили. Слизеринец нежно улыбнулся, и обнял девушку. — Я конечно рад за вас, — Люциус пытался сохранить спокойствие, и потому говорил тихо, — но это не объясняет, почему вы трое теперь вынуждены находиться тут. — Когда Лили рассказала Джеймсу правду, — ответил Сириус, — то его словно подменили. Он словно озверел. Накинулся на Лилс с кулаками, обзывая ее распутной девкой. Нам с Ремом еле удалось спасти подругу. Мы скрылись в Выручай-комнате, а после Северус предложил нам перебраться в вашу гостиную. — Слушая Блэка, Люциус сложил в голове пазл. К удивлению, всех, будущий глава рода. Малфой не стал обвинять Эванс в распутстве. Во-первых, те времена, когда юные волшебники и волшебницы не могли вступать в интимные отношения до свадьбы давно прошли. А во-вторых, блондин просто порадовался за друга. Эванс смогла сделать правильный выбор. — Раз такое дело, я не против вашего присутствия, правда у меня остался один вопрос. Блэк, ты же был с Поттером не разлей вода. Да и ты, Ремус, тоже. Неужели история с Лили и Северусом так на вас повлияла? — Нет, — покачал головой Люпин. — Наша размолвка началась еще в прошлом году. Джеймс начала вести себя мягко говоря странно, и порой пугающе. Мы думали, что это волнение перед предстоящей свадьбой, но правда оказалась иной, — Люциус удивленно вскинул бровь, не понимая, что же такого могло случиться с этим гриффиндорским придурком. — Как ты знаешь, Джеймс приходится мне двоюродным кузеном? - Люциус утвердительно кивнул. — Так вот, некоторых представителей рода Блэк иногда одолевает безумие. У каждого оно проявляется по-разному, и оно может коснуться любого из рода. Вот моя кузина Бэллатрикс весьма необычная колдунья. Жестокая и слегка безумная, но при этом верная и готовая любому порвать глотку, если угрожают её близким и друзьям. — Хочешь сказать, что и Джеймс подвергся семейному безумию? — Сириус кивнул и поморщился. — Он не любит проигрывать, тем более слизеринцам. Теперь понимаешь, какая ярость им овладела, когда он узнал, что Лили предпочла Северуса, а не его. А еще, Джеймс решил, что мы с Ремом с самого начала все знали, но не говорили. — От части, он сказал правду, — Рем виновато опустил голову, — но я не думал, что все обернется таким образом. Теперь понимаешь, почему не только Лили, но и нам с Сириусом опасно возвращаться в гостиную гриффиндора? Малфой кивнул. Он и раньше замечал, что Поттер ненормально ведет себя по отношению ко всем слизеринцам, и не только к ним. Пусть учителя души не чаяли в этом юнце, многие знали, что иногда гриффиндорец может быть очень жестоким, что проявлялось в его шутках. И то, что два его верных друга поняли это, говорило о благоразумии обоих. — А где сейчас Гарри? — спросил Люциус. — Он временно живет у Бэллы, — Сириус довольно улыбнулся. — Моя кузина окружила малыша заботой и не подпустит к нему Джеймса. — Странный выбор на мой взгляд. — Нет, — покачала головой Лили, — это самый лучший вариант. К моей сестре и родителям отправлять было нельзя, Джим бы быстро их нашел, конечно, был вариант укрыть Гарри на площади Гриммо, но леди Вальбурга в последнее время неважно себя чувствует, так что этот вариант отпал. — А как же Андромеда или ну на худой конец Уизли? — Нет, безопасней всего у Бэллы, это все признали, — Ремус грустно улыбнулся, а после прислушался. — Кажется, Драко проснулся, надо проверить. Все, кто был в гостиной, тут же направились в небольшую комнатку, служившей детской для всех малышей, родившихся в замке. В настоящее время единственным обитателем этой комнаты был Малфой. Увидев толпу юных волшебников, мальчик сначала растерялся, а после улыбнулся, потянув ручки к папе. Люциус взял сына на руки и прижал к себе. — Все хорошо, Драко, папа рядом, и не только я. Смотри, сколько волшебников желает принять участие в твоей жизни. Они тоже будут о тебе заботиться. Да ты и сам это знаешь, — Драко вновь посмотрел на гриффиндорцев и одного слизеринца, и словно, что-то решив для себя, открыл рот… — Семья, — произнес мальчик и захлопал в ладошки. Все, кто был в комнате нежно улыбнулись, понимая, что их приняли. Люциус прослезился и, поцеловав сына в лоб, прошептал. — Ты мой хороший.***
Время летело со скоростью снитча. Наступила зима. Студенты отправились домой на каникулы. Стоило Люциусу переступить порог мэнора, как он заметил, что внутри как-то изменилось. Оглядевшись, молодой человек не увидел портрет Нарциссы. Малфой ужаснулся и отправился в кабинет Абрахаса. Тот совершенно спокойно отреагировал на панику в голосе сына. — Как ты можешь быть так спокоен?! Портрет Нарциссы исчез! — Это я приказал снять его, — ответил мужчина, чем вызвал удивление у Люциуса. — Отец, зачем? — Я не хочу, чтобы ты был один. Сын, пойми, Нарциссу уже не вернуть, а жизнь продолжается. Не вижу ничего плохого в том, что убрал ненужное напоминание об это трагедии. — Ты не имел права! — возмутился Люциус. — Я люблю Нарциссу, и не желаю избавляться от воспоминаний о ней. Это моя жизнь, и только мне решать, что делать дальше. — Вот тут ты ошибаешься. У тебя сын, которому нужна мать. Я не спорю, твои друзья хорошо исполняют роль нянек, но это не то. — Отец, я понимаю, но ты пойми. Я не могу вот так просто взять, и жениться снова. Я не смогу полюбить другую женщину. Я люблю Нарциссу. Прошу, не заставляй меня или хотя бы дай, — он задумался и с грустью произнес, — год, может два, но не сейчас… - Абрахас печально взглянул на своего сына. Да, он хотел, чтобы его мальчик стал взрослым и самостоятельным. Только не таким образом. Люциус слишком рано познал горечь утраты. Малфой хотел быть уверенным, что его сын и внук будут в надежных руках. Ему не хотелось ссориться с сыном, поэтому он согласился подождать. В тот же вечер Люциус приказал домовикам вернуть портрет Нарциссы на место. На днях в мэнор прибыла Лорейн вместе со своей племянницей. Габриэль подросла и довольно быстро ползала по ковру. Рядом сидел Драко, и девочка подползла к нему. Мальчик смерил гостью взглядом, а после протянул ей плюшевого мишку. Монро улыбнулась и обняла мальчика. Наблюдающий за этой картиной Абрахас, улыбнулся, но быстро скрыл улыбку, повернувшись к Лорейн. — Мисс Макдениэл, Люциус скоро спустится. — Спасибо, мистер Малфой. Я знаю, что рождественские каникулы принято проводить с родными, но мы с Габриэль не могли удержаться. — Понимаю, ваша племянница привязалась к моем внуку, — Абрахас вновь посмотрел на маленькую мисс Монро. Затем, мужчина обратился к Лорейн. — Я ценю вашу помощь, мисс Макдениэл, но не переходите границы. — О чем вы, мистер Малфой? — Не прикидывайтесь. Вы не просто так решили проявить интерес в жизни моего внука. Вам захотелось войти в нашу семью. Не скрою, я желаю Люциусу только добра, и хочу, чтобы мой сын женился, но вот вас в роли его жены я не вижу. — Прошу простить меня за вопрос, но почему? Мы с Люциусом хорошо ладим, он мне симпатичен, и даже больше. Думаю, это логично, быть с тем, кого знаешь и кому доверяешь. — В том то и дело, что он не доверяет вам. Не спорю, вы создаете впечатление умной девушки. Вы не лишены внешнего обаяния, и вы привыкли идти к своей цели. Вот только Люциус не для вас. Он не видит в вас того человека, с кем можно разделить всё: радость, горе и прочие события жизни. И я согласен с сыном. Я найду сам ему жену или может Люциус встретит более достойную кандидатуру, когда придет время, — Лорейн молчала, слушая рассуждения Абрахаса, прокручивая в голове план дальнейших действий. Вспомнилось одно проклятье, прочитанное недавно в старинном фолианте. Кивнув своим мыслям, Макдениэл перевела взгляд на мистера Малфоя. — Я понимаю, вы правы, а я кажется поспешила с выводами. Надеюсь, что это не повлияет на нашу с Люциусом дружбу? — Это не мне решать, но я рад, что смог донести до вас суть дел. — Да, я многое поняла. Вы простите, но что-то мне нехорошо. Мы с Габриэль, пожалуй, пойдем. Извинитесь за меня перед Люциусом, — Абрахас кивнул, и проводив девушку взглядом, посмотрел на портрет своей невестки. Нарцисса, казалось, смотрела с сожалением, но мужчина принял это за блики огня в камине.***
Лорейн открыла нужную страницу книги и принялась читать проклятье. Оно отличалось от того, что было в прошлый раз. Проклятая жертва умирала от сердечного приступа. И путь Абрахас был еще молод, в последнее время, мужчина много переживал за сына. Дочитав проклятье, Макдениэл улыбнулась. Люциус проснулся, услышав плач Драко. Мальчик сидел в кроватке и смотрел на отца. Молодой отец подошел к сыну, и взяв его на руки, прижал к себе. — Ну что ты, мой хороший? — Драко продолжал плакать, сжав крошечной ладошкой рубашку отца. — Деда, — услышав это, Люциуса охватило беспокойство. Он не стал звать домовиков, и сам отправился в комнату Абрахаса. Уже подходя к двери, молодой человек увидел эльфа. Он заламывал руки и готов был начать биться головой о стену. — Что происходит? — Хозяин… Абрахас, — пролепетал домовик, — хозяин Абрахас покинул этот мир. — Люциус почувствовал, как все поплыло перед глазами. Взяв себя в руки, молодой мужчина зашел в комнату Малфоя старшего. Слезы потекли по лицу блондина. Собрав в себе силы, Люциус вызвал колдомедика. Тот зафиксировал смерть и сообщил, что у Абрахаса произошел приступ. — Отец никогда не жаловался на здоровье. — Увы, это не всегда заметно, — грустно произнес мужчина, покидая мэнор. После похорон Люциус замкнулся в себе. Вернувшись в Хогвартс, молодой мужчина с головой ушёл в учебу, не забывая только о Драко, но и с ним Малфой проводил всё меньше времени. Все понимали состояние слизеринца. За такие короткие строки он потерял почти всех родных людей. Остался только сын. К удивлению, Северуса, Лорейн проводила все свое время рядом с Люциусом. На все его вопросы девушка улыбалась, и говорила, что ей не безразлична судьба Малфоя. — Люциусу как никогда нужна поддержка, и женская рука. — Я это знаю, но ты слишком активно стала принимать участие в жизни моего друга и его сына. Это наводит на определенные мысли. — И какие же? — Рискну предположить, что ты любишь Люциуса, но понимаешь, что на взаимность сейчас надеяться пока не приходится. — Ты как всегда прав, Северус. Но я не теряю надежду. Ты знай, я на самом деле сочувствую Люциусу, то, что с ним произошло по-настоящему трагично. Никому не пожелаешь такого. — Лорейн, прошу лишь об одном, не дави на него. Со временем, когда боль утраты станет меньше, у тебя будет возможность стать кем-то для Люциуса, но не сейчас. — Спасибо, что понимаешь меня, — Лорейн улыбнулась, она думала, что Северус поддерживает ее. Девушка не знала, что слизеринец с недоверием относился к Макдениэл. Слишком навязчива она в своем стремлении быть ближе к юному главе рода. Но молодой зельевар не имел привычки лезть в женские дела. У него и так голова была занята совсем другим. Северус сделал Лили предложение, но в свете случившегося, они побоялись делиться столь радостной новостью, считая, что их счастье будет неуместным. Они и Ремусу с Сириусом запретили говорить об этом. Гриффиндорцы с пониманием отнеслись к этому. Люциус постепенно начал успокаиваться и заметил, что его друг странно себя ведет. Он вызвал юношу на разговор. — Северус, что опять произошло. Я чувствую, что ты что-то скрываешь. И не ты один. — Прости, мы посчитали, что пока не время говорить об этом. Видишь ли, я сделал предложение Лили. И она согласилась, — впервые, за несколько недель на лице Малфоя появилась улыбка. Он обнял друга и похлопал его по плечам. — Я так рад за тебя, зря не сказал раньше. — На тебя столько всего навалилось. Это было бы неуместным. — Друг, это прекрасная новость. Она говорит о том, что жизнь продолжается. Когда планируете торжество? — Сразу, после выпуска. Выпускные экзамены были в самом разгаре, но компания слизеринцев и гриффиндорцев обсуждала предстоящую свадьбу Северуса и Лили. Они не хотели пышное торжество. Однако Сириус пытался убедить подругу, что свадьба должна быть запоминающейся. Ремус был на стороне Северуса, считая, что главное искренность чувств. Наблюдавший за ними Люциус лишь грустно улыбался. Драко сидел у него на коленях и дремал. Молодой мужчина был рад за своего друга, и решил сделать ему подарок. Передав сына Регулусу, Малфой старший подошел к Снейпу и Эванс. — Вы уже решили, где будете жить? — Я думал, что в Паучьем тупике найдется достаточно места. — Нет, — покачав головой произнёс Люциус. — Это не лучшее место для молодой семьи, тем более с ребенком. Я уже все подготовил, — с этими словами блондин протянул другу ключ и свиток. — Это же… — Да, это ваш новый дом. Он недалеко от Малфой-мэнора, и там очень красивые виды. — Люциус, у меня нет слов. Такой щедрый подарок, — Лили прослезилась. Она и представить себе не могла, что Малфой подарит им дом. — Северус мой самый близкий друг, он всегда был рядом, и это меньшее, что я могу сделать для него, — Эванс улыбнулась, и обняла слизеринца. Молодой мужчина потрепал девушку по волосам и улыбнулся. Лорейн наблюдала за всей этой сценой и еле сдержалась, чтобы не набросится на Лили. Макдениэл восприняла все не так, как было на самом деле. — Эта мерзкая грязнокровка, — шипела девушка. — Я разгадала её план. Решила через Северуса подобраться к моему Люциусу. Но у тебя ничего не выйдет. Ты не встанешь на моем пути, — Лорейн стала думать, как избавиться от Эванс. Она понимала, что снова наложить проклятье не получиться. Сразу вызовет подозрения. Нужен был другой план. Тут Макдениеэл вспомнила про Поттера, бывшего жениха Лили. — Вот и выход, Джеймс сам избавиться от нее, — улыбнувшись своим мыслям, слизеринка начала обдумывать, как устроить встречу Поттера и Эванс. Она знала о семейном безумии рода Блэк, и надеялась, что молодой человек сотворит с девушкой что-то по-настоящему плохое. Возможно, даже убьет. Джеймс Поттер собирался на прогулку, когда в окно залетела сова с письмом. Молодой человек удивился, ведь писать то было некому. Распечатав конверт, брюнет пробежался по строкам. Мистер Поттер. Я, зная вашу ситуацию, не могу остаться в стороне. Спешу сообщить, что если вы желаете расставить все по своим местам, то сегодня Лили Эванс будет совершенно одна. Её жених вернется только вечером. Надеюсь, эта информация окажется для вас полезной. Искренне ваш, доброжелатель. Дочитав письмо, Джеймс сверкнул глазами. Смяв лист пергамента, молодой человек решил воспользоваться этим шансом. Он разберется с Лили. Поттер знал, что сейчас девушка гостила у родителей. Трансгрессировав прямо к дому, молодой человек хотел зайти в дом, но его не пустил барьер. Это разозлило Джеймса, но он заметил Лили, сидевшую в саду. Девушка тоже увидела Поттера. Его появление удивило рыжеволосую волшебницу, однако, она взяла себя в руки. — Давно не виделись, Эванс, — спокойно произнес Поттер. — В этом ты сам виноват, слишком бурно отреагировав на случившееся. — Вина не только моя, любой бы разозлился, когда узнал, что его девушка, почти жена изменила ему и предпочла другого. — Я виновата, не спорю, но ведь я призналась тебе. — После того, как родила от этого ублюдка Снейпа, — прорычал Джеймс. — Не смей оскорблять его! — воскликнула Лили, поднявшись со скамейки она подошла к бывшему парню. — Северус хороший человек. Мне с ним спокойно. Я его люблю. — Только не надо тут устраивать сцену, — закатив глаза, произнес Поттер. — Тут никого нет, кроме нас. — Джеймс, мне правда жаль, что я оскорбила тебя своим поступком. Но ты должен понимать — сердцу ведь не прикажешь. Уверена, ты сможешь найти достойную девушку, которая полюбит тебя. Поверь, я не хочу вражды, и терять твою дружбу. И не только я. Сириус и Ремус, они тоже переживают, — слушая Эванс, в Поттере наоборот больше закипала злость, хоть внешне он оставался совершенно спокойным. Его бесило, что Лили так просто говорила о дружбе, после того, как все друзья предали его. Он уже все для себя решил и сюда пришел не мириться. — Я понимаю, вероятно, мне стоило быть менее резким в поступках. Прости меня, — Лили улыбнулась и подошла к Джеймсу, оказавшись за пределами барьера. — Джеймс, конечно… — Авада Кедавра! — вскинув палочку, воскликнул Поттер. Зеленая вспышка на секунду ослепила брюнета, но он услышал, как на землю упало мертвое тело. Смотря на Лили, Джеймс разразился хохотом. Схватившись за голову, молодой человек продолжал смеяться, пока не услышал хлопок трансгрессии. В ту же секунду из его рук выбили палочку, и обездвижили. — Что ты натворил, Джеймс, — убитым голосом произнёс Ремус. - – Лили, — Сириус опустился на колени перед подругой, — прости, мы опоздали. Когда Северус узнал о произошедшем, он, не сказав ни слова, ушел в свою комнату. Ремус и Сириус лишь переглянулись, но Люциус сразу все понял, и забыв про палочку, выбил дверь парой ударов ногой и буквально вырвал из рук Снейпа флакончик с ядом. — Ты совсем с головой не дружишь? — Её больше нет, — воскликнул Северус, а из глаз текли слезы. — Я жить не хочу. Лили была всем для меня. А теперь ее нет. — Дурак, у тебя остался сын. Подумай о Гарри, — Люциус обнял друга, поглаживая по голове. — Я знаю, что ты испытываешь сейчас, но нужно жить дальше. Да, будет трудно, но я помогу тебе. Мы все поможем. У тебя есть друзья. У тебя есть сын. Живи ради них. В Гарри осталась частичка Лили. Он смотрит на тебя её глазами, — Малфой еще долго обнимал Северуса, успокаивая его. Блондин знал, что его друг не такой сильный, и ему гораздо сложней переживать утрату. Но еще, он знал, что, если рядом будут близкие люди, пережить можно все. После похорон состоялся суд над Поттером. За убийство его хотели заключить в Азкабан, но ситуация осложнилась неожиданно открывшимся фактом. Лили Эванс оказалась не магглорожденной. Она была чистокровной волшебницей. В младенчестве она лишилась родителей, умерших от драконьей оспы, и она попала в приют, откуда ее забрали Эвансы. Об этом никто не знал, пока в зал суда не пришли гоблины из Гринготтса и не зачитали завещание её настоящих родителей. Лили была дочерью малоизвестной, но чистокровной семьи Тернер. Согласно завещанию, Эванс должна была получить в наследство небольшой домик и один миллион галеонов. На вопрос судьи, почему об этом стало известно только сейчас, главный гоблин ответил, что завещание вступало силу только после совершеннолетия. Но, поскольку девушка умерла, не успев вступить в наследие, все её имущество переходит сыну Эванс, Гарри. После долгого совещания, заседание было решено перенести, и судьбу Поттера предстояло теперь решать не волшебникам, а Магией. Джеймс никак не отреагировал на то, что Лили оказалась чистокровной, но узнав, что судить его будет Магия, занервничал. Даже семейное безумие ненадолго отступило, заставив молодого человека надеяться на снисхождение. Его не случилось. К удивлению, всех, Джеймс совершил, пусть сам того не зная, двойное убийство, лишив жизни еще не рожденного ребенка Лили. Факт того, что убитая была беременна, ужесточил приговор. Джеймс Поттер был лишен магической силы и обращен в статую, вынужденную до скончания веков служить напоминанием того, что есть наказания хуже смерти и заточения в тюрьму. С того времени прошло десять лет. Северус с сыном перебрались в подаренный Люциусом дом. Молодой отец поначалу тяжело переживал утрату, но друзья не оставили его. Бэлла часто навещала его и Гарри, Сириус и Ремус тоже не забывали слизеринца. Но самое главное, Люциус не давал своему другу впасть в пучину отчаянья. Он прекрасно понимал Северуса, и знал, что именно нужно, чтобы взбодрить молодого зельевара. За десять лет боль в сердце затихла.
