Похищенный

       После прошлого визита Мориарти оставил Ватсона в покое со сломанными пальцами истекающими кровью и ноющими от боли и с поврежденной психикой. Но это только начало, он еще не знает, что его ждет.        Место в котором находится Джон с ног до головы пуленепробиваемо. Оттуда невозможно выбраться. «Кричи сколько хочешь тебя все равно никто не услышит!» Ватсон пытался открыть дверь, но, естественно, у него это не получилось. Пытался проделать дыру в стене на пути к выходу, но стены слишком крепкие, а со сломанными пальцами тем более ничего не получится!        Оставалось только ждать… Ждать чего? Смерти.       Джон уже не мог двигаться, он умирал от голода. Доктор не ел уже несколько суток. А раньше Ватсон и не думал, что окажется в такой заднице! Раньше он сидел в кресле вместе со своим другом Шерлоком Холмсом. Часто его гениальный друг поздно ночью играл на скрипке. Ватсона это выбешивало. А сейчас? А сейчас он только рад услышать игру друга снова.        Скрип двери. Видимо обо мне наконец вспомнили. И что на этот раз? Отрубит мне конечности? Плевать! Я и так скоро сдохну.       Яркий свет… Лакированная обувь охранника… Джон терял сознание.       Мужчина в строгом костюме поднял Ватсона, взял в охапку и направился к выходу. Выйдя из помещения Ватсон, за все время взаперти, наконец увидел свет! Он исходил от гигантского окна в коридоре по которому они шли. Вид из него выходил на водопад.        Повсюду антиквариат, на полу ковер в виде китайского дракона на весь коридор.        Амбал молча нес заключенного к двери в самом конце помещения. Дойдя до нее охранник открыл дверь в комнату гигантских размеров. Доспехи рыцарей, ковер с замысловатым узором, а по середине комнаты стол за которым сидел Джеймс Мориарти читая газету.       Охранник усадил Ватсона за стол, а сам ушел за дверь.        Несколько минут стояла гробовая тишина, но потом Мориарти отложил газету и произнес: — Здравствуй, Джон. Ты наверно проголодался, не так ли? — Джеймс улыбнулся. Еще как проголодался, чертов ублюдок! Джон молчал. Только злобно смотрел на консультанта. Но вдруг сердце бешено застучало — из кухни донесся душераздирающий крик. — Скоро блюдо будет готово.- все еще смотря на доктора произнес злодей. Чей это был крик? — Как пальцы? — осведомился Джим. Ватсон взглянул на свои руки. Все в крови и грязи. Они до сих пор болели, но эта боль была терпима по сравнению с болью в желудке. На всю комнату раздалось громкое урчание. — Где же блюдо? — воскликнул Джим. — Официант! В спешке прибежал служащий. В руках он держал поднос (блюдо было закрыто серебряным баранчиком, который так и блестел при свете люстры) и бутылку вина. Официант подошел к столу, он был украшен белой скатертью и вазой посередине. — Ваше блюдо, сэр. — произнес служащий с французским акцентом, он открыл крышку. Перед глазами голодных Джима и Джона предстал ростбиф. Пока официант подавал блюдо Джон заметил одну заинтересовавшую его деталь. Правая рука служащего была прикрыта полотенцем, ну как и полагается официанту. Но, присмотревшись, Ватсон увидел красные пятна. От чего они? Может вино или… кровь? После, наложив блюдо и разлив вино по бокалам официант ушел. Ватсон провожал его пристальным взглядом. — Что ж, — Мориарти взял бокал, Джон, отвлекшийся от служащего, последовал примеру злодея. — За тебя, Джон! Произнеся фразу Мориарти, залпом, выпил вино, ну и доктор не отставал. Язык прикоснулся к напитку. Вкус был прекрасен. Спустя несколько суток Ватсон почувствовал вкус прекрасного вина, долгожданного вкуса хоть какой-то еды! Поставив на место бокалы они принялись к главному блюду. — Приятного аппетита, Джон. — сказал Мориарти. — Приятного аппетита… — хрипло произнес Джон. И принялся с жадностью поедать ростбиф. Кусок за куском… Джим, улыбаясь, посматривал на то с какой жадностью ест Ватсон. — Вкусно? — спросил злодей. — Да. — Хочешь знать из чего он сделан? Джон недоверчиво взглянул на Джима, но все же кивнул. — Повара сюда! — крикнул злодей.       Дверь отворилась и в комнату вошел грузный мужчина с бородой. Начиная с самого верха его одежда была чиста, но внизу была кровава. Он медленно передвигался, опирался о все, что попадет под руку. Можно было заметить слезы стекающие по его лицу, ведь его левая нога, увы, была ампутирована.       От этого зрелища и осознания того, что он ест Джон уронил вилку. Этот чертов психопат издевается не только над Ватсоном. Но все же, что же делать теперь? Продолжать есть или же отказаться?       Джон не ел несколько дней и возможно еще несколько дней будет голодать. Ногу уже все равно не вернуть!       Удивленно взглянув на повара доктор подобрал вилку и продолжил есть. Пытаясь забыть о том из чего сделано его блюдо.       За всеми этими эмоциями наблюдал Мориарти. Он был доволен этой реакцией, он знал, что она такая и будет.