Темный цвет притягивает тепло...

      Паб «У одноглазой ведьмы», Годрикова Впадина. Столик в глубине зала. 29.10.1981. Полдень.       — Здорово, Сохатый! — Сириус Блэк легко опустился на стул. — Случилось чего?       — Случилось, — кивнул Джеймс Поттер, вытаскивая из кармана шкатулку. Он поставил ее посередине стола и несколько раз надавил на крышечку. — Вот так. Сфера Индивидуальности установлена. Теперь мы можем спокойно поговорить.       — К чему такие сложности, дружище? — удивился Блэк.       — А к тому, что на кое-кого тут вроде бы как охота ведется, — ответил Поттер. — А еще этот самый кто-то последние дни сидел в доме безвылазно, думал, думал и кое-что надумалось. Теперь вот с тобой это все обсудить хочу.       — Тогда я весь во внимание, — Сириус едва заметно шевельнулся, на глазах трансформируясь из весельчака в серьезного мага.       — Бродяга, тебе не кажется, что все события за последние два года являются каким-то изуверским планом? Цель одна — выбить как можно больше аристократов.       — Кажется, — помрачнел тот. — Я тоже на это обратил внимание. Особенно когда узрел наш аврорат, так сказать, изнутри. Магглорожденных чистокровки гнобят в Хогвартсе почем зря, потом те идут в авроры и отыгрываются за все семь лет сполна. Мало помалу ситуация вылезает из рамок законодательства и начинается махровый беспредел. Их оппоненты в какой-то момент не выдерживают и начинают гражданскую войну на уничтожение. Ну, а потом либо обе стороны успокоятся и все постепенно вернется на круги своя, либо наоборот, закусят удила и ринутся вскачь, давя всех подряд. И мы, к сожалению, наблюдаем второй вариант.       — Тот-который явно закусил удила, — согласился Поттер. — Ну да, конечно, если вдруг начнется перемирие, то все эти «Вальпургиевы рыцари», наконец, зададутся рядом вопросов относительно личности своего лидера. А уж если разузнают о нем что-либо неприятное, то попросту его ликвидируют, да и дело с концом. Он это тоже понимает, поэтому и метит их метками, словно мартовский кот стены. Но ведь и наш хорош! Он тоже не желает идти на компромисс. Но и ликвидировать своего оппонента тоже не хочет. А ведь я еще три года тому назад такой вариант предлагал. Может и не было бы всей этой вакханалии.       — Ты, Джим, обрати внимание еще на один факт, — сказал Сириус. — Магглокровки в противостоянии участия практически не принимают. Разве что Лили, ну и Алису сюда можно причислить. А все остальные, знаешь ли, по чистоте крови не уступят своим оппонентам.       — Ну, надо признать, самых рьяных магглокровок уже давно повыбили, — кивнул Поттер. — Но, в целом, я с тобой вполне согласен. И это приводит нас к основной теме нашей с тобой встречи. А именно — кто в Ордене Феникса является предателем.       — Есть варианты?       — А как же. На данный момент у меня аж пять кандидатур, но их личности требуют дополнительного осмысления. Равно как и направленность измены.       — А вот относительно последней позиции я, надо признать, не все понял, — насторожился Блэк.       — Для начала, Сириус, я хочу чтобы ты вспомнил обстоятельства смерти всех участников Ордена. Ты ведь побывал почти на каждом эпизоде.       — Хм, — задумался тот. — Значит так… Первым погиб Бенджамин Фенвик. Его убили в собственном доме пробравшись через камин. Вторым стал Джоэль МакКиннон, угодивший под «аваду» в исполнении моей кузины Беллы в стычке в Ноттингеме. Кстати, он единственный, кто погиб непосредственно во время отражения рейда. Затем в засаду в Лестере угодили Гидеон и Фабиан Прюэтты. Говорят, против них были Антонин Долохов, Ивэн Розье, мой братик Регулус и, кажется, младший Лестрейндж. Надо отметить, что русский иммигрант засветился в бою один-единственный раз, до этого его не встречали. Следующим стал угодивший в засаду в Бристоле Карадок Дирборн. Потом состоялось покушение на Доркас Медоуз, в ходе которого погибли ее телохранители. Тоже, между прочим, во время сбоя работы каминной сети. Затем вырезали Боунсов в их собственном мэноре. Как именно их достали мне толком ясно не было, но подозреваю, что кто-то прошел через камин, поставил маячок и провел за собой всю кодлу. Думаю, поработал какой-то предатель. Потом Моуди тяжело ранили, когда мы крупный рейдовый отряд подловили в Лидсе. Твои рунные ловушки, если помнишь, тогда сработали преотлично, а Аластор сам под атаку Розье подставился. Потом Доркас погибла, опять-таки, в собственном доме, причем враг снова пришел через камин. И совсем недавно в собственном доме убили МакКиннонов. Версия Дамблдора относительно последнего эпизода, как по мне, маловероятна, хотя бы потому, что непонятен его источник информации.       — Ты забыл про Виктора Медоуза, отца Доркас, — заметил Джеймс. — А по поводу полюбившихся тебе ловушек мне Альбус мозг чайной ложечкой выел. «Как ты мог, они же дети!» А то, что эти «дети» убивать других детей шли, его, как-то, не волновало.       — Не забыл я о нем, — покачал головой Сириус. — Вот только погиб Виктор еще когда мы с тобой в Хогвартсе учились. Но погиб он действительно очень странно и Доркас подозревала, что это мог быть кто-то из своих. В ту же канву можно вписать и твоих родителей. Ни один мэнор упиванцы не штурмовали, а тут вдруг сделали исключение, да еще и с разовым привлечением иностранных наемников.       — Вот, вот, — грустно кивнул Поттер. — Поэтому потенциальных предателей стоит назвать поименно. Я думаю, что это Лунатик, Хвост, Артур Уизли, Моуди и Альбус Дамблдор. Первый не то чтобы предатель, он, скорее, махровый нейтрал. Помнишь, мы его на дело зовем, а он невнятными причинами отговаривается. Думаю, он на нас в Хогвартсе директору доносил из чувства благодарности, а после, став никому не нужным и неинтересным, лишь порадовался.       — А Хвост?       — А Питера мы, надо признать, сами упустили. Он в какой-то момент выпал из нашего круга общения, а потом лишь ходил вокруг да около. Если его привлекла к делу противная сторона, то он теперь им будет верен, а не нам. И в этом случае он не предатель, а засланный шпион. Вот Уизли самый подозрительный. Гляди — работает он в отделе обслуживания каминов, причем настройщиком. Уж кому-кому, но сбить управление ему легче легкого. И сколько наши не погибали из-за атак по каминной сети, Артур так и не выявил кто же именно помогает упиванцам. Да оно и верно, не доносить же ему на самого себя. Живет его семейка открыто, защиты никакой, камин вообще нараспашку, но никто его не трогает. Либо потому, что он никому не нужен, либо, наоборот, потому что он нужен всем и за свои операции давно заработал себе от упиванцев твердую индульгенцию.       — Принимаю. Что по поводу Аластора?       — Он постоянно себе на уме. Заметь, именно с появления Моуди в аврорате активное противостояние сторон и пошло, ибо он никогда не чурался самых жестких методов. Помнишь, какой шум в прошлом году поднялся из-за того, что авроры попытались брать заложников. На этой-то волне Крауч со своими инициативами и нарисовался. Сведение счетов сейчас всем наименее нужно, но оно, так или иначе будет. Кто победит, именно тот в свою сторону законность станет поворачивать.       — Про заложников, я, конечно, помню, — отозвался Сириус. — Вот только шум пошел не из-за факта их взятия, а из-за того, что несколько человек выкормыши Аластора запытали до смерти. Просто так, без какой-либо причины. Насколько я помню, тогда особо «отличились» Руперт Джонсон, Кингсли Шеклбот, Джоэль МакКиннон и Эдгар Боунс. Кабы не Дамблдор, то Моуди уже давно сидел бы в Азкабане, а то и с дементорами взасос любился. К слову о жертвах… Ты знаешь, я тут буквально на днях изловил одного провокатора, может ты слышал о таком себе Мундунгусе Флетчере?       — Конечно слышал, — кивнул Джеймс. — Даже более того, я его пару раз вживую видел. В аврорате. Кажется, он находится на должности внештатника. Помнится, Моуди как-то обмолвился, будто Флетчер ему помогает искать тайники с артефактами. А что, разве нет?       — Ну, конечно же, нет, — Сириус продемонстрировал истинно звериный оскал. — Этот гнус подвизается в совсем иной роли. Я три дня тому назад собрался в Мейсонам с обыском. На них поступил анонимный донос. Кстати, насколько я понял, этим у нас Артур Уизли занимается. И еще ни разу его за это не наказали. Наоборот, бывает даже поощряют, правда, надо признать, исключительно морально. Денег ни разу не давали! Ну вот, иду, значит, я по коридору, а сам прикидываю как я буду себя вести с Мейсонами. Или получится договориться, как Вуд или Кут делают, или сразу палочку к шее, как это обычно делает Моуди. Тут мне навстречу Флетчер выходит.       — Приходил он к кому-то? — поинтересовался Поттер.       — Возможно, — ответил Блэк. — Но в тот момент он, судя по всему, в пустом кабинете шарил, искал чтобы такого спереть. Возможно, кабы я не был в раздумьях, он бы сумел ретироваться, но тут я его и решил использовать по прямому назначению. Как нам Моуди и рассказывал. Флетчер, конечно, попытался отказаться, но я уже закусил удила. Приходим на место, но хозяин добровольно делиться своими сокровищами с нами не пожелал. Киваю Флетчеру: давай, мол. Что же ты думаешь? Этот гнус нагло подходит к шкафу, вытаскивает оттуда столовое серебро и складывает себе в карман. Мейсон на дыбы, орет ему «Ты что же делаешь, ирод!» А тот, мерзко скалясь, отвечает «Да не обеднеешь!» Тут-то я в воришку «ступефай» и влепил. Карманы вывернул, заодно нашел чуть ранее уворованную вазочку с конфетами, по роже кулаком заехал, распрощался с хозяином и пошел на выход. Тут Мунугдус как рванет с места и порт-ключ активировал. Да только у меня модернизированный «крюк» был наготове и угодил этот гнус именно туда, куда я его и хотел изначально спровадить — в подвал домика дяди Альфарда, благо, от дома Мейсонов к нему рукой подать.       — Что-то я не понял смысла произошедшего, — пробормотал Джеймс. — Хотя…       — А тут все просто. Я вернулся в аврорат, отчитался, отписался, соврал будто вор от меня удрал и бегом к Мундунгусу. Стал его предельно жестко колоть. Ну и выяснил подоплеку всей истории. Провокация очень простая: воришка на глазах у хозяина тащит какие-то вещи, тот возмущается, лупит его каким-нибудь заклинанием и тут же его самого вяжут авроры с обвинением в нападении на сотрудника. А потом, в аврорате, выбивают из задержанного всю необходимую им информацию. В основном, его сопровождал Моуди. Но, оказывается, несколько раз за тем же самым Флетчера привлекал и Фрэнк Лонгботтом. Причем не куда-нибудь ходили, а к Лестрейнджам, к Яксли и к Трэверсам. У первых авроры сгоряча перестарались и приложили беременную Беллатрикс так, что у нее тут же преждевременные роды начались. Так они немедленно сбежали, оставив Беллу умирать в луже крови. «Отличились» сам Фрэнк, его жена Алиса, Эдгар Боунс, Джоэль МакКиннон и братья Прюэтты.       — Вот как, — прошептал Поттер. — Против Рудольфуса и Рабастана выйти побоялись, уроды. А ведь с этого инцидента, между прочим, горячая пора войны началась.       — А еще я узнал, — процедил сквозь сжатые зубы Блэк, — что, якобы именно Альбус намекнул Фрэнку будто его отца несколько лет тому назад убили с использованием родового проклятия Лестрейнджей. И задумался — откуда нашему старичку о таких забавных подробностях знать, если об обстоятельствах гибели Арфанга доподлинно никому не было известно, а вот родовое заклинание можно определить лишь при условии, что ты сам владеешь чем-то похожим.       — А вот и до нашего разлюбезного Светоча дело дошло, — грустно усмехнулся Джеймс. — Он возвел противостояние факультетов в некий культ, мы с тобой на этом фоне выделялись лишь потому, что нас административно выпячивали, вот и все. А то, что за последние пять лет нашей учебы в Хогвартсе ежегодно погибало пять-шесть магглокровок, никоим образом никогда и никем не афишировалось. Из нейтрального домена Хогвартс постепенно превратился в боевую арену. А директору и горя мало.       — Я, между прочим, как-то составил подробный список убиенных, — сказал Блэк. — Кого, кем, при каких обстоятельствах и за что именно. Замечу, некоторых действительно было за что. Например, Джон-Джон Мердок, негритенок из Хакнея, третьекурсник факультета Хаффлпафф, привселюдно обозвал Ивэна Розье ублюдком. Получил вызов на дуэль, но на нее не явился, а побежал с доносом к директору. Через два дня черномазый упал с лестницы, с пятого этажа, и сутки спустя, не приходя в сознание, скончался. Его, как я узнал, столкнул Джордж Гойл, мимоходом зацепив плечом. Дамблдор представил все как несчастный случай.       — Не меньше на директоре грехов и в последние годы, — продолжил Поттер. — Посуди сам, наш разлюбезный наставник распускал слухи о том, что именно его опасается Волдик, но сразился с ним лишь однажды, да и тот бой свел вничью действуя от обороны.       — И тот бой, на моей памяти, с участием Альбуса Дамблдора, был единственным за всю войну, — подхватил Сириус. — Интересно, с какого перепугу он решил, будто убийство раскалывает душу. Насколько я помню, то есть такой момент, однако он касается гибели от твоей руки родственника или очень дорогого лично тебе человека. Хотя…       — Ты о той истории, будто Дамблдор как-то прикончил свою родную сестру? — уточнил Джеймс. Увидев утверждающий кивок Сириуса, он продолжил. — И из этого он, похоже, вынес обобщенную версию событий. Сколько отличных парней погибло только потому, что им буквально напрямую запрещали драться с врагом так, как было заповедано предками, а причина была в одном-единственном молодом придурке, который, в свое время, разок пошвырялся заклинаниями куда ни попадя. Но все это мелочи, по сравнению с последними событиями. Мне кажется, он решил сделать из меня и моей семьи приманку.       — Так, — насторожился Блэк, — а вот с этого места поподробнее.       — Фиделиус он выставил самолично, так? Но вспомни, что именно Альбус неоднократно намекал нам с тобой на тихушность и незаметность Питера. А если все время о чем-то талдычить, то, со временем, можно и уговорить. Как нас с тобой. Дальше больше. Вспомни, сколько народа с тех пор у нас побывало. Какой там хранитель, когда в наличии столько осведомленных людей имеется. Апогей этого маразма лично для меня наступил пять дней тому назад, когда сюда приволокся еще и Хагрид. Он-то что у нас позабыл? Знаешь, было у меня ощущение, что он проводил разведку территории. Куда идти, откуда подходить… А в доме его заинтересовала исключительно одна детская. Не Гарри, заметь, я его как раз на руках держал, а именно детская. Что-то назревает, Бродяга, и, боюсь, мне это не пережить.       — Постой хоронить себя раньше времени, — хмыкнул Сириус. — Волдик у нас, насколько я о нем осведомлен, сильно символизм обожает, значит, ранее чем в ночь на Хэллоуин его мы не дождемся. А за это время, думаю, успеем подготовиться. Жалко, что из-за Альбуса да, надо признать, и из-за твоей дражайшей супруги тоже, нам внешние ловушки не расставить. Вой, оборотням на зависть, поднимут до небес! Значит, это должен быть сам дом. Помнишь, ты мне показывал вариант псевдоживой усадьбы, когда на врага набрасывается не мебель, а стены, пол, потолок и крыша. Самое то!       — Тут не все так просто, Бродяга, — поморщился Поттер. — Для этого мне требуются полностью запитанные кристаллы-накопители. Да-да, те самые искусственные рубины. Мало того, что они сами по себе немаленькие, так их нужно штук десять, не меньше. Кристаллы у меня есть, лежат в сейфе в «Гринготс». Но они полностью разряженные, а на зарядку одного нужно не менее трех месяцев, причем в условиях Хогвартса.       — Значит нарушим закон, только и всего! — рассмеялся Блэк. — Знаешь, Сохатый, как бы я не бегал от уроков моей маменьки, но вот пришла пора ими воспользоваться.       — Постой, — прошептал Джеймс, — ты же не хочешь сказать, что…       — Именно, — продолжил хохотать Сириус, — именно то, о чем ты сейчас и хотел сказать. Правильно проведенное жертвоприношение даст мне необходимую энергию для зарядки накопителей, а заодно и подкормит алтарь Рода Блэк. Правда, боюсь, одним Флетчером дело не ограничится, а Дамблдора в самое ближайшее время нам не поймать. Поэтому придется немножко попотеть. Надо бы еще Лили и Сохатика вывезти, чтобы они не пострадали. А то сам понимаешь…       — Значит, решено? — Джеймс решительно стукнул по столу кулаком. — Тогда я пойду домой, составлю план дома, а заодно проверю его на разнообразные следящие заклинания. Чует мое сердце, что-то я обязательно разыщу. Потом нанесу руны на мебель, чтобы обеспечить более ускоренную трансфигурацию и выиграть несколько важных секунд на самом старте боя. А ты иди в банк, забери накопители и делай, что запланировал. Жду тебя завтра к обеду. Не опаздывай!