Crimson shade

      От былых солнечных лучей, тепла и тихого ветерка не осталось и следа, ведь по небу изредка проплывали густые темные облака, неся за собой дождь, гром и молнии. Кто бы мог подумать, что хороший весенний денёк превратиться в такой дерьмовый день из-за погоды, и кто мог подумать, что все это произойдет за то время, пока одноклассники будут дружно сидеть в больничной очереди. Тэхёну уже ничего не было страшно, ведь после нахождения в душных коридорах совместного ожидания своей очереди с конфликтными личностями, душных кабинетах, где врачи по полчаса пытались выяснить причину многочисленных обмороков и, наконец, болтливого собеседника, который позитивно бегал по этажам, Ким вымотался так, что не мог говорить. Но когда он со спокойной душой выдохнул, открывая дверь на выход, то закатил глаза от сего зрелища из месива грязи и хотел было уже ударить себя по лбу, как вдруг услышал тихие гудки позади себя и обернулся, замечая озадаченный взгляд Чонгука. Его телефон возле уха говорил о том, что есть человек, способный помочь им в этой ситуации. Пока черноволосый смотрел на бесконечный поток воды, падающий с неба целой рекой и прогибающий под собой хрупкие стебельки цветов, хён тихо подошёл и поднял на него голову, пытаясь понять кому тот звонит. — Недалеко отсюда живёт мой друг, поэтому я хочу попросить его заехать за нами. Ты не против? — догадливо произнес Чон, касаясь прядей волос на лбу своего возлюбленного. — Не волнуйся, все будет хорошо. — уверяет он, замечая нотку недоверия на лице юноши, и аккуратно проводит ладонью по голове Тэхёна, начиная нежно гладить.

Зонта нет, дождь есть. Тут и так всё понятно.

— Звони. — вздохнул кареглазый, опустив голову в пол. Его до сих пор смущали все эти прикосновения, по этой причине щеки слегка розовели, а сердце билось чаще, будто было готово выпрыгнуть из груди. Ким всячески скрывал это своим каменным выражением лица или многочисленными фразами «дурак», «идиот», но Чонгук не мог этого не замечать, поэтому каждый раз счастливо улыбался, сдерживая в себе стремление к крепким объятиям. И пока шли долгие гудки, он поинтересовался всвязи с пройденными в больнице «проверками»: — Ты правильно записал свой емейл? На него должны прийти результаты анализов, так что не забудь проверять почту. — Все в порядке, не забуду. — спокойно ответил Ким, заостряя внимание на том, как собеседник убирает ладонь с его волос и достает из кармана белый бинт. — Я думал, что оставил его в школе… — поднял он голову, заглядывая в глаза столь внимательного одноклассника. — Без причины ты бы не ходил в медкабинет, поэтому я подобрал его. — объяснил парень причину своего поступка. — Что-то случилось? — Нет, я просто хотел скрыть им наши метки на запястьях. — рассказал блондин и тут же заметил любопытный взгляд Чонгука на своих перебинтованных руках. — Впредь носи одежду с рукавами, пожалуйста… — спрятал он их за спину. — Ты стесняешься того, что мы связаны? — без каких-либо лишних подозрений спросил черноволосый. — Или стыдишься? — улыбнулся он, заставляя Тэхёна вздрогнуть и поднять брови от неожиданности вопроса. Ему вроде никогда не было дела до слухов и сплетен, но дело в том, что если все узнают о их «татуировках», то захотят посмотреть, а затем раскроют тайну ученика о безуспешных попытках самоубийства. И вряд-ли это то, что нужно директору крупнейшей кампании. — Я… — Алло? — перебил его Чон. — Слушай, ты сейчас где? — продолжил он, кивком показывая на свое запястье, и блондин мгновенно сообразил требующее от него действие, однако виновато прикусил губу оттого, что не может сказать настоящую причину собственной скрытности. Через несколько минут многочисленных уговоров своего телефонного собеседника со стороны юного спортсмена, Тэхён наконец перебинтовал его белоснежное запястье и продолжил слушать разговор: — Ну, хён! Я куплю тебе бургер, если ты заедешь за нами. Я с Тэхёном и не хочу, чтобы он промок под дождем, иначе его состояние только ухудшится. — остановился он, сосредоточенно выслушивая ответ. — Да, конечно, я познакомлю вас и мы сможем поехать в мак. — Что? — выпучил глаза Ким, намекая на то, что он категорически против, однако его полностью проигнорировали, продолжая диалог: — Ну чё ты как мамочка? Нам почти ничего не задали, так что без проблем! — засмеялся Чонгук, на что Тэхён побледнел и схватил того за руку, начиная умоляюще трясти в надежде на отмену данной встречи. — Конечно, он с нетерпением ждёт. — уверил парень и в заключении спокойным тоном произнес, ощущая онемение своей руки: — Тогда мы ждем. — Ах ты сукин сын… — злобно прошипел блондин, в то время как Чон с довольным лицом положил телефон в карман. — Почему ты не хочешь? Нет ничего страшного в том, чтобы познакомиться с кем-то. — Ты же знаешь, что для меня это проблема! Зачем заставляешь? — возмутился Тэхён, отпуская руку собеседника. — Неужели ты настолько напуган проклятием, что каждый новый человек в твоей жизни представляет угрозу? Я не думаю, что Сок Джин засосет тебя при первой же встрече! — нахмурился юноша, перекрестив руки на груди. — Нет, все не так. — ответил парень. Хотя на самом деле все вышесказанное оказалось чистейшей правдой… Ким всегда избегал знакомства с людьми по той причине, что боялся быть привязанным и связанным с этим человеком, обременяя ничего не знающего беднягу быть с ним на протяжении всей жизни. Он также боялся, что после поцелуя его жизнь изменится в худшую сторону только потому что Чонгук снова бросит его. Избегать людей для Тэхёна стало некой привычкой, от которой до сих пор невозможно избавиться. Это единственное оправдание, которое он может придумать, но озвучивать его уже поздно. Легче было бы согласиться со словами одноклассника, чем выдавать свое необдуманное «Нет». И если бы Ким понял это, то не начал бы рыться в своем прошлом, обвиняя во всех своих бедах именно Чона. Ведь из-за его поступка блондин начал часто вспоминать больничную палату, капельницу и помятый конверт на тумбочке рядом с кроватью. Эти мысли мучали его сутками с того момента, как был заключен некий «контракт» между ними. Ему казалось несправедливым то, что пока он лежал в больнице с многочисленными гематомами, лучший друг детства развлекался в доме какого-то богатого «папочки». Ким так скучал, ждал возвращения и до слез не понимал куда исчез его лучик света в этом темном мире. Все это так давило на него… до того момента, как он достал те фотографии. Тогда он был полностью разрушен, сломлен и с болью в груди вспоминал все то, что было между ними. Их дружбу, яркие улыбки друг другу и теплые объятия, которые дарили надежду на большее. Сейчас это лишь злит, вводит в бешенство, заставляя стиснуть зубы, чтобы не сказать лишнего, но… — Я понимаю, что ты любишь знакомства и «новые» ощущения, но не впутывай в это меня. — съязвил юноша, злобно прикусив нижнюю губу. — И лично я не собираюсь менять своего спутника только потому что ты тупой идиот. Даже если бы у меня была возможность сделать это, я бы никогда так не поступил. Потому что я не такой, как ты.       Чонгук замер на месте, не решаясь открыть рот и ответить что-нибудь. Подобная фраза так шокировала его, что он позабыл место, в котором они находились, и если бы он только мог, то позабыл все то, что натворил в прошлом… Это единственная причина, по которой он каждую ночь страдает бессонницей, заставляя себя уснуть под утро с помощью снотворного и заваливает тесты по английскому, выслушивая недовольства классного руководителя о снижении успеваемости, ведь в математике и даже родном корейском языке он стал не так хорош, как хотелось бы. Не то, чтобы он не умел писать и считать, просто мысли о его поступках заставляют совершать даже самые глупые ошибки.

Парень страшно жалеет обо всем, что сделал.

      А эта напряжённая тишина становится все более невыносима с каждой секундой, поэтому единственное, что может сделать Чон — опустить голову, не решаясь посмотреть в глаза собеседнику и сглотнуть вязкую слюну, ощущая твердый ком в горле. Ему действительно нечего сказать. По сути юноша прав: Чонгук — ужасный человек. Он понял это сам, даже если Тэхён не сказал ему прямо или в этот раз не имел ввиду ничего такого. Понял… Без единой подсказки. Черноволосый сожалеет о том, что не рассказал ничего о том происшествии, ведь боялся, что его хён будет очень взволнован. Он также сожалеет, что начал общение с Джином вместо старого лучшего друга, ведь после операции на голосовые связки ему пришлось носить одежду с длинным горлом или широкие чокеры дабы скрыть следы скальпеля на своей шее, а Сок Джин — единственный, кто его поддерживал. Да и говорить он временно не мог, поэтому пытался общаться жестами. Было бы логичнее полежать в больнице чуть дольше для полного восстановления, но сложная школьная программа взяла свое, заставляя встать на ноги спустя месяц. Ему было стыдно иметь шрам. Чон комплексовал тем, что теперь его идеальное тело не такое уж идеальное… А потом ранним утром он встретил Тэхёна в одном из школьных коридоров. Однако тот просто прошел мимо и ускорил шаг, когда черноволосый попытался коснуться его плеча.

С того момента он понял, что потерял лучшего друга…

А выше указанные тексты были первыми размышлениями, которые появились в его голове после слов блондина.

И вот так к ним пришло очередное непонимание.

Разделение мыслей на свою правду.

      Но кто бы мог подумать, что однажды они будут стоять под одной крышей, укрываясь от дождя: две противоположности. Две разные правды.       Сейчас не время смотреть на непрерывный поток водяных капель, падающих с неба, но так хочется отвлечься от всего этого, что Чонгук бросает виноватый взгляд на молчаливого собеседника, отходит от него на два метра, ближе к ступенькам, и протягивает руку вперёд, начиная ловить капли воды своей ладонью. Он думает, что это на время успокоит его, но становится лишь тревожнее… Внезапно дождь усиливается, и где-то вдалеке слышится гром до тех пор, пока поблизости не сверкает молния. Сердце Тэхёна сжимается, все тело и конечности цепенеют, не в силах совершить какое-либо движение, а глаза с ужасом опускаются в пол, чтобы не видеть происходящего на небе. Вторая молния заставляет его вздрогнуть и мгновенно закрыть губы руками. Навряд ли он хочет, чтобы Чонгук слышал его жалкий писк, ведь если бы он заметил все это, то не оставил бы так. Но Ким справится сам, без какой-либо помощи, поэтому из-за игры в «сильного независимого подростка» он не может проявлять слабость. Однако чья бы корова мычала, ведь при третьей молнии совместно с грозным грохотом блондин падает на крыльцо, закрывая уши руками. Кареглазый мгновенно слышит глухой хлопок маленьких коленок о плитку и резко оборачивается, замечая сидящего парня на холодном полу. — Что случилось? — подрывается он, наклонившись к своему бледному хёну. — Тэхён, тебе снова плохо? — взволнованно говорит он, ожидая скорый ответ, но тишина длится гораздо дольше… — Ты слышишь меня? — нервно продолжает юноша и пытается заглянуть в глаза «пострадавшему», взволнованно обнимая за плечи. — Мы должны зайти внутрь. Я помогу тебе встать. — Замолчи. — Что? — Если бы не этот чертов гром, гроза и молнии, то был бы я уже дома в своей уютной кровати! — нытьем сдал Ким свой лютый страх, сворачиваясь в клубок. Хотя какого черта он вообще здесь распинается, выставляя напоказ свои слабые места? И с какого перепугу Чонгук обнимает его? Только что его пытались поставить на место, а он, несмотря на колкие слова, так переживает за обидчика?! Что этот предатель вообще пытается доказать своей «заботой»? То, что он — божий одуванчик? Милый пушистый и ни в чем невиновный котенок? Как бы не так! — Отвали уже! — нервно толкает его блондин, ощущая себя обманутым и использованным. Может Чонгук поступает так со всеми? Бросает, находит замену, по новой налаживает отношения, а затем снова кидает? Играет с людьми для забавы, словно с марионетками, параллельно вытворяя грязные делишки в спальне у богатых папиков ради денег…? Мерзость. Тэхён мог бы понять, если бы Чон действительно хотел вернуть все назад, но тот нашел левого мужлана: Сок Джина, который может быть не единственным в его коллекции «хёном». Если это так, то под каким номером находится он и «соулмейт» плейбоя? А что, если Сок Джин не жертва? Может он именно тот папик, которого черноволосый удовлетворял на фото? Ким может предположить столько вариаций грязной жизни «друга», сколько не придумает ни один нормальный человек. И если раньше Ким думал, что все наладится, станет как прежде, то сейчас он предпочтет умереть, чем терпеть весь этот спектакль и каждый день сливаться в поцелуе с каким-то лживым мерзавцем. Зачем он только дал ему шанс? Глупец… — Не подходи ко мне ближе, чем на метр. — грозно произносит парень, поднимаясь с холодной плитки пола. — Тэхё… — Господа! День добрый, конечно, но не могли бы вы закончить свой любезнейший разговор! — послышался громкий крик незнакомца позади юноши. — У меня с собой нет зонта, так что быстрее забегайте в машину! — закончил мужчина и поспешно закрыл окно, нажимая кнопку на внутренней стороне дверки. Данный транспорт передвижения прибыл совсем недавно и носил марку довольно дорогостоящей машины. Однако сам студентик не был ничем хуже какой-то коробки на колесиках. Он обладал внушительной харизмой, внешним очарованием, выражающееся в его аппетитных губах и заметно смазливым личиком. Судя по-всему «цветочек» предъявил условия своих «транспортных услуг» из-за недостатка времени, мол, подъезжать ближе, чем на десять метров к вам никто не собирается, я итак свалил пораньше с подработки. Надо — сами прибежите.       Чонгук заметался в незнании того, что делать, но глубоко вдохнул, говоря себе «Будь, что будет», и его руки медленно коснулись хрупкой талии мальчика, резко поднимая в воздух. — Ударишь потом. — сказал он, перекидывая возмущенного Кима через свое плечо. — Ты что творишь, придурок?! Отпусти меня, иначе я…! — чуть было не начал угрожать юноша, как вдруг почувствовал крепкую хватку собеседника на своих бедрах. — СУКА, ПУСТИ СКАЗАЛ. — еще больше растормошился он, начиная колотить одноклассника по спине. — ЕСЛИ ТЫ ПРОДОЛЖИШЬ, Я ТЕБЯ…! — Успокойся, иначе я брошу тебя тут. — предупредил парень, после чего удивился безупречной тишине со стороны «жертвы». — Потом поговорим. — Ой, страсти какие… — прокомментировал медик, наблюдая за тем, как непослушника аккуратно закидывают на заднее сидение машины. Тэхён вырывался как только мог и даже пару раз ударил Чона по лицу, однако тот захлопнул дверь прежде, чем бунтарь пнул его ногой. — Ким Сок Джин. — представился студент, через сидения протягивая руку недовольному пассажиру, но блондин лишь злобно выглянул исподлобья и фыркнул, скрестив руки на груди. — Я тоже рад знакомству. — наконец закончил студент после длительной паузы, поворачиваясь всем телом к рулю. — А он не такой разговорчивый, как я думал. — шепотом обращаясь к другу, подметил он. — Давай не сейчас. — устало произносит в ответ Чонгук, вдыхая в легкие побольше воздуха. Продолжение следует…