Против Небес

      POV от лица Сяо Нин.       На улице была ночь, но легкий ветерок, что дул со стороны гор, не давал уснуть, за что я ему была… благодарна.       Да — малое время на сон теперь является моей рутиной. Пусть культиваторы высокого уровня и меньше нуждаются во сне, но мне такое, увы, недоступно — этого самого высокого уровня ещё надо достичь, причем не за счёт ресурсов Семьи, а собственных упорных тренировок.       Но перерыв, тем не менее, сделать стоит. Тяжело выдохнув, я тут же присела на траву, поднимая свой взор на звёздное небо и на луну, которая проливала серебряный свет на эту одинокую поляну посреди рощи. «Е Цзыюнь!»       Имя пронеслось в голове, заставляя забыть о всякой усталости и подскочить на месте, вставая в стойку, чтобы выпустить поток сияния духовной силы.       Я ей не уступлю. Я стану лучше. Почему это она должна быть лучше меня? Е Цзыюнь… Мало того, что вся такая очаровательная и загадочная, так ещё и имеет Голубой сосуд. И сколько бы я ни тренировалась, я никогда не могла её догнать. Никогда.       Так почему же?.. Почему она всё ещё постоянно смотрит в мою сторону? Разве она не понимает, что мы теперь соперницы?       Стараясь успокоится и начав глубокую дыхательную гимнастику, я стала медитировать, отбросив мысли о своей бывшей подруге… Пока не ощутила, что я уже не одна. Резко развернувшись и выхватив кинжал, я воскликнула: — Кто здесь?!       И только после увидела смутно знакомые черты лица, которые смогла узнать только когда человек подошёл. Это был мой одноклассник, тот, который недавно привлек всеобщее внимание, выступив перед всем классом против -подумать только! — учителя, да ещё и не какого попало, а Шэнь Сю, члена Священной Семьи! И ведь переспорил! Это понимали все — ученики-простолюдины, недовольные ученики из благородных, в высшей степени недовольная учительница, но поделать с этим никто ничего не мог! Я до сих пор сомневаюсь, восхищаться ли мне этим парнем или считать безумцем. — Это я, Не Ли.       Так, стоп! Что он вообще тут делает? Не сводя с него взгляда, но всё-таки убрав кинжал, после того, как он подошёл с поднятыми руками, я спросила: — Что ты здесь делаешь?       Но вместо того, чтобы ответить, он задал свой вопрос: — А ты?       Не зная, отвечать или нет, я на секунду задумалась. Но если он меня уже успел рассмотреть, то прекрасно понял, чем я занята. Поэтому, решив, что скрывать свои занятия попросту глупо, я ответила: — Развиваю поток духовной силы!       И при этом показываю всем своим видом, что я не желаю его видеть, и что он мешает мне. А он, словно насмехаясь, произнес: — А я гуляю.       Какая наглость! Как будто я не знаю, чем он и его друзья здесь занимаются которую ночь подряд! — Врёшь! Думаешь, я не поняла, что это вы трое здесь на овцерогов охотитесь? Потренироваться уже нельзя! И хоть мне было Весьма интересно, чем это мальчишки смазывали обычные арбалетные болты, что одной царапины хватало, чтобы завалить аж целого овцерога… но вынюхивать чужие тайны было не в моем характере, вот! Именно потому я просто удалилась в прошлый раз, не выдавая своего присутствия. — Значит, ты уже давно знаешь о нас.       А затем он произнёс нечто совсем неожиданное, от чего моё сердце стало биться ещё быстрее: — Когда ночью тренируешься, ноги словно огнём горят, верно?       Только теперь я заметила, что он уже некоторое время смотрит на мои ступни. Ноги действительно горели, словно ошпаренные кипятком, потому-то я и снимала обувь во время тренировок. Но я никому никогда об этом не говорила, а, стиснув зубы, продолжала тренироваться. А он, увидев меня лишь один раз, говорит с таким уверенным видом! И, как бы я ни старалась подавить вскрик удивления, ничего не вышло: — Как ты узнал?       Но он вместо ответа продолжил говорить, удивляя всё больше: — У тебя ноги огнём горят, а всё тело при этом леденеет, словно в полынью окунули, и так каждую ночь. Должно быть, это чрезвычайно мучительно. Совершенствование потока духовной силы даётся с трудом, верно?       Не представляя, откуда он всё это знает, но при этом уже веря, что этот человек явно лучше знает о моём состоянии всё, я слушала, затаив дыхание, а он и не думал останавливаться, вываливая на меня всё новые и новые факты, заставляя болезненно реагировать на каждое слово и переживать: — Вдобавок к тем симптомам, что я уже упомянул, у тебя на теле должны были появиться синяки, очень болезненные. Они не рассасываются, как обычные блямбы, и их становится всё больше. Ты ещё не достигла Первой Бронзы, и, если ничего не сделать, она достанется тебе ценой тяжёлой болезни, из-за чего придётся надолго прервать тренировки. Но если попытаешься их продолжить — умрёшь.       Стиснув кулаки и подавив слёзы, я тяжело вздохнула.       С самого рождения я была предназначена в жёны наследнику Священной Семьи — Шэнь Фэю. Быстро узнав, что за тип мой будущий муж, и не желая связывать свою жизнь с этим отбросом, я начала тренироваться изо всех сил в надежде избежать печальной участи быть выданной замуж за этого подонка. К несчастью, Небеса остались глухи к моим мольбам, ведь если ценой первого шага к свободе станет жизнь…       Сдерживая предательские слёзы, я посмотрела на Не Ли: — Не Ли, ты ведь знаешь, чем я больна, так? Это ведь не насовсем? Это же можно вылечить, ведь так? Ты поможешь мне?       Замерев и смотря на парня, что сейчас являлся моей единственной надеждой, я даже не думала, как выгляжу со стороны. Меня занимала только моя болезнь и возможность продолжения тренировок в будущем. Всё ради своей заветной цели — избавиться от бремени жениха-мудака и стать, наконец, достойной соперницей для Е Цзыюнь! — Эта болезнь называется Арктическая лихорадка, и она излечима. Можешь посмотреть в библиотеке.       Не описать словами, как я была рада. С каждой минутой я, сама того не замечая, открывалась ему всё больше и внимательно слушала всё, что он говорил: — А как, как её лечить? — Чтобы восстановить деятельность внутренней системы и залечить синяки, нужно делать особый массаж из техник Даоинь. А также ежедневно принимать составленное по особой рецептуре лекарство из травы Цзиньсянь и корня Небесного Императора. Короче говоря, нужен специалист в этом. В твоём случае это займёт максимум месяц. Ну а если повезёт, то не пройдёт и десяти дней, как ты полностью выздоровеешь.       Он говорил так уверенно, не допуская ни капли сомнений, что я даже начала подозревать, будто он уже лечил подобную болезнь ранее или сталкивался с ней. Ведь как тогда он мог давать такие гарантии, если не имел практического опыта? Но вот названия мне были незнакомы: ни растений, ни самой техники. — Техника Даоинь?       Я просто не представляла, что она подразумевает. И спрашивала уже не от того, что не доверяла ему, а из-за своего природного любопытства, которое не пропало даже сейчас. Наоборот — с появлением Не Ли и возможности исцелиться я вновь стала той, кем была — сильной и уверенной в себе. По крайней мере, я надеюсь на это. И на то, что всё так и выглядело для Не Ли. — Да, именно так. И, конечно, прекращай ночные тренировки!       А затем, не давая мне вставить и слова, протянул руку, попросив: — Позволь взглянуть на твою технику.       Разумеется, я ни за что бы не позволила постороннему узнать секретные техники, но на лице Не Ли было написано искреннее желание помочь, и сердце подсказывало, что ему можно доверять. Достав из своего пространственного кольца свиток, я отдала его ему. Но когда парень забирал свиток, случайно слегка коснулся моего запястья. Мгновенно отдёрнув руку, подавляя сильное сердцебиение, я подумала: «А что, если всё это — хитрый план Не Ли? Что, если он задумал недоброе?»       Однако, присмотревшись, я поняла, что он даже не смотрит на меня, а с сосредоточенным видом изучает старинный пергамент. Не Ли казался погружённым в размышления настолько, что вряд ли осознавал, что происходит в реальности. -…неудивительно, что Светозар пал…       Что? Что он только что сказал? Я не уверена, что услышала верно, но мне показалось, что он говорил будто… будто Город пал. И, чтобы убедиться, что мне просто послышалось, я спросила: — Что ты только что сказал?       Но он просто отмахнулся, всё так же читая свиток: — Ничего, не обращай внимания. Эта твоя техника развития не шибко хороша. Она повреждает систему цимай — пути циркуляции жизненной силы. Возможно, поэтому ты и подхватила свою болезнь. Вот эту фразу про «Глаз души» надо трактовать, как «Духовное зрение», тогда она обретает иной смысл. То есть, соединив силу души с духовным потоком, ты обретаешь силу духовного зрения.       Не до конца понимая, о чём он, я тем не менее, постаралась более внимательно выслушать, попросив: — Повтори, мне стоит это хорошо запомнить.       И когда он повторил, я смогла с уверенностью сказать, что его советы… действительно могли помочь. В какой-то степени новая техника даже превосходила старую, хотя в такое и сложно было поверить. Сомнение, которое раньше преследовало меня, растаяло, сменившись восхищением. Настолько глубокие познания о духовной силе! Какой ум нужно иметь, чтобы разобраться в технике высокого уровня, да ещё и усовершенствовать её? Такое и Заклинателям Демонов Стали вряд ли по силам! Неужели Не Ли знает больше них, тех, кто и написал этот свиток с техникой? Неужели объем его знаний можно сравнивать с Легендарными Заклинателями?       Я не могла даже рта раскрыть и с благоговением ловила каждое его слово, стараясь запомнить всё в точности. Он был моим сверстником, но, слушая его, я поняла, насколько огромна пропасть, что разделяет нас. Насколько же невежественной на самом деле была учитель Шэнь Сю и наши одноклассники, высмеивавшие Не Ли… Теперь я могла с уверенностью сказать, что он правда станет Легендарным Заклинателем.       А ведь тогда, в классе, Не Ли в добавок заявил, что женится на прекраснейшей девушке Светозара… Только вот… Эххх, конечно же он говорил об Е Цзыюнь! Хотя, многие считали меня красивой, и я сама могла до этого дня гордиться своим умом и внешностью, но сегодня, впервые, когда мне по-настоящему захотелось выиграть на этом поле, мне пришлось признать горькое поражение. Безусловно, я проигрываю Е Цзыюнь — что красотой, что умом. — О чём думаешь?       Неожиданный вопрос вывел меня из задумчивого и грустного состояния, и я поспешила ответить: — Да так, ни о чём…       И, чтобы сменить тему, быстро поспешила уточнить кое-что важное: — Не Ли, а ты знаешь технику Даоинь?       Ну правда — вдруг у меня в семье не найдется нужного специалиста. — Конечно, но она основана на непосредственном контакте с поражёнными участками на теле пациента. Мне этим, наверно, заниматься не подобает… — Я не против. Ты показал себя достойным человеком с глубокими познаниями. А я не хочу стать бесполезной калекой. Никому другому я этого доверить не могу!       Добавила вторую часть только ради того, чтобы он не думал лишнего! Ну вот, даже в голове прозвучало так, словно я пытаюсь оправдать свою сговорчивость… А ведь я, сама того не заметив, позволила Не Ли заглянуть за постоянную маску ледяной отстранённости, которая защищала меня от окружающих. — Хорошо, раз в три дня я буду лечить тебя техникой Даоинь. А ты, когда вернёшься домой, начнёшь принимать лекарство и вскоре поправишься. — Конечно!       Когда же он спросил меня про синяки, я молча показала ему на свою ногу, при этом покраснев и умолчав о втором, уже в более… интимном месте. Не Ли нагнулся и я могла увидеть как он нахмурился. Да, на бледной коже явно выделялся крупный тёмно-фиолетовый след, который постоянно болел. — Дело принимает серьёзный оборот. Хорошо, что он только один, да и расположен удобно. Я легко с ним справлюсь.       И вновь я не смела ничего говорить, хотя и очень хотела. Но — сама не знаю, почему — сдержалась. А затем услышала его слегка взволнованный голос: — Кхм… Давай проясним ситуацию. Я всего лишь лечу тебя. Кроме того, мне нравится Е Цзыюнь… Но я рад познакомиться с тобой ближе и правда надеюсь, что мы подружимся.       Делая остановки в своих словах и сидя на коленях, он, тем не менее, старался держать себя в руках и не смотреть в мою сторону. Но, услышав его слова, я сразу ощутила… некое двойственное чувство. С одной стороны, я понимала, что парень сказал чёткое «нет», но с другой… все же было приятно видеть его лёгкое смущение.       Тем временем, Не Ли решил не откладывать дело в долгий ящик и сказал, что начинает. Я только и успела, что приготовиться к приятному массажу, как на меня накатила боль. — Ах.       Задрожав и вскрикнув от боли, я стиснула зубы, услышав его слова: — Поначалу будет больно, но скоро пройдет.       Слушая его и стараясь унять дикое сердцебиение, я постаралась глубоко дышать. Это помогло отстраниться от боли, а затем справиться со смущением. И вот, забывшись и расслабившись, я вновь застонала — теперь уже от удовольствия. Тепло, исходящее от рук Не Ли, было очень приятным, и я не могла подавить разгорающееся в душе удовольствие. Как тяжело было терпеть эту постоянную боль, плакать по ночам и никому не рассказывать. И вот наконец-то — она прошла. А я впервые за долгое время имела все шансы на то, чтобы спокойно уснуть. И, смотря сейчас на Не Ли, я просто не знала, как выразить ему свою благодарность за свершённое им чудо. Но неожиданно всё закончилось, и я услышала: — Вот и всё. Ещё несколько дней может поболеть немного, но ты отдыхай побольше, и всё будет хорошо!       А я больше ни в чём не сомневалась, и, когда он уже начал вставать, я произнесла: — Есть… ещё один синяк. Ты можешь… и его…       Вновь не зная, как сказать, я покраснела, сжав руки. «Почему я не могу прямо так сказать?»       Но он, видимо, всё понял и сам. — Хм, я могу тебя понять…       Но как я могла отступить? И, смотря на него, я всё-таки произнесла… но совсем не то, что ожидал от меня он или даже я сама: — Не Ли, а ты правда любишь Е Цзыюнь?