Кошмар среди звёзд

Тёплые лучи от солнечного зарева на горизонте ярко освещали место, где я находился, заставляя лепестки пышного дерева поблизости буквально светится мягким светом. Здесь был целый сад из таких же деревьев, над которым простиралось чистое голубое небо. Кристально чистая вода небольшого озерца, где-то в гуще этого зелёного рая, иногда поблёскивала от солнечного света, будучи настолько прозрачной, что можно было запросто разглядеть каждый камушек на глубоком дне. Здесь так красиво… Такое умиротворение… Это невольно вызывало на моём лице улыбку, пока я сидел на скамейке под густой кроной одного из деревьев, рядом с берегом озера, и любовался красотами сада. Но я всё равно чувствовал… Что-то здесь не так. Здесь всё неправильно. Моё внимание привлекло некое движение на рыбацком мостике по другую сторону озерца. Всего один единственный взгляд туда заставил меня вспомнить, кто я и почему я здесь. Такая жизнь — тихая, мирная и спокойная — мечта многих. Но не моя. Я смог бы прожить так неделю, две, но постоянно — никогда бы не сумел. Жизнь в постоянном движении и событиях — вот мой удел. А всё, что окружает меня в данный миг — ложь и иллюзия. Всего этого нет. Я снова сплю. И мой личный кошмар снова идёт по мою душу. Силуэт на фоне восходящего диска солнца был мне знаком. Это был мой силуэт, это и был я. Но совершенно другой. Я встал со скамейки, выпрямившись во весь рост. Не знаю, откуда у меня взялся нож, но я тут же выхватил его из кармана, крепко сжав в правой руке. — Не думай, что сможешь меня напугать… — Процедил я сквозь зубы. Силуэт шагнул в воздух после края мостика и камнем ушёл под воду. Самым жутким в этом было то, что сквозь прозрачную водную гладь я видел, как «я» целенаправленно движется по дну озера, будто он был чёртовым терминатором! Вскоре голова «тёмного» Дрейка прорезала поверхность воды на берегу с другой стороны, куда он затем и вышел, продолжив с необычайным холодом во взгляде двигаться ко мне. — Хватит сопротивляться, Дрейк. Не делай свою гибель ещё более ужасной. Твоё тело итак уже принадлежит мне. — Говорил он, не прекращая шаг. Когда мой двойник подошёл на расстояние вытянутой руки, мой нож стремительным взмахом разрезал воздух и прорубив несколько сантиметров плоти на шее моей копии, со смачным хрустом застрял в кости шейных позвонков. Этого оказалось достаточно, чтобы кровь хлынула оттуда красным ручьём, но недостаточно, чтобы убить монстра с моим лицом. Оно зловеще ухмыльнулось, отчего я заметил, как его зубы на глазах превращались в два ряда острейших игл, а язык вырастал в длину, становясь будто змеёй. — Слишком поздно, Дрейк… — Его голос с каждой секундой грубел, всё больше становясь похожим на глас чего-то чудовищного, кошмарного. — …Меня уже не остановить. Ты можешь только умереть. Рывком я извлёк окровавленный нож. Я готов был атаковать снова, но то, что я видел, повергало меня в панику. Лицо другого меня, иного Дрейка, будто вытягивалось, как и его череп, от чего кожа на нём буквально рвалась, оголяя кости. То же самое происходило и со всем остальным телом: скелет будто рос изнутри, превращая анти-Дрейка в гадкую на вид тварь с торчащими наружу костями, обвешанными остатками плоти и разорванной кожи, ростом в два с лишним метра. Из его позвоночника выросли длинные костяные шипы, а хвост вообще превратился в колючий хлыст, ноги и руки вытянулись, обзаведясь длинными когтистыми пальцами, а через несколько секунд лицо этой и без того мерзкой твари стало похоже на длинную облезлую морду безумного зверя с глазами абсолютно безумными. Между кривыми и длинными зубами существа протиснулся неестественно длинный язык и мерзкой тяжёлой лентой прошёл по моему лицу, обдав литром слюны. С трудом сохраняя адекватность, я зажмурился от омерзения. — Ты сейчас в моём мире, Дрейк! Мире страха и боли, прямо в твоей голове… — Тяжёлым и жутким басом говорило чудовище. — Мир, в котором ты можешь умереть. Здесь ты такой же жалкий человек, как и в мире реальном, такой же смертный и никчёмный. — И ты надеешься, что я сдамся?.. — Нет. Так неинтересно. — Окровавленная пасть монстра изогнулась в ухмылке, случайно увидев которую в тёмной подворотне, можно было бы схватить инфаркт. — Я буду гонять тебя по закоулкам твоего разума, пока ты не свихнёшься. А потом… Я сожру тебя. Если ты не умрёшь раньше! Костлявое чудовище склонилось надо мной, своим черепом с обрывками кожи почти коснувшись моего лба. Мы смотрели друг другу прямо в глаза: я — в эти бездонные колодцы ужаса, а он — прямо мне в душу. — Я хорошенько с тобой наиграюсь, прежде чем всё закончится… С такими словами монстр неожиданно толкнул меня в грудь и я влетел в дверной проём, которого мигом ранее там не было. Тёмно-серая стальная дверь с облупившейся краской громко захлопнулась, оставив меня в недоумении озираться по сторонам. — Это всего лишь сон… Просто дурацкий сон. — Уверял я себя, поднимаясь с грязного пыльного пола подъезда какого-то многоэтажного жилого дома. Хотя здесь и было темновато, я с удивлением заметил, что уже был одет в в джинсы и светло-серую толстовку, а ногах красовались слегка запачканные кроссовки. На первый взгляд — обыденная одежда, но этот наряд… Напоминал о старой жизни, задолго до событий со вторжением Альянса. Когда все мы были просто людьми, искавшими в жизни что-то своё. Мне было лет шестнадцать-семнадцать и… Это был сложный для меня период. Казалось бы, жизнь только начинается, но жить эту жизнь совершенно не хотелось. Дело в том, что война с Альянсом на самом деле не была для меня первой психической травмой. Это произошло, когда мне было шестнадцать лет. У меня была небольшая семья — я, мама да отец… Пока однажды в наш дом не вломился грабитель. Один из тех недоумков, что могут ворваться прямо посреди дня. Отец был на работе, поэтому… Я не знаю, зачем тот псих сделал это, но он просто взял и убил маму, едва она случайно оказалась у него на пути. Просто зарезал её, растерзал, как не убивают даже животные. Двенадцать ножевых ударов. Прямо у меня на глазах. Подростку пережить такую трагедию непросто, особенно, когда такое произошло прямо перед ним. Для меня это событие стало отправной точкой для депрессии, в которой я, казалось, тонул день ото дня. Мир стал для меня серым и пугающим. Иногда мне казалось, что всё вокруг внушает только страх и боль. Но через полтора года я справился с этим, пережил тяжёлую для меня трагедию, а те мрачные дни остались где-то в потёмках памяти. Но сейчас я снова здесь, будто вернулся в свои семнадцать лет. Попал на улицы Лос-Анджелеса, которые я не узнавал, словно они оказались пропущены через фильтр тьмы, мрака, печали и страха. Не представляя что делать, я решил идти хоть куда-нибудь, вместо того чтобы пялиться на пошарпанные стены подъезда. Кроссовки невольно шаркали, не до конца отрываясь от пола при переносе ноги для следующего шага, руки постоянно сидели в карманах толстовки — это было моей типичной походкой в те времена, которая вдруг вернулась ко мне. Дойдя до двери выхода, я сначала толкнул её рукой вперёд — но та не поддалась. Подёргав за дверную ручку, я обнаружил, что дверь заперта со стороны улицы. Но как такое может быть? Это же подъезд жилого дома, зачем его закрывать снаружи? Не найдя прямого выхода на улицу, я решил оглядеться в подъезде получше, пройдя пару этажей. Вскоре мною было обнаружено, что мне многое здесь знакомо: почти оторванный от стены почтовый ящик на первом этаже, до которого никому нет дела; чей-то мопед, оставленный под лестницей тут же; непонятное граффити, нарисованное зелёной краской на стене на втором этаже, и многое другое. Да я знаю этот дом! Я жил здесь, давным давно, пока моя семья не переехала в свой новый дом в долине Сан-Фернандо — там гораздо спокойнее живётся. Я сразу же второпях отправился на шестой этаж, где раньше была моя квартира. Постучав в дверь сразу несколько раз, я надеялся, что из этого выйдет что-то хорошее… С той стороны раздался громкий удар в дверь, словно кто-то врезался в неё со всего маху, а затем раздался грубый голос, чей обладатель был года на два старше моих семнадцати лет. — Саммерс, вали отсюда! Пока я не надрал твою безмозглую задницу! Мне казалось, что и этот голос мне известен, но проверять я это не захотел — потому поскорее сбежал на следующий этаж. Как я помню, в этом здании всего десять этажей. Быть может, я смогу убраться отсюда через крышу? С этой мыслью я бегом направился на самый верх, перескакивая через некоторые ступеньки. Взобравшись по лестнице к двери на крышу, я нашёл и его закрытым, что вполне логично — нельзя пускать кого попало на такую высоту. К счастью, я помнил, что всегда таскал при себе вещи «сомнительного характера», потому живо запустил руку в левый карман, вытащив пару отмычек и… Раскладной нож. Мои брови нахмурились от воспоминаний прошлого, когда я настолько не доверял людям, что носил с собой нож, и залезал в заброшенные и закрытые строения, взламывая двери. До сих пор помня, как пользоваться отмычкой, я быстро вскрыл замок на двери и с ходу распахнул её, вырвавшись наружу. Было бы приятно ощутить прохладный ветер на лице, если бы всё окружающее меня было реальностью. На самом деле я уже достаточно давно не ступал на землю хоть какой-то планеты. Аккуратно дойдя, уже не бегом, до края крыши, я осмотрелся по сторонам с высоты десятого этажа: это был всё тот же родной Лос-Анджелес, но привычное жаркое и знойное лето куда-то пропало, уступив место прохладной атмосфере. Сейчас была ночь, поэтому, подняв глаза кверху, я мог увидеть тёмное небо, покрытое бесчисленными россыпями далёких звёзд. Приятно было увидеть знакомые виды, хоть они и были иллюзией моего покорёженного разума. Но что-то внизу, на самих улицах, было не так… Повнимательнее осмотрев доступные взгляду уголки города, я понял, в чём дело — он был пуст. Совершенно пуст. Я не мог нигде увидеть ни единого человека или едущей машины, не мог услышать ни единого обыденного звука, только ветер шумел над головой. Даже ночью такое казалось невозможным в таком большом городе… — Только не говори мне, что решил сыграть в «Сайлент Хилл»… «Он» снова заговорил со мной. На этот раз я услышал его за закрытой дверью позади, через которую сам попал на крышу, а в следующий миг вздрогнул от пробежавших по спине мурашек, когда его слова заодно эхом отдались в моей голове. — Твоё время на исходе, Дрейк! — Сказал он, растягивая моё имя своим зловещим голосом, затем дверь прогнулась под мощным ударом с другой стороны. Монстр уже догонял меня. Быстро отыскав взглядом пожарную лестницу, я соскочил на неё и торопливо начал спускаться, короткими прыжками пропуская некоторые ступени. Это было опасно, конечно, но в данный момент желание оторваться от преследователя превозмогало прочие инстинкты самосохранения. Не слезая до конца, я спрыгнул с лестницы с высоты пары метров, отделавшись всего лишь лёгким ушибом колена, после чего начал удирать прямо по проезжей части куда глаза глядят. Но неожиданно меня заставил остановиться чей-то голос… Но не моего антипода, это кое-кто другой… До боли знакомый. Не думал, что спустя столько лет смогу узнать голос мамы. — Дрейк! Осторожно! Всё произошло за секунды. Ещё начав оборачиваться, я услышал за спиной визг колёс от резкого торможения, затем громкий, даже оглушительный для меня, сигнал автомобиля… После чего я всем телом ощутил удар об передний бампер машины, сбившей меня на весьма приличной скорости. Боль от этого удара показалась слишком реалистичной для сна… Мне даже показалось, что я потерял сознание, на минуту канув в небытие. Вскоре, открыв глаза, я подскочил на месте, чуть не свалившись с… Больничной койки?! Взглянув вбок я удостоверился в том, что находился в палате больницы, с привычно светлыми стенами, кроватями для больных у стен и обыденным запахом каких-то медицинских препаратов. Но лично меня эта вонь всегда раздражала. Неспеша встав с койки, я ощупал своё тело, которое к моему удивлению оказалось совершенно целым, а я, кажется, даже был жив, будто и не было никакой автомобильной аварии с моим участием. Я снова впал в ступор, осознав, что это событие происходило со мной и в реальности: меня и правда однажды сбил автомобиль — к счастью, я отделался парой несерьёзных переломов, гораздо больше испугавшись. «Он» использует против меня мои страхи и переживания, пытаясь сломить… Как бы то ни было, я пытался понять, как мне выбраться из этого царства кошмаров, разглядывая палату, в которой я был совершенно один. В прошлый раз мне удалось спастись при помощи силы, но сейчас я вернулся в свои семнадцать лет, а мой антипод обернулся в сущее чудовище, с которым мне один на один не совладать. Нужно что-то придумать… Топтаться на месте не было выходом — я это понимал, потому поспешил выйти в коридор больницы. Рядом не было ни единой живой души, но я всё равно достал свой нож-раскладушку, благо он остался при мне вместе с отмычками. Я двигался по коридору не спеша, ступая тихо, как мышь, дабы не влипнуть во что-то опасное — а таковым здесь могло быть что угодно. Я замер, словно камень, когда в десятке метров от меня резко распахнулась дверь кабинета хирурга. Нож был сжат моей рукой так, словно тот пытался из неё выскользнуть, а я этого не давал. Из дверного проёма сначала послышались шаркающие шаги, затем из кабинета вывалился человек в белом врачебном халате — в общем при всём параде. Однако, спешить радоваться его появлению не стоило. «Хирург» выглядел не очень дружелюбно — всё из-за его окровавленных по локоть рук, каждая из которых держала по одному скальпелю, и хирургической маски со следам крови, что закрывала почти всё лицо врача. — Мать твою… Лучше бы ты был дантистом! Доктор явно не был настроен на шутки, судя по тому, что он бросился в мою сторону с нечленораздельными криками, размахивая острыми хирургическими инструментами. Я тут же пустился наутёк, в панике пытаясь сообразить, как мне скрыться от безумного врача. Его громкий топот буквально в паре метров от моей спины и тяжёлое хриплое дыхание лишь подгоняли меня страхом, выжимая всё из моих подростковых ног. Не имея возможности убежать, я буквально влетел в первый попавшийся туалет, едва успев захлопнуть за собой дверь и сообразить заблокировать дверь со своей стороны при помощи швабры, просунув её в ручку, что не позволит кому-либо открыть её с другой стороны. — А-а!!! Я вскрикнул от того, что в полуметре от моего лица сквозь дверь вонзился один из скальпелей, так и застряв там, а я отскочил взад, свалившись на спину, в испуге отползая в само помещение туалета. — Это какая-то грёбаная психушка! Оправившись от произошедшего, я поднялся с пола. Доктор в коридоре затих, но я не поверил, что он просто ушёл и оставил меня в покое. Всё равно, рисковать не стоит, я должен попытаться найти альтернативный выход из… Сложившейся ситуации. Осмотревшись, я понял, что хоть в этой больнице и скверный персонал, за гигиеной здесь следят — в туалете было практически кристально чисто, ни пятнышка, никакой грязи. Дёрнув за ручку окна, я смог его открыть, но сразу же разочаровался в варианте выбраться через него — по другую сторону оказались навешаны непреодолимые железные решётки. Я только и смог, что увидеть через него улицу перед больницей, на которой стояли пустые машины, но по-прежнему не было ни души. Затем моё внимание привлёк один единственный выход вентиляционный трубы в этом туалете, находившийся почти под потолком, но бывший достаточно большим, чтобы в него втиснулся семнадцатилетний пацан. Встав на бачок одного из унитазов, я сумел сначала выдернуть решётку вентиляции с места, с грохотом уронив её на кафель, после чего подтянулся выше и залез в трубу. Другого пути всё равно не виднелось. Я толком не знал плана этой больницы, поэтому просто лез вперёд, поворачивая куда-нибудь. На самом деле, у меня и выбора не было — в какой бы выход из вентиляции я не подался, везде решётку сдвинуть с места было просто невозможно, словно они были приварены намертво. Я просто полз по холодным стальным трубам, пока в какой-то момент одна из решёток подо мной не прогнулась и… — А-а!.. Вывалившись из вентиляции, при падении я довольно сильно ударился плечом о прочную плитку, которой был покрыт пол. — Ай… Потирая ушиб, я поскорее поднялся на ноги, оглядываясь по сторонам. Я оказался совершенно не рад тому, что покинул уютные вентиляционные трубы, ведь тем местом, куда я попал, было не что иное как морг — в мире кошмаров там не может быть ничего хорошего. Я хотел было сразу же покинуть это хладное хранилище мертвецов, но дверь как назло оказалась заперта, хотя, впрочем, через несколько секунд я понял, как отсюда выбраться — ведь из одной из «трупных» камер, оказавшейся приоткрытой, свисал какой-то ключ — наверняка от двери. Совершенно не веря в безопасность этого действа, я очень осторожно подошёл к той камере, попытавшись сразу извлечь желаемое, но никак не мог достать его. Мне пришлось выдвинуть полку из камеры посильнее, действуя ещё аккуратнее прежнего, после чего я наконец смог оторвать небольшой ключик от бирки, прикреплённой к мешку, в каких держат тела — и судя по всему, в нём кто-то да лежал. Но я не стал этого проверять, отпрянув от камеры и собиравшись было уходить… Как вдруг та же самая полка с трупом позади меня со скрипом начала двигаться, окончательно выезжая из камеры сохранения тел. Обернувшись, я с ужасом увидел, как тело в мешке зашевелилось, голыми руками с когтистыми пальцами разрывая плёнку своего узилища. Через считанные секунды оттуда начало выбираться уже знакомое мне существо — окровавленный двухметровый скелет, со свисающими с костей остатками плоти, торчащими из-под рёбер до сих пор функционирующими органами и ужасающей мордой, с зубастым оскалом уставившейся на меня двумя красными точками своих глаз, зияющих посреди чёрных глазниц его черепа. Мой антипод снова вступил в игру. Не собираясь знакомиться с ним ближе, я второпях отпер дверь, ключ к которой к счастью подходил, едва успев выскочить наружу морга, только и почувствовав, как бритвенно острый хвост моего худшего кошмара разрубил дверной косяк над моей головой. Я бежал по длинному тёмному коридору так быстро, как наверное не бегал никогда, подгоняемый сзади чудовищными воплями монструозной версии самого себя. В какой-то момент я даже решил обернуться, чем напугал себя только сильнее — тварь неслась не больше чем на десяти метрах от меня, вдруг перейдя в бег на четвереньках, подобно дикому зверю. — Ох, чёрт! В какой-то момент, не разбирая дороги, я добрался до лестницы ведущей вверх из подвала. Я открыл дверь на бегу, ударяясь в неё плечом, тем самым покидая морг и попадая в другой коридор, в котором находились палаты пациентов с одиннадцатого номера по двадцатый. Всё ещё будучи преследуемым, я замешкался на пару секунд, ища укрытие — и в конце концов выбрал палату семнадцать, тихо скользнув за её дверь. Я прижался к дальней стене небольшого помещения, где из мебели были только четыре больничные койки, несколько тумбочек и пара столов, медленно сползая на пол под окном. Прислушиваясь к происходящему в коридоре, я едва не перестал дышать. Со своего места мне было слышно, как чудовище, перейдя на шаг, медленно ступало по полимерному покрытию пола, постукивая костями своих ног, и нервно перебирало пальцами, когти которых при этом издавали неприятный скрежет. — Ты всегда отлично бегал, Дрейк… — Прохрипело оно, прошагивая мимо двери моей палаты. — Но однажды ты устанешь. А я — никогда. Послышался грохот и треск разбитой на куски двери палаты, находившейся аккурат напротив моего укрытия — монстр начал искать меня в комнатах. Поняв это, я отполз от стены, поспешив заползти под ближайшую кровать — она была достаточно низкой и я рассчитывал, что под ней меня видно не будет. Через минуту, не обнаружив меня в другой комнате, кошмарный Дрейк с размахну вынес дверь в эту, оказавшись со мной в одном помещении. Теперь я мог ясно расслышать, как тяжело дышит это чудовище, издавая носом страшное пыхтение. — Хрм. Исчез. Не догадавшись заглянуть под кровати, он недовольно прорычал, после чего мощным прыжком махнул в окно разбивая его вдребезги и попутно выбивая своим телом решётку за ним. Из страха я пролежал в укрытии ещё почти минуту, даже когда опасность ушла. Выбравшись же наконец оттуда, я не решился пытаться покинуть здание через окно: во-первых — идти по следу врага мне показалось неразумным, а во-вторых — падать с третьего этажа мне не хотелось. Поэтому мне пришлось вернуться к поиску выхода традиционными способами. С самого начала я решил попробовать пройти обычным путём — то есть через главные двери, вследствие чего я оказался в главном холле, где находился местный ресепшен, несколько мягко обитых стульев для ожидания вдоль стен и даже пара синих диванчиков, стоящих ближе всего к главной лестнице, а также повсюду часто можно было увидеть декоративные цветы в горшках. Не заметив никакой угрозы, я сначала попытался открыть главные двери, но те вновь оказались заперты — глупо было ждать иного в условиях, когда тебя пытается убить собственное раздвоение личности. Пытаться взломать я даже не стал — замок слишком серьёзный. Не мешкая, я ловко перемахнул через стойку ресепшена, надеясь найти в шкафчиках ключи от дверей, однако там я нашёл только кучи и стопки медицинских бумаг, несколько ручек, пару степлеров, пачку скоб для него… Никаких ключей. Неожиданно услышав совсем близко чужие шаги, я быстро развернулся, немедленно выхватив свой карманный нож, как только увидел, кому они принадлежат — это снова был бешеный врач, но другой, у этого в руке был зажат канцелярский нож. Я не решался атаковать до тех пор, пока тот сам не начал — как только мужик в белом халате бросился на меня, занося режущее оружие над головой, я увернулся от него, уходя вбок, после чего воспользовался моментом и вонзил ему нож в область печени. К моему удивлению, противник этого даже не почувствовал. Резко развернувшись ко мне, он нанёс сильный удар свободной рукой, от нечеловеческой силы которой я отлетел практически на два метра. — Уф! Не расслабляясь, я вскочил на ноги, попутно отпрянув от очередного размаха доктора, затем решив действовать радикально. Пока он был открыт, я вскочил ему на спину, чем спровоцировал его перейти в буйство, в котором безумный врач начал сшибать своим телом шкафы с бумагами — я же, едва удержавшись на нём, ровно три раза ударил его ножом под основание черепа, только на третий раз нанеся смертельное ранение. Когда бездыханное тело рухнуло на пол, я отскочил от него, не желая измазаться в крови. — Вот чёрт!.. А как же клятва Гиппократа? Отдышавшись от неожиданного столкновения, я начал думать, как мне теперь выбраться из этой ненормальной больницы без ключей. Но у меня появилась идея… Во время войны на Земле с Альянсом иногда, в совершенно безвыходных ситуациях, приходилось прибегать к совершенно нестандартным средствам — а конкретно, речь о взрывных устройствах. В текущей ситуации я не смог рассчитывать на что-то мощное, но когда я нашёл огнетушитель и с трудом примотал эту тяжёлую байду к двери скотчем, найденным на ресепшене, мне оставалось только как-то нарушить целостность корпуса баллона, да ещё и так, чтобы самому не попасть под взрыв. К счастью, обыскав тело убитого мной злого доктора, я обнаружил у него в карманах зажигалку. Все эти средства позволили мне соорудить этакое «маломощное взрывное устройство» и после того, как всё было готово, я сложил под ним стопу бумаг, взятых за той же стойкой, поджёг всю эту макулатуру и быстро ретировался за ближайший угол. Мне не пришлось ждать и минуты до того, как «костёр» разгорится — когда под баллоном собралось достаточно сильное пламя, его корпус вскоре накалился и, не выдержав давления, оглушительно взорвался, разметав вокруг пену. Выглянув, я удостоверился, что такого взрыва может и не хватило чтобы выбить сами двери, но его оказалось достаточно, чтобы их запирающий механизм разлетелся на части… Выход наружу наконец был свободен. Покинув больницу и осмотревшись на улице снаружи я пришёл к выводу, что нахожусь где-то в даунтауне — близ одного жилого района если точнее, поскольку вокруг я видел достаточно небольшие по высоте здания, к тому же отсюда открывался хороший вид на величественные небоскрёбы в центральном районе города. Обстановка на улицах в целом казалось обыденной, если не считать полного отсутствия людей — Лос-Анджелес словно остановился, прекратил свою постоянную жизнь и движение, замерев во мраке и одиночестве ночи. На самом деле, до этого момента, пока не выбрался на бесчисленные улицы города, я не представлял, куда я должен идти. Что мне вообще делать? Ни один из предыдущих моих кошмаров никогда не затягивался настолько. Как мне покончить с этим? Посидев на бордюре и похватавшись за голову, я вдруг вновь родил идею… Мне уже удавалось прежде победить своего антипода — не насовсем, но всё-таки. Тогда я смог на минуту перебороть свой страх, сойтись с этим чудовищем в бою… Мой страх делает меня слабее. Но сейчас всё намного сложнее — теперь этот гад значительно сильнее и способен разорвать меня голыми руками… Мне нужно оружие. Как в тот раз. Закончив с размышлениями, я решил попытать удачи с ближайшим автомобилем — им оказался тёмно-синий пикап, Chevrolet Silverado 2014. Двери его оказались не заперты, но ключей в салоне я не нашёл, потому мне пришлось применять свои умения — заводить машины без ключа меня научил ещё мой армейский друг, Эдриан Шепард, исключительно для случаев необходимости, разумеется. У меня ушло на это больше времени, чем я планировал — только спустя пять минут копаний двигатель долбаного Chevrolet наконец заурчал, готовый нести меня куда угодно.

***

Видеть родной Лос-Анджелес в таком «свете» было крайне непривычно, даже странно. Плавно разъезжая по улицам города, из окна машины я не видел множества людей, идущих куда-то и занимающихся чем-то, не видел десятков машин, заполоняющих дороги… Несмотря на безжизненность города, ночные улицы до сих пор освещались светом фонарей, но ни в одном окне ни одного дома не было видно огней, за ними царила лишь темнота. Не знаю, чего я добивался, колеся по знакомым и незнакомым дорогам — может быть, я просто пытался спровоцировать «кое-кого»… Но если и так, в конце концов мне это удалось. Выкатившись на пустое шоссе, я внезапно обнаружил себя не таким уж и одиноким — метрах в ста позади я услышал рёв двигателя, а обернувшись, увидел, что прямо ко мне неслась серая легковушка. Догадываясь, что это значит, я вдавил педаль газа в пол, значительно разогнавшись, но… Пикап ощутимо пошатнулся от нанесённого в бок удара догнавшего меня автомобиля, я едва успел вырулить, чтобы не столкнуться с парапетом. — Чёрт! Выглянув из окна, я окончательно разглядел, кем был мой преследователь — за рулём чёрно-белого полицейского автомобиля сидел, как нетрудно догадаться, человек в полицейской форме… Но его лицо почему-то было замотано окровавленными бинтами. Его глаз не было видно под бинтами, но когда это лицо повернулось ко мне, я словно ощутил этот его злобный взгляд. Вытащив пистолет, странный коп открыл стрельбу по моей машине. — Вот сука… — Крыл я его матами, пригибаясь под выстрелами. Я попробовал рискнуть, пойдя на боковой таран вражеской машины, и, прижав её к краю трассы, снова высунулся в окно. Псевдо-полицейский хотел было снова начать по мне пальбу, вытянув руку из салона, но я тут же перехватил его, выбив оружие и присвоив его себе. Немедленно заметив, что этим пистолетом является небезызвестный Glock-17, я отвёл свой пикап в сторону от противника и, хорошенько прицелившись по оказавшемуся беспомощным водителю, выпустил одну единственную пулю точно ему в лоб. Автомобиль противника, потеряв управление, задел одно из боковых заграждений и кубарем полетел по дороге, остановившись только по столкновению с небольшой автобусной остановкой, которая от удара влетевшей в неё полицейской машины превратилась в груду железа и осколков стекла. — Дорожные, блин, войны… Сбавив ход я вдруг обнаружил, что эта погоня завела меня на какую-то незнакомую улицу. Вокруг были крупные богато обставленные участки, с большими домами, с высокими зелёными изгородями из кустов и деревьев. А окончательно остановившись я заметил, что всё-таки не всё на этой улице было мне неизвестным — прямо напротив от места своей остановки я увидел тот самый мрачный особняк из тёмного дерева, вокруг которого высились такие-же мрачные деревья. Я узнал это место. Я не понимаю, почему в мой кошмар втесался этот странный дом, но он имеет какое-то значение. — Не может быть… Но так было. Я вернулся туда, откуда начался этот кошмар. Мне вдруг стало ясно — вот он, итог моего маленького путешествия. Монстр в моей голове был прав — я не могу бегать вечно. Только сейчас я бежать больше и не собирался. Я должен покончить с этим. Покинув салон автомобиля, я с почти полной уверенностью в себе устремился к воротам особняка, которые даже не оказались запертыми или заблокированными — словно это нечто внутри меня с самого начала гнало меня именно к этому месту. Попав во внутренний двор я почти узнал его с прошлых «посещений» — но на этот раз он выглядел опрятнее, деревья не изгибались в агонии, имея нормальные формы и очертания, а трава была аккуратно пострижена. Главный вход в строение также не представил для меня препон, я беспрепятственно вошёл в холл особняка. Но не тут то было… — Труп сам пришёл в свою могилу… Такая ирония… — Услышав позади насмешливый жестокий тон, я в перепуге развернулся. Щёлкнув дверной ручкой и заблокировав её снаружи, кровавый монструозный скелет прильнул к окну, у которого оказался стоящим я, облизав его стекло своим длинным как змея языком, вытягивающимся из его мерзкой зубастой пасти. Словно ухмыльнувшись костлявой физиономией, нечто спокойными шагами удалилось прочь в направлении заднего двора. Отойдя от измазанного слюной окна, я присмотрелся к уже знакомому холлу особняка. Здесь тоже многое изменилось: пол теперь чистый, нигде никакой пыль, по углам в горшках стоят какие-то высокие растения с толстыми тёмно-зелёными листьями, на картинах, что висят на стенах вдоль главной лестницы, изображены различные природные пейзажи, а под потолком висит роскошная люстра, прекрасно освещающая всё помещение. Весь особняк теперь выглядел… Нормальным. Почти не пугающим. Достав из кармана пистолет, отобранный ещё у копа на дороге, я проверил его боезапас — в магазине осталось шестнадцать патрон. Не уверен, что этого достаточно. Вздохнув с дрожью в голосе, я решил, что стоит попробовать осмотреть особняк поподробнее и снова выбраться на крышу — там, где я уже «дрался с самим собой» ранее. Пройдясь по первому этажу я не заметил ничего сверхпримечательного. По другую сторону от главной лестницы находилась просторная гостиная, обставленная даже лучше холла, с пёстрым ковром на полу, оттуда также была запертая дверь на большую террасу и задний двор, справа был коридор с выходом на малую боковую террасу, к сожалению запертым снаружи, а слева мне удалось обнаружить большую кухню, совмещённую со столовой, со множеством различных продуктов в шкафах — я бы даже попробовал себе что-нибудь поесть сварганить, будь это реальностью. Спустя несколько минут, проведённых на первом этаже, я отправился по главной лестнице на второй. Там мною был найден один большой коридор, насчитывающий входы в несколько других комнат и помещений, которые я решил проверять по очереди, слева-направо. Самой первой мне попалась гостевая комната — среднего размера помещение, здесь у задней стены стояло два книжных шкафа с достаточно богатой библиотекой, был выход на небольшой балкон, в стене напротив входа был огромный встроенный плазменный телевизор, перед которым намеренно посреди комнаты поставлен широкий бежевый диван, вмещающий не меньше пяти человек разом. Осматриваясь здесь, я приметил один заинтересовавший меня предмет — это ростовое зеркало, стоящее в углу напротив книжных шкафов. Не знаю, почему мне захотелось в него посмотреться, но это я и сделал, встав перед ним во весь рост. Но вдруг, вглядываясь в своё отражение, я заметил изменения в самом себе… — Хм… Странно… В зеркале я увидел, что мне вернулся мой нормальный возраст — мне снова было двадцать семь, а не семнадцать лет, хотя моя одежда осталась прежней — тёмно-серые брюки, кроссовки и светло-серая толстовка. Не понимаю, с чем это связано, но… Ладно. Через несколько секунд самолюбования я неожиданно понял, что зря стоял к зеркалу так близко — потому как в один момент заметил, что моё собственное отражение перестало повторять мои движения, вместо этого пристально уставившись на меня из зазеркалья. — Что за… Засмотревшись на неправильное поведение зеркала я не успел вовремя отреагировать на произошедшее в следующую секунду — Дрейк в отражении вдруг с силой размахнулся, сжимая правый кулак, и нанёс удар по зеркалу со своей стороны. Я ощутил сильный удар по лицу, от неожиданности даже упав на пол, но встав, в порыве страха схватил стоящую поблизости табуретку и запустил её во враждебное зеркало. На пол звонко посыпались осколки стекла. — Проклятье!.. Что не так с этим домом?! Спешно покинув гостевую комнату, я продолжил маршрут. Часть комнат оказалась заперта изнутри, поэтому я быстро добрался до середины коридора. Ручка с тихим скрипом провернулась под осторожным движением моей руки, отворяя дверь в небольшую комнату, очень похожую на рабочий кабинет. Посередине стоял соответствующий крупный стол из дерева тёмного дуба, имеющий множество ящиков, сверху нагруженный некоторым количеством папок, несколькими книгами и документами… Которые при ближайшем рассмотрении оказались полной неразберихой — на бумаге изображался совершенно беспорядочный набор букв и символов, не имеющих в совокупности никакого смысла. Позади рабочего места находилось несколько шкафов и книжных стеллажей — похоже, хозяин явно любил почитать. По окну справа послышался гулкий удар чего-то о стекло, а уже повернувшись к нему, заметил на нём только трещину. Помня, где я нахожусь, я бы не придал этому особого значения, если бы не заметил краем глаза, что на заднем дворе у кустов в ночи появился какой-то силуэт… Когда он поднял руку для замаха, держа в руках нечто продолговатое… — Оух! Я еле успел уклониться от пробившего стекло копья, вручную собранного из какой-то палки и острого огрызка железа на конце, вонзившегося в стену позади меня. Кто бы ни пытался меня убить, я не стал пытаться с ним контактировать, немедленно покинув кабинет как раз перед тем, как ещё одно самодельное копьё разбило стекло, впиваясь около двери и таким образом блокируя её с той стороны — больше мне её не открыть. Выждав, пока за окном уж точно никого не будет, я продолжил движение, но на втором этаже больше ничего не нашёл, кроме выхода на чердак. Оттуда наверняка можно выбраться на крышу. Дёрнув за шнур, свисающий сверху, я открыл потолочный люк и заодно спустил оттуда раскладную лестницу, позволившую мне подняться на чердак — достаточно тёмное и пыльное помещение, большое пространство которого занимал всякий ненужный хлам — коробки, забитые невесть чем, полусломанный стол с таким же недобитым стулом в придачу, перевёрнутая кровать в углу, велосипед с открученным колесом, ящик с инструментами, явно использовавшийся для ремонта каких-либо приборов в особняке… И многое-многое другое. Возможно, я бы снова задержался здесь на минуту, разглядывая местный мусор, если бы меня снова не начали гнать вперёд — ибо в дальнем конце чердака я заметил странное движение… Словно темнота в том углу постепенно сгущалась, собираясь в концентрацию тьмы, за которой исчезал даже лунный свет из окна позади неё… И я невольно замечал, что она медленно надвигается на меня, покрывая чёрным одеялом всё вокруг. Не теряя самообладания, взглядом я быстро отыскал лестницу, что должна вести на крышу, и в спешке начал вскарабкиваться по ней. Почти на самом верху одна из деревянных перекладин под моими ногами дала слабину, с треском ломаясь пополам. Я едва не рухнул вниз, уцепившись обеими руками за лестницу, невольно увидев, что тьма подо мной поднималась всё быстрее. Последним рывком выбив люк, я вывалился уже на крыше особняка, откатываясь подальше от проёма чердака… Но сгусток темноты, похоже, побоялся выходить под открытое небо, оставшись ютиться во мраке чердака. Окинув взглядом просторную пустоватую крышу, я не заметил здесь ничего нового — здесь по-прежнему находилась своеобразная беседка, телескоп… Но под светом вышедшей из-за туч луны мой глаз заметил блеск некого металлического предмета на противоположном её краю. Быстрым шагом добравшись до туда, я с замиранием сердца обнаружил, что это был тот автомат… Та M4A4, с которой я попал сюда в прошлый раз, схватившись в бою со своим антиподом. Каким-то образом не всё положение вещей в особняке изменилось — он упустил из виду потерянное мной оружие. Немедленно схватив винтовку, я почувствовал в плече боль от колющий его острых когтей, уцепившихся за меня… — Попался! Чудовище подняло меня над землёй, словно беспомощного котёнка, и мощным броском отправило в полёт с крыши. Я бы, наверное, переломал себе все кости при падении, если бы мне не повезло свалиться прямо в мягкие кусты, по пути выронив где-то своё новое оружие. Выкарабкавшись из сплетения лоз, я оказался не где-то, а на заднем дворе — единственной части особняка, где я ещё не бывал. Это был своего рода обширный сад со множеством декоративных деревьев и клумб с цветами, своей атмосферой навевающий медитативный настрой… Но открывать чакры я сейчас не собирался. Прямо следом за мной с крыши спрыгнул кошмарный монстр, всей тяжестью приземляясь на скамейку у стены дома, превратив её в кучу щепок. Судя по тому, каким грозным и роковым шагом оно надвигалось на меня теперь, оно решило покончить со мной… — О, тот самый момент… — С непреодолимой дрожью клокотало нечто. — Когда бежать будет некуда. Пора написать финал твоей истории… Дрейк Саммерс… Я вытащил из кармана сначала пистолет, а затем и нож-раскладушку, взяв его в левую руку. Я был твёрдо намерен больше не отступать… С трудом сохраняя решимость. — И положить пролог истории моей. — Закончив мысль, чудовище мощным рывком налетело на меня, и я почти успел уклониться от его атаки, отделавшись сильным порезом на ноге от вражеского хвоста. Стиснув зубы, я не подал виду. Но монстр не спешил атаковать… Тёмный Дрейк словно в каком-то ритуале остановился посреди двора, вздымая костлявые руки к небу, которое тем временем окрашивало в подозрительные кроваво красные оттенки… — Это твой ад… Твоя преисподняя, Дрейк… — Гремело оно на всю округу своим чудовищным голосом. — И ты сгоришь в ней. Опустив руки, оно уставилось на меня холодящим душу взглядом своих глаз, сияющих в глубинах черепа подобно паре красных звёзд посреди пустоты. Оно больше не бежало, не рвалось за мной как зверь… Вытянувшись во весь двухметровый рост, существо медленными шагами приближалось ко мне, ни на мине не отрывая взгляда. Страх во мне подговаривал бежать, но я понимал — я не смогу убежать, не в этот раз. Когда тварь оказалась ко мне достаточно близко, я попытался ударить его ножом, но он перехватил мою руку и, вопреки моим ожиданиям, даже не попытался убить меня сразу. Вместо этого, схватив меня, оно практически прижало меня вплотную к своим кровавым костям, заставляя меня уткнуться с ним но с к носу, смотреть в эти безумные глаза… Моё сердце колотилось от ужаса, который я испытывал от близости с этим чудовищем. В очередной раз исказившись ухмылкой, монстр обвил моё лицо длинным склизким языком. — Сольёмся в последнем экстазе, Дрейк… Мы ведь так много времени провели вместе!.. Не собираясь выяснять, что оно желает сотворить со мной, я улучил момент, когда монстр потеряет бдительность, и, просунув дуло пистолета через рёбра, выпустил внутрь все остававшиеся в магазине шестнадцать патронов. Не испытав от этого никаких приятных ощущений, тварь взревела, но всё ещё оставаясь в его цепких лапах, я полоснул по его черепу ножом в левой руке, наконец оказавшись на свободе. — А-А-А!!! Сейчас ты сдохнешь — медленно и мучительно! Окружение к этому моменту изменилось до неузнаваемости. Сотни зданий города позади меня погружались в бездну, небо окрасилось во все цвета ада, всё вокруг нас в пределах двадцати метров было покрыто смертоносным пламенем, словно я и правда оказался в преисподней. Обратив внимание на небо, я не увидел там луны — вместо неё посреди красного неба сияла планета Земля… Объятая инфернальным огнём. Всё вокруг превращалось в бред сумасшедшего, теряя всякий смысл и логику, ради одной цели — лишить меня рассудка. Я чувствовал, как моё сознание охватывает дрожь, словно весь мир вокруг охватило немыслимой мощи землетрясение. Ещё немного — и мой разум окончательно рухнет. Быть может, только этого мне и не хватало — неизбежная близость смерти заставляет страх отступать. — ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!!! — Хохот костяного ублюдка был похож на глас самого дьявола, заставляющий душу уйти в пятки… Но только не мою душу. Имея, возможно, только один единственный шанс, я схватил с земли брошенную винтовку и, быстро прицелившись, зажал курок, выпустив длинную очередь по грудной клетке монстра, за которой виднелись его органы и лихорадочно бьющееся сердце, вплоть до сухого щелчка — патроны кончились. Полоснув когтями, оно отбросило меня на три метра взад, разорвав толстовку и оставив на моей груди кровоточащие порезы. Не отвлекаясь на боль, я вскочил с земли, попытавшись добраться до монстра с одним лишь ножом наготове, но… — А-а-а!.. Длинные остроконечные когти пробили мой живот насквозь, выйдя на спине. — Жалкая попытка! Всё ещё живой, хоть и уже серьёзно раненый, я ударил ножом по его голове, но он лишь глухо отскочил от его непробиваемой черепной коробки. Но так я лишь отвлекал его, заставляя тварь тонуть в собственной самоуверенности… — Тебе меня не убить, Дрейк! Аха-ха! Ты просто нич… Чудовище оборвалось на полуслове, сначала опустив взгляд своих дьявольских глаз на моё лицо, отобразившее гримасу гнева, а потом почувствовав, как нечто холодное и острое вонзилось в глубины его отвратительного тела… Как мой нож пронзает его сердце, как я вгоняю его по самую рукоятку и даже глубже. — Нет… Челюсти монстра распахнулись, словно оно… Почувствовало что-то. Когда его хватка ослабла, я свалился с пронзивших меня когтей, обагряя землю своей кровью. Тёмная сторона стояла прямо передо мной с таким выражением глаз, будто не понимая, как он мои потерпеть поражение. Его стойка ослабла, он сгорбился, выглядя уже не так грозно — скорее жалко. Через секунду поверженный монстр рухнул на одно колено, из его зубастой пасти сочился целый ручей крови… — Не-ет… Ты не можешь… — Шипел другой Дрейк, захлёбываясь. — Всё должно быть не так!.. Я не слушал его и не отвечал ему, просто надеясь, что всё закончилось. Я упал на колени, оседая на землю и зажимая рану рукой. Я так устал… Мне больно… Я напоследок вдохнул воздух этого мира кошмаров, чувствуя и слыша, как земля вокруг трещит и разваливается, падая в бездну моей гибнущей преисподней. Опустив взгляд с неба, я снова посмотрел на подобию себя, выжженную страхом и болью, превращённую войной в нечто жалкое. Почему-то в в этом ужасном лике черепа, этих чёрных глазницах, я больше не почувствовал в нём той злобы, ненависти… Оно боялось, оно испытывало страх, как и я. Пока мир сна ещё не сгинул, я встал, подойдя к неподвижному умирающему монстру, который развалился на траве, устремляя взгляд на кровавое небо. — Может, я что-то упустил… — Прохрипело оно уже без того громыхающего тона. — А драка вышла неплохая. — Ты же говорил — только один из нас должен жить. — Произнёс я, сев рядом с ним. На считанные секунд вокруг повисла оглушительная тишина, знаменующая конец моего худшего кошмара. — Я вижу свет… Это было последнее, что я слышал, закрывая глаза в ожидании чего-то — не зная, исчезну ли я сейчас навсегда или проснусь в реальном мире живым. Я просто ждал. Меня в миг захлестнула волна кратковременного забвения и забытья, унося куда-то прочь.