***
Эрен с открытым ртом смотрел, как удаляется героиня в чёрном плаще. Она для него стала героем, когда защитила ребёнка на которого напала Военная полиция. — Если ты на маленьких кидаешься или у тебя недотрах, или ты тот ещё подонок. — А ну-ка заткнись, шавка, — уже высунув из ножн лезвия, он приблизился и продолжил. — Героя из себя строишь? — Пока есть такие подонки, будут появляться герои. Не только он восхитился ей, но даже сама Микаса Аккерман уважала её всем сердцем. — Кто она, — решил нарушить тишину Армин. — Тот без кого нам не выиграть эту войну, — отвлеклась от своих мыслях Микаса. — И как же нам её на свою сторону переманить? — смотря в стену, спросил Эрен. — Не знаю. Это трудно. По её стилю можно сказать, что она одиночка, но что-то её держит в Развед корпусе. Не только мы, но и ещё что-то, — задумавшись, закончил разговор Армин.Pov Леви
Опять эта героиня. Зачем только она помогает горожанам и нам? Что-то тут не то, — вслух думая, я решил продолжить размышлять уже в своей комнате. Что её сподвигло на это? И откуда у неё такие навыки, — чуть покусывая от размышлений губу, я продолжил. Не могу я забыть эту вылазку, — хватаясь за голову, я начал вспоминать события, которые произошли 3 месяца назад. Я спокойно ехал на лошади, где-то впереди ехала эта неугомонная Кэтрин. Вроде уже прилично лет, а ведёт себя как ребёнок. Не понимаю, что волнуюсь за эту дуру. Из неоткуда появился титан, я лишь успел моргнуть, как Кэтрин оказалась в пасте этого чудовища. Я яросто рыча, убил титана, но было слишком поздно. Он проглотил Кэтрин. Я опять почувствовал отчаянье, которое пытался скрыть многие годы. И боль от потери близкого человека? Но ведь Кэтрин не была мне так дорога? Постоянно говорила и шутила, была дружелюбна со всеми и здорово готовила чай. По вечерам оставалась, мне помогать с бумажной работой и рассказывала свои дурацкие, но да такой степени нелепые ситуации, что от этого я частенько смеялся, хотя обычно не позволял себе такого, но почему-то рядом с ней, я становился тем которым был перед потери моих дорогих друзей. Чёрт, что я наговорил перед вылазкой Кэтрин. — Ты разгильдяйка, невнимательная дура, которую сожрет первый же титан, — каждое моё слово было пропитано злобой и ненавистью. — Прости, Леви. Я не хотела, — чуть не плача, ответила Кэти.Pov конец