Ungentlemanly Thoughts of a Gentleman

Унылая и обычно бледная кухня на Гриммо 12 вечером была шумной и оживленной. Всплеск красок и глоток свежего воздуха были привнесены этим вечером Нимфадорой Тонкс. Тонкс, быстро напомнил себе Ремус. Он точно не хотел попасться под горячую руку милого молодого мракоборца. Оживленным это было потому, что должно было состояться первое полное собрание Ордена с тех пор, как этот мерзкий дом стал их штаб-квартирой. По запросу Дамблдора именно Ремусу достался шанс целую неделю следить за молодым мракоборцем, наблюдая за ней издалека, чтобы оценить ее навыки. А сейчас, когда он находился в одной комнате с ней, несколько шаловливых мыслей, которые он не мог подавить, наблюдая за ней, пронеслись в его голове, и казалось, что температура в переполненной кухне поднялась градусов на десять. Ремус расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, воротник которой вдруг стал слишком узким, надеясь, что он не покраснел, когда девушка, о которой идет речь, села напротив него. Его глаза медленно скользнули от ее ярких розовых волос до ее милого лица в виде сердца, его взгляд опустился на ее губы на какой-то момент. К счастью, это осталось незамеченным, поскольку она радостно болтала с Кингсли и Сириусом — последний настолько в восторге от компании в своем доме, что даже не заметил, как его старый друг буквально пялится на его племяшку. Невнимательность Сириуса была райским облегчением, учитывая насмешки, которые он получил от него, пока следил за Тонкс; Сириус быстро пришел к верному выводу, что Ремус запал на эту девушку. Его взгляд метнулся от ее рта вдоль подбородка, прежде чем скользнул по ее шее. По прежнему будучи незамеченным, он позволил себе уставиться на очертания ее налитой груди под концертной майкой Ведуний, в которую она была одета. Он ослабил галстук, прежде чем сделал глоток чая и проигнорировал часть своего сознания, которая называла его старым извращенцем; в его жизни и так было очень мало красок, так что он не откажется от возможности наблюдать за этой красивой и молодой девушкой издали. По факту, он с нетерпением ждал еженедельных собраний Ордена, которых он почти боялся без присутствия Джеймса и — он не мог без отвращения не признать — Питера, так как время с его друзьями было главным событием его недель во время первой войны. Ремус молчал все то время, пока Тонкс разговаривала с Кингсли и Сириусом, спокойно наблюдая за ними, удивленно припоминая то, как она вызвала раздражение Наземникуса и Северуса одним только своим присутствием, но совсем не позволила этому повлиять на нее — но больше не мог сдержаться. Тяга поговорить с ней была слишком велика. Он высказался, когда она поделилась своим секретом, как ей удалось меньше оставаться на отработках у учителя зельеварения. — Возможно, если бы Сириус был таким же прагматичным, то он проводил бы меньше времени на отработках, — сказал он, получив от Тонкс, сидящей напротив него, яркую улыбку, которая согрела его до пят. Да, кажется, собрания Ордена станут для него главным событием последующих месяцев, и он чувствовал себя обязанным убедиться в том, что на каждом собрании будет говорить что-то стоящее ее великолепной улыбки.