Клуб неудачников

Все-таки происхождение ничем не вытравишь. Бен с легкой улыбкой наблюдал за своим бывшим, а в этот раз и несостоявшимся гроссмейстером, наслаждающимся изысканным розовым вином из погребов Ксанатоса. Непринужденность в общении, прекрасные манеры, величавость в каждом движении и никакого напускного манерничанья, с потрохами выдающего пытающегося пролезть в аристократию нувориша. Сразу видно птицу высокого полета, с полным осознанием своего превосходства парящую в недосягаемой для прочих вышине. А Бен еще думал, от кого это ему достались любовь к изысканной кухне и элитной выпивке, а также стремление устроиться максимально комфортно. Вот он, пример, прямо перед глазами. В присутствии Дуку хотелось держать спину ровно и вообще соответствовать. Бен отлично помнил, какое сокрушительное впечатление когда-то на его неокрепшую психику оказывали редкие встречи с мастером его мастера: образованным, умным, немного формальным, великолепным со всех сторон… Таким несхожим со своим учеником. Что самое смешное, Квай-Гон так и не смог до конца вытравить из себя остатки Янового воспитания. Хотя и очень старался, зачастую поступая специально наоборот. Хорошо хоть, в рукав не сморкался, профессиональный бунтарь. Очень уж любил, да и до сих пор любит Джинн бунтарствовать. Не важно против чего, главное… возмутиться. Магистры потому и не слишком с Кваем боролись: знали, что все его возмущения ни к чему не ведут. Нет у них конечной цели, джедаю просто нравится сам процесс… действовать на нервы и громко и со вкусом оспаривать все, что попадает в поле зрения. А еще жутко упрямиться, даже осознавая, что не прав. Бедолага Дуку… Сразу видно: сейчас он просто отдыхает душой, наслаждаясь каждой секундой общения, что не мешает ему собирать информацию. Как и Толму… Бен помнил этого добродушного невысокого человека, такого мягкого и неопасного на вид. Мастер Толм, один из настоящих джедаев-Теней, не по названию, а по сути. Чрезвычайно умный, хитрый, прекрасный боец, хотя по внешнему виду такое и предположить нельзя. Мастер Квинлана Воса — единственный, кто смог достучаться до погруженного в шок сознания мальчишки, которого едва не угробила родная бабка. Пока еще не член Совета Первого Знания, но назначение не за горами — недаром Толму дали доступ к предоставленной Беном информации. И он не стал с ходу отвергать возможность путешествия во времени — как Йода и многие другие, едва не заоравшие: «Ересь!». Что поделать, сейчас Высший Совет — это в первую очередь политики, от них зависит положение Ордена во властных структурах Республики и контакты с Сенатом, а вот Совет Первого знания — во-первых и в основном занимается внутренними делами. И отслеживание и наблюдение за бывшими членами Ордена входит в этот перечень. Банте ясно, что Тени отлично знали, кого встретит Толм на Телосе. Или наблюдение, или отследили подачу документов, или и то, и другое сразу. Однако Толма и Дуку не предупредили… И Высший совет тоже в известность не поставили. Сразу видно, мастера наконец зашевелились, раз прислали такую прекрасно подобранную команду — даже Вос со своими талантами отлично вписывается. А ему сейчас нелегко, по глазам видно. Несчастный киффар никак не мог до конца осознать, что произошло с его мелким другом, что не помешало Восу все равно считать Бена таковым. Квинлан всегда был очень преданным и верным товарищем. — Значит, вы считаете, что погиб именно Палпатин, который был учеником? — деловито осведомился Толм, впившись в лицо Бена цепким пронизывающим взглядом. Кеноби покосился на Мола, сосредоточенно ковыряющего ложечкой многослойный мусс. — Отпечаток Силы, — лаконично пояснил не соизволивший оторваться от своего увлекательного занятия мелкий ситх. — Да и в любом случае я ставлю на Плэгаса. Он на пике формы, кроме того, эту тварь убить крайне тяжело — его недаром назвали Чумой. — То есть? — подался вперед Толм. Мол со счастливой улыбкой выковырял из середины мусса плод кумата, с наслаждением прожевав его под неодобрительным взглядом Дуку. После чего небрежно отставил развороченную креманку, преувеличенно тяжко вздохнув. — Плэгас увлекается не только финансами, хотя в наполнении своего кошелька он настоящий специалист. В первую очередь муун является ученым. Он изучает мидихлорианы. Толм побледнел. — Ставил опыты: на чужих, на своих… — продолжил рассказ забрак. — На себе. Благодаря этому у него невероятная регенерация — он выживет даже после удара сейбером. А Палпатин еще учится. И Плэгас знания зажимает. Это раз. Он ведет публичный образ жизни, соответственно, имеет меньше возможностей для оттачивания навыков. Это два. Он еще не вышел на пик своей формы — это три. Да и боится своего мастера до бантового визга: Плэгас как-то продемонстрировал ученику, чем может закончиться попытка убийства. Впечатлил по самое не могу. — Опыты? — проницательно отметил Толм. Мол кивнул: — Они. Специально для Одаренных. Так что единственный шанс Палпатина убить мастера — застать врасплох. Но Плэгас сейчас как раз сильно занят, убежищ у него прорва, из них половина — фальшивые, искать можно до третьего пришествия Ревана. Своему ученику он не доверяет — профессиональная паранойя. И осуществляет за ним надзор. Во избежание, так сказать. — А еще и вы помогли, — неожиданно ухмыльнулся Дуку. Вос восхищенно распахнул глаза. Мол смущенно потупился: — Как вы могли такое подумать? Это не мы. Это доброжелатель анонимочку прислал. — Судя по всему, она его впечатлила, — хихикнул Толм, в глазах которого мелькнуло что-то жуткое. — Что ж… Это мы проверим. — Думаю, бедолага помер в очень несчастном случае… Или пал смертью храбрых в борьбе с наемными убийцами, — хихикнул Мол. — Какая жалость! *** Высокий тощий муун злобно пнул обитым металлом сапогом голову своего теперь уже бывшего ученика. Голова откатилась, в желтых глазах навеки застыло торжество. Набуанец сопротивлялся отчаянно, не желая стать участником очередного эксперимента своего учителя, и Плэгасу не оставалось ничего иного, кроме простого и банального убийства. Выругавшись, муун поскреб рефлекторно место соединения челюсти-протеза с плотью, раздумывая, как нивелировать ущерб, нанесенный так не вовремя возжаждавшим самостоятельности учеником. Палпатин не просто предпринял попытку изменить статус, он еще и причинил столько вреда, что разгребать этот кавардак придется крайне долго. А это в свою очередь означает, что придется оторваться от опытов, только-только перешедших из бесплодной теории в продуктивную практику. Вздохнув, Плэгас погасил пику и молча зашагал к спидеру, прикидывая, что требуется сделать в первую очередь. А труп… Им займутся специалисты, которые уже на подлете. Они представят все как заказное убийство, обеспечив необходимые следы. — Нет, ну как же не вовремя пришло это сообщение! — злобно пробурчал муун, вбивая в навигационный компьютер координаты Муунилинста. — Сколько проблем… А проблем действительно собралось выше крыши. Начать стоило с того, что анонимка, которую прислал один из его наблюдателей, решивший не рисковать славой, валялась в почтовом ящике очень долго. Что поделать, Плэгас как раз увлекся. В очередной раз. Сам текст… Наблюдатель был не слишком уверен в том, что происходит, поэтому ограничился скупым изложением скудных фактов, не рискнув назваться и получить награду. Забавная попытка, если что. Уже это насторожило, ну, а когда Плэгас ознакомился с фактами… Палпатин неожиданно вычистил свои счета, которые опрометчиво считал очень тайными. Палпатин нанял наемников, устроивших рейд на Мустафар. Палпатин сам летал туда… Видимо, проверить качество работы. Муун тут же решил узнать, что же так спешно прячет его ученик. Сильно напрягаться не пришлось. В развалинах отчетливо ощущались следы гибели сильного Одаренного. Темной направленности… А из дыры в земле тянуло остатками спрятанных когда-то там артефактов. Для Плэгаса картина стала ясной и понятной. Сидиус заметал следы. Прибил ученика и вычистил хранилище, заодно облегчив кошелек. Видимо, решил предстать невинной жертвой, ограбленной и опозоренной, подставив одного из своих конкурентов. Ну-ну. Так Плэгас и поверил. Естественно, набуанец все отрицал. Однако муун дураком не был, кроме того, как раз пришло оповещение о том, что один из его личных счетов взломали, а некто ушлый подобрался еще к пяти. Покушения на свой кошелек Плэгас не стерпел, начав расследование, вызвавшее бурную реакцию у подозреваемого в первую очередь ученика. Прижатый к стенке Шив сделал попытку решить проблему радикально… И проиграл. Закономерный финал, по мнению Плэгаса. Что с того, что набуанец был великолепен в интригах, отлично разбирался в ментальном контроле и владел искусством Молний Силы? Интриги хороши, когда есть время и исполнители. От ментального вмешательства муун давно себя обезопасил, а Молнии… Ха! С его регенерацией — что банте щекотка. Ну, а когда выведенный окончательно из себя Плэгас пообещал пустить поганца на опыты, у Сидиуса окончательно сорвало крышу, и он твердо вознамерился или победить, или пасть в бою, но не даться живым в лапы вивисектора. Вот и помер… Поломав Плэгасу все завязанные на него планы. Ведь набуанец уже пролез в Сенат, а там десяток-другой лет, и глядишь, место канцлера уже в их руках. И тысячелетний план выполнен… И где взять адекватную кандидатуру на роль ученика? Такого, чтобы и мозги, и сила, и влияние… И чтобы повышенной властолюбивостью не страдал. Вот где такое чудо взять? Сокрушенно вздохнув, муун поскреб лысую голову. Может, потрясти записи Сидиуса? Он вроде хотел соблазнять какого-то джедая… Надо проверить. И надо как следует взять за глотки Пророков. Что это они портачат? Да и конкурентов надо вразумить. Пусть знают свое место! Да и последний эксперимент, в котором принимал участие Сидиус… Хотя он, судя по всему, тоже провалился. *** Два погруженных в глубокую медитацию джедая медленно вышли из транса, осмысливая свои ощущения. Просеивающие галактику в поисках артефактов, аномалий и присутствия Тьмы, они совершенно неожиданно ощутили буквально волну Темной Силы, напитанную смертью. Единственное, что приходило на ум — гибель крайне сильного адепта Тьмы. Возможно, ситха. Переглянувшись, мастера встали и торопливым шагом направились в северо-западную Башню. Магистр Тьюн должен знать. Как и остальные мастера. Только что было обнаружено присутствие врага. *** Тьюн, совершенно седой мужчина-человек, выглядящий мирным и добрым старичком, только сощурился, читая очередной отчет. Вот и пошли подтверждения предоставленной Кеноби информации. Это заставляло задуматься о многом. Почему раньше они ничего такого не ощущали? Что изменилось? Как изменились сами джедаи? Какие неожиданности их теперь ждут? Что еще подтвердится? Информации было много, и практически вся она вызывала ужас. Тьюн только сейчас осознал, что позволил себе впасть в грех самодовольства… Как и все остальные джедаи. Дескать, я ситхов не вижу, вот их и нету. А то, что гады могут банально прятаться за забором, это мы в расчет не берем. Вот и расслабились… Преступно. Тьюн вздохнул, покосившись на экран датапада. Толм как раз прислал свой отчет. Уже пятнадцатый. Полет на Телос выдался на редкость продуктивным — недаром Тьюн напинал в задницы штатных «ледорубов», приказав им искать любые упоминания о Ксанатосе, Кеноби, Моле и прочих встречавшихся в файле именах. Много было мусора, но и золотые зерна отыскались: в Архив поступили официальные документы о принятии в семью Дю Крион Фимора, Оби-Вана Кеноби, а также Мола. Узнав об этом, Тьюн восхитился. Какое простое и в высшей степени элегантное решение проблем! Теперь к ним невозможно подступиться — аристократия, чтоб ее! Губернатор Телоса, наследственная должность, сливки общества, пусть и без титула. Однако, судя по аппетитам Ксанатоса, к этому все идет. А учитывая, что приемным братом стал Владыка Мол… Закономерный будет итог, если губернатор превратится в Лорда. И сделать что-то силой нельзя, только мирно и путем переговоров. Хорошо хоть, отчет Толма внушает надежду… Да и Ксанатосу мозги вправили, недаром он Дуку гроссмейстером назвал. А Дуку у нас тот еще фрукт. Будущий Владыка, получивший говорящее имя Тиранус. Он и джедаем является крайне своеобразным, чего стоит только Галидраанская резня, последствия которой затронули не только Мандалор. Джанго Фетт с товарищами настолько впечатлился увиденным, что впервые за Сила знает сколько лет мандалорцы решили проявить жест доброй воли и отнеслись к джедаю, как к равному. Пусть только к Дуку, но это уже начало! Йода и Высший совет поскрипели-поскрипели, побурчали-повозмущались, да и утерлись. Фетт прямо заявил, что если что, то разговаривать и вообще общаться будет только с одним-единственным представителем Ордена. И больше ни с кем. И плевать ему на титулы и прочее. Он видел Дуку в бою, он видел, что мастер, в отличие от других джедаев, не слушал наветы губернатора, а предпочел разобраться в происходящем, прежде чем действовать. Поэтому, извините, je'tii, вам я не доверяю от слова «совсем». Вот когда докажете, на деле, а не на словах, что можете думать своей головой, а не только исполнять заказы Сената, вот тогда речь и пойдет о каком-то взаимодействии. А то раскатали губу, требуют чего-то… Непонятно на каком основании. И думают, что многовековая вражда вот так просто исчезнет. Ну-ну. Советников перекосило, но кого волнуют их душевные терзания? Уж точно не мандалорцев. И не Тьюна. И не Совет Первого знания, который полным составом чувствовал себя обделанным с ног до головы. В своем отчете Бен Кеноби не щадил никого. Ни себя… Ни окружающих. Он четко и ясно перечислял факты, не пытаясь их хоть как-то интерпретировать. Тьюн читал и рвал на почти лысом черепе остатки сбежавших со слишком умной головы волос. Что делал Совет Первого знания? Где носило Теней? Чем вообще занимался весь Орден? Ушами хлопал? Внимая мудрости Йоды? Что это за вопли о том, что Тьма все скрывает? И если скрывает, то почему бы не попытаться найти того, кто эту Тьму организовал? И так раз за разом… Неудивительно, что Кеноби не выдержал, плюнув на все, и решил самоустраниться. Впервые за все эти века… От одной мысли о том, что можно вот так вот жить, раз за разом возвращаясь в один и тот же момент, снова и снова пытаться все исправить и терпеть поражение, волосы вставали дыбом. Тьюн умирал от желания пообщаться с Кеноби в неформальной обстановке. Семь с лишком веков опыта! И какого опыта! Постоянные бои, интриги, выживание и гибель. А бытие призраком, пусть и не слишком долгое? Понятно, почему от одной мысли о таком Йода с советниками тут же сделали вид, что все это чушь, путешествий во времени быть не может. Потому что они не видели, да. А значит, их не существует. А подумать, что вряд ли такой путешественник прибудет с лицензией, заверенной личной печатью Силы, должность не позволяет? Это просто в этот раз Бена все достало до печенок, и он выложил все как на духу, подготовил файлы и ушел. Не стал бороться, не стал тащить всех в светлое будущее, которое все не наступает и не наступает. Он ушел, предоставив им огромный массив информации. Казалось бы, прекрасное подспорье! Читай. Изучай. Делай выводы. Действуй. Но и тут Высший совет решил по-стариковски пересидеть проблему. Вдруг сама рассосется? А между тем мир уже начал меняться, и непонятно в какую сторону. Причем, что самое интересное, все эти изменения, словно рябь от брошенного в пруд камня, идут от Кеноби и Мола. Вот еще кого Тьюн жаждал увидеть. Владыка ситхов. Не Падший, не придурок с манией величия, а самый натуральный ситх. Проживший почти столько же, сколько и Кеноби. Поначалу враг, а теперь вот союзник. Не джедаев, нет… Тьюн не был настолько глуп или самоуверен, чтобы решить, что Мол в чем-то раскаялся и решил облагодетельствовать Орден. Нет. Мол стал вынужденным союзником одного-единственного разумного: Кеноби. А назвать того джедаем… Глава Совета Первого знания вздохнул, угрюмо нахохлившись. Правда резала и колола глаза, не собираясь исчезать. Увы, именно Кеноби можно было назвать настоящим джедаем. Не их, тех, кто благополучно живет в Храме, самодовольно считает себя пупами галактики и похож на кого угодно, но только не на воинов Света. Смог бы он, попав на место Кеноби, раз за разом вставать с колен и идти дальше? Не пытаясь малодушно скрыться во Тьме, оправдываясь тем, что это не он такой, это жизнь такая? Бороться за свои убеждения? Поступать не так, как проще, а правильно? Невзирая на последствия? Хоть кто-то из Ордена смог бы? Уверенности не было. Тьюн прекрасно понимал, что подавляющее большинство только разглагольствовать умеет, но не идти до конца. Даже на Йоду надежды не было… Конечно, очень хотелось верить в лучшее, но реальность сурова. Помимо воли Тьюн вспоминал слова своего давно ушедшего в Силу учителя, которые тот повторял, когда у тогда еще падавана Тьюна стремление осчастливить галактику несомненной мудростью джедаев наталкивалось на ожесточенное сопротивление этой самой галактики. «Легко быть святым в Храме. А ты попробуй быть святым, сидя на базаре». Увы, для очень и очень многих базар оказался непреодолимым препятствием, это Тьюн мог самокритично признать — он тоже не прошел испытание. Однако… Теперь ему есть с кем сравнивать. И к чему стремиться. А пока что первостепенной задачей становится наладить контакты с обнаруженными Кеноби и Молом. И удержать Йоду с остальными от опрометчивых решений. Пора вспомнить, что Совет Первого знания занимается множеством важных вещей, включая разработку программ обучения джедаев, отслеживание темных артефактов и пользователей, контакты с различными одаренными, которых в этой галактике немало, и еще много чем. А то создается впечатление, что в Ордене кроме Высшего Совета и нет никого. Одно назначение в Агрокорпус пресловутого Кеноби чего стоит. Да и вообще… Сморщившись, Тьюн подтянул папку и принялся листать плотные страницы. Где же оно? Где? Вот. С голографии на него сурово смотрел пожилой козай. Мастер Сайнуби. Вот кто ему нужен. Мастер Сайнуби долгие годы провел, постигая тайны психологии разумных. Этот воистину мудрый джедай отлично умел видеть даже мельчайшие нюансы и читать в душах. А также помогать находить покой и исцеление. Давно пора уже прогнать всех полевых джедаев через его нежные руки. А то от Йоды ничего, кроме невнятного совета медитировать, не дождешься. А этого зачастую откровенно мало. Иногда надо просто поговорить, не ожидая встретить осуждение. Что ж… Росчерк подписи поставил точку в длинных размышлениях. Вот и создана рабочая группа Целителей Душ. И чихать он хотел на одобрение Высшего Совета. А если кто-то, не будем тыкать пальцем, заартачится, то его первого ждет приглашение на освидетельствование. Работа Магистра Ордена весьма тяжела, и одному конкретному коруну не помешает поделиться своими тяготами с понимающим специалистом. Тихо хихикнув, Тьюн потер ладошки и перешел к другому, не менее важному, делу. Надо связаться с Телосом и нагло напроситься на встречу. Толм с Дуку торчат там уже месяц, теперь пора бы им потесниться — Тьюн тоже жаждет пообщаться с вменяемым ситхом. И не только с ним. *** Бен разлепил глаза, озадаченно уставившись в потолок. Его что-то разбудило. Что-то в Силе… Какое-то движение? Кеноби моргнул, но тут же задавил первый невнятный порыв сесть и помедитировать в поисках ответов. Или хотя бы подумать. Думать мозги отказывались, медитировать можно и лежа, Бен перевернулся на бок, натягивая на себя мягкое теплое одеяло — свою воплощенную мечту. В кровати спалось превосходно: в меру упруго, в меру твердо. Это вам не орденская койка и не разваливающиеся доски на четырех ножках (в лучшем случае), распространенные в тех клоповниках, в которых доводилось спать джедаю, исполняя свой долг миротворца. Про откидные приспособления для сна, которыми оснащают космические корабли, и вспоминать не хотелось. Жизнь во дворце была воистину прекрасной. Бена устраивало абсолютно все: и отдельные покои, и орда слуг, и когорта поваров… Общее впечатление не портило даже наличие учеников. Да. Именно учеников. Непонятно каким образом, тесные ряды, состоящие из Фимора и Ксанатоса, раздвинулись, и в них неведомым путем появились Дуку, Толм и Вос. Мол едва не визжал от радости на весь дворцовый комплекс, гоняя тренировочными ситхскими сейберами уже не двух, а пятерых возжаждавших прикоснуться к многовековой мудрости добровольцев. Ситха не останавливало то, что это получилось как-то странно и спонтанно… Что Дуку он в лучшем случае до локтя достает. Что Толм с Восом вроде как давно должны были улететь с планеты, докладывая об успешно прошедших переговорах. Что у него есть Ксанатос, которого еще гонять и гонять. Мол отрывался по полной программе, издеваясь над джедаями в меру своей извращенной фантазии, не желая обращать внимания на эти незначительные мелочи. Его размышления были просты и безыскусны: есть ученики — надо учить. А кто они и кем станут в процессе обучения — дело уже десятое. Впрочем, Бен уже давно думал так же, и от Мола не отставал, выжимая из приблуд все соки. А тут еще и Толм обронил, что кто-то еще хочет их навестить… Бену было фиолетово: если это не ударный отряд и не орбитальная бомбардировка (он и такое переживал), то все отлично и не стоит волнений. Поворочавшись, Кеноби отмахнулся от странного и давно забытого ощущения, пытаясь лениво вспомнить, что ж он такое забыл. Они здесь уже год. Даже больше. Время пролетит быстро, и этому телу стукнет пятнадцать. А Молу — одиннадцать… Или десять? Где-то так. Впрочем, ну его. Надо подумать о полете на Набу. Там остался последний тайник Палпатина, который они до сих пор не забрали. Запасливый был Сидиус, как хомяк. Они столько добра из его кладовых выгребли! И книги, и голокроны, и артефакты… Увидь это представители Высшего Совета — их бы дружно инфаркт хватил. Один голокрон Дарта Ревана чего стоит… И голокрон Дарта Бейна. Кстати… Что-то Банковский клан активизировался. Хочет прислать своего представителя — Хего Дамаска. Прибить сразу? Или пусть помучается? Надо с Молом поговорить. Он мууна не любит. Совсем не любит. А Дамаск что-то слишком активно на Серенно разведывал. Дуку это тоже не нравится… Так что же это он забыл? Неважно. Все потом. Сначала Набу. *** В том, что Сила его любит очень своеобразной любовью, Бен убедился, когда в корабле неожиданно полетел гиперпривод и пришлось спешно искать планету для посадки. Нагруженный трофейным добром корабль трещал по швам: Бен вычистил поместье Палпатина до основания, естественно, не поставив в известность официальные власти. Вот еще. Делиться! Нет уж, такие дурные устремления давно передохли от тяжелой нескончаемой кочевой жизни. Бен скрежетал зубами, мысленно готовя кару фирме-производителю этой чудо-яхты — за что они выкинули такие деньжищи?! Кораблик стонал и пищал, и Бен, взглянув на координаты, от души высказал все, что он думал. Эту планету он знал как свои пять пальцев. Татуин. Не нужно было быть гением мысли, чтобы понять, чего хочет от него Сила. — Да сколько ж можно-то?! — не выдержав, взвыл Кеноби. — Опять?! Убью гада! Сила, вот полное впечатление, нежно и ласково улыбалась. Бен, высказав свое мнение, вновь успокоился, посадил яхту, заплатил за охрану (он не идиот, чтобы оставлять корабль в пустыне — упрут, и не заметишь), накинул плащ, подхватил чемоданчик с платиновыми слитками (кредиты ходят не везде, а еще они оставляют следы) и мрачно потопал туда, где ясно чувствовался источник Светлой Силы. Энакин. Вот за что это ему? За что? В надцатый раз встречаться со своим первым и единственным падаваном не хотелось. За все эти века Энакин достал до печенок. Как Бен ни старался, Скайуокер не менялся, словно дроид с насмерть прошитым программным обеспечением. Без конца куда-то лезет. Без конца во что-то встревает. И каждый раз потрясение для галактики. Кеноби даже делал попытки сплавить проблему кому угодно: от Йоды до Сидиуса. Бесполезно! Неведомыми путями Энакин все равно находил Оби-Вана и делал его своим учителем. В подавляющем большинстве случаев — не спрашивая согласия. А это насилие над личностью и свободой выбора! Сволочная Сила связывала их насмерть, с первого взгляда, и разорвать Узы было невозможно. Даже спрятаться не получалось! Кеноби рыдал кровавыми слезами, но пытался воспитывать это отродье. Причем самыми разными методами, включая очень жесткие. И что? И ничего. Эта рыбка-прилипала присасывалась насмерть, врастая под кожу, а потом тянула и тянула кровь до полного изнеможения. И вот опять. Может, просто удавить? Пока маленький и не может оказать сопротивление? Вздыхая, Кеноби мрачно топал к дворцу Гардуллы. Джедаю было плевать, что Шми попала на Татуин на три года раньше срока: вообще-то сейчас она должна быть на Нал-Хатте и перебраться сюда уже с сыном. Что Энакин родился на полгода раньше. Раз Сила их всех привела сюда — так тому и быть. Сопротивляться бесполезно — это Бен по опыту знал. Значит, надо выкупить мелкого поганца и его мать, приволочь на Телос, а там хоть трава не расти. Вдруг удастся кому-то спихнуть? Пытаясь думать позитивно, Бен вздохнул и передал просьбу Гардулле. Ему нужна рабыня, и прямо сейчас. Срочно. *** Шми нервно мяла конец пояса, поглядывая на своего нового хозяина. Подросток. Человек. Ухоженный. Вроде скромно, но очень дорого одетый. Рыжие волосы аккуратно подстрижены, серо-голубые глаза смотрят холодно и цепко. Парень бросил на нее равнодушный взгляд, покосился на спящего Энакина, замотанного в дешевые пеленки, заплатил явно завышенную Гардуллой цену платиновыми слитками и молча махнул рукой. Уже через полчаса Шми устраивалась в крохотной каюте, торопясь накормить проснувшегося сына молоком. Женщина готова была плакать. Ее судьба и судьба Энакина висели в воздухе. Вот зачем подростку не самая красивая рабыня, да еще и только-только родившая? Да, она неплохо разбирается в механике, умеет шить, готовить и вообще работать руками, ну и головой. Но она не гений, не красавица, не ценный мастер. Таких, как она — пруд пруди. А ребенок — это обуза и даром выкинутые деньги. Яхта взлетела, отправляясь неведомо куда, мрачный парень, вздохнув, пригласил Шми к столу, буквально заставив сесть. — Здравствуй еще раз, Шми, — рыжеволосый потер глаза — вид у него был усталый. — Меня зовут Оби-Ван Кеноби, и я рад, что смог тебя найти. Ты не знаешь этого, но мы, вообще-то, родственники. Дальние, но все же. — Родственники, господин? — пролепетала женщина, ничего не понимая. Кеноби тяжко вздохнул. — Родственники. Дальние кузены. Через клан Кеноби, со Стьюжона, и Ларсов из Свободного пространства. Никакого «господина» — как только прилетим на Телос, тебя сразу освободят. И не бойся — без защиты не останешься. Твой сын — тоже. — А… — Шми робко сжала руки. — Телос? — Да. Там правит мой брат — Ксанатос Дю Крион. И… — парень странно хмыкнул, махнув рукой. — Привыкай. У тебя теперь будет очень большая семья. Кеноби щелчком подозвал дроида, дав указания обслужить пассажиров, а сам направился в кабину, оставив Шми размышлять над резким изменением в своей судьбе.