Где Ребекка?

      Рейс снова отложили. Джон устало откинулся на спинку кресла и посмотрел на детектива. Шерлок стоял посреди зала ожидания аэропорта и внимательно смотрел по сторонам. Он мог развлечься дедукцией, благо, материала для оттачивания мастерства было, в буквальном смысле, море. Из-за непогоды рейсы задерживали, и в зале было не протолкнуться. Гул множества голосов утомлял Джона, голова его начала болеть еще час назад, а теперь он и вовсе мучился от острого приступа мигрени. Надежда улететь в ближайший час была развеяна приятным женским голосом, который сообщил, что ни один самолет не поднимется в воздух до завтрашнего утра. Смысла сидеть в аэропорту больше не было. Ватсон подхватил сумки и направился к детективу. — Поехали в гостиницу, я чертовски устал.       Шерлок кивнул и молча последовал за ним. Но неприятности не хотели заканчиваться, и в гостинице не оказалось свободных мест. Холмс безучастно стоял рядом, пока Джон, превозмогая головную боль, пытался уговорить девушку на ресепшене проверить еще раз, а потом перепроверить снова. Результат остался прежним, с дежурной улыбкой она сказала: — Свободных номеров нет. Мне очень жаль.       Джон сдался, отошел от стойки и тяжело опустился в кресло. Холмс несколько минут смотрел на уставшего доктора, а затем круто развернулся и прошел в кабинет управляющего. Через полчаса Шерлок и Джон расположились в номере. Ватсон не стал спрашивать, как детектив убедил управляющего отдать им забронированный кем-то люкс, да и какая разница. Едва коснувшись головой подушки, доктор провалился в сон без сновидений.       Утром блестящие после дождя самолеты бежали по такой же блестящей взлетной полосе и взмывали в безоблачное небо. Через проход от Шерлока сидела молодая девушка. Ее лицо показалось доктору знакомым, но он так и не вспомнил откуда. Джон видел, что она пытается привлечь внимание детектива, даже пару раз его о чем-то спрашивала. Почему бы и нет: он постоянно привлекал внимание женщин. Конечно, хорошо одет, молод, красив, богат, умен. Хотя, последнее было, скорее, непреодолимым препятствием, чем достоинством. Девушка снова что-то спросила. Холмс удостоил ее односложным ответом, только чтоб отстала и не мешала думать. Осознав, наконец, всю тщетность своих попыток, она отвернулась к соседу с другой стороны и больше не взглянула в сторону Шерлока. Ватсон до конца полета ломал голову: видел он ее прежде или она просто напоминала кого-то знакомого. И почему бы детективу не быть вежливым с ней.       Таксист высадил их у единственной гостиницы. Джон, скорее, назвал бы это место постоялым двором «в лучших традициях». Поразительно, сколько аутентичных мест все еще встречаются в Англии. Двухэтажное здание было старым и обшарпанным, как дворняга. Над входом болталась почерневшая от времени и непогоды деревянная вывеска. Щит и роза. Доктор вполне мог представить себе уставшего рыцаря, который ищет ночлег в ненастную ночь и, со вздохом облегчения, заходит под своды этого дома. Внутри гостиница выглядела не лучше: сквозь узкие окна с мутными стеклами проникало мало света, а деревянные панели потемнели от копоти. Тусклые лампочки в декоративных светильниках то и дело мигали, оживляя таящиеся повсюду густые тени. Хозяйка, некрасивая женщина лет сорока, была одета в мешковатое платье неопределенного цвета и смотрела на вошедших исподлобья. Жидкие волосы женщины, собранные в высокий хвост, показались доктору сальными, но при скудном освещении он не мог утверждать этого с уверенностью. При мысли о том, как эта женщина может следить за чистотой номеров, Джон покрылся холодным потом. — Здравствуйте, добро пожаловать в гостиницу «Щит и роза», я Роу. Могу ли вам чем-нибудь помочь?       При звуке ее голоса Ватсон замер. Невозможно было представить, что эта «ведьма» обладает ангельским тембром. Голос хозяйки оказался на редкость мелодичным, темп приятным, а выговор чистым. Джон даже огляделся в поисках второй женщины, но в холле больше никого не было. Ватсон подошел ближе и внимательно присмотрелся к Роуз: вблизи она оказалась молодой, симпатичной женщиной, а улыбка и вовсе преображала ее черты. Что касалось волос, то они были сильно залачены, чтобы ни одна прядь не выбивалась, и от этого немного блестели. Доктор кардинально изменил свое мнение о ней и ее гостинице. — Как далеко отсюда до поместья Витнерс? — без предисловий спросил Шерлок. — Около четырех миль, если идти по дороге. Можно срезать полями. Но если вы хотите посетить поместье, лучше дождаться завтрашнего утра. — Почему? — Недавно я видела автомобиль миссис Витнерс, она направлялась в сторону Эншира. Обратно она приедет либо поздно ночью, либо завтра утром. Когда миссис нет дома, в поместье никого не пускают. Даже если вы будете истекать кровью у них на пороге, вам не откроют.       Пораженный последней фразой, Джон пристально посмотрел на женщину. Она смутилась и отвела взгляд. — У нас есть свободные одноместные номера, — Роуз достала ключи с массивными деревянными брелоками в виде щита с цифрами на нем. — А сколько всего номеров? — поинтересовался Холмс. — Всего десять. Два на первом этаже и восемь на втором. Также на первом этаже бар и ресторан. По вечерам у нас танцы: играет местная группа в стиле фолк. Посетителям нравится. Стараемся соответствовать их ожиданиям. — Ваша основная клиентура ролевики? — Почему же, много и нормальных туристов. При слове «нормальных» Холмс презрительно хмыкнул. — Мы можем посмотреть номера? — спросил Джон. — Свободны восьмой, пятый, второй и четвертый. — Остальные заняты? — не скрывая удивления воскликнул Ватсон. — Мы — единственная гостиница, — гордо выпятив подбородок, ответила хозяйка. — Покажите нам все свободные номера.       Роуз молча взяла ключи и, придерживая юбку, поднялась по скрипучей лестнице. Второй этаж оказался таким же мрачным, как первый, но стоило женщине распахнуть дверь в номер, и гнетущая атмосфера рассеялась. — У нас не совсем средневековье.       Просторная комната, выдержанная в светлых тонах: кремовые обои, легкие белые шторы, ковер цвета взбитых сливок, разнообразный по фактуре текстиль, телевизор, телефон, маленький холодильник, даже игровая приставка. Сквозь огромное окно с широким подоконником светило закатное солнце, подкрашивая все в розовый цвет. Массивная мебель из темного дерева приятно контрастировала с воздушностью тканей. — Это потрясающе!       Джон с превеликим удовольствием поселился бы здесь, но едва он занес ногу, чтобы переступить порог, как услышал: — Не годится. Давайте посмотрим другие.       Остальные номера оказались почти такими же прекрасными. Они не были абсолютно одинаковыми: незначительно отличалась мебель и оттенки текстиля, некоторые комнаты были квадратными, другие вытянутыми. Номера произвели на Джона впечатление: чистые, светлые, опрятные, ничего лишнего — мечта, а не жилье. Доктор с грустью вспомнил беспорядок в квартире на Бейкер-стрит. — Мы не будем останавливаться у вас. — Здесь больше негде переночевать, если только у вас нет друзей в городе. — Мы впервые в этих местах, — спокойно сказал Холмс. Хозяйка решила, что он передумал, но детектив повернулся к Джону: — Идем в поместье.       Шерлок развернулся и, не прощаясь, спустился к выходу. Ватсон покраснел, извинился перед хозяйкой, уверив ее в том, что в следующий раз они непременно останутся, попытался сделать комплимент ее таланту декоратора, но окончательно смешался и поспешил за детективом.