Поколение лжецов

После третьей за неделю ссоры с Эммой, я не выдержал, и ушел из дома, попросив, — Читайте: Истерично, зло и громко крикнув, — меня не искать, и выбросом контролированной магии быстро собрал практически все свои вещи из моей комнаты, — Ноутбук, обязательно был забран, — и ушел, громко хлопнув дверью. Вообще обнаглела! «Как ты мог пойти на факультет Темных магов?», «Как ты посмел?» и «Почему ты не в Азкабане» достанут кого угодно, обязательно под язвительные комментарии «Сестры». Во, серьезно, что ей стоило просто держать язык за зубами? Уродка! Сумел купить дом я, только благодаря магии, которую, на заметку, контролируют благодаря палочке, а я пользуюсь сырой магией. И теперь был полноправным обладателем двухэтажного домика на улице Кристиана, что была за два квартала от дома Занозы, и довольно близко к домам Герра и Поттера. А, еще этот дом был возле леса. Идеально~. Парни прислали мне письма, о том, как классно в Малфой-мэноре, и что Люциусу было жаль, что я не пришел. Сто раз, ага. Мой ворон, спустя двадцать часов, сам летел с моим письмом, а мой книззл тогда удобно ложился мне на колени. И я зачастил плакать, сидя в своем доме, потому что одиноко и больно. Обидно. Почему Эмма не может признать меня своим племянником, почему Гермиона не может признать меня братом, почем Гарри и Геллерт сами не приедут, почему я здесь один, почему… Словом, мне было весело. И я купил несколько учебников, чтобы почитать. А еще воскресил воробья, который выглядел как одни кости, и закрыл его в клеточке, теперь жду, когда он восстановится, и веду тетрадочку, которую назвал «Дневник Некроманта», и нацепил обложку «Дневник Птицы». Попугай — птица. Все. Там я записывал каждое изменение на воробье, с интересом патологоанатома следя за тем, как на нем появляется новый кусок мускула или нерва. Занимался тупостью. Так продолжалось две недели, пока мне не пришло сообщение от Системы, которое возвело мою душу в рай, эмоции в шоколад, радость в седьмое небо. Словом, я был счастлив.

Новое задание: «Задолбавшийся» Описание: Вам скучно. Когда скучно вам — ужасно плохо нам. И мы решили дать вам питомца. Цель: Спасти Алекса Гренди Лестрейнджа, сына Беллатрисы Блэк и Рудольфуса Лестрейнджа, о котором родители знать-не знают. Награда: + Поклонник; +200 отношений с аристократами; + Пока вы будете приучать парня к жизни, скука исчезнет Штраф: Мы убьем вас. Задолбали.

Обожаю Систему, я это уже говорил?

***

Я шел в ту самую сторону, в которую мне было показано на карте. Честно говоря, улицы Темного Крика, возле Коукворка, меня очень беспокоят: Здесь много избитых, не надеющихся на счастье детей. Это страшно, это вызывает мурашки по спине, и горечь на кончике языка: Что это вообще за место? Кажется, то самое, «Злачное» место Британии: Здесь живут сироты, которые спаслись из детского дома, бездомные, хулиганы и все самое ужасное. И это заставляет крутиться что-то в животе, до боли и ужаса в глазах. Я специально испортил какую-то футболку и шорты, спрятал туфли, а волосы связал под кепку. Измазал лицо, руки и ноги, и теперь выглядел как бездомный, поэтому на меня обращали внимание, только масляными глазами с желанием. И это пугает до тряски коленей. Хочу домой. Зачем я сюда пошел? А, точно, Лестрейндж… Что такое последний из рода? Нотт Теодор, последний из рода, потому что его отец не сумеет родить второго ребенка. Он — надежда рода, последняя ступенька магии. Одна из последних. Драко — наследник, тоже почти единственный, потому что у Малфоев рождается второй ребенок, только если с истинным. Снейп последний из рода. Гарри последний. И, Алекс тоже: Беллатриса после Азкабана родить не сможет, как бы не хотела, а Лестрейнджи никогда не бросали своих жен, и второй раз не женились, и являлись самым оплотом верности. Поэтому тот ребенок, надежда своего рода, и тот самый столбик магии. Если он умрет, магия станет хуже, управлять ею будет сложнее: Все это легко в понимании. Магия держится на связи родни. Когда в ребенке есть несколько поколений, что усиливают его, магия в нашем мире лучше, чище и «Сильнее». Это удивительно. И я не могу позволить ребенку умереть. Кто вообще бросил его… Здесь? Разве Беллатриса не потеряла ребенка? Его украли?! Это преступление против магии! Очередной закоулок, куда я вхожу, скривившись. Сейчас довольно светло, и возле мусорок я легко нахожу дрожащего, спящего ребенка. Весь избитый, он дрожал от холода и боли. Рыжие длинные волосы были спутаны, и бросали черный отблеск на солнце. Тонкие черты лица аристократа, бледная кожа, — Я пытаюсь не смотреть на впалые щеки, — и грязная футболка с шортами. Ужасно. Весь в синяках и шрамах, он вызывает во мне иррациональный ужас, и беспокойство: В прошлом я был девушкой, будущей мамой. А этот ребенок, на год младше меня, был… Почти мертвым, и ужасно похожим на нынешнего меня. Господи, спаси и сохрани… Я сразу вытаскиваю из инвентаря зелье исцеления, легкого, много это не поможет, и заставляю, не спящего, а бессознательного ребенка выпить его. Поднимаю на руки, — Ужас, какой он худой и легкий! , — и замечаю спящего, испуганного и худого котенка. Спасал, или согревал? Магией левитирую его, и лежащий возле него красивый кулон на ребенка на моих руках, и пытаюсь как можно скорее отсюда убраться. Господи. Господи. Господи. Не дай Бог еще раз сюда войти. Я не выдержу. Я уйду к начальнице жаловаться.

***

Дома я практически сразу бегу в ванную комнату. Сам салфеткой смываю грязь с ног, рук и лица, сбрасываю одежду и переодеваюсь, пока вода набирается. После чего сразу поднимаю ребенка второй раз, и медленно перекладываю его в теплую не слишком горячую воду. Тот шипит от боли и раздражительности кожи, и у меня непроизвольно набираются слезы. Снял одежду я быстро, не выбрасывая, а бросая в корзинку для грязной одежды, и начинаю медленно смывать с него сантиметры грязи, старательно отмывая волосы, и пытаясь не давить на раны. Потом все раны обрабатываю, и мою котенка, который тоже не проснулся. И надеть на ребенка трусы и длинную белую тунику. Потом обработать ранки котенка, и помыть кулон, в форме герба Лестрейнджей. Когда узнаю, кто это сделал, самолично заберу его душу, и отдам в личное пользование мальчика. — Почему так сложно? — протянул я, открывая Игруху, и падая на кровать. Здесь же лежали котенок и мальчик. Игруха задание засчитала. И советовала отнести котенка ветеринару.

***

— Кто ты такой?! — Лестрейндж бешено скалился, держа в направлении меня нож. Удивительная картина. Ребенок, ужасно худой, ребра выпирают, трясется, бледный, широко открытые глаза черного цвета, а тонкие руки сжимают кухонный нож. Рыжие красивые волосы, с черным блеском слегка растрепанные после сна, и губы скривились в угрожающем оскале. На детском теле, это выглядит смешно. Через два дня мне двенадцать. Ребенок спал всю ночь, и я сам уснул. Проснулся, потому что кто-то смотрел на меня. Это оказался он. И ему одиннадцать. Котенок спал, возле кулона, как и вчера. — Спокойно, Алекс, — сонно пробормотал я, а ребенок дернулся: — Все, тише, — я резко вскочил, и выхватил нож с ослабевших детских ручек. Он на полголовы ниже меня. А я и так низкий… Помогаю ребенку сесть на кровать, и протягиваю воду. Тот смотрит подозрительно, но пьет, удивленно открывая глаза: — Что такое? — Чистая, — удивленно шепчет он: — Совсем не такая, как… Там… — Да. Ты не против? Алекс, я могу рассказать тебе о твоих родителях, взять в дом. Ты будешь жить здесь, я буду одевать тебя, готовить тебе вкусную еду. Позволю оставить котенка… Ты этого хочешь? — Д… Да…а?

***

Алекс был очень способным ребенком. Он умел читать и писать, пускай нигде не учился. Он пытался подражать мне, и смотрел со щенячьей верностью и любовью, отчего мне становилось слегка неудобно, и одновременно тепло. Первый раз он начал есть омлет руками. И закричал, потому что еда была горячей. Я учил его кушать вилкой, ножом и ложкой, объясняя, что и для чего. У меня был целый набор всех кухонных изобретений, для аристократа, чем я был очень горд! Показывал, как правильно одеваться, и пытался откормить этого худышку. Учил его связывать нормально волосы. А еще мы принесли котика, Ри, — Так Алекс назвал его, — к ветеринару. И я заботился теперь о них двоих. Алекс побаивался людей, — Особенно взрослых, — и я пытался приучить его к ним, понимая, что он приедет в Хогвартс. Писал письма парням, говоря что у меня для них сюрприз. А на свое день рождение получил письмо, что мой подарок у них, ждет когда я приеду. День рождение Алекса мы отпраздновали вместе с моим, решив назначить именно эту дату. Я учил его по своим учебникам, полностью отдаваясь заботе о маленьком ребенке, которому это необходимо. Он пытался узнавать границы позволенного, и я дал ему самые обычные для его возраста границы, с примечанием на его самостоятельность и неумение жить как человек. Я читал ему сказки и мифы на ночь, и пел когда он просил, — чаще за готовкой. Гермиона меня не искала, Эмма тоже, а Джину я специально прислал письмо со словами «Я в порядке, меня приютила знакомая семья. Если ты, конечно, волновался». И деньги, как себе обещал. Соседи думали, что наши родители слишком заняты чтобы быть с нами, я был в их глазах старшим братом, что присматривает за слегка ненормальным младшим. Алекс тогда яростно огрызался, как пес на врагов. А потом мне пришел табель, и два письма. Это был третий месяц, Алекс считал меня Богом и зачем-то вычитал где-то клятву верности, принося ее мне. Мой табель блистал «Выше ожидаемого», почти на всем. Письмо для Алекса адресовалось для «Алекса Гренди», без фамилии. Ребенок не хотел никуда ехать, но узнав, что я должен там быть, быстро передумал, пообещав защищать меня от всех врагов. Он уже немного отъелся, но выглядел все равно бледно и болезненно, но это еще нормально. А, еще Алексу очень нравился Леха, мой воробей, который уже покрылся пухом, и был домашней птицей Алекса. Как мне, мой ворон Север. Котенок Ри, был великодушно принят книззлом Блэком. И мы собрались в Косой Переулок, отослав письмо совой, которую успели поймать, что «Меня приведут, спасибо». И я написал парням, что с сюрпризом приду.

***

Косой Переулок впечатлял количеством людей, которые бегали везде, с желанием купить все нужное. Маги, чистокровные, шли уверенно и гордо, приковывая взгляды, магглорожденные и их родители бегали, восхищаясь практически всем. Звучали крики, цены, крики кошек и жаб. Восхищения нимбусом две тысячи. Я был одет в изумрудную рубашку, поверх которой на рукавах было множество браслетов, а на пальцах кольца. Алекс уже знает, что это маскировка. Волосы были связаны в роскошный высокий хвост, как у самураев, брюки были черными, туфли красивыми, улыбка вежливой и веселой, глаза были за очками. Алекс безропотно оделся также, только без аксессуаров, а волосы мы связали в низкий хвост. Он был все еще ниже меня, и мы выглядели как братья. Алекс испуганно жался к моему плечу, сжимая руку, и угрожающе зыркал на всех, что не вязалось с моей улыбкой. Выглядели мы колоритно. Я сразу же повел парня за собой в кафе Фортескью, извиняясь перед теми, на кого зарычал ни с того, ни с сего Алекс, вызываю умиление своим образом. Мне здесь не нравилось, и Алексу тоже. Он вообще очень чутко улавливал мои эмоции, следя за каждой улыбкой. Для ребенка, которого спасли из… Того самого места, это было нормально, и я надеялся сделать его более самостоятельным. Независимым от самого себя. В небольшом кафе, мы сразу же вышли на веранду, и огляделись. Алекс искал просто свободное место, я знакомых. Когда увидел весело машущего мне рукой Гарри, повел Алекса за собой. Гарри выглядел счастливым и веселым, его каштановые волосы были как всегда растрепанными, а зеленые глаза искрились смехом. Очки были, видимо, выброшенными, на нем была белая рубашка и брюки, а запястье блистало браслетом из хризантем, и магнолий. Драко выглядел довольным, одетый в серую рубашку, его волосы были в творческом беспорядке, а запястье блистало тем же браслетом. И оба браслета были золотыми. Миленько. Герр был довольным, тоже, его не слишком длинные золотые волосы были связаны в короткий хвост, черные глаза блестели, а сам он был одет в черную рубашку и такие же брюки. Трое парней с удивлением смотрели на Алекса, что встал чуть впереди меня, слегка ссутулившись, готовый к броску или атаке. — Солнышко, у тебя был брат, а мы узнаем только сейчас? — удивленно спросил Герр, а я положил руку на плечо Алекса, и тот сразу расслабился. Мы сели за два кресла, осталось еще одно пустое. — Нет. Народ, это секретная информация, и вы об этом не знаете. Алекс, знакомься, это мои близкие друзья, семья: Геллерт Джинус Гриндевальд, Гарри Джеймс Поттер и Драко Люциус Малфой, — я показывал на каждого, и выученный мною Алекс кивал каждому из них. Те также кивали: — Народ, это Алекс Гренди, парни не волнуйтесь, Лестрейндж. — Что?! — все трое резко поднялись, подаваясь вперед, Алекс сразу приподнял нож, наставляя его на них. — Успокойтесь, не привлекайте внимание, — шикнул я, и все сразу сели, а Алекс недовольно отставил нож: — Это вышло случайно. Я как-то узнал о том, что последний Лестрейндж выживает на… Улице, — Алекс схватил меня за руку, слегка сжимая, и отводя взгляд. Я ободряюще ему улыбнулся: — Я нашел его, и привел в порядок, и вот… Он здесь. — Я уже говорил, что ты удивительный? — нарушил тишину Драко. — Ага, — я весело улыбнулся, включая режим попугая: — Давайте за покупками…?

***

— А не пойти ли тебе к черту? — светским тоном поинтересовался я, поднимая бровь вверх. Мы все сидим в купе. Последние две недели Драко, Гарри и Геллерт жили у меня в доме, — Восхищенные взгляды, когда я говорил «Это мой и Алекса дом», грели мою душу, — привыкали к Алексу, и позволяли привыкать Алексу. Лестрейндж привыкал неохотно, постоянно находясь возле меня, как преданный кот, хмуро взирая на всех, кто отнимал его, как он говорил мне, время сидения со мной. Это вызывало во мне смех, и искреннюю веселую улыбку. Драко скушал домашнюю еду и суп, признавая что это странно, но вкусно, Лер показал навыки уборки магией, а Гарри весело рассказывал, как он и Драко дали друг для друга клятву вечной верности, за что и получили золотые браслеты. Алекс тогда выразительно посмотрел на меня, и я рассказал ему об истинных. Сейчас мы ехали в Хогвартс, я пережил поздравления с Малфоем старшим, — У меня дыхание сперло, улыбка вышла слишком нервной, я дурак! , — а Алекс восхищенно смотрел в окно. Он уже привык показывать настоящие эмоции при парнях. Я был насильно посажен возле него, а справа от меня сел Герр. Перед нами сидели Гарри и Драко, вместе с Блейзом Забини, который был проинформирован о том, что «Поколение Лжецов» берет заботу о Алексе на себя. И именно сейчас, открыла дверь в купе Гермиона. Вот уж… — Шарли! — зло вскрикнула она, сжав руки: — Мы искали тебя! Где ты был?! Мама и папа волновались из-за тебя! — Ври больше, — фыркнул я: — Я первую неделю смотрел за вами, вы спокойно жили, только мистер Грейнджер и волновался. Что случилось? — Нужно поговорить, — зло прошипела девчонка. Ну…: — И что это за парень? Ты клонировал себя? Или нашел еще одного ублюдка тети Инабель? От того, чтобы Алекс бросился на нее, девчонку спасла только моя рука на плече парня. Впрочем, она уже сделала шаг назад, испуганно смотря на горящие злостью и желанием убить глаза Алекса. Неподражаемый эффект тьмы, что клубится в его глазах, смешиваясь с желанием крови и желанием убить. Впрочем, я тоже зло поджал губы, а мои голубые глаза стали льдинками. — А не пойти ли тебе к черту? — и возвращаемся на этот момент. Мой светский тон выбил ее из колеи: — Алекс законнорожденный ребенок, талантливый в магии, и намного лучше вас, мисс Грейнджер. У него, в отличии от вас, родители просто были вынуждены уехать, и они передали мне присмотр за своим ребенком. В отличии от вас, он понимает слово честь, мисс Грейнджер.

***

Я взволнованно заерзал на скамейке, наблюдая за толпой детей между столами Когтеврана и Гриффиндора. Мы попали в Большой зал на каретах с черными лошадьми, которые мне очень понравились: Фестралы. Поприветствовали всех знакомых за столом, кивнули профессору Снейпу за столом учителей, и сели на свои места. После чего пустили взволнованных детей, где я сразу же выискал глазами Алекса, что стоял чуть позади всех, с яростью и нездоровым желанием ударить кого-то, смотрящего на детей. Тот сразу нашел меня взглядом, и просиял в лице. Милашка! Профессор МакГонагалл вызвала детей к шляпе, по одному, конечно. Заинтересовала меня одна девчонка, что попала на Когтевран: Луна Лавгуд. Девочка, с белыми волосами, и большими серыми глазами, слегка навыкате, и мечтательным лицом. — Алекс Гренди! — и без фамилии! — Слизерин! — и шляпа еще даже не успела коснуться головы. Мальчик пару секунд стоял, думая, под хлопки, потом вновь просиял, — Да, ему немного тяжело дается обдумывание и запоминание имен и названий. Проблема в том, что в трущобах мало кто кого-то зовет по имени, — и побежал. Именно побежал, со всех ног, под общий «Опять?!», за стол Слизеринцев, бросаясь на мою спину, сжимая меня в объятиях. — Ну-ну, — начал я успокаивать испуганного ребенка: — Все хорошо, ты попал правильно, никто не будет драться… — парень неуверенно кивнул, и сел возле меня. Гарри специально занял здесь еще место. Заметив взгляды каждого, я моргнул, прося потом все спросить. Кто к нам еще попал? Ну, Херпер Оксфор, Астория Гринграсс, Дафна Гринграсс, Каспиан Паркер, Норберт Генрих и Раксиан Вектор. Мало, ужасно мало! Только шесть человек! Я в шоке. Хотя, нет, семь, вместе с Алексом… Но и это ужасно мало. Потом директор традиционно рассказал всякую фигню, и перед нами появилась еда. Я тщательно отбирал, что есть Алексу, под смешки Герра и Гарри, которых мои хмурые взгляды совсем не смущали. Идиоты! Север должен быть в совятне, вместе с воробьем Лехой. Книззл Блэк должен вместе с котиком Ри сидеть в гостиной. Вещи тоже там. Еще я помогал Дафне и Астории правильно выбирать еду, без зелий.

***

Первой проблемой стало то, что Алекс… Не хотел спать один. И ни с кем из парней спать не желал. Херпер и Норберт решили взять одну комнату, Каспиан и Раксиан, близкие знакомые, звали его с собой, но тот отказался. Мой умоляющий взгляд все-таки заставил старосту призвать третью кровать в мою и Блейза комнату, — Тот побелел, покраснел, но мужественно промолчал, — куда я и отправил Алекса, с прямым указом «Иди спать». И теперь я сижу на диване, а все ждут мою историю. Точнее, Алекса, но именно от меня. — Итак, прошу меня не перебивать, иначе уйду. Этот ребенок — Алекс Гренди Лестрейндж, — не знаю, как, но они подавили удивленные возгласы, только позы и глаза показывали удивление: — Мой источник информации не скажу, но мне пришлось забирать его грязного, избитого из подворотни самой злачной улицы Британии, где живут только убийцы и воры. Он выглядел… Ужасно. Мне нужно было время, чтобы сделать из него человека, но он все еще немного нервный, и его легко вывести из себя. Поэтому, — я поднял свой взгляд на всех: — Мне нужно чтобы вы не испортили его, и помогли воспитать из него аристократа, в лучшем его виде, без предрассудков. — Это официальный приказ главы «Поколения Лжецов»? — спросил кто-то из третьекурсников. — Если вам так легче, да, — взял слово Геллерт, садясь возле меня: — Кто-то навредит ему — кулаками Солнышка не отделается. Он официально под защитой. — И, конечно, род Малфой тоже защищает его, — усмехнулся Драко, садясь возле меня, справа: — И Поттеров, верно? — Конечно, — весело ответил Гарри.

***

Задание выполнено, авторитет у Алекса есть, его на факультете никто не тронет. Только могут быть проблемы с первым курсом, но это легко решить. Н-да, я слишком прикипел к ребенку, нужно немного отвлечься… Комната, конечно, изменилась. Забини уже спал на своей кровати, между нашими кроватями была кровать Алекса, шкаф и его комод были такими же, как и у нас, моя кровать крайняя к двери. Алекс спал, обхватив колени, и напоминал кота. Ри, кстати, спал в специальной кроватке, возле Блэка, и был вполне доволен, кажется. Я сел на свою кровать, переодетый в обычную длинную белую тунику. Ну, нет, я спать не буду! Взяв книгу с некромантии я взял путь к гостиной, где никого не было. Как всегда. Как всегда я сел на диван перед камином, открыл страницу, и начал читать. — Мистер Грейнджер, вам еще не надоело? — спросил язвительный голос профессора. Ах, я счастлив! — Что вы, профессор Снейп! — солнечно улыбнулся я: — Я был так взволнован, что не сумел уснуть. — Хм… То, что вы сказали в гостиной, правда? — вдруг спросил он. Чего? Он слышал?! Господи ты же боже мой! Как?! Моя рука потянулась к вечным напульсникам на кисти, и потерла его, а сам я смотрел в глаза спокойного внешне профессора. Внутрь него я не проникну. Не хочу. Боюсь. — Да. Только… Директор не должен узнать. Он убьет его. Я уверен в этом, профессор Снейп, понимаете? — Понимаю, мистер Грейнджер. Как я вас понимаю…