Незабываемый месяц

Марина сидела в аудитории и рисовала клеточки на полях тетради. Поток 4го курса хирургии ожидал прихода преподавателя. Марина, не отдавая отчет в своих действиях, оглянулась, и внимательно посмотрела на студентов, но вчерашнего «новенького» не нашла. Она должна была ему помочь с английским, хотя и не особо это хотела делать. Рядом с Мариной сидели ее подруги: Анна и Кристина. Когда зашёл преподаватель, все встали. «Препод» был мужчиной 50 лет, с седыми волосами и козлиной бородкой. Очки сидели на носу, а на голове виднелась небольшая плешь. Мужчина был полным, рубашка натягивалась на живот так сильно, что студенты постоянно над ним шутили. Только за глаза, конечно. Профессор был строгим человеком старой закалки, и не принимал опоздания. Именно на эту пару и опоздал Олег Брагин. Он влетел в кабинет и буквально «врезался» в преподавателя. — Извините, — на автомате проговорил Брагин, а потом вспомнил, что находится не в родной стране, и поспешил добавить: — excuse me. Профессор грозно посмотрел на молодого человека, ничего не сказал и продолжил лекцию. Брагин забежал на ряд, а потом увидел Марину и свободное место рядом с ней. К ней он и сел. — Привет, — улыбнулся он девушке и Нарочинская поймала себя на мысли, что ей нравится эта улыбка. Но показывать она этого не собиралась. Она кивнула ему в ответ и принялась записывать лекцию. Ее подруги глазели на нового студента. Они догадались, что это новенький, которого прислали по обмену всего на месяц. И от этого стало ещё интересней. «Хай», — они помахали рукой Олегу. Брагин, в свою очередь, помахал им в ответ. Марина переводила Брагину всю лекцию, он записывал под ее диктовку. Они изучали методы, которыми можно удалить огромную опухоль в голове больного. Некоторую информацию Олег слышал в первый раз, и старательно записывал все, что говорила Марина. Ему было все так интересно! через полтора часа лекции Олег даже усвоил некоторые фразы на английском языке, и уже мог понять некоторые предложения из речи профессора. Как только прозвенел звонок, а преподаватель вышел за дверь аудитории, к Брагину подбежали другие студенты и на чистом английском завалили его вопросами. Брагин мог лишь смотреть на них и ответить, что он пока что плохо знает язык. Марина помогла ему отвязаться от кучи студентов, сказав им что-то. — Спасибо, Марина. Можно тебя кое-что спросить? Марина смутилась и посмотрела на Брагина. — Ну. — Какая у тебя фамилия? Марина сдержанно улыбнулась. Нет уж, на этот вопрос она отвечать не хотела. Про Брагина она знала уже многое, но не хотела, чтобы он тоже про нее много знал. А он мог, если бы узнал, кем является ее отец. — Не скажешь, да? — Правильно понял, — Марина пожала плечами. Олег вздохнул и отвернулся в другую сторону, а Марина посмотрела на его руки. Мышцы у парня определенно были в тонусе, о чем просто кричали бицепсы. Пальцы были длинные, было видно много вен- признак того, что человек много работает именно с ручным трудом. Хотя что там, они же были все врачами. У Марины были такие же пальцы, но ведь она женщина. У мужчины она видела первый раз такие пальцы. Ей стало интересно, как они будут оперировать. Как такие пальцы зашивают раны и накладывают швы. Как держат за руку девушку и как обнимают. Погруженная в свои мысли, Марина не заметила, как аудитория опустела, а студенты побежали в другой кабинет. В кабинет работы над манекеном. У них была такая система. Все, что они проходили, они должны были увидеть и показать в работе над манекеном. Подруги дёргали Марину за руку, пока она провожала взглядом Брагина, который с кем-то разговаривал. Ей вдруг стало грустно от того, что она не единственная в этом университете, кто говорит на русском. Анна и Кристина уже стаскивали Марину с сидения, когда она, наконец, пришла в себя. «Что с тобой происходит?» — спрашивали девушки, а Марина переводила их слова на свой язык. Нарочинская и сама не знала, что с ней, поэтому ответить не смогла. Она твердо решила, что ей надо поработать. Тогда она перестанет думать про этого о нахального, необязательного, симпатичного Олега Брагина. К тому же, — убеждала себя девушка, — он наверняка ничего не знает в хирургии. Только это не было правдой.