Мисс Загадка

      Когда двери лифта разъехались в стороны, Чонгук и Люн оказались в небольшом освещённом коридоре, из которого в другие помещения вели две двери. Не долго думая, Люн уверенно направилась к одной из них и вставила один из ключей в связке в дверной замок, после чего прокрутила его два раза. Нажав на ручку двери, Люн толкнула её вперёд, и ребята оказались в кромешной тьме. Чонгук почувствовал себя слегка неуверенно, особенно когда за его спиной захлопнулась дверь.       — Надеюсь, ты не затащила меня сюда, чтобы убить без свидетелей, — слабо пошутил парень.       — Ты меня раскусил, — отозвалась Люн откуда-то сбоку. — Да где этот чертов включатель?       Наконец Люн нащупала включатель, и под потолком загорелись лампы, которые осветили помещение приятным и тёплым желтоватым светом.       Чонгук много что ожидал увидеть, но то, что оказалось на деле, было, лично для него, весьма неожиданно.       — Это… танцевальный зал?       Помещение и вправду очень напоминало танцевальный зал. Самой большой подсказкой для именно такого предположения являлось огромное зеркало, которое растянулось вдоль одной стены, заняв всё свободное пространство на ней. Стены зала были выкрашены в приятный молочный цвет, а на полу простирался светло-коричневый паркет. Не считая стопки матов и каких-то ковриков в углу, всё остальное помещение было свободно и ничем не занято — это лишний раз наталкивало на мысль, что зал всё-таки танцевальный. Кроме того, на одной из стен Чонгук, оглядевшись, обнаружил полку, на которой стоял небольшой музыкальный проигрыватель, а также лежали лёгенькие гантели и скакалки. Из этого Чонгук сделал молча ещё одно предположение, которое подтвердила вслух Люн:       — Это не только танцевальный зал, — ответила девушка. — Скорее, это зал для занятия спортом. Хотя я и вправду использую для занятий танцами.       — Ты танцуешь? — Гук удивлённо посмотрел на девушку, которая с невозмутимым видом стояла, сложив руки на груди.       Она пожала плечами.       — Типа того.       Увидев, что парень всё ещё смотрит на неё широко раскрытыми глазами, Люн с улыбкой закатила глаза.       — Да ладно, — отмахнулась она, — только не говори мне, что тебе ни разу не хотелось выучить танцы BlackPink.       Чонгук расхохотался:       — Честно говоря, нет, но я готов поверить тебе на слово, — ответил он.       Люн подмигнула ему, после чего подошла к стопке матов и забралась на неё с ногами, отбросив сумку в сторону и сев по-турецки.       Чонгук подошёл к ней.       — Если не секрет: что мы тут делаем? — поинтересовался он.       Люн откинулась назад и прислонилась спиной к стене.       — Угадай, — предложила она, прикрывая глаза.       — Даже представить не могу, — признался парень.       Девушка шумно выдохнула, сетуя на недальновидность своего нового друга.       — Мы будем придумывать тебе танец, — ответила Люн, приоткрывая один глаз. — Точнее, ты будешь придумывать, а я буду исполнять роль критика.       Опять-таки, этого Чонгук снова не ожидал — Люн продолжала его удивлять.       — Но… зачем? — не понял он.       Девушка в очередной раз громко вздохнула и отодвинулась от стены, чтобы подобраться поближе к Гуку.       — Ты всю последнюю неделю жаловался мне на свой танец, — напомнила она, что действительно было правдой, потому что больше говорить об этом Чонгуку было не с кем. — И раз ты не хочешь решать эту проблему непосредственно с хореографами и друзьями, то придётся самому: придумай свой танец, и если он будет лучше, то твои слова будут хотя бы аргументированы.       Люн озвучивала буквально всё, что было на уме у Чонгука, но что он никак не мог собраться и сделать: он и сам думал, что ему нужно придумать другой танец, если он хочет что-то поменять, но его мысли всё никак не могли реализоваться и перейти в действия — ему мешали лень и неуверенность в своих силах, потому что до этого момента Чонгуку ещё не доводилось самому ставить хореографию.       Люн верно истолковала сомнение, которое отразилось на лице Чонгука.       — Ой, да ладно, — скривилась она, — неужели великий Чон Чонгук сомневается в своих силах? Разве он у нас не самый лучший?       Она выгнула бровь дугой, выразительно посмотрев на парня.       — Самый, — согласился Чонгук, усмехаясь.       — Тогда заканчивай страдать, включай музыку и начинай танцевать. — Люн сопроводила свои слова тем, что положила руки на плечи парня и попыталась подтолкнуть его ближе к центру комнаты.       Чонгук рассмеялся, после чего вытащил из кармана свой телефон, разблокировал его, бросил на колени Люн и остановился напротив зеркала.       — Какая песня? — спросила Люн, которая уже, видимо, рыскала в его плейлисте.       — Fake Love, — отозвался Чонгук, разминая шею и руки. Парень всё ещё был уставший после тренировки, но его взбодрили душ и перспектива провести время с Люн, так что он не жаловался.       — Fake Love… — протянула Люн, печатая текст. — Все, нашла, — кивнула она. — Давай, жги.       Она включила песню, и Чонгук без особого энтузиазма начал исполнять свою партию. На самом деле, под таким внимательным взглядом Люн Гук чувствовал себя одновременно смущённым и довольным — эх, вот если бы танец был лучше, то и выглядел бы он, возможно, более привлекательно для неё, чем сейчас.       Чонгук честно исполнил весь танец, прежде чем повернулся к Люн в ожидании её вердикта. В душе Чонгук очень опасался, что девушка, как и Хосок, скажет, что он придумывает, и поэтому Гук даже вздохнул с облегчением, когда Люн в задумчивым видом поджала губы.       — Теперь ты понимаешь? — поинтересовался парень.       — Ну… — протянула Люн, — я, конечно, не специалист в этом вопросе, но, думаю, можно придумать что-то получше. — Она пододвинулась ближе к краю своей «горы» из матов и свесила ноги. — Ну что, есть какие-нибудь идеи?       — Я думал, что можно начать с того, что мы стоим в одну линию позади Тэхена, — поделился Чонгук. — А потом мы поочерёдно делаем шаги в стороны: тот, кто прямо за Тэхеном, делает один шаг, следующий — два, и дальше по очереди. — Над альтернативным началом Чонгук уже успел немного поразмышлять на досуге. — И при этом мы делаем что-то вроде «волны» руками.       — Покажи, — попросила Люн.       Чонгук, почувствовав воодушевление от того, что кто-то просит его поделиться своими наработками, кивнул. Люн снова включила песню, и Чонгук станцевал ей то, что он имел в виду, и даже добавил ещё небольшую часть того, что у него было в голове чуть дальше.       Люн выглядела удивлённо.       — А это… здорово! — заметила она.       — Почему с таким удивлением? — шутливо возмутился Чонгук.       — Давай дальше, — попросила Люн, в нетерпении посмотрев на парня.       Чонгуку польстило такое внимание. И у него появилась идея.       — Иди сюда, — позвал он.       — Зачем? — не поняла Люн.       — Подойди, — повторил Чонгук и вытянул вперёд руку в приглашающем жесте.       Люн с опаской, но всё-таки спрыгнула и подошла к Чонгуку.       — Что?       — Ты мне кое с чем поможешь, — усмехнулся Чонгук. — Побудешь заместо Тэхена.       — В ваших извращенских играх участвовать не буду, — предупредила Люн.       Чонгук усмехнулся:       — Повторяй за мой. — Чонгук опустился на пол и сел в танцевальной позе, которую «приписывал» Тэхену — Люн послушно присоединилась к нему.       Напевая мелодию песни, Чонгук показал Люн небольшую связку, которую та повторила. К слову, видно было, что Люн неплохо так прокачала свои танцевальные навыки на танцах BlackPink — долго запоминать ей не пришлось.       — Теперь давай вместе, — предложил Чонгук.       — Что ты задумал? — поинтересовалась Люн.       — Тебе понравится, — пообещал он.       Чонгук станцевал то, что уже показывал Люн, после чего дошёл до той части, для которой ему нужна была девушка. Тогда Чонгук сперва слегка поэкспериментировал со своей частью, а потом настало время для того, ради чего он всё затеял: Люн сделала небольшой маневр, всё ещё сидя на коленях, в результате чего оказалась за спиной Чонгука и прислонилась к нему. Тогда парень, всё ещё сидя к ней спиной, ухватил её одной рукой за талию — Люн едва заметно вздрогнула.       Другой рукой Чонгук нащупал руку девушки и положил её себе на талию. После этого он откинулся назад, тем самым оказавшись «над» спиной Люн и начал подниматься, утягивая девушку за собой.       Больше Чонгук Люн никаких движений не показывал, и поэтому, распрямившись, девушка явно не ожидала, что Чонгук схватит её за руку и развернёт к себе. В Чонгуке неожиданно шевельнулось что-то незнакомое и тёплое, когда Люн инстинктивно положила руку на грудь парня, стремясь установить между ними дистанцию, которую Чонгук так легко нарушил.       Они оказались лицом к лицу: Чонгук даже мог разглядеть крошечные веснушки на кончике носа Люн, блики в её глазах — он чувствовал её теплое дыхание на своем подбородке. Она была такой ужасно красивой, что у Чонгука болели глаза, и пахло от неё чем-то сладким, цветочным, что до безумия кружило ему голову. Чонгук не мог припомнить, чтобы он когда-либо раньше чувствовал нечто подобное: складывалось ощущение, что все его чувства внезапно обострились до крайней точки.       Люн внимательно смотрела на Чонгука, и в её глазах парень видел своё отражение. Он подумал о том, почему тогда, в кафе, в тот злополучный день, когда они впервые заговорили, он не почувствовал то, что чувствует сейчас, ведь тогда он и представить не мог, что однажды в двенадцать часов ночи окажется в подвале какого-то незнакомого дома с официанткой из HomeCake.       С ним происходило что-то странное: он не мог определить, что именно он испытывает — ему было и плохо, и хорошо одновременно. Это настораживало, пугало, завораживало и доставляло невероятное удовольствие. Чонгук ещё не мог точно сказать, что это, но это явно было началом чего-то совершенно нового.       — И ты хочешь проделать с Тэхеном то же самое? — хрипло спросила Люн через какое-то время, лукаво улыбаясь.       Парень улыбнулся:       — Кроме этого, — ответил Гук.       Чонгук заправил прядь волос девушки ей за ухо.       А потом поцеловал.