Загадочная незнакомка
6 июня 2013 г., 23:24
Всё!.. Это был край!.. Предел!.. Теперь даже всегда уравновешенный Дзен-Аку мерил комнату шагами и крушил всё, что попадалось под руку… Это… Это же просто невозможно! Впервые в своих точных до десятых расчётах он допустил ошибку!
Вот разнёс кулаком вдребезги ни в чём не виноватый стул и пошёл обратно.
– Дз… Дз… Дзен-Аку, – старался спасти Игор невинный канделябр, – что произошло, то произошло… Уже ничего не изменишь….
– Заткнись! – оттолкнул волк единорога со своего пути. – Это уже не первый мой просчёт, но я не могу понять, почему?.. Как?.. Мой план был идеален! Сначала я заманил их всех в ловушку, дабы унизить и отравить эту жирную панду! Они бы, конечно, на всё были готовы ради друга и пришли бы ко мне. Тут бы я убил основную угрозу, этого рейнджера, а остальные не стали бы мне помехой!.. А всё пошло к чертям! – тут он пробил кулаком насквозь столешницу.
– Кто же знал, что этих… как их… рейнджеров станет больше? – вмешалась Вайпра.
– Вы обязаны были знать! – ткнул в её сторону пальцев волк. – Я вообще не понимаю, что вы тут делаете? Что вы полезного сделали за всё это время?.. Молчите? Верно, потому что вы не сделали ничего!.. Как дети малые, которые без няньки шагу боятся сделать, а мне теперь отвечать перед Его Величеством! И что я ему скажу, что лучший из его воинов подвёл его?
Дзен-Аку сжал кулаки и напрягся до покраснения. Пар вышел из его ушей, и он остыл.
– Сгиньте с глаз моих долой! Не хочу вас видеть! – прогнал он своих подопечных.
Вайпра и Игор спешно покинули комнату. Волк подошёл к хрустальному шару на постаменте и потёр его. Внутри шара появился глаз его Повелителя, огненный, со змеиным зрачком.
– Это выражение лица мне знакомо, – протянул Император. – Думаю, даже не стоит спрашивать доклад. И так всё понятно.
– Боюсь, что так, Ваше Величество, – ответил волк, опустив голову. – Мой очередной план провалился.
– Не скажу, что меня это удивляет, – всё так же подозрительно спокойно протянул Император.
– Простите, я подвёл вас, – всё больше пригорюнился Дзен-Аку. – Не могу обещать, что больше такого не повториться… Тут произошла непредвиденная ситуация…
– НЕПРЕДВИДЕННАЯ СИТУАЦИЯ?! – вспыхнуло око так, что осветило всю комнату. – И ЧТО ЭТО ДОЛЖНО ОЗНАЧАТЬ?! ТЫ ДОЛЖЕН БЫЛ БЫТЬ ГОТОВ К ЛЮБЫМ СИТУАЦИЯМ! Я НЕ ПРОСТО ТАК ПОСЛАЛ ТЕБЯ НА ЗЕМЛЮ, ТЫ УЖЕ ДОЛЖЕН БЫЛ ДЕРЖАТЬ ПЛАНЕТУ, ИЛИ ХОТЯ БЫ ЧАСТЬ ЕЁ, В ЕЖОВЫХ РУКАВИЦАХ! А ЧТО Я ОТ ТЕБЯ СЛЫШУ УЖЕ В КОТОРЫЙ РАЗ?! ТОЛЬКО ТО, ЧТО ТВОЙ ПЛАН ПРОВАЛИЛСЯ И МОЙ ЛУЧШИЙ ВОИН ПОДВЁЛ МЕНЯ! – Император остановился, чтобы восстановить дыхание и немного успокоиться. – С чем это всё связано? Что, атмосфера Земли так дурно на тебя влияет, что ты отупел, едва ступив на её поверхность или что?.. Как вы мне уже надоели!.. В общем, так, я… отстраняю вас от задания!
Выражение лица волка сменилось недоумением.
– Да, ты не ослышался, – подтвердил Повелитель. – Я отстраняю вас от задания! Ваша задача теперь ждать моего появления… Никакой самодеятельности, ясно?
– Да, милорд, – ответил волк, глаз Повелителя исчез.
За этим в щёлку всё время наблюдали Вайпра и Игор. Они опасливо подошли к Дзен-Аку, а Вайпра осторожно спросила:
– Ты же не думаешь, что Повелитель…
– Да, – прервал её вопрос волк. – Похоже, что так…
***
Лицо Дзен-Аку исчезло с хрустального шара Императора. Он и так в последнее время жутко злой, так очередная неудача его лучшего воина подлила масла в огонь. – Хочешь что-то сделать, сделай это сам, – процедил он сквозь зубы, а потом позвал советника: – Везалий! – Здесь, Ваше Величество! – забежало в тронный зал человек-альбинос с коротко стриженной седой шевелюрой и в дорогом платье. – Немедля прикажи магам использовать всю энергию планеты, дабы ускорить наше перемещение. – Но, Ваше Величество, вы рискуете погубить Нибиру… Мы можем самоуничтожиться, не долетев до Земли… – МНЕ ПЛЕВАТЬ НА НИБИРУ! – схватил Император советника за грудки. – НА КОНУ СТОИТ ПЛАНЕТА С БОГАТЫМ РЕСУРСНЫМ ПОТЕНЦИАЛОМ И ПРИГОДНАЯ ДЛЯ ЖИЗНИ! ЕСЛИ МЫ ЗАХВАТИМ СОЛНЕЧНУЮ СИСТЕМУ, ТО ОТТУДА УЖЕ НЕ ДАЛЕКО И ДО ПОКОРЕНИЯ ВСЕЙ ВСЕЛЕННОЙ! Повелитель отпустил его на землю, тот, дрожа, поклонился и убежал подобру-поздорову. – А достигать своей цели нужно любым способом, – пробормотал Император, прежде чем вернуться обратно на трон. Он погладил подлокотники и устроился поудобнее. – Вот видишь, брат мой, – произнёс он трону, – осталось совсем чуть-чуть. Скоро я закончу начатое нашими предками, и тогда… мы станем величайшими правителями всей Вселенной…***
А мы возвращаемся в Долину Мира. Уже прошло больше двух недель, а Дзен-Аку не слышно и не видно. Это было хорошо… и плохо. А мы тем временем ратушу всё же достроили, внутри забабахали капитальный ремонт – в общем, нашему чиновнику угодили во всём. Он на радостях даже торжественное открытие устроил и дал Шифу право перерезать ленточку. Мы вздохнули с облегчением и, наконец-то, смогли вернуться к тренировкам. Как и обещал, я перевёл ребят на новый уровень обучения. Перво-наперво этот новый уровень касался Обезьяны и Тигрицы, ведь сегодня я их учил магии самураев. – Я учил вас японскому языку не просто так, – начал я свою напутствующую речь. – Власть самурая кроется в символах. И эти же символы – ваша сила. С этими словами я нарисовал самурайзером-кистью в воздухе символ 紙 (яп. «Бумага»), создав лист бумаги, который завис в воздухе. Затем обычной кистью и чернилами я нарисовал свой символ 火 и занёс над ним руку. Лист воспламенился и мгновенно сгорел, а ветер развеял пепел. – Вау! – уже в который раз раззявил рот По от восторга. Остальным я предоставил возможность понаблюдать за занятием. Они уже вполне восстановились после испытаний демона, но Журавлю, как и По, более всех пришлось несладко. Журавлю нужно было ещё около месяца ходить в гипсе, потом ещё столько же потихоньку восстанавливаться, и только потом тренироваться. А По уже был бодрячком, но Шифу отстранил его от занятий ещё на неделю, мотивируя тем, что По ещё недостаточно оклемался после действия яда. Когда он узнал, что Обезьяна и Тигрица смогли превратиться в рейнджеров, то чуть в обморок не упал, а потом накинулся на Обезьяну, стараясь отобрать его морфер. Мне ещё потом час пришлось его успокаивать и клясться, что он тоже станет рейнджером, но когда восстановит свои силы. Я наколдовал ещё пару листов бумаги и предложил Обезьяне и Тигрице испытать свои стихии. Каждый из них нарисовал свой символ на листе бумаги, а затем сосредоточенно направили на них ладони. Спустя минуту такого усердного старания Обезьяну окатило ледяной водой, а Тигрице на ногу плюхнулся камень. Я не удержался и рассмеялся вместе со всеми, наблюдая шокированную физиономию примата и прыгающего на одной ноге тигра. – Вы это специально, что ли? – спросил Обезьяна. – Да нет, – ответил я, вытирая слёзы. – Теперь это ваши стихии, и вы должны покорить их. Для этого вы и перешли на новый уровень. Только подчинив себе свои стихии, вы сможете вершить магию. – А вы помните ещё какие-нибудь заклинания? – спросил По. – Немного, но помню. Но вот, что я вам скажу: самурай сам может творить магию, независимо от существующих заклятий. Вы только должны поверить в себя и тогда вам будет возможно всё. С этими словами я написал в воздухе слово ローズ (яп. «Роза»)и прикоснулся к нему рукой. Из вспышки пламени в моей руке появился большой бутон красной розы. А потом ドラゴン (яп. «Дракон») и движением руки повернул его – по комнате пролетел маленький огненный дракончик, а потом растворился в воздухе. Все находящиеся в комнате с восторгом смотрели на меня. – Ну, это ещё фокусы по сравнению с тем, что вы можете на самом деле, – ответил я. – А напоследок покажите нам что-нибудь ещё, – попросил По. – Да! Да! – замолили остальные. – Ну, ладно, – ответил я и нарисовал в воздухе свой морф-символ, превратившись в рейнджера. – Это уже было! – протянул Журавль. – Вы недосмотрели, – ответил я, нарисовав в воздухе символ 倍 (яп. «Двойник»). Вспышка пламени, и вот рядом со мной стояла точная моя копия. – Ух ты! Потрясно! – захлопал По. – Да, двойники весьма полезны в бою, чтобы запутать противника, – ответил я. – Но минус в том, что ваш двойник только от одного удара может испариться… Занятие окончено, всем спасибо. Мы вышли из выделенной мне комнаты для тренировок и отправились на обед. По решил нас порадовать рисом, икрой из кабачков и куриными тефтелями. Всё это он поставил перед нами и посыпал петрушкой. – Итадакимасу! – пожелали мы друг другу приятного аппетита и принялись за трапезу. Когда тарелки уже были наполовину опустошены, в кухню влетел Зенг. Мы уж подумали, что опять Дзен-Аку. Мы, конечно, рады были, что он притих и не показывался, но порой такая тишина была ничем иным, кроме как затишьем перед бурей. А гонять Фунга и его банду, а так же прочих мелких бандитов уже порядком приелось. Новость не касалась Дзен-Аку, но была приятной. – Воин Дракона, вам письмо. Пляшите! – произнёс Зенг. – Зенг, что за детский сад? – поднялась одна бровь у панды. – Давайте, давайте, оно того стоит, – с улыбкой подначивал гусь. По лениво поднялся из-за стола и сплясал что-то на манер сибирского народного танца. Только после этого гусь отдал ему конверт. Всё с той же ленивой физиономией он открыл его и начал читать… С каждой строчкой глаза его всё больше расширялись от удивления, пока он не воскликнул: – Уаааху! Сегодня к нам приезжают Леди Тени. – Да ну? – удивился Обезьяна, подсаживаясь к По. – Правда, что ли? – подсела Гадюка. А за ними и все остальные прочитали письмо. – А кто эти Леди Тени, Сонг и все прочие? – спросил я. – Нани́?! (яп. «Что?!») – уставились все на меня удивлённым взглядом. – Вы разве не знаете? – Э-э-э-э-э… Нет. – Ах, ну да, – вспомнил По и начал мне рассказывать от А до Я, а Тигрица его дополнила. Из всего рассказа я понял то, что однажды Леди Тени уже приезжали в Долину Мира, но они оказались воровками, чьей целью была Чаша Дракона. Чтобы подобраться к ней, Сонг должна была привлечь к себе внимание По, но сама же в него влюбилась. Чашу украли, но потом По вернул её, распрощавшись с Сонг. А четыре года назад они опять гастролировали в Китае, но с новым руководителем. В тот день они победили нибирианцев и свели вместе Мэрикка и Сонг. К слову, девушка в тот день пыталась перейти к серьёзным отношениям с По, но панда её отшил. А Мэрикк извинялся за ошибки прошлого перед Тигрицей. – Так у тебя всё же были парни, кроме Шифу, – хохотнул По, вспомнив, что в детстве та была влюблена в Шифу. – То-то она мне сразу не понравилась, – ответила Тигрица. – А ты уже тогда меня ревновала к ней? – удивился панда. – Размечтался, – с гордым видом ответила Тигрица. – Вы просто обязаны туда сходить, Химура-сенсей! – схватил По меня за плечи и потряс. – Это одно из самых потрясных шоу во всём Китае! – Я-то схожу, разумеется, – ответил я. – Только отпусти меня. Панда разжал хватку и с волнительным видом достал из конверта прилагаемые билеты. – Во сколько там представление? – спросил Богомол. – В пять часов вечера, – ответил панда, предвкушая потрясность. Я откинул крышку самурайзера и посмотрел на часы: – Пол первого. Ещё успеваем. Удивлённые Обезьяна и Тигрица достали свои мобильники. – Тут и часы есть? – удивился Обезьяна. – Конечно, – ответил я. – Самурайзеры во многом отличаются от обычных мобильников, хотя бы тем, что функции мобильника для него ограничены возможностью позвонить, отправить SMSку, календарь, часы, напоминалка. Ну, думаю, возможность превращаться в рейнджеров и использовать магию самураев – больше других наворотов и не надо. Из всего рассказа они поняли, наверное, только про превращение и магию. А возможности мобильника я решил им показать. Я попросил Обезьяну уйти в другую комнату, попутно показав ему «Контакты» и как правильно держать трубку при разговоре. Не знаю, получится ли, связи-то тут нет, и ещё несколько тысяч лет не предвидится, хотя Джейден-сенсей говорил, что они работают по своему каналу. Обезьяна ушёл в другую комнату, а я остался ждать его звонка. Спустя мгновение из моего мобильника раздалась минусовка оупенинга «Могучие рейнджеры: Самураи». Я откинул крышку и прислонил телефон к уху. Из динамика раздалось: – ХИМУРА-СЕНСЕЙ, ВЫ МЕНЯ СЛЫШИТЕ? ПРИЁМ! Я поковырял в оглохшем ухе, а потом ответил: – Незачем так кричать. Тебя и так прекрасно слышно. – Классно! – ответили «на другом конце провода». – У вас в будущем такие интересные штуки. А как отключиться? – Нажми красную кнопку, – по обыкновению ответил я. – Их тут полно красных. Ну, да. Кнопки 2, 5, 8, 0 и кнопка меню над этим столбиком были красными. – Справа от кнопки меню, – ответил я. Звук прекращения вызова раздался из динамика. – А что такое эмсэмэска? – спросила Тигрица. – Эсэмэска, – поправил я. – Это короткое сообщение, которое можно отправить с телефона. Понятней говоря, это письмо в электронном виде, которое отправляется невидимым почтальоном с одного телефона на другой. И эту возможность я продемонстрировал ей. – Козырно! – довольно воскликнула она. – Поскорей бы нам такие штуки. – Боюсь, вы до них не доживёте. Разобравшись с возможностями мобильников, все разошлись кто куда. Мы вместе с По и Тигрицей отправились по домам. До назначенного часа я помогал мистеру Пингу в лапшичной, изредка переговариваясь на обыденные темы. Вечером я привёл себя и свой внешний вид в порядок и направился к месту встречи. Представление должно было проходить в здании всенародного цирка, которое находилось в центре города. До представления ещё полчаса, и я неспешной походкой направился туда. Приятный летний ветерок приятно холодил кожу, гэта негромко стучали по охлаждённому асфальту. В такое время город потихоньку затихал: торговцы закрывали свои лавочки, детишки впереди родителей весело бежали домой. Со всех сторон меня то и дело сопровождали любопытные взгляды, но не без улыбки, когда я встречался с этими взглядами. Они уже привыкают ко мне, что само по себе не могло не радовать, но всё же среди них попадались и взгляды недоброжелательные… Но мне было плевать на них. Вот уже и здание цирка. Большое двухэтажное здание из выкристаллизованного белого камня с большими окнами, украшенными витражами с изображениями бродячих артистов. Поистине красивое архитектурное творение выделял купол из чистого золота, который ослепительно сиял, вселяя в сердца посетителей радость. Посетителей уже собралось столько, что яблоку негде упасть. Я едва нашёл в толпе По и Пятёрку. – Химура-сенсей! – заметила меня Тигрица и помахала рукой. – Йо́ш’и! (яп. «Отлично!») – воскликнул По. – Теперь все в сборе. – Химура-они-чан! – не забыла Тигрица детишек, которые стиснули мне пояс в объятиях. И так ещё около двадцати минут мы ждали, пока билетёр примет наши билеты и пропустит в фойе. Толпа начала расходиться кто куда: кто на второй этаж, а кто на первый. Ран и Акира перво-наперво, как и любые дети в цирке захотели какую-нибудь игрушку и банку попкорна. Благо, дефицита в торговцах здесь не было, и продавалось всё, что только можно… за ваши деньги. И игрушки, и вкусняшки, и фото с животными, и фото с артистами – в общем, всё, что душе угодно. Детишкам купили клоунские носики, одну большую банку попкорна на двоих и… – Что? – удивился я, увидев фарфоровые фигурки, которые купили им. Дело в том, что это были фигурки рейнджеров, так же умело сделанные, как и фигурки воинов. Акира сжимал фигурку красного рейнджера-самурая, а Ран – жёлтого. «Всё-таки они это сделали», – под «они» я имел в виду тех, кто видел уже нас в облике рейнджеров. Мы не раз превращались и показывались на публике, но я ведь убедительно просил не распространяться, ведь мы ещё даже не полным составом. А слухи, как известно, распространяются быстрее любых новостей, и вот результат… Ну, ладно, думаю, ничего. Главное, чтобы не гонялись за нами с просьбами об автографах. Наши места были на правой стороне в четвёртом ряду, где всё было, как на ладони. Спустя десять минут двери на выход закрылись, и погас свет. Никакой цирк не обходится без эффектного интро в начале представления. Под музыкальное сопровождение и разноцветный свет с дымовой завесой на арену поочерёдно выбежали все артисты, среди которых были и наши Леди Тени. Конферансье, толстый медведь в белых штанах, чёрных лакированных сапогах, красном фраке и чёрном цилиндре, представил каждого из, коих разом было сорок, не меньше. Исполнив групповой танец, все убежали обратно за кулисы. Потом музыка сменилась, и по сцене медленно поползли пятачки голубого света. Из-под купола на арену спустили гимнастические полотна, и на сцене появились два волка, самец и самка, в белых облегающих трико, переливами искрящихся в голубом свете. После эффектного представления воздушных гимнастов на сцену на одноколёсных велосипедах ввалились клоуны, которые смешили так, что смех, наверное, был слышен на весь Китай. За ними последовали дрессировщики собак и кошек, а уж потом дошёл черёд до ожидаемых Леди Тени. Зал полностью погрузился во тьму, арену заполнила дымовая завеса. На сцену упал блеклый свет, заиграла мистическая музыка с уклоном в индийские мотивы, а оперная певица стала выводить каждый звук до небес. На арену медленно вышли монах и четыре монахини в чёрных одеждах. Лицо монаха скрывал капюшон, а лица монахинь – паранджа. Монах остался в центре, а монахини окружили его… Раздался громкий взрыв, музыка стала громче, свет, который падал на арену стал ярче, монах сорвал с себя одежды, за ним последовали и монахини. В центре арены стоял белый тигр в чёрных станах с синим поясом и золотых браслетах на обеих руках. Это, должно быть, Мэрикк. А монахини – четыре дымчатых леопарда, почти ничем не отличимых от снежных барсов. Со снежными барсами, кстати говоря, я уже сталкивался в бою: в очередной раз прихвостни Джун-Джи пытались похитить реликвии из Зала Героев. Эти барсы, как и те, так же показались мне все на одно лицо. Отличие только составляла их лидер, Рёко, острые ушки и медово-карие глаза… И в глаза мне бросилась ещё одна… Точнее говоря, одна из двух… Близнецы пусть и во многом одинаковы, но одну из них я сумел выделить. Не знаю, почему, но она чем-то сразу сумела привлечь моё внимание… За всё представление, моё внимание принадлежало только ей… Мэрикк достал из ниоткуда два факела, сложил их крестиком и брызнул керосином изо рта, направив поток огня в потолок. Зал полностью на мгновение осветился оранжевым светом, а жар от огня достал, наверное, до самых верхних рядов. Девушки достали зонтики, раскрыли их и завертелись на месте, иногда исполняя сложные фигуры с зонтами, в то время как тигр вертел факела в руках и позволял языкам пламени «гладить» свою шкуру. Потом из ниоткуда в его руках появились ещё два факела, и он побросал их девушкам. Барсы выстроились попарно друг напротив друга, зонтиками перебрасывая факелы, словно жонглёры. Тигр кувырком проскочил через образовавшийся «ручеёк» и исполнил несколько акробатических трюков. Факела погасли, Сонг (если не ошибаюсь) запрыгнула ему на плечи, открыв зонт над головой, сверху запрыгнули близняшки, открыв зонты и сцепившись руками, а сверху запрыгнула лидер труппы, галантно поклонившись… Затем вспышка пламени, и они растворились в воздухе. Все зрители повставали со своих мест и захлопали, я даже присвистнул. После ещё пары представлений начался антракт, и мы вышли в фойе. – Это было потрясно! – воскликнул По. – Вижу, Мэрикк им пригодился. – Согласна, – ответила Тигрица. – Он добавил им некоторую… изюминку, что ли? – И что будем делать? – спросил Обезьяна. – Сходим к ним, конечно же, – ответил По. – К тому же, я всегда мечтал побывать за кулисами цирка. Когда я это услышал, у меня желудок сжался в комок… Мы пойдём в гримёрку Леди Теней, где будет так же и Она… – Химура-сенсей, с вами всё в порядке? – спросила Гадюка. – Д-да… Кхем, всё в порядке. Простите, задумался. – У вас такой вид, словно вы чего-то боитесь. – Со мной всё нормально, – с напором ответил я. – Где их гримёрка? Пошли скорее, пока антракт не закончился. «А я пока пойду, – пронеслось в моей голове, но я мгновенно себя пристыдил: – Чего ты так нервничаешь? Возьми себя в руки!» Ребята пожали плечами и пошли к запасному входу за кулисы. Я потряс головой, привёл причёску в порядок и постарался придать себе как можно более спокойный вид. Вход находился за углом, мы потихоньку открыли дверь и вошли. Небольшой тёмный коридор вёл к следующей двери. Мы несколько раз чертыхнулись, спотыкаясь об вёдра и швабры, но дошли до дверей… И, едва открыв её, шарахнулись от гавкающей собаки в клетке. – Тьфу ты! – чертыхнулся в её сторону Обезьяна. Пройдя несколько коридоров, мы нашли гримёрку наших артистов. По постучался в дверь. – Войдите, – ответил женский голос с той стороны. По открыл дверь, и вы вошли внутрь. Это была небольшая комната, заваленная вешалками с костюмами и туалетными столиками с зеркалами, у которых прихорашивались наши девицы. – По! – обняла его Сонг. – Я была уверена, что ты придёшь! – Не могу себе позволить пропустить ваши представления, – с ухмылкой ответил панда. – Привет, По, – пожал ему лапу Мэрикк. – Салют. Вижу, ты хорошо устроился. – Ну, да, быть артистом действительно здорово, – почесав в затылке, ответил тигр. – Сам придумал или Сонг подсказала? – А ты думаешь, кто? – хихикнула Сонг. – Без меня он бы заперся в доме и никуда бы не выходил. – Ты преувеличиваешь, – покраснел тигр. – Я сам думал над этим. – После того, как я пинком тебя отправила к нам. Тут я неуверенно вошёл в комнату, и внимание труппы устремилось на меня. – А это, должно быть, наш гость из другого мира? – поинтересовалась Сонг. – Да вы не стесняйтесь, проходите, – втолкнул меня Мэрикк. – Как звать-то, как величать? – Ку-куренай Х-химура, – заикаясь, представился я, наблюдая на себе Её любопытный взгляд. – Красивое имя, – ответил Тигр. – Нас всех, думаю, вы знаете. – Н-ну-у-у, понаслышке, знаю. – Лично для меня, большая честь лично встретиться с вами, Химура, – обратилась ко мне Рёко. – В прошлом инопланетные гости наложили на нас не самый приятный отпечаток, но вы совсем другое дело. И, к тому же, ваш знак говорит о вашем благородии. А кем вы являетесь?.. К какому виду относитесь? – Хватит его уже смущать! – вступилась за меня Гадюка. – Он человек. А смущался-то я не из-за этого: Она всё продолжала на меня смотреть, а я тем временем всё больше краснел и покрывался испариной. – Очень интересно, – протянула Рёко. – Думаю, знакомство с такими, как вы будет полезным опытом для нашего мира. Так же, не грешно будет представиться. Я Рёко, новый лидер Леди Теней. Белый Тигр – это Мэрикк, Сонг вы уже знаете… А эти два очаровательных ангелочка – Сян-Мэй и Сяо-Мэй. – Очень приятно, – произнесли близняшки в унисон. Так, значит Её зовут Сян-Мэй… Красивое имя, которое так ей подходит… – Вз… взаимно, – нервничая, ответил я.***
В это время Акира оторвался от нас и потопал ножками вслед за любопытными глазками. Он проходил мимо репетирующих артистов, не обращавших на него особого внимания, клеток с животными и всякого сценического хлама, пока лбом не столкнулся с кем-то. От неожиданности малыш потерял равновесие и плюхнулся на зад, потирая лобик. – Эй ты, смотри куда… Акира? – спросил чей-то девчачий голосок. Малыш открыл глаза и увидел перед собой маленькую девочку на год младше него. Она была помесью тигра и снежного барса – тёмно-серая шерсть, но пятна, как у Тигра, большие круглые ушки и небесно-голубые глаза. От неожиданности Акира потерял дар речи и немо открыл рот. – Разве ты не помнишь меня? – задала она новый вопрос. Малыш лишь шевелил ртом, как рыба, выброшенная на берег. Не знаю, чего он испугался, но поднялся на ноги и бросился наутёк. Естественно, малышка, думая, что это игра, бросилась за ним.***
Ребята ещё немного поболтали с труппой, пока звонок не возвестил о том, что пора обратно в зал. Мы договорились встретиться после представления и пошли назад. Только мы сделали шаг к двери, как в неё влетел малыш Акира и запрыгнул маме на шею, дрожа так, словно увидел монстра. Но в дверях показался не монстр, а маленькая девочка. Даже не знаю, как её назвать, тигровый барс, что ли? А Акира всё так же дрожал и со страхом смотрел на неё. – Акира, ну неужели ты испугался её? Она же такая маленькая, – с усмешкой спросил По. – Ты разве её не помнишь? Это Мика, вы играли вместе, когда тебе было два года. Этот тигровый барс был дочкой Мэрикка и Сонг. Однажды они приезжали в Долину Мира на отпуск с гастролей, и тогда с ними уже был ребёнок. Для Акиры она была тогда будто самым лучшим другом, и как же он тосковал по ней, когда они уехали. Малыш перестал дрожать и спустился на пол. Он медленно подошёл к ней, осмотрел с головы до пят, а затем обнял… под недовольный взгляд сестры. – Можете взять Мику с собой в зал. Тут она только путается под ногами, – сказал Мэрикк, поторапливая нас. Дети побежали впереди нас, а мы за ними. После ещё пяти представлений артисты исполнили прощальную песню, и наши герои, как и договаривались, собрались в кафе «Сакура». Все заказали себе по мороженному и с аппетитом уплетали, подслащивая его дружеской беседой. Сонг и Рёко наперебой рассказывали про свои гастроли и бешеный успех Леди Тени за океаном. Сопровождали они свой рассказ демонстрацией памятных фотографий и наград. Первые десять минут я тоже слушал их, а затем утратил нить беседы… Сян-Мэй сидела прямо напротив меня, я опять начал нервничать, ложка затряслась у меня в пальцах, громко звякая об стакан. Она тоже мельком смотрела на меня… своими иссини-голубыми глазами, которые не просто завораживали, они поглощали. Я старался спрятать взгляд, но моё состояние всё равно меня выдавало… А тут ещё мою голову пронзила жуткая боль, и перед глазами вновь стали пробегать воспоминания, одним из которых была та девочка… – Химура, что с вами? – спросила Рёко. – Извините… я покину вас… ненадолго. С этими словами я просто вылетел из кафе и бросился в ближайший переулок. Я упал на колени и прислонил лоб к холодной стене… Перед глазами до сих по была та девочка, но теперь я смог разглядеть её лицо… Она была ниже меня ростом головы на полторы, каштановые волосы, достигающие ей до пояса, тонкие бровки подчёркивали её красивые голубые глаза, её тоненькие губы будто всегда изображали только улыбку. Я сидел под раскидистым старым дубом на берегу реки и играл на сюне, аккомпанируя её песне, которую только сейчас вспомнил. Она называлась «Песня Анима́рии» или «Ода Природе» («Ode to Nature»). Зайдя по лодыжку в воду, она заканчивала последние строки, которые были словно целительным бальзамом для природы. Закончив петь, она повернулась ко мне. Синее кимоно, украшенное чёрными цветами, ей подходило больше, а прекрасные каштановые волосы развевались на ветру. – Ты хорошо играешь. Спасибо, именно эту музыку я хотела для своей песни, – сказала она голосом ангела. – Рад стараться, Влада́нна-чан… Её имя Владанна… Но кто она для меня?.. Что связывает меня с ней?
