Анна и Штольман. Дело №6. Расплата

- Николай Павлович, вы – свободны, - резким тоном обратился Штольман к Вершинину. – Мы вызовем вас позже. А вы, Ярослав Сергеевич, присаживайтесь. По-прежнему пораженные Коробейников с Анной молча наблюдали за происходящим. На их глазах Вершинин покинул кабинет, а стул у стола начальника угро занял Белецкий. Мгновение растерянности, во время которого у него вырвалась неосторожная фраза, у него прошла. Заместитель Яковлева уже полностью владел собой, выглядел спокойным и невозмутимым. - Яков Платонович, зачем же вырывать мои слова из контекста? – хладнокровно обратился он к Штольману. – Вы прекрасно знаете, что у меня алиби. Полиция его проверяла. Молодой человек, очевидно, меня с кем-то спутал, а возможно, по каким-то своим причинам хочет меня оговорить. Меня не было и не могло быть около той гостиницы. И у меня не было ни малейших причин убивать эту девушку. Вы не хуже меня знаете, что я во всей этой истории всего лишь выполнял поручение своего работодателя. Штольман в это же самое время, молча и не глядя на Белецкого, раскладывал перед собой бумаги, необходимые ему для ведения допроса. - Так убийца – Белецкий? – наконец, пришел в себя от удивления Коробейников. - Как видите, Антон Андреевич, он утверждает, что им не является, - не отрываясь от бумаг, сказал Штольман, а затем, все так же не поднимая головы, обратился к девушке: - Анна Викторовна, я прошу вас покинуть помещение. Здесь сейчас будут проводиться официальные следственные действия. Что произошло потом, не понял никто из присутствующих, включая Анну. Девушка направилась к выходу и вдруг ощутила, как на нее навалилась странная тяжесть вместе с сонливостью. Что было потом, она уже не помнила. Мужчины же увидели, как барышня Миронова двинулась к двери, но шла очень медленно и неотрывно смотрела при этом на Белецкого, а тот смотрел на девушку. Уже у самого выхода Анна остановилась, а потом просто рухнула на пол в обмороке. - Анна Викторовна! Анна Викторовна! – со Штольмана слетела вся невозмутимость, и он вместе с Коробейниковым бросился на помощь к потерявшей сознание девушке. Когда они подбежали, Анна уже очнулась. Мужчины пытались помочь ей встать, и не сразу поняли, что происходит нечто странное. Девушка игнорировала их помощь, а потом произнесла немного странным, как будто чужим голосом: - Посмотри на меня. Ну, посмотри же на меня. Полицейские непонимающе переглянулись, а Белецкий недоуменно смотрел на происходящее со своего стула. - Ну, посмотри же ты на меня, не стесняйся, - жутковато засмеялась Анна. – Хозяину решил дорожку перейти? Совсем голову от шлюхи потерял? Белецкий вдруг побелел и неотрывно смотрел на девушку, как будто видел кого-то другого. Коробейников замер в полном непонимании от происходящего, зато Штольман вдруг перевел ставший хищным взгляд на подозреваемого. - Что, не узнал ты меня? Не помнишь? А мы встречались. Так я напомню. Ты к маме моей ходил, когда отец на вахтах был. Она ведь и впрямь любила тебя. Все надеялась, что вы будете вместе. Что ты жену свою бросишь, а она – отца. Бедная мама… А я всем расскажу, как ты меня изнасиловал. Девчонку двенадцатилетнюю. А когда мама попыталась за меня вступиться, ты ее избил до смерти. Боишься меня? Боишься убить? А в живых еще больше боишься оставить… В этот момент нервы у Белецкого не выдержали, и он с диким ревом бросился на Анну. В последний момент, прежде чем он успел вцепиться в горло девушке, его успели повалить на пол и скрутить Штольман с Коробейниковым. Полицейские, удерживая Белецкого, потрясенно смотрели на девушку. Анна выглядела испуганной и растерянной, как будто не понимающей, что происходит, но ее взгляд был ясным, не затуманненым странным мороком, в котором она только что пребывала. - Яков Платонович, что случилось? – прерывающимся, но уже совершенно своим голосом спросила она у Штольмана. Однако полицейский просто молча продолжал смотреть на нее.