В царстве мертвых сегодня тепло

Чонгук привык к темноте. В его подземном царстве вечный влажный мрак, душная беспросветность и густая мгла. Так повелось с самого начала мира, и Чонгук, даже являясь богом, ничего не мог изменить. В конце концов, его место таким и должно быть: в подземное царство спускаются души умерших, когда тела их засыпают землей. Смерть всегда ассоциируется с тьмой, Чонгук, в силу причастности к ней, - тоже. Его редко зовут на застолья богов, у него нет друзей, и, казалось бы, бог царства мертвых безразличен ко всему окружению. Но на самом деле Чонгук с завистью наблюдает за миром света. Как провинившийся мальчишка, запертый в погребе, он смотрит за весельем, творящимся на земле и в небе. Почему он не может так же? Зачем он сидит денно и нощно в скорби? Чонгуку хочется немного тепла. Не духоты подземной, не пламени грехов, а мягкого тепла. Именно поэтому он приказывает своим слугам тайком облететь землю и найти божество, которое будет излучать свет и добро изнутри.

***

- Тэхен, Юнги просил принести ему некоторые травы. Я собрал корзину, но сходить некогда, а этот нетерпеливый засранец уже воды мутит. Отнесешь ему, если тебе не сложно? - Конечно, давай сюда корзину! Тэхен забирает ее из рук отца, крепко обнимает последнего и урчит на ухо. Сокджин хлопает его по спине, волосы светлые ерошит и смотрит на сына с нескрываемой любовью. Тэхен - мальчишка донельзя очаровательный. Он смеется громко и заразительно, улыбается так, что пробирает до самого сердца. И прикасается ко всему живому он безумно нежно и осторожно. Жизнь ценится им так, как никем другим не ценилась никогда. - Вернусь к закату, - обещает Тэхен и легким ветром убегает - Сокджин пальцами хватает лишь пару травинок из его волос.

***

Тэхен любит бескрайние поля и леса, но так же он любит песчаный берег и океан, раскинувшийся до самого неба. Еще маленьким мальчиком он бегал к Юнги по поручениям папы, и бог воды для него как родной дедушка - ворчливый, ехидный иногда, но любящий трепетно. Тэхен вбегает в воду, болтает ногами, когда песчаное дно уходит вниз, и хлопает ладонью по неспокойной водной глади. Брызги летят во все стороны, а Тэ отфыркивается и смеется: - Юнги, хватит ворчать, я пришел! Первым к нему, правда, всплывает не бог воды, а тритон. Тэхен чувствует, как его кто-то хватает за пятки, щекочет голени плавниками, а потом некто резко появляется перед ним, окатывая соленой водой. - Чимин, - запоздало кричит Тэхен, - у меня ведь травы! - Все равно мокрые будут, когда Юнги их заберет, - Чимин приглаживает темно-алые волосы и дует губы: - Ты давно не заходил в гости, Тэ. - Он явно ждал, когда я тут состарюсь, - раздается ворчание позади него. На лице Тэхена расплывается широкая улыбка, а Чимин благоразумно отплывает в сторону, потому что в следующую секунду... - Юнги! Тэхен бросается богу на шею, а несколько пучков трав выпадают из корзины (Чимин поспешно ловит их и нюхает, пытаясь распознать растения). Юнги закатывает глаза, но цепко обнимает божка за плечи. - Я все принес, Юнги, - тараторит парень, - ты не злись на папу, у него дел по горло. - Ты пришел, так что теперь все хорошо, - голос у бога все еще немного сердитый, но взгляд довольный. Травы он рано или поздно получил бы, гораздо больше Юнги ценит то, что к нему пришел Тэхен. - Останешься у меня ненадолго? - Я обещал папе вернуться к закату, а по дороге домой нужно к Хосоку заглянуть - он обещал мне какой-то сюрприз, - божок виновато улыбается и осторожно тыкает Юнги носом в мокрую щеку. - Приду к тебе завтра, хорошо? Бог специально громко вздыхает и будто бы мстительно щипает Тэ за бок. Чимин бьет хвостом по воде, брызгая на парня. - Сговорились, да? - хихикает Тэхен и, сунув корзину в руки Юнги, начинает грести к берегу. - Я точно-преточно завтра приду и буду с вами сидеть, пока не надоем! - Тогда тебе придется остаться у нас на целую вечность, - кричит Чимин, взмахивая рукой на прощание. Они расходятся. Юнги просит Чимина собрать морской капусты, потому что Тэхен ее очень любит, и, когда он завтра придет, нужно будет накормить цветочное дитя до отвала. Но Тэхен завтра не приходит.