bodycodes

Загорается жёлтый, и Юкхей срывается с места, несясь через дорогу во всю силу своих длинных ног. Где-то за спиной остаются крики автомобильных гудков, возгласы недовольных пешеходов и, кажется, даже визги шин по асфальту. Юкхею всё равно, он торопится на свидание и в очередной раз опаздывает. В наушниках суматошные биты электронной музыки мешаются с чарующим голосом солистки, имя которой вылетело из головы. Ещё три перекрёстка и он будет на месте. Только бы успеть. Юкхей добегает до маленького парка посреди высотных офисных зданий и хватается за дерево, резко вдыхая воздух и пытаясь придти в себя. Телефон в кармане джинс вибрирует и обрывает музыку, сигнализируя о чьём-то звонке. Он отвечает, зажимая кнопку микрофона на наушниках, и прислоняется спиной к дереву, чувствуя через тонкую ткань свитера шершавую кору. — Да? — Ченлэ! Где тебя носит, засранец мелкий, у нас из-за тебя игра никак не начнётся, Джисон отказывается брать кого-то в пару, кроме тебя. Юкхей подгружается пару секунд и что-то мычит, пытаясь связать в голове вмиг разбежавшиеся слова в осмысленную фразу. — Вы ошиблись номером, я не Ченлэ. Но звучит так, будто у вас действительно весело, и я бы даже попытался напроситься в вашу тусовку, но, наверное, это будет очень странно выглядеть? — Ой, чёрт возьми, я дурак. Извин... Стоп, вы понимаете китайский? И только после вопроса до Юкхея, собственно, доходит сей факт. — Это мой родной язык. — Вау... бывает же. Вы только что получили маленький шанс попасть в нашу... как вы там сказали... тусовку. — У вас китайская мафия? — Что-то вроде, секунду... — слышно, как микрофон прикрывается рукой, а его собеседник с кем-то о чём-то разговаривает. Так проходит пара минут, тон голосов то повышается, то тут же утихает. — В общем, я скину свой адрес смс-кой, будем ждать. Меня, кстати, Сычен зовут. Звонок обрывается, следом приходит смс, а Юкхей смотрит на экран телефона и пытается осознать произошедшее. Типа, парень просто ошибся номером, а в итоге позвал к себе домой делать что? Какие-то у них там игры, да ещё и парные. Извращённое воображение рисует всякие непотребства, которые Юкхей тут же пытается вытравить из головы. Ну вот этого ещё не хватало. Он спохватывается, смотрит на время и понимает, что снова опоздал на очередное свидание, а потому просто разворачивается и идёт к метро, вбивая в навигаторе полученный в смс адрес. Звонки того самого парня, который ждёт его сейчас, Юкхей просто сбрасывает, а потом и вовсе кидает номер в чёрный список. Увы, не судьба. Сегодня она распорядилась иначе. Юкхей предпочитает верить подобным знакам и старается им следовать в большинстве случаев. Ехать, как оказывается, не так уж и далеко — всего пара станций и он на месте. Нужный ему дом тоже находится почти сразу. С момента их разговора прошло всего около получаса, а Юкхей уже стоит перед дверью в квартиру и не решается нажать на звонок. Как-то сомнительно всё же приезжать домой к тому, с кем совершенно не знаком. Но судьба опять же распоряжается за него, дверь неожиданно распахивается и на него вываливается тело явно ниже его самого ростом, с тёмными волосами и удивительно тонкими запястьями, что успевает подметить Юкхей, падая на пол и оказываясь придавленным сверху этим самым телом. Ну класс. Отличное начало. Парень слезать не собирается, ему явно понравилось лежать на Юкхее. Что его абсолютно не устраивает, поэтому он скидывает тело с себя в бок и садится, потирая локти, которыми больно ударился о плитку пола, и задевает свежие царапины. Это неприятно, но не то чтобы сильно больно, однако невольно Юкхей шипит и морщится. Тело в сторонке, кажется, испускает дух. В дверном проёме появляется высокий и ещё более худой парень, почти такого же роста как Юкхей. Он одет в обтягивающие чёрные джинсы с огромными дырками на острых коленках, тёмно-зелёный свитер со странными узорами, будто с умершей бабушки снял, и весь увешан какими-то цепочками, начиная ушами, заканчивая шлевками джинс и даже пальцами. Выглядит странно, но красиво. Юкхей бы даже сказал, что это заводит. Самую малость. Светлые волосы парня растрёпанны, в миндалевидных глазах заметно выделяются лиловые линзы, а идеальные черты лица так и притягивают взгляд. Если бы Юкхей верил во всякую хрень типа магии, экстрасенсов и ведьм, то сказал бы, что его загипнотизировали, потому что вот он сидит на холодной плитке подъезда как какой-то дурак и не может оторваться от разглядывания совершенно незнакомого парня перед собой. Тот, кстати, прекрасно это видит и ухмыляется, смотрит Юкхею прямо в глаза пару секунд, а потом отвлекается на черноволосого и наконец открывает рот. — Ренджун, блять, ну сколько можно! В ответ раздаётся какое-то нечленораздельное бормотание на китайском. Парень в дверях небрежно прислоняется к косяку, сцепляя руки на груди. — Опять нажрался как скотина, а ведь только собрались. Тут он будто снова вспоминает про неизвестную личность, появившуюся в их этюде, и переводит взгляд на Юкхея. — Ты, видимо, тот кого я спутал с Ченлэ. Я Сычен. И его губы растягиваются в кошачье-сладкой ухмылке. Сердце Юкхея пропускает удар. Прежде чем начать говорить, ему приходится прокашляться. — Я... да, я.. Юкхей. Вон Юкхей, — и протягивает ладонь для рукопожатия, спустя пару секунд осознавая, что он-то всё ещё сидит на полу, а Сычен, вообще-то, стоит. Блять. Но Сычен будто бы не замечает этой неловкости, делает пару шагов к Юкхею и наклоняется, оказываясь в опасной близости к его лицу. Сердце Юкхея срывается куда-то в желудок. — Ну привет, Вон Юкхей, — Сычен снова улыбается этой своей издевательской кошачьей ухмылкой и полностью игнорирует всё ещё протянутую для рукопожатия ладонь. Юкхей не знает, что делать и хочет провалиться на этаж ниже, а потом резко вскочить и убежать. Хотя что-то подсказывает ему, что после подобного надругательства над своей психикой он разве что ползти сможет. И то с трудом. К счастью, повисшее между ними почти ощутимое электрическое напряжение разряжает так вовремя очнувшийся Ренджун. — Сычен, у меня болит голова, — говорит тот полу и пытается повернуться на спину, но путается в собственных руках и ногах. — Конечно она у тебя болит, ты же дебила кусок, — бесстрастно парирует Сычен, но всё-таки отодвигается от Юкхея и пытается поднять друга (лучшего, между прочим, с ними только так) с пола. Юкхей облегчённо выдыхает, даже не пытаясь это скрыть, и спешит скорее встать на ноги. Ему самое время бежать куда подальше, потому что увидел он уже достаточно, но острые ключицы Сычена виднеющиеся в разрезе свитера, когда тот наклоняется за другом, машут адекватности ручкой и уговаривают остаться. Юкхей откровенно пялится, совершено этого не скрывая, а Сычен прекрасно это видит и будто бы специально нагибается ещё ниже, чуть ли не пополам складывается, зараза. Юкхей сглатывает слюну и резко втягивает носом воздух. Чёрт бы его побрал. — Поможешь мне с ним? Это он только кажется пушинкой, но на самом деле тяжёлый как кабан. Юкхей лишь молча подходит и подхватывает пьяное тело под левую руку, пытаясь перестать глазеть на Сычена. Получается с трудом, но всё же получается. Сычен улыбается, первым заходит в квартиру, втаскивая за собой Ренджуна и дожидаясь пока Юкхей тоже окажется внутри. — Закрой дверь. И перестань на меня пялиться. Юкхей мысленно роет себе могилу. В квартире громко играет музыка, откуда-то из комнат доносится чей-то дикий визг, напоминающий крики умирающего дельфина (Юкхей даже представить себе не может где и когда слышал умирающих дельфинов), в полутёмной гостиной целая толпа парней рассеялась по дивану, сосредоточенно уставившись в экран огромной плазмы на стене, кто-то потягивает пиво из банки, двое режутся в какой-то файтинг, остальные подбадривают и все громко орут, пытаясь перекричать друг друга и музыку. Напоминает какой-то гейский бордель. Где и когда Юкхей видел гейский бордель, он тоже думать отказывается. — Ну вот как-то так выглядит наша китайская мафия, — орёт Юкхею в ухо Сычен и сбрасывает Ренджуна на диван, где тот незамедлительно подползает к одному из парней и обвивает того своими длинными руками. Ну точно геи. Разум Юкхея всё ещё пытается придумать выход отсюда. Однако у Сычена явно другие планы. Он протягивает Юкхею пиво, второй рукой цепляя того за локоть и утаскивая за собой на кухню, где немного потише из-за закрывающейся прямо за его спиной двери. — Рассказывай, — говорит и на стол запрыгивает, отклоняясь назад и опираясь на руки. От подобного зрелища у Юкхея почти ощутимо тянет внизу живота. Он бы вот сейчас подошёл, пристроился бы между этих чёртовых ног и... Сычен замечает куда направлен его взгляд, скалится и резким движением сводит ноги вместе. Юкхей понимает, что его соблазняют, и не противится, в общем-то, но всё ещё пытается воззвать хотя бы к капле разума. Он встаёт прямо напротив Сычена и прислоняется к кухонному гарнитуру, чувствуя как острая грань столешницы врезается в поясницу. Эта боль отвлекает от непристойных мыслей и позволяет чуть придти в себя. — Чего тебе рассказывать? — Как ты опустился до жизни такой. Юкхей офигевает и даже давится пивом, пытаясь прокашляться. — Ну-ну, что ты, ещё рано умирать, мы столько всего не сделали. Юкхей даже не представляет о чём Сычен говорит, но думает явно не о том. Хотя может быть как раз о том, учитывая то, как именно Сычен на него смотрит. — А ты не охренел ли? — спрашивает, когда всё же приводит дыхание в норму. — Может быть. Это ты мне скажи. Сычен спрыгивает со стола и медленно подходит к Юкхею, не разрывая зрительного контакта. Эти лиловые линзы делают взгляд каким-то неживым, но почему-то заводят ещё сильнее. Все движения Сычена плавные и тягучие, будто он задействует каждую мышцу своего тела и продумывает даже малейший поворот головы. Он похож на кота, и от этого сравнения Юкхей балдеет. Сычен останавливается совсем близко, руки расставляя по обе стороны, и заглядывает в глаза чуть исподлобья — всё же он оказывается немного ниже. — Ты что... ты что делаешь? — голос срывается и хрипит. — А ты не видишь? Целую тебя. — В смыс... Пока Юкхей додумывает, Сычен прижимается своими губами к его подбородку, затем к уголку рта, отстраняется и заглядывает в глаза, чуть высовывая язык и быстро облизывая губы. Сердце Юкхея где-то из желудка досадно взвизгивает и, кажется, ловит приход. Ему хорошо. Юкхею, в общем-то, тоже. Он сам подаётся вперёд и целует, просовывая язык в рот Сычена и сталкиваясь с его языком. В груди горит. По спине пробегают мурашки вслед за ногтями Сычена, которыми он ведёт от лопаток к пояснице. И когда только успел-то руками под свитер Юкхею залезть. Разум всё ещё пытается чертыхаться, но и он сдаётся, когда правая рука Сычена оказывается в опасной близости с молнией юкхеевских джинс. — Совсем с ума сошёл, а если кто-то зайдёт? — Юкхей резко откидывает голову назад и бьется затылком о вытяжку. — О, поверь, им совершенно не до нас. Они даже не заметили тебя. Будто в подтверждение его словам из-за двери доносится дикий ржач, из которого явно выделяются дельфиньи визги. Видимо, выражение лица Юкхея слишком сильно выдаёт его недоумение, потому что Сычен хихикает и поясняет: — Это Ченлэ. Он у нас умопомрачительный дельфин. — Умопомрачительный дельфин, — точно заколдованный повторяет Юкхей и кивает. — Вернёмся к нашему разговору? Как ты всё же решился сюда придти? — Сычен шепчет и спускается к шее Юкхея, чуть прикусывая кожу зубами и тут же проходясь по месту укуса кончиком языка, а следом и носом. Он как-то задушено вдыхает запах его парфюма и явно тащится с него. Юкхею приятно. Его сердцу, которое вдруг неистово решило отреагировать на подобные ласки и ожить, определённо тоже. Сычен ловит его ладошкой, медленно пальцами проводя от паха к груди. Юкхей облегченно выдыхает, но это как раз и является его ошибкой. Сычен замечает всё, будто его много со всех сторон и он пристально наблюдает за каждым малейшим движением, выдохом, изменением в Юкхее. Он ногтями сжимает правую горошину соска и расплывается в ухмылке, чуть высовывая язык и тут же прикусывая нижнюю губу. — Ты нереальный, — не удерживается от выдоха Юкхей и ловит его взгляд. — Целуй. Сычена уговаривать долго не приходится. Он чуть ли не вгрызается в пухлые губы Юкхея и тяжело дышит, прислоняясь грудью максимально близко к нему, как будто бы хочет слиться в одно. Вот где-то здесь остатки разума отдают концы и сваливают далеко за горизонт. И слава вселенной. Юкхей широкими ладонями обхватывает ягодицы Сычена и притягивает к себе ещё ближе, чувствуя, что у того стоит. Сычен хватает губами мочку уха Юкхея и горячо выдыхает, издавая первый тихий стон. Юкхею хочется громче. Правой рукой он грубо сжимает ягодицу, а левой спереди забирается под кромку джинс, оттягивая их на себя. Сычен стонет чуть смелее. Наконец пальцы добираются до его члена и невесомо оглаживают головку, размазывая выступившую смазку. — Чёрт бы тебя побрал, Вон Юкхей, — сквозь зубы шипит Сычен и откидывает голову назад, подставляя шею под поцелуи. — Расстегни молнию. Юкхей расстёгивает и рывком сдирает джинсы с боксерами вниз, оставляя на шее тёмный засос. Цепочки позвякивают и путаются между собой. Сычен прикрывает глаза и подаётся вперёд, прося Юкхея начать двигать рукой. Тот медлит, будто специально хочет помучить, смотрит на Сычена, медленно взглядом облизывает от самых волос до области паха, а потом снова ведёт вверх, сталкиваясь с нетерпеливым затуманенным желанием взором. — Да сделай ты уже что-нибудь, сколько можно, блять, — Сычену срывает крышу, и он скулит, толкаясь Юкхею в руку. И Юкхей делает. Он подхватывает Сычена под зад и разворачивается, меняясь с ним местами. Слышит, как тот шипит, задевая головой вытяжку, совсем как это же недавно сделал Юкхей. «Не эргономичная штука, надо бы поменять» — думает Сычен. А потом перестаёт думать вовсе, потому что Юкхей отцепляет одну из крупных цепочек с джинс и обматывает их вокруг запястий Сычена, сведя их вместе. Грудную клетку сжимает в каком-то сладком и одновременно ужасном предвкушении. Сычен наклоняет голову вперёд и открывает рот, глубоко дыша. — Ты охуел, Вон Юкхей. — Перестань звать меня по фамилии, мы не на заседании директоров. — А может меня это заводит, — говорит, а сам думает «куда больше?». Юкхей тут же показывает куда. Он опускается на колени и макушкой поддевает сцепленные ладони Сычена так, что они оказываются у Юкхея на шее, за головой. Поднимает взгляд, чтобы посмотреть Сычену в глаза, снова зацепиться за лиловый цвет и чуть больше сойти с ума, а потом опускает голову и берёт в рот до середины, чуть задевая член зубами. Сычен рвано выдыхает и вгрызается зубами в нижнюю губу, чтобы не застонать в голос. Юкхею это не нравится. Он хочет слышать его на полную. Он зажимает пальцами левый сосок Сычена и начинает медленно двигать головой, то совсем останавливаясь, то ускоряясь. Он чувствует, как Сычен выкручивает запястья, пытаясь высвободиться и вцепиться пальцами в его волосы, чтобы самому контролировать темп, но не может и бесится с этого ещё больше. Юкхей то выпускает член изо рта, то резко берёт на полную, давясь и размазывая слюну языком по чувствительной головке. В какой-то момент он не выдерживает и снова смотрит Сычену прямо в глаза, смыкая губы на его члене. Это зрелище окончательно сносит ему крышу. Сычен кончает с громким стоном, сползая вниз. Юкхей подхватывает его и аккуратно опускает на коленки перед собой, соприкасается своим лбом с его, закрывает глаза. Ждёт, пока они оба перестанут дрожать, прижимает Сычена к себе так близко, как только возможно в подобном положении. А с того будто мигом слетает вся дерзость, обнажая слишком хрупкого, почти прозрачного мальчишку. Это переламывает Юкхея окончательно. — Ты какой-то пиздец, Сычен. Тот в ответ лишь тихо хихикает и открывает глаза. Юкхей решает, что лиловый теперь — его любимый цвет.