Guilty

      Чонгук припарковал автомобиль на углу дома и взяв с собой ноутбук, поспешил подняться на десятый этаж многоквартирного дома. На этаже, стоя возле квартиры, Чон замешкался. Его рука то тянулась к маленькой белой кнопке, то опускалась обратно, «прилипая» к телу. Он все еще сомневался, что надо было. Надо было именно так. Приходить к Тэхену домой. Он мог послать ему сообщение со всем тем, что нужно было узнать. Или позвонить, чтобы продиктовать список задач по телефону, слушая раздраженные, короткие «угу» на другом конце провода, но Чонгук решил прийти лично. Потому, что он и все остальные заметили напряжение Ви, после его появления. Чем раньше они решат эту проблему, тем проще им будет работать дальше. Сделав несколько резких вдохов и выдохов, Чонгук нажал на кнопку звонка. Несколько секунд тишины, затем едва различимые шаги и шарканье тапочками по паркету. Ви не стал спрашивать кто к нему пришел и, открыв дверь, с ходу сказал:       — Здравствуйте, у вас можно расплатиться картой? — Тэхен опустил глаза вниз, роясь в своем кармане в поиске кредитки, — или… Что ты тут забыл?       — Привет, я по работе.       — Это понятно, но зачем ты приперся ко мне домой? — Ви озадаченно смотрел на брюнета, переминаясь с ноги на ногу, — у тебя пальцы отсохли? Потерял телефон? Сломался компьютер?       — Нет. Я просто решил зайти лично. В участке кроме Джина никого нет, а он изучает карточку Сонми и бесится, если его отвлекают.       — Внимания не хватает, а? Ну да, это тебе не школа.       — Может, впустишь? — Чонгук прижал ноутбук к себе.       — Ты же ведь все равно зайдешь, Чонгук. Тебе никогда не нужно было разрешение, чтобы что-то сделать.       — Нам уже не по шестнадцать, — Тэхен прервал брюнета.       — Давай только без песни о том, как ты у нас изменился. Даже слушать не хочу, — Ви отошел от входной двери, оставляя ее открытой и позволяя Чонгуку войти следом, — карту Сонми я уже отправил, на почте нет никого, кто хоть что-то бы знал про подложенные письма от убийцы, номера остальных, упомянутых сестрой Сонми пробиваю. Что еще надо?       — Про учителя Кана что-то известно? Его жертва упомянула в своем дневнике.       — Да.       — И? — Чон прошел за Ви в гостиную и сел на кресло, стоящее позади громадного компьютера Тэхена и двух мониторов, на одном из которых была запущена игра, — о, как только вышел Overwatch, я разу подумал, что ты будешь играть за Трейсер.       — Прямо таки обо мне думал? Вау, я тронут, — Ви наиграно приложил руку к сердцу, а затем повернулся на стуле лицом к компьютеру, — Он умер в 2011 году от рака поджелудочной железы. Обычный учитель. Преподавал английский. Все, что я о нем нашел — хорошие отзывы на сайте школы и парочка упоминаний в соц. сетях от бывших учеников. Благодарности там, и прочие почести.       — Блин, обидно. Я думал, что большую часть информации расскажет нам именно он, — Чонгук открыл ноутбук, — так, у нас с Мэй появилось пару вопросов, которые ты должен проверить. Во-первых, надо найти все, что у нас есть на Ким НамДжуна. Я видел его дело, но многое уже мог подзабыть. Во-вторых, Джин просит помощи с поиском медицинской карты жертвы и ее парня, Кан Ши Хека. В крови жертвы обнаружены сильнодействующие антидепрессанты, но ее парня мы допросить пока не можем, так как он в ужасном состоянии. Нужно проверить не прописывал ли врач кому-то из этих двоих нечто подобное. В-третьих, нужна выписка по звонкам жертвы в последние несколько дней до убийства. Свидетель сказал, что в день смерти девушка ругалась с кем-то по телефону. Желательно нам выяснить с кем именно.       — Все? — Техен повернулся на стуле к Чонгуку.       — Да.       — Я закрою за тобой, — Ви встал со стула и пошел в сторону прихожей.       — Почему ты меня выгоняешь, ТэТэ? — брюнет сидел на диване неподвижно, наблюдая за едва различимыми огнями самолета в ночном небе.       — Не называй меня так.       — Мне нравилось то прозвище. Больше, чем это твое Ви.       — Чего ты хочешь? — в квартире было темно и из гостиной силуэт Техена в темном коридоре был едва различим.       — Извинится, в первую очередь. Я был абсолютным мудаком в школе и не ценил дружбу между нами, играя в хозяина и его собачку. Я думал, что ты должен мне за то, что я спас тебя от Ендо и… Не знаю. Заигрался.       — О, ты начал называть вещи своими именами. Приятно, — Ви проговаривал каждое слово едва ли не по слогам — тогда, конечно, я думал, что так люди дружат. Ну еще бы. Компьютерный задрот, у которого появился первый реальный друг. Если бы ты мне сказал тогда, что настоящие друзья ломают друг другу руки или оставляют метки зубами, то я бы и в эту чушь поверил. Но ты, конечно, вел более утонченную игру, да. Я понятия не имел, что такое псидоминация до встречи с тобой.       — ТэТэ, мне правда очень жаль, — Чонгук встал с дивана и двинулся в сторону Ви, — мне казалось, что если у меня есть власть над людьми, то я лучше всех остальных. Не знаю, просто тогда я был глупым, маленьким и заносчивым, но сейчас все не так. Я знаю, что тебя бесят эти слова и я слишком часто врал, используя именно их, но я правда изменился и просто хочу…       Чонгук подошел вплотную к Тэхену, заставляя того отступать назад к входной двери до тех пор, пока лопатки не стукнуться о нее. Ви напряженно сглотнул и посмотрев брюнету в глаза сказал:       — Не надо подходить ко мне так близко без особой на то причины. Ты прав, ты слишком часто использовал фразу «я изменился». Лимит доверия исчерпан, Чонгук, придумай что-нибудь новенькое, а лучше сделай вид, что мы незнакомы. Тэхен нащупал в темноте ручку входной двери и открыв ее, выполз в общий коридор, впуская свет от ламп в свою, погруженноу во тьму квартиру:       — Мне скоро приедет еда, так что…       — Я мог бы составить тебе компанию. Как в старые-добрые. Ты ведь наверняка заказал вокк, да? Со свининой и лапшой батат? А соус чарсу, я прав? Помнишь, как мы ели вокк на стадионе и ты сказал, что хочешь общаться со мной до старости?       — Грязный прием, Чонгук. Давишь на чувства ностальгии, — Ви заметно нервничал, от чего у него выступили капельки пота на лбу, — Выметайся.       — Хорошо, — Чонгук вышел в коридор и нажал кнопку вызова лифта, — пожмешь руку на прощание?       — Ты помнишь, что я просил тебя не прикасаться ко мне, после того, как ты приперся пьяным ко мне домой? Так вот, на рукопожатия это тоже распространяется. Всего хорошего. Дверь закрылась. Замок щелкнул два раза. Ви сполз по стене вниз.

…

      Хосок ехал по пустому шоссе. Он встал сегодня необычайно рано и решил воспользоваться свободным временем перед работой, потратив его на тренировку, которая бодрила не хуже кофе. Утро было солнечным, но прохладным. Хосок не стал открывать окна машины и ограничился кондиционером, который он выставил на семнадцать градусов. Наслаждаясь пустой дорогой и играющей в динамиках музыкой, Хосок позволил себе немного расслабиться и ритмично постукивал ладонями по рулю в такт композиции. Затем, в ход пошла и голова, которой он начал двигать взад вперед, когда началась реп-часть в песне. Маленький, импровизированный танец молодого человека прервал звонок телефона. В динамиках раздался вялый голос:       — Не разбудил? — Джин зевнул.       — Удивишься, но нет. Я сегодня с шести на ногах. — Воу, — в трубке что-то зашуршало, — у меня просто тут интересная информация, которой я не мог не поделиться сразу, как узнал ее.       — Удиви меня.       — Знаешь, кому звонила жертва перед своей смертью? Мин Юнги.       — Ты серьезно? — Хосок старался полностью сосредоточиться на дороге, но перед глазами сам по себе всплыл улыбающейся блондин.       — Ви прислал распечатку звонков.       — До начала рабочего дня есть еще сорок минут… Может быть, заглянуть к нему в гости? — Хосок уже перестроился в правый ряд, чтобы съехать с шоссе и отправиться в район, где снимал квартиру подозреваемый, — все равно недалеко от нас.       — Ну, слушай, ты там смотри. Осторожней. У нас не ордера еще, не официальной бумаги на вызов для дачи показаний. Вдруг спугнешь.       — Нет, ты что, — полицейский улыбнулся, -я же не допрашивать его еду, а так, поболтать. Как старые знакомые.       — Хм… ладно. Расскажешь потом?       — Конечно, — Хосок нажал на руле кнопку отбоя и полностью переключил свое внимание на дорогу, в поисках парковочного места.

…

      Когда в квартире Юнги раздался звонок, он не сразу понял, что происходит и первые двадцать секунд лежал неподвижно, смотря в потолок. Надоедающее пищание раздражало и блондин сел на кровати, попутно натягивая на себя футболку. Проверив свой айфон и убедившись, что только больной ублюдок мог прийти к нему домой в такую рань, Шуга спешно спустился на первый этаж квартиры и прислонившись плечом к двери спросил:       — Кто там? — мужчина зевнул и прикрыл глаза.       — Доброе утречко, Юнги. Узнал?       — Чон Хосок. Пришел опять мучать меня своими выдуманными историями, где я в роли главного злодея?       — Ой, ну чего так грубо, — почти мурлыкал полицейский, — может, просто решил узнать как у тебя дела и как ты поживаешь.       — Дела просто ужасно. Какой-то придурок разбудил меня в восемь утра.       — Надо привыкать просыпаться рано. В тюрьме обычно с этим строго, — Шуга нажал на кнопку с иконкой видеокамеры и на маленьком экране появилось черно-белое изображение Хосока, который занял точно такую же позу, как и Юнги.       — Ну вот, опять мы пришли к тому, что ты пытаешься меня в чем-то обвинить. Что на этот раз?       — Ты знаешь Пак Хи Сон?       — Не уверен, — Юнги в очередной раз шумно зевнул.       — Могу помочь. Ты учился с ней в параллельных классах. Невысокого роста, короткие темные волосы, занималась танцами.       — Возможно.       — Ее убили. Пару дней назад.       — И? — «Хосок, похоже, тоже расследует это дело. Не удивительно, что в подозреваемых у них я».       — Ты последний, с кем она общалась, Юнги. Ты, конечно, можешь утверждать, что мол, симка не твоя, но человек, на которого она зарегистрирована не проживает в Корее уже больше года, а раньше, как нам известно, был твоим соседом.       Блондин замолчал. Он достал из кармана свой телефон и посмотрел на входящий вызов с неизвестного номера пару дней назад. «Блять, я так и знал, что надо было использовать другой номер».       — Так, я не понимаю, о чем ты там опять болтаешь. Разбудил меня, засыпал каким-то странными обвинениями непонятно в чем. Даже если бы я хотел тебя полюбить — это невозможно, учитывая то, что ты сделал, так что, если у тебя нет ордера, я вернусь в свою кровать. Спокойной ночи, Чон Хосок.       — Он будет, Юнги, — полицейский раздраженно прошипел и вышел из двух этажного здания.       — Ну тогда и поговорим, — пробубнил себе под нос Шуга, сбрасывая на ходу футболку.