Танкисты всегда нужны.

      Мамору и Алексей понуро сидели в моей палате, в то время как я выглядел более ехидным, чем лицо ставки верховного командования СССР, когда они замкнули кольцо под Сталинградом. Как мы оказались в подобной ситуации? Всё просто. Когда Мамору и Алексей в очередной раз зашли проведать меня, я сидел и с упоением смотрел видео в интернете. А если вы помните, то у меня вроде бы не должно быть доступа ни к самому интернету, ни к гаджетам, дающим этот доступ, но вот парадокс! Небольшой телефон лежал сейчас рядом со мной на тумбочке, и демонстративно показывал видео подрыва нашего Пазика. — У меня только один вопрос... — начал Алексей спустя пару минут. — Как? — Что, как? — с наигранным недоумением спросил я. — Как ты получил телефон? — он переспросил. — Это уже второй вопрос. — ответил я, злорадно улыбаясь.       На это моему соотечественнику было уже нечего возразить. — Тем не менее, — начал я — телефон, а следовательно и доступ к сети, у меня почти два дня. И надо же! Я ни слова не отправил хоть кому-то. — それは, それは, (То есть) — произнёс Мамору, — 何が起こっているかについての情報を漏らさないことを言っているか。(Хочешь сказать, что ты не будешь сливать информацию о происходящем?) Ого… Не ожидал я, что он так быстро поймёт, что я хочу сказать. Я то думал, сейчас буду битый час намёками доносить до них это, а он мне все планы разрушил. — アハ (Ага) — ответил я. — それは今私を傷つけるだけです (Сейчас мне это только во вред.) — Рад, что ты это понимаешь. — вставил Алексей. — Но это не объясняет откуда у тебя телефон. — А оно и не должно. — парировал я. — Да и не столь это важно. Куда важнее то, как на это отреагируют вышестоящие начальники. — Не думаю что они будут рады. — не унимался мой собеседник. —Всё же, это нарушение их прямого запрета. — Не колышит. — ответил я — Их не волновало то, как я тут от скуки скоро начну на людей бросаться, так что и мне на их желание всё равно. — Это было не желание, а приказ, и... — начал было Алексей, но я его прервал. — Вот только сейчас я простой гражданин то ли Японии, то ли России, так что приказы Танковой Федерации для меня пустой звук.       На это они ничего не смогли ответить. — Ладно. — вздохнул соотечественник спустя пару минут. — Нам нужно отчитаться. — Удачи. — пожелал я им на прощание, и снова вернулся к видео.

***

      Я смотрел на Алексея. Он на меня. Искра, буря, дайте мне его задушить. — То есть, — начал я, — ты хочешь сказать, что после моей выходки у меня полная свобода действий? — Не совсем. Тебе всё ещё надо быть в больнице, ты ещё не до конца восстановился. — ответил он.       Мда. Вот чего я не ожидал, так вот этого. Прошёл всего день с нашей последней встречи, а наверху уже решили, что я могу открыться миру. Ну или той его части, которая следит за мной. Но это был лишь верх новостей.       Сейчас стоит вспомнить слова Лёхи, которые он сказал при первой нашей встрече, а именно про то, что я стал фигурой в каких-то закулисных воинах. Что ж, теперь ясны участники этой войны. С одной стороны, которая вроде бы за меня, это семья Нисидзуми, и Федерация Танковедения России, против меня же выступает Федерация Танковедения Японии и семья Симада.       И если симпатию Танковедения России я могу объяснить тем, что для них я важный эксперимент который необходимо провести успешно, то вот симпатию со стороны Михо, Махо и их матери я объяснить не могу.       Так же и с неприязнью со стороны Симада. Где я успел им насолить я не знаю, но факт остаётся фактом, они выступают против меня, заодно тянут за собой и Федерацию танковедения.       В итоге, пока я овощем лежу в больнице, эти две стороны выясняют отношения, используя мою тушку под разными предлогами. Но и это ещё не все! Итогом очень долгой битвы двух бюрократий, а именно российской и японской, было выдвинуто решение. Если я смогу достать танк для Оараи, или они сделают это, то тогда может быть рассмотрен вариант заключения нового контракта.