Глава 10
4 июля 2019 г., 08:47
Кинери поднимался по лестнице в мрачном настроении. Будущий разговор с лоргелом не предвещал ничего хорошего. «Старик не знает, куда девать свои амбиции, а страдают от этого другие». Но больше так не будет. В свете недавних событий Кинери все-таки убедил отца в необходимости осадить Мейла.
В приемной лоргела, главы рода, а заодно и правителя части Восточного континента, его встретила Инис, уже третья секретарша за последний год.
— Добрый день, сати Кинери, — преградила она путь, — уважаемый лоргел Мейла ведет переговоры. Тебе велено подождать.
— Подождать? Мейла сам назначил время…
— И, тем не менее, уважаемый лоргел Мейла, — с нажимом выделила Инис, — сейчас занят. Как только он решит тебя принять, я сообщу.
— Хорошо, когда он освободиться, найдешь меня на улице, — улыбнувшись, ответил Кинери, и, не дожидаясь реакции Инис, вышел из приемной. В его груди клокотало бешенство, но он не позволит ему вырваться наружу. Только выйдя на террасу, Кинери перевел дух.
«Отец, — мысленно позвал Кинери, — это больше не может так продолжаться! Сколько еще Храм будет терпеть выходки глав родов. Сначала Торби снимает со станции всадников без нашего ведома, а теперь Мейла, видите ли, занят для встречи со мной!»
«В тебе говорит гнев, Кинери. Успокойся», — голос отца был как всегда мягок и тих. «Мы же вчера обсудили все. Наш долг — защищать Алидар. И отныне Храм будет заниматься только этим. Твой разговор с Мейла должен поставить точку в наших разногласиях с лоргелами. Храм слишком долго шел у них на поводу»
«Мейла будет в ярости, когда услышит, что всадники больше не будут сопровождать его корабли»
«И не только он. Недовольными останется большинство глав. Но если не сделать этого сейчас, через несколько лет Храм окажется в подчинении лоргелов»
Отец вернулся к своим делам, а Кинери попытался вернуть себе спокойствие. То, что лоргелы больше не получат всадников, совсем не значит, что Храм ограничится только защитой Алидар. Ведь кроме нее у нас есть еще ксартовые рудники на Раса и торговые рейсы на Хет-Кар. И за их безопасность отвечает храм.
Последнее предприятие лоргелов нарушило это равновесие. Их новая идея, инициатором которой был именно Мейла, заключалась в том, чтобы пробить туннель в плотине ткачей и выйти на ту сторону. Взяв за основу данные первых поселенцев, лоргелы развили идею о том, что там, за сетями, существуют несколько десятков планет, населенных людьми. Ведь именно с той стороны прибыл «Искатель» — первый и единственный колониальный транспорт, основавший колонию на Алидар.
Идея, в общем, хорошая. Но вот ее исполнение … Три месяца назад Мейла запросил у Храма двадцать всадников для сопровождения какого-то особого корабля. Цель путешествия он не назвал. До сих пор у нас не было причин интересоваться делами лоргелов. А напрасно. Спустя неделю после того, как «Звездный ветер» покинул Алидар, его сигнал бедствия услышала декада варгаллов, возвращавшихся с Хет-Кара. Подойдя ближе, они увидели, что «Звездный» увяз в сетях. Никакого сопровождения поблизости не было, и Реми решил вытащить его своими силами. Реми, будь он чуть постарше, возможно сообразил бы сначала посоветоваться с нами. Но в четырнадцать лет свои силы кажутся безграничными. То, что это ловушка, он понял слишком поздно. В итоге храм потерял тридцать всадников, а мы — младшего из сати.
После выяснения отношений с лоргелами, мы решили, что они одумались. Как бы не так. Недавно нам стало известно, что лоргелы готовят новую экспедицию. А сегодня утром Мейла пригласил нас для личной встречи.
— Сати Кинери, — голос Инис вывел его из задумчивости. — Уважаемый лоргел Мейла ждет тебя в кабинете. Я провожу.
Инис была безукоризненно вежлива. Оно и понятно, должность обязывает. Но ее выбор был очевиден. Увы, но наше общество разделено на два лагеря. Одни предпочитают власть лоргелов, другие — власть Храма.
Те, кто выбирает власть лоргелов, говорят, что Храм должен подчиняться воле Малого Круга. Что на Алидар должна существовать только одна, выборная, власть. А все другое ведет к расколу общества и, как следствие, гражданским войнам. Хотя, гражданские войны на Алидар редкость. Иногда вспыхнет где-то ссора двух Родов, больше похожая на личные претензии своих лоргелов. Такие конфликты нами пресекаются быстро. Сторону зачинщика Храм оставляет без поддержки. Без космических проектов, без психологической, а иногда и врачебной помощи жриц, общество очень быстро становиться аутсайдером среди алидарских Родов. Именно это понимают те, кто склоняется к власти Храма. Вот только об этой стороне влияния на общество знают немногие. Кроме самого Храма это известно только лоргелам. Но последние не спешат сообщать об этом народу. Ведь признавшись в своей зависимости от Храма, они тут же потеряют большую часть своей власти. С другой стороны и Храму невыгодно обнародовать такие факты. Не все смогут понять, почему для того, чтобы привести в чувство обнаглевшего лоргела, должен страдать его Род. В итоге это понимают в основном те, в чьих семьях есть жрицы и всадники. Те, для кого доспехи — это предмет гордости, а не косых взглядов.
В кабинет лоргела Кинери вошел без предварительного доклада. Мейла сидел за столом. В свои семьдесят он выглядел не старым, а высохшим. Узкое, обтянутое морщинистой кожей, лицо, снежно-белые от природы волосы. Костлявые пальцы с нанизанными на них кольцами.
Просто украшений среди них не было. Каждое из колец несло в себе смысл. На указательном пальце правой руки кольцо лоргела. Дальше — кольцо иерархии Малого Круга. Три камня на нем говорили о том, что Мейла, на сегодняшний день, лидер. На безымянном пальце — такое же кольцо Большого Круга. На левой руке он носил кольца Рода и Дома. Глаза Мейла, глубоко посаженные, внимательные, смотрели на мир с хищной наблюдательностью.
— Са-Кинери, рад видеть тебя, — Мейла улыбнулся, но даже не вышел из-за стола.
Кинери в душе поморщился. Ему не нравилось такое сокращение. Если уж не хочет обращаться «сати», то мог хотя бы по имени. То, что Мейла не вышел навстречу, подчеркивало отношение лоргела к Храму. «Ну ничего, после этого разговора не только Мейла, но и остальные лоргелы пересмотрят свои позиции», — подумал Кинери. Эти мысли никак не отразились на его лице. Вежливо улыбнувшись лоргелу, он прошелся по кабинету.
— Я тоже рад нашей встрече, Ло-Мейла, — отплатил ему той же монетой Кинери. — У нас есть о чем поговорить, но сначала я готов выслушать тебя.
— Прошу, — небрежным жестом Мейла показал Кинери на кресло. И, не дожидаясь, пока гость устроится, продолжил: — Я думаю, тебе известно, что неделю назад вернулась из полета «Стрела». По всем даже самым строгим критериям это один из лучших наших кораблей. Благодаря новым тягачам, «Стреле» нет равных по скорости и маневренности. Так что судьба «Звездного» ей не грозит. Ты только представь! Там, за плотиной ткачей, живут люди. Именно люди, такие же, как мы. Если верить данным с «Искателя», там не одна или две, там десятки планет! Это же абсолютно новый уровень жизни! — Мейла соскочил с кресла и забегал по кабинету. — Мы живем здесь, запертые, как в клетке. Все, что мы можем — это с трудом оборонять одну единственную планету. Только одну, потому что нам не хватает сил даже на самую маленькую колонию. Пробившись наружу, мы все вместе могли бы избавиться от наших врагов. Тем более, что первые шаги уже сделаны, и глупо останавливаться на полпути.
— Эти первые шаги, Мейла, стоили Храму тридцати всадников! А также ста тридцати человек экипажа «Звездного», — не сдержался Кинери.
— По-твоему это дорогая цена? Даже если она будет в десять раз дороже, все равно наша цель того стоит!
Кинери лишь презрительно усмехнулся. Мейла готов положить весь свой Род для того, чтобы выйти за плотину. Зачем оно ему? Избавиться с их помощью от ткачей? Но если те с той стороны такие сильные, то почему их всадники до сих пор не пришли на Алидар? А если они слабые… Да, именно на это и рассчитывает Мейла. На то, что другие миры слабы и не в силах дать отпор нашим всадникам. Вот он и торопит события. Здесь, на Алидар, его амбициям больше некуда расширяться. Мейла достиг своей Вершины. Он один из двенадцати, двенадцати первых, двенадцати равных. Он ищет способ расширить свою власть с помощью других миров. При этом Храм он пытается превратить в свою армию, в средство достижения своей цели. Но не для этого мы существуем! Наша цель — безопасность Алидар. Мы не служили и никогда не будем служить амбициям лоргелов. Их вотчина — это мир и процветание. Наша — безопасность и спокойствие. Они правят на планете, а мы — в космосе. Они — это деньги, мы — души. Мы существуем вместе, но параллельно и независимо. И сегодня тебе придется напомнить об этом, Мейла.
Все эти мысли Кинери оставил при себе. Он пришел сюда сообщить факт, а не напоминать лоргелу простые истины. Тем временем Мейла продолжал:
— «Стрела» полностью готова к полету. Сейчас ее снабжают всем необходимым. Так что, по предварительным расчетам, через две недели она отправится в экспедицию. Для ее сопровождения понадобятся пятьдесят всадников. Из них должно быть не менее десяти варгаллов. Плюс еще десяток варог на самом корабле. Кроме этого, я надеюсь, что кто-то из сати присоединиться к миссии. Присутствие Старшего Дома значительно улучшит наши шансы.
В любом случае, к концу этой недели, всадники сопровождения должны быть в распоряжении капитана «Стрелы». В конце концов, им надо совершить пробный вылет и скоординировать действия.
— Всадники сопровождения не подчиняются капитану корабля, — вставил Кинери.
— Я знаю, — отмахнулся Мейла. — Но здесь особый случай. Наша миссия слишком необычна. И будет лучше, если у экспедиции будет один начальник.
— Нет, — ответил Кинери.
— Нет? Неужели ты считаешь, что капитан «Стрелы» справиться с задачей хуже, чем декор?
— Ты не понял, Ло-Мейла. Всадники не окажутся в подчинении капитана по той причине, что сопровождать «Стрелу» никто не будет.
— Как так… — растерялся лоргел.
— Очень просто. Для путешествия через сети ткачей Храм сопровождения не даст. Если ты решишь отправить туда «Стрелу», то она полетит одна.
— Как это понимать?! — воскликнул Мейла. — Храм обязан сопровождать корабли!
— Храм обязан защищать Алидар. Именно этим мы и будем заниматься. Путешествие через плотину в это понятие не входит.
— Послушай, Кинери…
— Это последний ответ Храма, Ло-Мейла. Сопровождения не будет, — с этими словами Кинери встал и направился к выходу.
— Неужели Храм не понимает важности этой миссии! — воскликнул вслед Мейла.
У самой двери Кинери обернулся.
— Храм не понимает другого. Почему лоргелы ставят свои интересы выше безопасности Алидар.
Кинери вышел, а Мейла в раздражении ударил рукой по столу.
— Проклятие! Инис! — включил коммуникатор Мейла. На экране появилось лицо секретарши.
— Слушаю, уважаемый лоргел…
Мейла уже открыл рот, чтобы велеть ей остановить Кинери, но внезапно замер. Действительно, что он мог сделать против сати? Ничего. Кинери просто проигнорирует его, да еще и глупцом выставит.
— Ничего, — бросил ей Мейла. — Потом… — и оборвал связь.
Ненавистный Храм! Ну почему он не может ничего с ними сделать! Мейла в ярости швырнул со стола документы. Без сопровождения корабль обречен. Именно сейчас, когда почти все готово, его детище терпит крах из-за упрямства одного Дома. Да, погибла первая экспедиция, ну и что из этого. Ни одно открытие не обходится без жертв. А скольких мы потеряли на Раса? Там даже мемориал стоит — «В память отдавших жизни». Но ведь не отступили же. И рудники построили, и поселение. Так и здесь поставим! Обязательно поставим, и с той, и с этой стороны. Только надо цели достичь! Почему Храм упрямится, конечно, понятно. Выручая первую экспедицию, погиб младший брат Кинери. И теперь сати больше не хотят туда соваться. Вот только придется…
— Нет, я так просто не откажусь от этого проекта, — задумчиво произнес Мейла, возвращаясь за свой стол.
Мейла зло усмехнулся и принялся наводить порядок в кабинете. Его подчиненным не стоит видеть слабость лоргела, в том числе и гнев. Он поднял разбросанные по полу бумаги и только после этого опять включил коммуникатор.
— Инис, принеси мне травяной чай и захвати расписание на завтра.
Не дожидаясь ответа, Мейла сбросил вызов и набрал другой номер. Ответили не сразу.
Прошло больше минуты, прежде чем на экране появилось лицо немолодого мужчины.
— Слушаю, Ло-Мейла.
— Омели, что у тебя со «Стрелой»?
— Техники уже закончили. Тестовый полет не выявил никаких серьезных неполадок. Все расхождения в пределах норм для корабля такого класса. Единственное, на что следует обратить внимание, это слишком сильное растяжение шлейфа тягачей. Храмовые говорят шлейф надо будет подтягивать после каждых десяти посадок.
«Опять храмовые, и здесь без них никак», — скривился Мейла, а вслух спросил:
— С командой что?
— Утвердили в полном составе. Мы же изначально брали уже сложившийся экипаж. Такая миссия не потерпит периода адаптации.
— Омели, ты вот что сделай. Сними сейчас со «Стрелы» одно звено истребителей. В течении часа Инис даст тебе данные по звену с другого корабля, которое ты и припишешь к «Стреле».
— Хорошо, только зачем?
— Затем, Омели, что я так хочу! Тебе ясно?
— Ясно.
— Тогда работай.
Мейла набрал следующий номер
— Амин, дорогая, как поживаешь?
Средних лет женщина, что ответила на вызов, удивленно вскинула брови.
— Мейла? С чего ты вдруг про меня вспомнил?
— А я про тебя и не забывал. Но, сама знаешь, дела отнимают много времени.
— Так много, что за три месяца ты впервые нашел время позвонить?
— Так много, что за три месяца я впервые до тебя дозвонился, — соврал Мейла.
— Ну ладно, говори, что надо. Ты же ни за что не позвонишь просто так.
— Помнишь, ты мне как-то говорила, что сати Кинери встречается с какой-то девицей. Она, вроде как, пилот истребителя на сторожевом корабле.
— С чего ты вдруг заинтересовался личной жизнью сати? — Амин почуяла интригу и собиралась вытянуть из Мейла все.
— Видишь ли, — заговорчески понизил голос Мейла. — одна моя племянница влюбилась в Кинери. Вот, собираюсь поучаствовать в ее личной жизни…
— Ты?! При твоей «любви» к Храму?! Ясно, ничего ты мне не скажешь! — разочаровано потянула Амин. — Но ведь тебе нужна эта информация, правда?
— А что нужно тебе?
— Возьми к себе Сантир. Она только закончила учиться и ей нужно хорошее место на первое время.
— Хорошо, я что-нибудь придумаю, — Мейла думал недолго. — Только учти, мне нужно об этой девице все.
— Ее зовут Сайен. Сайен из дома Эрдага. Она действительно пилот. На истребителях летает с пятнадцати лет. У них это наследственное. Ее дед — капитан разведчика. Так, что в свои двадцать два она уже лидер звена. Кстати, с сати Кинери они встречаются уже полгода. И что-то он не спешит делать выбор.
— К какому кораблю приписано звено?
— К «Лимару».
— Откуда ты так много про нее знаешь, Амин?
— Роша летает в ее звене.
— Твой сын? Он сейчас дома?
— Да, они недавно вернулись с вахты.
— Амин, сделай так, чтобы с сегодняшнего дня и ближайшие три месяца Роша не смог летать.
— Зачем? Что это означает, Мейла? — забеспокоилась Амин.
— Это означает совет лоргела. Он чего-то стоит? — Мейла многозначительно усмехнулся и попрощался.
Стоило ему закончить разговор, как в кабинет вошла Инис.
— Расписание на завтра, уважаемый лоргел Мейла, — подала бумагу Инис.
Она поставила на стол чашку с чаем и отступила на два шага в ожидании дальнейших распоряжений. Мейла бегло просмотрел лист и решительно вычеркнул одну из записей.
— Перенеси поездку в Лонго на следующую неделю. А на это время вызови мне Сайен Эрдага. По поводу ее данных запроси сторожевой корабль «Лимар».
Мейла взял бумагу и, записав на ней данные, положил в конверт.
— А это отнеси Омели. Передай ему, чтобы сделал замену сегодня же. Все иди.
— Все будет сделано, уважаемый лоргел Мейла.
Инис вышла, а Мейла довольный откинулся на спинку кресла. Сегодняшний чай показался ему особенно вкусным…
Базовый терминал сторожевых кораблей располагался на орбите. Попасть сюда случайно или просто так было невозможно. Терминал имел в наличии два челнока, которые и доставляли с Алидар сотрудников и экипажи судов.
Сторожевые суда играли немалую роль в обороне Алидар. Да, они были бессильны против ткачей, зато неплохо справлялись с хетарскими пиратами, которые доставляли хлопот ничуть не меньше, а может даже и больше «старых врагов». В последнее время только два из пяти пропавших кораблей оказывались на совести ткачей. И с каждым годом число жертв пиратов все возрастало.
Для того, чтобы попасть на терминал Кинери не нуждался в челноке. «Игла» доставала до орбиты, так что трудностей не возникало. Пройдя по знакомым коридорам, он вышел, наконец, к ремонтным докам. «Лимар», возвратившийся с вахты пять дней назад, стоял здесь на плановом ремонте. Рядом стояли и три его звена истребителей.
— Иногда мне кажется, Сайен, что истребитель будет для тебя лучшим мужем, — усмехнулся Кинери.
Ремонтная платформа дрогнула и плавно заскользила вниз и вперед. Девушка села на край и стряхнула с лица окалину. На ней был рабочий комбинезон и перчатки. Темные волосы убраны под шапочку, а голубые глаза смотрели настороженно.
— Кери, оставь свои шутки, мне сейчас не до них.
— Ты вернулась пять дней назад и не позвонила. И я опять нахожу тебя здесь. Все не можешь расстаться с любимым? — Кинери похлопал ладонью по корпусу истребителя.
— У нас с ним взаимная любовь. Если он когда-нибудь меня предаст — это будет конец для нас обоих. Ладно, Кери, мне действительно надо работать.
Что-то в голосе Сайен заставило сати насторожиться. Кинери развернул поток и коснулся ее чувств. Страх, напряженность и чувство смертельной обреченности. Она не смотрела на него, просто не могла. И над всем этим довлело чувство долга.
— Сайен, что случилось?
— Я устала, Кери. Мы только вернулись, а через две недели опять лететь. Надо звено в порядок привести, дел невпроворот.
— Не пытайся обмануть Храм, Сайен. Тут дело не в усталости. — Кинери коснулся ее чувств еще раз. — Тебя страшит новое задание. Куда тебя посылают?
Сайен смутилась. Действительно, кого она пытается обмануть. Каждый ребенок знает, что сати чувствует правду лучше любого детектора. Но что она может ему сказать?
— Куда тебя посылают, Сайен? — уже с нажимом повторил Кинери.
— Мое звено приписали к «Стреле»…
— Мейла, вот гаденыш! — прошипел Кинери. — Решил лично мне отомстить. Ты знаешь, что Храм отказался сопровождать «Стрелу»?
Девушка кивнула.
— Откажись от этого дела. Ты хороший пилот и без работы не останешься.
— Не могу, — прошептала Сайен. — Вчера я разговаривала с Ло-Мейла. Он напрямую заявил мне, что если я не полечу, то он обвинит меня в гибели корабля. И лично сообщит Домам погибших, что если бы я была там, то Храм не оставил бы «Стрелу» без охраны.
— Ты считаешь, они в это поверят?
Сайен пожала плечами.
— Многие знают, что мы… — она так и не подобрала слова для их отношений. Привязанность? Симпатия? Любовь? Сайен до сих пор не могла понять, как Кинери к ней относится.
— В любом случае, — продолжила она, — это будет конец карьере. Со мной после этого ни один пилот даже общаться не будет. Но я ведь погублю не только себя, но и весь Дом. Отец, братья, какую они после этого славу иметь будут. Племяннице еще пять лет учиться в академии, Калер только получила новое назначение… Это будет крах всего дома Эрдага!
Дом — это самое ценное, что есть у алидарцев. Он представляет собой большую семью. Бабки, тетки, племянники, все, кто объединен именем Дома. А его репутация — решающий фактор во многих рабочих моментах. Так, например, из двух кандидатов на должность выберут того, чей Дом имеет больший вес.
Вес Дома складывается из поступков его членов. Так, всего один человек, совершивший тяжкий проступок, способен опустить свой Дом далеко вниз. Каждый человек несет ответственность за весь Дом, но и Дом несет ответственность за каждого из своих. Потерять имя легко, а вот вернуть — намного сложнее.
В особых случаях Дом способен отречься от человека, сохранив свое имя. При этом изгнанник тут же превращается в изгоя общества. Ему не обзавестись семьей, не сделать карьеру и даже простого уважения не получить. Жизнь за бортом общества не бывает длинной. Кто-то заканчивает ее сам, кому-то помогают такие же изгои, но большинство прочно обосновываются на исправительных рудниках Раса.
— Да, имя Дома для нас порой дороже жизни, — задумчиво произнес Кинери.
— Я знаю. Храм дал окончательный ответ лоргелам, а значит, это решение не можешь изменить даже ты.
Решения Храма всегда однозначны, окончательны и объективны — это знают все. С этими решениями никогда не спорят, потому что на Храм не действуют ни подкуп, ни угрозы. Изменить окончательное решение могут только чрезвычайные обстоятельства, но уж никак не амбиции или чувства людей.
Даже если Сайен действительно небезразлична Кинери, он никогда не поставит свои чувства выше имени Храма. Сайен знала это. Знала и принимала, потому что такую же ответственность она несла и за свой Дом.
— Мейла! Его решение отправить тебя со «Стрелой» ставит меня в тяжелое положение, — Кинери грустно усмехнулся. — Ведь теперь, если я отправлю с кораблем всадников, это будет конец Дома сати. А если «Стрела» уйдет без сопровождения, ты погибнешь вместе со всеми. И уйти ты не можешь, иначе погубишь весь твой Дом.
— Именно поэтому я полечу, — Сайен подняла голову, и впервые за все время разговора посмотрела в глаза Кинери. Она готова была разреветься и держалась из последних сил. — Так будет лучше для всех. Оставь меня, Кери, пожалуйста. У меня действительно много дел.
— А знаешь, — внезапно улыбнулся Кинери, — если решения не видно, это не значит, что его нет.
Сати сжал вместе ладони, а затем раскрыл их. У него в руках лежал крупный спелый плод курра.
— А если что-то видно, это не значит, что оно есть. Кинери, оставь свои храмовые фокусы для других. Это же просто иллюзия.
— Ты так считаешь? Возьми, — протянул он плод Сайен.
Девушка протянула руку, но не затем, чтобы взять, а для того, чтобы провести ее сквозь фантом. К ее удивлению, пальцы уперлись в плотную гладкую чешую. Кинери разжал руку, и тяжелый плод упал ей на ладонь.
— Как ты это сделал? — в голосе Сайен слышалось неподдельное удивление. И дело было не в том, что для курра сейчас не сезон. То, что Храм способен сотворить иллюзии знают все. Но чтобы она оказалась реальной, такого она не слышала.
— Ты еще так многого обо мне не знаешь. Заканчивай на сегодня работу, пойдем, погуляем.
— Кери, ты…
— Я нашел решение, которое пропустил Мейла. Теперь все будет правильно.
— Решение? Какое?
— Ты его узнаешь чуть позже. А сейчас тебе придется мне поверить.
Кинери подошел к Сайен вплотную и, приподняв ей голову, заглянул в глаза.
— Сайен Эрдага, ты веришь слову сати Храма?
— Да.
— Тогда больше не думай о смерти. Я не допущу, чтобы с тобой что-то случилось.
— А как же…
— Тсс, — приложил он палец к ее губам. — Пойдем, погуляем. Я так давно тебя не видел…
Дар Харбин настолько погрузился в рассказ «сына», что не сразу заметил, как тот оборвался. История двух молодых людей была полна романтики и трагизма. Но причем здесь договор с Хет-Каром? Он уже хотел, было, задать вопрос вслух, но тут увидел, что мальчик спит.
— Полтретьего, — прошептал он, глядя на часы. — Бедный мальчик, как он устал. Я тоже хорош! Развесил уши, когда давно пора спать нам обоим.
Осторожно, чтобы не разбудить, Харбин поднял Адени на руки и прямо одетым уложил в кровать, аккуратно снял обувь и накрыл покрывалом.
— Куда только смотрят твои родители! Как они, вообще, решились отпустить тебя одного, неизвестно куда!
Он еще немного постоял у кровати, однозначно понимая, что своего сына он уж точно бы никуда не пустил. Еще раз покачав головой, Харбин принялся расстилать свою кровать.
— Спокойной ночи… сын, — тихо пожелал он и погасил свет.
