Бирюзовая скорбь

      Вчетвером мы склонились над ним, не зная, что делать дальше. Словно выжидая чего-то. Белый дракон был невероятно бледен. Кровотечение уже давно было остановлено, но вот в себя он приходить не торопился. Маленький домик насквозь пропитался не самыми приятными травами, перемешанными с кровью, но жаловаться на это я могла лишь сама себе. Реннард появился спустя час: злой, нервный, растрёпанный, рассерженный. Он ни слова мне не сказал, но его мерзотная аристократическая полуулыбка все не сходила с его лица. Что он пытается доказать? Кому?       Темный выглядел еще хуже. Парень пришёл в себя минут через пятнадцать, и тоже, судя по всему, не совсем понял, что произошло. Он не разговаривал со мной, изредка кидая сверлящие насквозь взгляды. Он был странным, но от него веяло чем-то манящим. Тенями, я полагаю.       А вот Харлис — единственная, кто, несмотря на абсолютный шок и неосознавание происходящего, пытался держаться в норме и даже что-то делать. И вот хотя бы она со мной немного разговаривала. Бедная женщина была в ужасе от всего происходящего, но держалась крепко. Хотя бы, не пришлось ее успокаивать. Здесь неподалеку есть какая-то деревня, а она, судя по ее словам, подрабатывает у них местным лекарем-целителем. — Ну, — я выжидающе смотрела на Реннарда, который нервно закручивал свои волосы на палец, — насколько плохо все то, во что мы вляпались, — я перевела взгляд на Стинга. Беззащитный, беспомощный. Жалкий. — Ты даже представить себе не можешь на сколько, — он нервно протер глаза, а потом пододвинул рядом стоящий деревянный стул и сел на него, — Харлис, спасибо большое, если бы не вы, ему было бы намного хуже, — они обменялись благодарными кивками. — Кто это был и что происходит? — как бы не старался темноволосый казаться равнодушным и беспристрастным, дрожь в голосе его выдавала, а его страх, казалось, я даже чувствовала, словно какой-то кисловатый запах, — и кто вы? — Та, кто напала на вас, — я заглянула ему в глаза, — Индира — довольно опасная суккубша, которая, как я полагаю, хочет сожрать его без остатка, — я вяло усмехнулась, и в голове услышала такой же нервный смешок от Каина. Кажется, мы оба сходим с ума. А вот парень как-то не особо удивился моим словам. — Роуг Чени, — он слегка дрогнул, когда услышал свое имя, а Рен встал и подошел к нему, протягивая руку, — Реннард Аддерли, — они неловко пожали друг другу руки, а потом он указал пальцем на меня, — Люси Хартфилия, — когда прозвучало мое имя, в глазах Роуга было невероятное смятение и даже доля какого-то страха. Теперь он уже не скрывая пялился на меня, вот только что он пытался найти? — И мы, как бы то не звучало, ваши спасители, — он опять фальшиво улыбнулся и сощурил глаза, словно хитрый лис. Он явно в восторге, когда люди от него зависят. — Извольте, — я театрально откашлялась, как бы намекая, что этот фарс он может приберечь на потом, — что она с ним сделала и как нам теперь это разгребать? — я скрестила руки на груди и начала медленно раскачиваться на ногах, стараясь хоть чем-то себя занять. Мне было скучно вот так стоять и выжидать, мне хотелось каких-то действий. Жажда действий одолевала меня, как никогда прежде. — Как бы так объяснить, чтобы было доступно, — он одарил нас высокомерными взглядами, словно показывая, какой он важный, а мы — просто мусор, — она наложила на него довольно сильное заклятие, которое теперь будет неотвратимо вести его к ней, и, что немаловажно, интенсивно сводить его с ума, — вот дерьмо же. Почему, когда происходит что-то подобное, я всегда оказываюсь в эпицентре? — Но для нас это будет только плюсом, потому что теперь нам будет проще ее найти, главное, не дать ему умереть, — он прикрыл глаза, словно о чем-то мечтая, — раньше времени.       Я хмыкнула и вновь вышла на улицу, не желая там оставаться. В какой-то степени я бешено устала от всего этого, но понимала, что выбора у меня особо нет. Жизнь с людьми, она такая? Когда ты должен постоянно разгребать непонятные проблемы и постоянно подставляться. Это так у всех? Мне не хотелось возвращаться на Дайран, но теперь я понимала, почему Акнология ненавидит людей и живет затворником. Хотя, он всех ненавидит, так что это не показатель. Прошло уже около часа, а ситуация все не особо прояснялась. Допустим, он придет в сознание, а дальше? Мне бегать за ним, словно нянька-охранник? — Хочешь сбежать от всего этого? — Каин умел временами подбодрить, но сейчас он хотел вывести меня на чистую воду, я так полагаю. Я запуталась. Страх принятия решения всегда сковывал мои мысли. Я не знаю, чего я хочу. — И умереть в одиночестве от осколка в сердце, да? Чудесный выбор, — я выпустила нервный смешок, и услышала, что Роуг старается подкрасться ко мне. Зачем? Мне не особо нужна компания, тем более в его лице, но не могу же я просто прогнать его. Он явно расслышал мою фразу, и наверняка думает, что я разговариваю сама с собой. Не люблю новые знакомства. Слишком много всего приходится рассказывать, слишком много к чему возвращаться.       Он поравнялся со мной, и теперь мы вдвоем вглядывались куда-то вдаль. Разговаривать с ним я не торопилась, хотя какой-то интерес к нему во мне все же был. Я медленно потянулась за сигаретой, неторопливо её поджигая. Уже темнело, воздух, наконец, становился прохладнее, приятнее. Я делала затяжку за затяжкой, впуская как можно больше дыма в свои легкие, и грузно его выдыхая. Он все также стоял и молча смотрел на меня. Я краем глаза видела, что он принюхивается, изучает, разглядывает мои метки. Зачем? — Ты — та самая? — он с какой-то надеждой посмотрел на меня, заставляя невзначай слегка подавиться дымом и почувствовать неприятно-горький вкус во рту. Я округлила глаза и не понимала, о чем идет речь, и уже хотела было что-то спросить или возразить, как вдруг почувствовала какую-то невероятную, явно демоническую силу в метре от нас. Она, казалось бы, прорывалась сквозь землю, на которой начал прорисовываться темно-фиолетовый магический круг. Я напряглась и отодвинула ногу назад, быстро доставая из груди меч, на случай атаки нежданных гостей. — Отставить, — в этот же миг из дома вылетел Реннард, видно почувствовав незнакомую магию, но его спокойный тон заставил меня распрямиться и пристально смотреть в центр этого круга, хотя убирать меч я пока не собиралась. — Приветствую, Рен, — она появилась из светло-фиолетовой дымки, такая же манящая, устрашающая и красивая, как тогда, когда я впервые увидела ее, — Люси, — она кивнула в мою сторону, а я, в ответ, нелепо поклонилась, вспоминая о её высоком ранге. — Рад был бы видеть тебя, Асшай, — он подошел к ней ближе и подал руку, чтобы сопроводить её внутрь дома, — вот только при других обстоятельствах, — я видела немой вопрос на лице брюнета, но просто быстро прошептала ему «потом». Мне сейчас было не до объяснений. Раз сама Асшай соизволила почтить нас своим присутствием, видно, дело было действительно серьезней, чем я думала. Я не стала заходить внутрь, продолжая стоять на улице, ведь я и так все отлично слышала. До моего уха превосходно доносились нервные вздохи Чени, гневное постукивание пальцами Реннарда по столу и тяжелые шаги Асшай. Их голоса смешались, я не хотела разбирать их, ведь знала, что они потом сами обо всем мне скажут. И я не ошиблась. — Что мы имеем? — я изогнула бровь и ожидала от подходящих ко мне Асшай и Реннарда услышать, что же все-таки случилось. И где-то внутри отчетливо понимала и чувствовала, что просто и легко не будет. Совсем.  — Ну, он отравлен, — она устало смахнула с плеч свои пепельные волосы, — буквально, — она нервно выдохнула, а потом продолжила, — Индира искусна в заклинаниях подобного типа, на нем сильное волшебство, которое будет отравлять его, возможно, даже сам эфир внутри него, — она начала приближаться ко мне, — Люси, — она встала напротив меня, подзывая к себе Рена, — есть некоторая особенность, важная деталь, которую тебе предстоит осуществить во время, — она на секунду замялась и я увидела, словно что-то промелькнуло в её взгляде, но не смогла понять что, — убийства моей дочери, — я нервно сглотнула, вспоминая, что без этого не обойтись, и что вряд ли это хорошо закончится для моей психики, но выбора мне никто не давал. — Какая? — я скрестила руки, ожидая что-то, что явно мне не понравится. Я отвела взгляд в сторону, вглядываясь в тени деревьев, и готовясь услышать ту самую особенность. — Чтобы снять заклятие, мало будет просто убить её, — Роуг стоял позади, облокотившись спиной на деревянную стену дома, — тебе нужно будет вырвать её сердце, — я нервно сглотнула, и почувствовала что-то странное внутри себя. Все, вокруг, почему-то начало темнеть, а голова слегка закружилась. Я почувствовала крепкие руки, держащие меня за плечи. — И разорвать его над Стингом, только после этого все закончится, таков обычай, — меня начало пробивать мелкой дрожью, а в голове начали появляться картинки из памяти, что я так старалась спрятать как можно дальше. — Все закончится, — я говорила это не своим голосом, я понимала, что ничего не закончится. Дальше будет только хуже. Я вспомнила то чёртово озеро, и… Яру. Сердце которой я так бесцеремонно вырвала и раздавила. А сейчас я буду раздавливать остатки своего рассудка. Я внезапно почувствовала что-то подступающее в районе горла и едва успела сделать пару шагов за угол дома, как меня вырвало. Я не знаю, особо даже не разглядывала на то, что выходила из меня, но это было больно и мерзко. Словно таким образом мое тело, мой организм хотел очиститься от всего. — Это надо лечить, — она указала рукой куда-то на меня, а я, почувствовав себя стабильнее, распрямилась и вернулась к ним, взглянув Реннарду в лицо. В отражении его глаз я увидела свои. Темные, с мерцающей желтой радужкой. Как и всегда. — Я буду ждать тебя после выполнения задания, Люси, — она слегка кивнула и растворилась в магическом круге. — Ты как? — молчавший до этого Чени взволнованно на меня смотрел; я не знаю, что он почувствовал, но его тени потихоньку обвивали меня, вот только легче мне не становилось. — В норме, — я вытащила меч и присела на корточки, вглядываясь в свое отражение на блестящей стали. Чужие глаза смотрели на меня, а я не понимала, что делать. Вырвать сердце, разорвать его над Стингом. Чудно, все так и делаю. Вот только стоит ли он таких жертв? Стоит ли он того, чтобы я делала все это? Я устало протерла глаза, но их цвет все никак не менялся. Я нервно выдохнула и посмотрела на Реннарда, ища в нем хоть какой-то поддержки. Но ничего не нашла. Он все с тем же прищуром смотрел на меня, словно на машину для убийств, которая готова браться за любое дерьмо. — И какой план? — Я перемещу вас троих в гильдию, вы с Чени будете следить за Стингом, — он посмотрел на брюнета, а тот коротко кивнул, — тебе придется остаться там на неопределенное время, — я тяжело вздохнула. Неопределенное время, значит. Безысходность глушила меня неотвратимо сильно. Но делать же мне было все равно нечего, да? — Галахард навестит тебя, как только сможет. Я поднялась и пошла в дом, напоследок оглянув лес рядом с нами. Там было так тихо, так спокойно. Этого чертового спокойствия мне не хватало, словно воздуха. Как скоро я сойду с ума? Кому еще я сделаю больно?       Склонившись над Эвклифом, я понимала, что другого выбора нет. Мне придется помочь ему, хочу я того или нет. Может, это мой шанс начать что-то новое? Может, все обойдется, и я стану только сильней? Может, потом я убью Его? — Люси, — неожиданно все притворство и наигранность из голоса Аддерли куда-то пропали, и мне показалось, словно передо мной стоит он, такой, какой он есть. Усталый, разочарованный. Он аккуратно положил руку мне на макушку и слегка потрепал мои волосы, чем вызвал у меня слабую улыбку, — мы рядом, — он убрал руку, а под нами начал появляться тёмно-красный магический круг, — расскажи Уртир обо всем, — я коротко кивнула, а потом зажмурила глаза от яркого света, что сопровождал перенос.

***

      Мы оказались в каком-то просторном помещении, и пока я оглядывалась, я заметила, как Чени аккуратно укладывает на кровать своего друга. Большая, слишком светлая комната, посредине которой стояла двуспальная кровать. Здесь не было ничего лишнего: аккуратный письменный стол, два кресла, пару шкафов и тумбочек, большое зеркало, проход на кухню, и какая-то массивная темная дверь. Судя по тому, что туда пошел Роуг, а потом зашумела вода, я предположила, что это была ванная. Я села на одно из кресел, пододвинув его ближе к кровати. Кожа Эвклифа была настолько бледной, с синеватым оттенком, что на темной простыне казалось, словно он уже покойник. Забавно. Я чуть-чуть вылезла из кресла и оглядела себя в зеркале. Не сказать, что я выглядела лучше. Такая же мертвая, с темными кругами под глазами, я вряд ли могла похвастаться здоровым видом. Я почувствовала себя словно в какой-то ловушке. Все вокруг ничего не значило. Лучше бы я умерла в тот день.       Я устало выдохнула и подошла к окну, распахивая пыльные шторы. Тусклый лунный свет пробирался в комнату, а я нетерпеливо открыла окно, наполняя комнату свежим воздухом. Снаружи я увидела какой-то большой не то сад, не то еще что-то подобное, в темноте было особо не разобрать. Но где-то там стоял фонтан, журчание воды из которого отчетливо доносилось до моих ушей. Успокаивало. Хотя?        Я оперлась локтями на подоконник, всматриваясь в голубые узоры на своих руках, и вытащила сигарету, даже не спрашивая, можно ли здесь курить. Это было не важно. Звук зажигалки сопроводил нервный цокот языком от Роуга, который поспешил встать рядом со мной. Я сделала первую затяжку и выпустила дым в окно, подмечая, что в пачке осталось всего несколько сигарет. И почему я стала так много курить? Это все Уртир, будь она неладна. Но сейчас мне не хватало ее больше всего. — Как дела? — не знаю, зачем это спросила. Это было так глупо. Я нахожусь неизвестно где, с двумя людьми, о которых ничего толком не знаю, о чем мне еще разговаривать? Начинать вываливать историю своей жизни с самого рождения? Что мне им сказать? — Кто ты такая? — ну, диалог у нас, кажется, не выйдет. Я затянулась как можно сильнее, начиная постепенно чувствовать какое-то расслабление. Голова кружилась. И что мне ему сказать. Кто я такая? Я кинула печальный взгляд на бессознательного Эвклифа и не заметила, как немного пепла упало прямо на подоконник. Наверное, это стало последней каплей, после чего парень резко, до боли, схватил меня за запястье, чем вызвал у меня лишь удивленный взгляд. И, чего он хочет добиться? — Люси Хартфилия, — я нервно выдернула свою руку, после чего он отдалился, продолжая испепелять меня холодным взглядом. — Ты мог бы отблагодарить меня хотя бы за свое спасение, — я нервно тряхнула пепел за окно и снова затянулась, — или это уже не в моде? — я недовольно на него зыркнула, а после чего опять отвернулась к ночному небу, — нет, если ты хочешь, я могу уйти, — на какой-то миг я почувствовала его замешательство, — но тогда твой дружочек, — я постаралась сказать это максимально слащавым голосом, — двинет коней, — и, выкинув окурок за окно, развернулась лицом к Чени, — а виноват в этом будешь только ты. — Почему я не могу дотронуться до твоей тени? — он с грустью всматривался в тень на полу, а я искренне не понимала, почему так. Это было важно для него? Или это просто гениальный перевод темы, чтобы я успокоилась? — Я понятия не имею, — я отошла от окна и присела на край кровати, где лежал Эвклиф, — слушай, я понимаю, что ты сейчас на взводе, — я подняла на него глаза, — но поверь, что я вряд ли собираюсь причинить вам вред, — я устало закрыла глаза, понимая, что безумно хочу спать, — у меня есть некоторые обязательства, поэтому я просто обязана помочь ему, — я открыла глаза и кивнула на Стинга, — ты наивно ждешь, что я расскажу тебе все, начиная от рождения, до сегодняшнего дня? — я изогнула бровь, пытаясь понять мотивы Чени. — Люси, — неожиданно заговоривший Каин заставил меня слегка дернуться, — может быть, он просто боится тебя, что-то не так, — о мой бог, серьезно? Я пугаю людей, которых даже не знаю? Просто удивительно. — Ты что, боишься меня? — он стоял спиной ко мне, облокотившись на окно, но я чувствовала его тревогу, какое-то замешательство. Он грузно выдохнул и развернулся ко мне лицом. — Что было с твоими глазами? — а вот об этом я как-то не подумала, не каждый день, наверное, встречаются такие как я, — что у тебя за магия? — вопросы сыпались на меня один за другим, но я не торопилась что-либо делать, — откуда ты вообще там оказалась? Ты следила за нами? — а вот это уже серьезно, он начинал подходить ближе ко мне. Но я продолжала молчать и изумленно на него смотреть, не ожидая подобного напора. — За пару недель до игр я видел тебя, вместе с какой-то девушкой, Уртир, кажется, — от шока я замерла, а у меня на лице выступили маленькие капли ледяного пота, — вы обсуждали какой-то план, а потом кто-то разрушает Меркурий, — дерьмо. Какое же, блядь, дерьмо. Хотя. Моих следов не должно было там остаться. Я старалась держаться, не подавая виду, что знаю об этом вообще что-либо, — и мы узнаем, что много лет назад, в том самом Меркурии погибла Л. — Хватит, — я закричала, не давая ему договорить. Я чувствовала непомерную ярость. Я дышала быстро и прерывисто, а мое лицо покраснело. Он опешил от такой внезапной реакции и отошел, а я не знала, куда деться ни от этой неловкой паузы, ни вообще от всего того, что сейчас происходит, — в моей жизни бывало многое, — я встала и быстро пошла в ванную, оставляя Чени без ответа. А что еще мне надо было делать? Я впервые в такой ситуации. Это, вообще-то, давит. — Что-то с людьми у тебя, как я заметил, не особо вяжется, — Каин обреченно хихикнул, а я вместе с ним. Да уж, он был прав. Я облокотилась руками на раковину и взглянула на себя в зеркало. Выглядела я не очень свежо, если честно. А вся эта эмоциональная суматоха только усугубляла ситуацию. Ну, видел ты меня тогда, и что? Я же вас не убила. Даже не погналась. Нашел, что вспомнить. Ну, разрушил кто-то Меркурий, и что? Это вообще случайно вышло. Он сказал, что там много лет назад кто-то погиб? Какое отношение это вообще ко мне имеет? Как же меня это раздражает. Я слегка похлопала себя по щекам, стараясь выгнать их головы все эти мысли. Этот горе-сыщик ничего не добьется. Абсолютно. А вот желание помогать ему и его дружку, да и вообще находиться рядом, у меня заметно поубавилось. — Легко тебе говорить, сидя у меня в голове, — я вяло улыбнулась и начала скидывать с себя всю одежду, включая воду. Индира вряд ли пойдет себя сейчас, да и вообще, пусть этот теневой цепной пес посидит о поохраняет своего дружка, а не будет заваливать меня своими тупыми вопросами, мне ведь тоже нужно отдыхать. Время от времени. — Все отдал бы за то, чтобы обрести тело, — его грустный голос смешивался с шумом воды, но эта фраза отдалась болью где-то в области грудной клетки. Я понимаю его, но что могу сделать? Ничего. Абсолютно.       Вода набиралась стремительно быстро, поэтому я поспешила скорей залезть в ванну, стараясь расслабиться и попытаться очиститься от всего этого. Во что, боже, я ввязываюсь. У других людей жизнь происходит по-другому? Как они себя ведут? А что бы сделала Уртир на моем месте? От мыслей о ней у меня появилась слабая улыбка. Уже предвкушаю это негодование на ее лице после того, как расскажу ей все это. Но стоит ли? Чего я жду от нее? Помощи? Это нормально — взваливать свои проблемы на кого-то еще? А если она откажется? И почему вообще Рен попросил, чтобы я рассказала ей обо всем? Они знакомы? И вот, вместо расслабления я получаю гудящую от назойливых мыслей голову. Чудесно справляешься с нервным срывом, Хартфилия, ничего не скажешь. Неаккуратным движением руки я опрокинула в ванну какой-то бутылек, отчего вода начала пениться, а комната наполнилась сладковатым запахом. Ну, вроде ничего смертельного. Я устроилась поудобнее и откинула назад голову. Как же я устала от всего этого. Ненависть, ярость, кровь, унижения. Боль. И никакая вода этого не смоет. Сколько должно пройти времени, чтобы я освободилась от этого? Есть ли у меня вообще хоть какой-то шанс? — Отдохни, Люси, — заботливый голос Каина очистил мои мысли, а я почувствовала ту усталость, которую пыталась сдерживать всеми силами. По телу прокатилась волна расслабления, вода шумела, но я словно не слышала всего этого. — Отдохни, — он повторил это уже полушепотом, словно гипнотизируя меня, а я решила не сопротивляться, и медленно закрыла глаза…

***

      Это определенно был не сон. Я чувствовала холодную воду на своей коже, которая сразу же вызвала у меня мурашки и какое-то неприятное, сковывающее движения чувство. Мое сознание было затуманено, но это точно был не сон.       Он стоял напротив, закутанный в свою любимую, местами порванную черную мантию. Где-то вдалеке за ним я смогла разглядеть смутно знакомые дома. Вот только единственное, что меня смущало, это какая-то невыносимая усталость в его алых глазах. Меня не волновало, что он видит меня раздетой, я даже не пыталась прикрыться руками. И то ли я не хочу этого сама, то ли все дело в том, что я понимаю все как-то медленно, слово спустя какое-то время. Мы не произносим ни слова. Он стягивает с себя мантию, обнажая торс, а я слышу этот легкий звон колокольчиков, висящих на его руке. Мы смотрим друг другу в глаза, не отрываясь. Я не чувствую ненависти. Я не чувствую страха. Меня неотвратимо влечет к нему. Моя рука медленно поднимается из воды, движения скованны и даются с трудом. Я тяну свои кончики пальцев к нему, чтобы докоснуться до него, почувствовать его жар. А он все также молчит, сверля меня взглядом насквозь. Его лицо не выражало абсолютно ничего, лишь едва в нем мелькнула какая-то заинтересованность. А меня дурманило все происходящее, но я абсолютно точно осознавала, что я сейчас делаю. Я едва дотрагиваюсь до его груди, аккуратно проводя пальцами вниз, как чувствую, что он взял мою руку в свою и силой прижал ее к своему сердцу. Я чувствовала этот глухой стук, я растворилась в нем. — Акнология, — мой голос был сломлен, но я вожделенно подняла на него глаза, не осознавая того огня, тех чувств, которые были внутри меня. — Хартфилия, блять, выходи, — я поворачиваю голову на шум, резко приходя в сознание. Что? Я повернула голову обратно, где был он, но не увидела ничего, кроме белой стены ванной комнаты. Исчез. Словно его и не было. И все бы ничего, вот только я все еще чувствовала тепло на своей руке, словно чувствовала, как он продолжает ее сжимать. — Хартфилия! — настойчивый крик и стук в дверь ударил мне по вискам. Ну, конечно, кто это еще мог быть. — Сейчас! — мне было несложно узнать этот назойливый голос. Галахард. Ну да, Рен говорил, что он заявится. Но не так же быстро. Хотя? Сколько времени прошло? Я медленно вылезла из ледяной воды, наступая на липкий пол. Тело ломило от каждого движения. Определенно, я пролежала там несколько долгих часов. Моя кожа неприятно съежилась, а я поспешила закутаться в большое полотенце. Я кинула быстрый взгляд на зеркало — общий вид стал чуть лучше, права губы были синие. Темно-фиолетовые, я бы сказала. Выгляжу свежо и бодро, просто отлично.  — Я уж было подумал, что ты там откинулась, — я открыла замок и вышла из ванны, как в глаза мне ударил яркий дневной свет, пробивавшийся через окна. Я зажмурилась и слегка прикрыла лицо рукой, чтобы привыкнуть. Несколько секунд мне нужно было, чтобы понять, что происходит. — Не дождешься, — я улыбнулась и крепко обняла стоявшего передо мной Аддерли. Он поддержал объятие, а я отметила, что от него исходит довольно приятный запах, который словно мне о чем-то напомнил. В его объятиях было тепло, но это было другое тепло. Не такое, как у Него. — Давно ты тут? — я отстранилась и начала оглядывать его. Выглядел бодрее, чем его брат. — Только пришел, — он отошёл к окну, а проследовала за ним. Пока мы шли, я ненадолго замерла напротив Эвклифа. Он все еще не просыпался, но его и без того не очень внешний вид, вроде, еще хуже не стал. Что, в принципе, радовало меня, потому что иначе на меня бы свалились очередные проблемы. — Рассказывай, что было, — он облокотился на подоконник и открыл окно, впуская в комнату свежий воздух. — Ну, — я затянула полотенце чуть сильнее, видя, как молчавший и не подававший до этого признаков участия в нашем разговоре Чени начал смущенно на меня смотреть, — я была в тени все это время, они взяли задание, а потом вышли в лес, — я потянулась руками к зажигалке и пачке сигарет, что так и лежали на подоконнике, — Каин сказал, что чувствует что-то странное, а потом, — я достала сигарету и подожгла ее, делая первую затяжку и протягивая пачку Галахарду, — она появилась из ниоткуда, я даже не заметила её, — я выпустила дым и стряхнула пепел за окно, — Индира прошептала какое-то заклинание, но я ничего не смогла разобрать, а после, — я снова сделала глубокую затяжку и посмотрела на Стинга, — они оба повалились на землю, без сознания, я едва успела атаковать её, но она сразу же исчезла, — я посмотрела в напряженное лицо Аддерли, видя, что он заметно нервничает, — не думаю, что она хотела сразу убить его. — Конечно нет, — он усмехнулся, — для нее это было бы слишком просто, — он стряхнул пепел с кончика сигареты и посмотрел на Роуга, — ты помнишь что-нибудь об этом? — я задумчиво на него смотрела, не особо пока понимая, что мы будем делать дальше. — Нет, — он тяжело вздохнул и встал, начиная подходить к нам, — я даже не видел ее, ничего не почувствовал, — он со скорбью в глазах всматривался в бледное лицо своего друга. Я не знаю, что он чувствовал сейчас, да меня это и не особо волновало. Не стоит к нему привязываться. — Что с ним будет? Когда он очнется? — он умоляюще на нас смотрел, а я даже не знала, что ему ответить. — Ну, — комната постепенно наполнялась сигаретным дымом, — когда он очнется, я понятия не имею, — Галахард на пару секунд прикрыл глаза, а я словно абстрагировалась от всего этого. Мне не было дела до этих двух драконьих детишек. Я думала о Нем. Где он сейчас? Почему он так устал? На автомате, смотря куда-то сквозь все, я затянулась и даже не заметила, как дым уже обжигает мои губы и горло. Я не слышала, что они говорят, мне было не важно. — Люси, — неожиданно я почувствовала теплую руку, обнимающую меня за талию, и повернула голову на рядом стоящего Аддерли, который взволнованно меня оглядывал. — Ты вся дрожишь, — он прошептал мне это на ухо, притягивая к себе все ближе. — В порядке, — я выкинула окурок в окно и крепко обняла его, не понимая, что со мной происходит. Я не понимаю ни-че-го. Совсем. Снова. — Асшай сказала, что мне нужно будет сделать, — я отстранилась от него, но руку убирать не стала. Рядом с ним мне становилось спокойнее. — То есть ты уже знаешь, — он хмуро выдохнул и достал из кармана маленький черный кошелек, заботливо протягивая его мне, — на все необходимое, пока ты здесь, — я взяла его в руки и положила на подоконник, не решаясь даже в него заглядывать. Пока я здесь. Интересно, как долго же все это продлится. — А ты что будешь делать? — я крестила руки на груди и начала сверлить его взглядом. Не подумает же он сейчас бросить меня? Это было нечестно. — Я, — он на мгновение задумался, — у меня есть свои дела, — он отошел и направился к двери, а я смотрела ему вслед, — я буду рядом, ты найдешь меня, если понадоблюсь, — он поднял вверх руку с кольцом, давая мне намек, а потом вышел, небрежно хлопнув дверью. Да уж. Галахард во всем его величии. Хотя. Я ведь даже не знаю его. Ну, у него есть братец, они оба убийцы демонов. А дальше? Надо бы исправить это. — Роуг! — дверь неожиданно для нас с Чени распахнулась, а из коридора в комнату влетела какая-то очень шумная девушка, что мигом принялась обнимать темноволосого. Короткие пепельные волосы, карие глаза. Такие же, как были у меня когда-то. — Как ты здесь оказался? Почему ничего не сказал? — она донимала его расспросами, а меня как бы игнорировала. Хотя, мне было все равно. — Юкино, остынь, — он отодвинул ее от себя, и вот тогда-то девушка переключила взгляд на меня. Не скажу, что она была рада тому, что видела. Девушка резко смутилась, а потом нахмурилась, испепеляя меня взглядом. — У меня сейчас проблемы, — он перевел ее внимание на бессознательно лежащего Стинга, и тогда все недовольство с ее лица пропала. Она неожиданно начала реветь, а я лишь поражалась такой быстрой смене ее настроения. — Боже, Роуг, что с ним? — она кинулась к кровати, пытаясь привести его в чувство, на что я лишь усмехнулась и снова достала сигарету. Это все было так забавно. — Он сейчас под неким заклинанием, ты не сможешь ему помочь, отойди, — он оттащил девушку и усадил ее на кровать, пытаясь успокоить. Я снова усмехнулась, но не учла, что у меня во рту дым, а потом подавилась им, и начала кашлять, почувствовав неприятно-горький вкус смолы в горле. Дерьмо. — Это кто? — она словно отошла от шока, и указала пальцем на меня. Ее невинное личико наполнила какая-то злоба, хотя она даже не знала меня, как и я ее. — Люси Хартфилия, — я выдохнула дым и продолжила стоять у окна, но то, что произошло дальше, никто из нас не ожидал. Она мигом вскочила со стула и набросилась меня, резко схватив за плечи. Я чуть было не выронила сигарету, но тут мне на помощь опять подоспел Роуг, который попытался ее отцепить. И я понятия не имею, что ей так не понравилось в моем представлении. Она всегда себя так ведет? — Это и правда Вы? — она смотрела на меня с какой-то мольбой, не веря моим словам. — Дочь Лейлы? — это имя гулко отозвалось в моем сознании, но не вызвало ничего, кроме резкой головной боли. Я схватилась левой рукой за висок, нажимая на него, словно это бы вылечило мою непонятно откуда взявшуюся головную боль. Лейла? — Не уверена, что знаю тебя, — я отстранилась от нее и сделала последнюю затяжку, после чего выкинула окурок в открытое окно. Так, она знает меня, а что дальше? — Но да, это я. — Не может быть, — она словно выпала из этого мира, и плюхнулась на кресло, и я не знаю, сколько бы она так просидела, если бы на наши бесценные «посиделки» не заглянул очередной человек. — Роуг, — темноволосая, с виду властная девушка в синем облегающем платье, с разрезом на пол бедра, очень вальяжно продвигалась к нам. Ну, давайте, огонек знакомств. А что, блядь, сначала одна, потом вторая. Это личная комната или проходной двор? У него там, на двери наверное, весит табличка «проходите, не стесняйтесь, в любое время». А дальше? Вся гильдия будет по одному человеку перетекать сюда? — Миледи, — он с трепетом в глазах приблизился к ней и аккуратно, очень нежно поцеловал ее руку. А, теперь все понятненько. Хотя, в нем все же чувствовалась какая-то отчужденность и непонимание. — Совсем забыла сказать, что Минерва-сан вернулась, — Юкино словно вышла из оцепенения и начала смотреть куда-то сквозь меня. А я мысленно представляла любые варианты, когда я могла с ней познакомиться и сразу это забыть. Не помню ее в Фейри Тейл, да и в Аракиташии тоже. Хотя, я оттуда вообще никого, кроме Зерефа то и не видела почти. — Это еще что за девица? — она нахмурилась и скрестила руки на груди, а я только заметила её причудливую прическу. На затылке волосы у нее были собраны в два каких-то несуразных пучка. Мода? — Еще и голая, — о боже блять мой. То есть я оказываю помощь непонятно кому и непонятно особо зачем, а что получаю. Каждый, входящий в эту комнату, оказывается мной не доволен. Как много же чести от них всех. — Люси Хартфилия, — во второй раз представилась я и слабо махнула рукой, отодвигаясь с подоконника и проходя опять в ванную. Мне было совершенно на них плевать. Слишком много людей. Слишком. Много. Людей. Она что-то неприятно визжала, но я не хотела слышать ее. Громкий хлопок двери словно освободил меня от всего этого. Так, Хартфилия, план действий на сегодня. Одеться и сбежать отсюда. Отлично. Меня он полностью устраивает. — Лю, тебе просто не выжить в обществе, — назойливый смех Каина заставил меня нервно нахмуриться. Ну, да, легко говорить, будучи у меня в голове. Хотя, я не стану отрицать. После жизни затворника с одним единственным человеком, да даже не человеком, а драконом, попадать во всю эту суету. Это довольно сложно.       Я скинула с себя полотенце, бросая его на какой-то крючок. А теперь самое удивительно. Маленький одноразовый трюк, которым меня снабдила Уртир. Я сосредоточилась на ее образе и быстро провела ногтем указательного пальца в воздухе. Пространство комнаты было повреждено, а напротив того места, где была моя рука, появилась маленькая щель. Выглядело ужасающе, но удивительно. Я занырнула туда рукой и быстро выхватила свой черный рюкзак, после чего эта «дырка» сама собой закрылась. Это Хранилище Времени, или что-то подобное. Жаль, что пользоваться на постоянной основе я такими вещами не могу, но это очень удобно. Из рюкзака я вытащила комплект черного нижнего белья, черную юбку, золотистый топ с короткими рукавами и черные босоножки. Ну, надеюсь, хоть так я не умру от этой чертовой жары.       За дверью постоянно непонятным гулом сливались их голоса. Кто-то кричал, кто-то плакал, но людей там постепенно становилось все больше и больше. Как назло я все это слышала, но старалась думать громче, чем они говорят. Я переоделась довольно быстро, и попыталась расчесать свои уже отросшие волосы. Они были чуть ниже лопаток. Ну, неплохо. Слегка похлопав себя по щекам, я взяла рюкзак в руки и вышла из ванной. — Локи, я клянусь тебе, это точно она, — Юкино размахивала руками перед каким-то парнем в костюме, которого до этого я еще не видела. Опять знакомиться. Ага. Но вот запах у него был какой-то странный. Он вряд ли человек. — Люси, — этот парень развернулся, и встал напротив меня, прожигая меня взглядом. Рыжие волосы, маленькие очки. Я определенно где-то его видела. Где-то. Но мне никак не вспомнить где. Я не удивлялась тому, что он назвал меня по имени, это уже было просто бессмысленно. Ещё пару секунд он так и простоял молча, напротив меня, а потом внезапно растворился, не сказав ни слова.       Комната заполнилась людьми. Уже знакомые мне Юкино, Роуг и эта, с суперской прической, а рядом с ними еще двое: какой-то длинноволосый блондин в забавной красной шляпе и… А вот этого громилу я знала. Длинные зеленые волосы, мускулистое тело. Как же там его звали. Огр? Орга? И что же они делали? Пялились на меня, конечно же. — Кто ты вообще такая? — Минерва скрестила руки и видно ожидала, что я почувствую ее мнимое превосходство над всеми в этой комнате. — Это место только для членов Саблезубого Тигра! — и что, вы хотите сказать, что Чени ей ничего не рассказал? — Тебя стоит запомнить, — парень с шляпой неожиданно ее снял, а я так и не начала понимать, что происходит и чего они от меня ждут. — Как какая-то слабачка вроде тебя сможет ему помочь? — а вот это она зря. Упоминание моей силы всегда было фатальной ошибкой для тех, кто это спрашивал, но здравый смысл кричал мне, что не нужно реагировать на это. Какого вообще черта? Где хоть какая-то благодарность? Надо было дать им обоим сдохнуть в том лесу. Злость кипела, а я начинала понимать, что если я сейчас не успокоюсь, то будет очень и очень плохо. — Люси, тише, ты очень злишься, — спасибо, умник. Но слова Каина, да и вообще он сам, всегда действовали на меня успокаивающе. Поэтому я нашла в себе силы глубоко вздохнуть. — Люси-сан, госпожа Минерва задала вам вопрос, — Юкино решила, что самое время начать поддакивать. Какие же люди все-таки забавные. Интересно, как она умудрилась их под себя прогнуть? — Нахер тебя, — я выдохнула и указала пальцем на этого рассерженного покемона, у которой, казалось, от возмущения сейчас будет сползать с лица косметика, — и тебя тоже нахер, — я переместила палец на Юкино, а потом невозмутимо прошмыгнула к подоконнику, пока они все пытались отойти от шока. — Роуг, — я нервно на него посмотрела, быстро бросая портфель на плечи, — найдешь по запаху, — я забрала с подоконника сигареты и кошелек, — сейчас, — и я скользнула в тень, убегая от всего этого балагана. В след мне, почему-то, неслись какие-то ругательства, но мне уже было все равно. Я вылетела из гильдии и помчала дальше, минуя барьер и какие-то здания. Найдя более-менее безлюдное место, между домами, в паре кварталов от гильдии, я остановилась, выползая так, чтобы меня никто не заметил. И я, признаться честно, не особо была уверена в том, что он меня найдет. Вообще, как-то глуповато получилось, но дошло до меня это только сейчас.       Я не хочу оправдывать свои действия, но, а чего мир ждет от меня? Я не социальная бабочка, я не готова на каждом шагу рассказывать о себе, не готова им помогать ни за что, ни про что. А тут стоило ввязаться в что-то непонятное, как все с порога ждут, что я буду плясать под их дудку.       Жарковато. В Крокусе всегда было очень жарко. И меня это раздражало. Я облокотилась на стену здания и сползла, оказываясь на корточках. Не самое верное решение делать это в юбке, но вокруг, на мое удивление и счастье, было безлюдно. Я смахнула пот со лба и потянулась за сигаретой, и сняла с плеч рюкзак, бросая в него кошелек и доставая лакриму для связи. Положив её в левую руку, я подожгла сигарету и убрала пачку с зажигалкой обратно в рюкзак, начиная активировать канал связи. Долгие затяжки сопровождали длинные гудки, говорящие мне о том, что она сейчас не на связи. — Я как всегда в дерьме, свяжись со мной, как сможешь, — я оставила ей видеосообщение, а в конце скорчила забавную рожицу, чтобы она не волновалась. Хотя, я вообще-то не знаю, как правильно говорить людям плохие новости. Акнология всегда ставил в такие моменты меня перед фактом. Акнология… Почему я снова увидела его? Почему каждый раз, когда я вижу его так, мои чувства становятся диаметрально противоположными. То я его ненавижу, то я хочу его убить, то во мне вдруг резко просыпается благодарность за спасенную жизнь, а потом вот это. Это точно я? Или это снова заклинание для контроля мышление, одно из таких, которое с меня снял Зереф? Это казалось мне логичным, потому что только это объясняло мою резкую смену настроения при виде него. Но если это и правда так, то он отвратителен.       Я стряхнула пепел, вглядываясь в куски неба, которые было видно между домами. Сейчас, наверное, около полудня. Я закинула лакриму в рюкзак и устало прижала руки к лицу. В животе вдруг загудело. Хочу есть. — Не думала, что ты вообще меня найдешь, если честно, — я почувствовала знакомую магическую силу и увидела, как Чени выходит из тени напротив меня. Ну, в принципе, не так долго. Я даже не успела заскучать. — Они все в ярости, — он усмехнулся и встал рядом со мной. — Ты еще не знаешь, в какой ярости я, — я поднялась и распрямилась, отряхивая юбку от попавшего на нее пепла, — ты меня уж извини, — я сделала последнюю затяжку, которая неприятно обожгла мне губы, — но у меня с людьми не особо ладится, — то ли от того, что он был так спокоен, то ли потому, что я чувствовала с ним некое родство из-за тени, но он уже не казался мне таким отвратительным, как остальные. — Я была бы не против, если бы ты увел меня куда-нибудь, хочу успокоиться, — я подняла рюкзак с земли и хотела было накинуть его на плечи, но холодной рукой Роуг дотронулся до меня, от чего я даже вздрогнула, а потом забрал рюкзак, набрасывая его себе на плечи. Это было довольно мило и неожиданно. В этот момент из моего живота донесся душераздирающий рык, напоминая о том, что пора бы все-таки что-то перекусить, а я в эту секунду по цвету кожи могла сравниться с самым красным предметом, что только есть на Ишгаре. — И поесть, я полагаю, — он усмехнулся и слабо улыбнулся, и вышел из арки, уводя меня за собой. От смущения я какое-то время помедлила, а потом пошла за ним, подставляя свою кожу обжигающим солнечным лучам.

***

— Мастер, как все прошло? — Миражанна была необычайно взволнована, стоя посреди кипящей стройки. Гильдия получила призовые после Магических Игр, и сейчас предстояла огромная работа — отстроить новое здание, которое ознаменовало бы начало новой жизни Фейри Тейл. — Что он сказал? — вокруг них постепенно собирались остальные ребята из гильдии, прекращая шуметь. — Он был, — Макаров вяло прикрыл глаза, перебирая пальцами поседевшие волосы, — очень зол, — он открыл глаза и оглядел своих ребятишек, — он не принимал мои слова о том, что расследование зашло в тупик, ведь мы так ничего и не смогли доказать, — он развернулся и оглядел масштаб стройки: кругом были свежие деревянные балки, банки с краской и лаком, а в воздухе словно чувствовался энтузиазм от всего происходящего, — еще и Генма куда-то испарился.       Мира задумчиво уставилась на бегающих туда-сюда согильдийцев, ощущая, что чего-то не хватает. Возможно, это была какая-то шаткая неуверенность в победе на играх или просто сама ситуация затишья, будто бы что-то должно скоро произойти, а что — неизвестно. И вот даже сейчас, когда Нацу и Грей истошно дрались где-то вдалеке, разрушая немного гильдию, которую еще даже не успели целиком отстроить, ей не было весело. Как и не радовал тот факт, что Эрза наконец-таки врезала им. — Мы все в гильдии товарищи! Грей! Нацу! — крикнула она, снова заладив что-то про дружбу. — Да! — хором воскликнули парни, вытянувшись во всех рост и выпрямив спину от страха. Они с тревогой в глазах ждали, что сейчас произойдет, обливаясь потом, но Эльза только улыбнулась и прижала к своей стальной груди двух друзей. Бедные ребята издали истошный писк и стукнулись о грубую металлическую броню Скарлет. — Я рада, что вы отлично ладите, — но, к сожалению, два парня начали уже синеть от недостатка воздуха. — Даже если гильдия разрушится до основания, все останется так, как обычно, Мастер, — на сердце Мира чувствовала тепло, смотря на то, что повторяется по тысячу раз на дню. Казалось, надоедает, но это и есть символ их «семейных» уз. — Было бы прекрасно, будь это вечно, однако что-то в скором времени должно произойти, — напряженно высказался Макаров, затуманенным взглядом оглядывая обстановку в гильдии. Миражанна посмотрела на его профиль и невольно ощутила эти же чувства далекой тревоги за будущее. — Я думаю, что Меркурий был разрушен не просто так, это означает начало чего-то…опасного. Мое чутье никогда не подводило меня, — вздохнул старик и сложил руки на груди, напряженно закрывая глаза. — Король еще выносит мозг и хочет моих ребятишек привлечь к процессу восстановления их бесценного замка. И я отказал. Теперь и по этому поводу у меня болит голова, — недовольно высказался он. — Что ж, нам остается только…       Не успел он договорить, как в голову Миры прилетела сначала ложка, потом бутылка, но она по обыкновению продолжала улыбаться, пока в голову не прилетал кусок торта Эрзы. Клубничка, что так сочно красовалась теперь на ее волосах, медленно упала на пол, под звенящую тишину. Все следили за реакцией Скарлет, но надо было ещё обернуться назад. Потому что Мира уже приняла облик души Сатаны. Вместе с ней и Титания перевоплотилась в свои боевые доспехи. — Подходите по одному! — воскликнули они хором и напали разом на толпу скованных страхом парней. — …остается только ждать, — проговорил мастер с лицом мол «ничего необычного, я привык, что меня никто не слушает».       Под весь этот балаган Нацу, Грей и Гажил успели выбежать из гильдии, убегая от двух бестий, что недавно говорили о том, чтобы оберегать гильдию от разрушений, однако сами же и противоречили себе. А вот Эрза решила последовать за ними. — Пакеда, ребята! — с широкой улыбкой на лице произнес Нацу, которого подхватил Хеппи. Они уже даже успели отлететь на привычное для себя расстояние, но недооценили мощь Эрзы, которая тут же перевоплотилась в доспехи небесная ось, что давали возможность ей летать на короткие расстояния. Так Грей и Гажил, которые стояли и наблюдали за этим, не могли пошевелиться, смотря на то, как Драгнила жестоко избивают в воздухе. — Слушай, отмороженный, — Гажил отвел глаза от незабываемого зрелища, — нужно поговорить, пошли отсюда, пока она нас не нашла, — Фуллбастер кивнул и они оба проследовали куда-то в глубь Магнолии, удаляясь от всей этой суеты. — Чего хотел, Гаж, — Грей шел, не понимая, какой разговор сейчас будет. На улице было жарко, и он по обыкновению не заметил, куда с него делась верхняя часть одежды, а поэтому, наплевав на все, спокойно шёл в одних шортах. — Слушай, это может показаться странным, но, что ты помнишь о Люси? — Гажил шел, как ни в чем не бывало, но вот Фуллбастера этот вопрос поставил в тупик. Ему было больно думать о ней, больно о ней вспоминать. — Зачем это тебе? — Редфокс для Грея не был тем человеком, с которым он мог свободно разговаривать о чем угодно. Отнюдь. Между ними все еще была тонкая, но стена. — Это, — Железный сделал паузу, ненадолго замерев на месте, — это действительно важно для меня, — Грей остановился рядом с ним, — я не могу тебе пока рассказать, — интерес к Люси у него пробудился с момента первого ее появления. Что на Тенрю, что потом, в гильдии, у фонтана, и наконец после разрушенного Меркурия. Все не могло быть так просто. Не могло это произойти случайно. — В это будет сложно поверить, — Фуллбастер выдохнул, подумав о том, что ему нет смысла скрывать подобное от его товарища, тем более, он единственный, не считая Эрзы, кто будет знать об этом, — после Тенрю я видел ее там, где ее быть просто не должно, — Грей нахмурился, это была не самая приятная для него тема, — я видел, как она вступала в Фейри Тейл, я помню, как она была в Райской Твердыне, я помню, как она была с нами на острове, и все было по-другому, но разве это может быть реальностью? — его голос сорвался, а Гажил явно не ожидал это услышать, он молчал, не зная, что ответить. — А потом все становилось хуже и хуже, я постоянно видел её, видел, как она мучается, как она плачет, а потом я узнаю, что она дернула надо мной каким-то мечом и я пришел в себя, — он устало протер глаза, — и после всего, что ты услышал, скажи мне, сошел ли я с ума. — Не уверен, — он нервно усмехнулся, постепенно переваривая полученную информацию, которая только лишь путала, не давая никаких реальных фактов или представлений о самой личности Хартфилии. Редфоксу хотелось разгадать её, он словно чувствовал, что это далеко не последняя их встреча, и вряд ли она закончится чем-то приятным. — Ладно, я думаю, что Скарлет успокоилась, пошли обратно, — они вяло проследовали в гильдию, размышляя каждый о своем. Люси Хартфилия. Появилась из ниоткуда, заставляя каждого нервно напрячься при одном лишь её упоминании.

***

— Мы пришли, — Роуг руками отодвинул заросли травы, представляя моему взору этот опьяняющий пейзаж. Еще за несколько километров я услышала шум воды, но даже не надеялась, что он приведет меня именно сюда. Словно в каком-то оцепенении, я быстро скинула с себя одежду, оставаясь лишь в белье, и стремительно двигалась вперед. Море.       Аккуратные волны наваливались друг на друга, а я утопала в этом блеске. Я стояла у самого края, едва касаясь воды. Я чувствовала такое спокойствие, которое, пожалуй, не ощущала никогда. Было так тихо. Я слышала абсолютно все в этой тишине. Воду, редкие крики каких-то птиц, отдаленные суетой голоса каких-то людей. И биение его сердца. Не спеша, растягивая этот момент, я заходила в воду, не понимая, что меня так манит. Мне хотелось разбежаться, оказаться на глубине, с брызгами и криком, но я шла медленно, едва двигая ногами. На коже выступили мурашки от неожиданного соприкосновения с прохладной водой, но я не останавливалась. Это была приятная прохлада, которая, казалось бы, наполняла меня какой-то неведомой силой, словно снимая мою бесконечную усталость. Когда я оказалась на достаточном удалении от Чени, а воды было где-то по грудь, я набрала в легкие как можно больше воздуха и с силой опустилась на самое дно, обхватывая свои колени. И стоило мне погрузиться в воду, как сразу же захотелось остаться там навсегда. Вокруг лишь бесконечные просторы и ни единой человеческой души, которая будет мне досаждать, или которой я могу навредить. Я нелепо усмехнулась сама себе, и со смехом из меня несуразным пузырями выходил и воздух из лёгких. С каждым днём я все больше становлюсь похожа на затворника типа Зерефа или Акнологии. А что дальше? Начну убивать себе подобных или прятаться, порождая демонов? То ли от безумия, то ли от того, что это все казалось мне действительно смешным, я резко всплыла обратно, ввергая парня в ступор своим непонятным смехом. Прекратив смеяться, я слегка махнула рукой Черному, предлагая ему присоединиться. Я не знаю, зачем он был нужен мне сейчас, но мне было не комфортно от того, что он просто стоит на берегу и наблюдает за мной. Наверное, он тоже устал.       Я едва увидела эту мимолётную искру в его алых глазах, а затем лёгкая улыбка, и он, словно большой ребенок, разбегается в воду и быстро плывет ко мне, обрызгивая все подряд.       Было в этом драконе что-то особенное, что-то очень тонкое и едва уловимое, что я не замечала, пока рядом был кто-то ещё. И это что-то неотвратимо меня тянуло. И стоит заметить, что нравился он мне намного больше, чем его белобрысый дружок. На его бледной коже я видела редкие шрамы. Они украшали его. — Не знал, что ты умеешь смеяться, — он завязал мокрые волосы в хвост и с улыбкой слегка плеснул в меня водой, на что я снова рассмеялась. — Не знала, что ты вообще разговариваешь, — он смутился и я поняла, что, наверное, перегнула, и поэтому решила быстро сменить тему, — здесь красиво, — я снова набрала в легкие как можно больше воздуха и занырнула вглубь, оставляя его одного.       Я расслабилась на столько, что перестала замечать все, что происходит вокруг. Я чувствовала не только приятную воду, но и что-то ещё, медленно выходящее сквозь мою кожу. Я чувствовала эфир внутри каждой клеточкой тела. Я была настолько поглощена собой и своим умиротворением, что не сразу пришла в себя. — Люси, что с тобой? — я открыла глаза и увидела его взволнованное лицо. Он схватил меня за плечи и слегка потряхивал, видно, чтобы я пришла в себя. Почему он так разнервничался? За кого он в этот момент переживал больше: за меня или за Эвклифа, который, вероятно, умрет без меня? — Что случилось? — я оглядывалась, словно в полудрёме, и заметила, что вода вокруг нас неестественно голубая, а в воздухе витают какие-то золотистые частицы. Плохо. Я резко опустила голову и увидела в отражении воды себя. Все те же желто-черные глаза, и теперь поголубевшие волосы. — Люси, ты, — я подняла голову и перевела взгляд на него, пытаясь не жмуриться от ярких лучей, — ты очень красивая, — эти слова повергли меня в шок. Я, каждодневно убеждающая в своем несовершенстве, в своем магическом уродстве, слышу это от человека, которого знаю всего пару часов. Это приятно у людей? — Моя магия — словно яд, — я неспешно вырвалась из его рук и отошла чуть дальше, ложась на спину, чтобы вода держала меня, — медленно убивает меня, стоит ей не высвобождаться какое-то время, — я закрыла глаза, продолжая чувствовать его тепло, — но и без нее мне не жить, — в эту же секунду в моей голове всплыл его образ. Он такой жестокий, злой, но в то же время загадочный и манящий. От этих мыслей внутри меня словно что-то перемкнуло, и я потеряла былое спокойствие. Я поднялась на ноги и заметила, как сильно он пожирает меня взглядом. А в чем суть? — Пошли обратно, — в отражении воды я увидела, что мои глаза снова стали «нормальными», но вот волосы, свисавшие чуть ниже плеч, стали бледно-голубыми. Это было дерьмово, но не настолько дерьмово, чтобы думать об этом сейчас. — Не то твоя подружка будет нервничать, а мне бы не хотелось ее убивать. Пока. — Она мне не подружка, — он начал неумело оправдываться, но все же пошел за мной. — Что? Убивать её? — до него слегка с опозданием дошел смысл сказанных мною слов, но, видно, он нехило испугался, потому что начал идти намного быстрее, а на его лице, сквозь каменное безразличие, можно было заметить толику смятения и растерянности. — Шу-чу, — я процедила слово, пытаясь перевести тему. Мы остановились почти у самого берега, но мне отчаянно не хотелось уходить отсюда, возвращаться в гильдию, поэтому я легла, касаясь спиной неприятных песчинок, а легкие волны время от времени накрывали мое тело, — Знаешь, из всех остальных, — я заметила, что он ложится рядом, — ты кажешься мне наименее мерзким, — я не была сильна в комплиментах, но, пожалуй, это лучшее что я могла сказать. Зато честно. — Звучит довольно мило, — он нервно усмехнулся, а я почувствовала, что его пальцы совсем рядом с моими. Я слегка дотронулась до него рукой, словно проверяя, настоящий ли он, не сплю ли я. — Твои волосы часто меняют цвет? — Отнюдь, — я хмыкнула и задумалась о том, что мне с ними делать. Может, наконец, принять то, чем я стала? — Тебя это смущает? — я повернула голову, чтобы видеть его выражение лица, но я не чувствовала от него никакого отвращения или презрения. — Ты выглядишь с ними как-то более изящно, что ли — он улыбнулся, а я смущенно отвернулась, — они похожи на это небо, — я устремила свой взгляд вверх, и отметила, что это чертово небо было необычайно красивым. Такое бескрайнее, такое нежное. — Скажи, — я сделала паузу, будучи не до конца уверенной в том, нужно ли это вообще говорить, — я выгляжу… уродливой? — я не видела его лица, но чувствовала некое негодование после этих слов. — Почему ты спрашиваешь это? — он поднялся на локтях, и своей тенью закрыл меня, так что не пришлось жмуриться от назойливого солнца. — Ну, не пойми меня неправильно, но у меня есть множество предрассудков, касаемо моего внешнего вида, — я поднялась руки вверх, и аккуратно дотронулась пальцами правой руки до полосок на левой, проводя по ним. — Они очень запоминающиеся, — я смутилась, ожидая худшей из предполагаемых реакций, — но они нравятся мне, у них очень интересный рисунок, — очередной приступ смущения накрыл меня с головой, заставляя покраснеть, — словно две соединяющиеся птицы. И ты странная, если действительно стыдишься этого. — Я странная и без этого, — я засмеялась, почувствовав некое облегчение. Возможно, с людьми не все так плохо, как я думаю. По крайней мере, с некоторыми. — Твои рога удивили меня больше, — Роуг усмехнулся, а я встала и села, сложив ноги в позу лотоса, и подумала, что почему бы ему не «познакомиться», если это можно было бы так назвать, с ним. — Ну, что, Каин, выходи, — я с улыбкой вытащила меч из груди и воткнула его в песок, подставляя его сияющий дол солнечным лучам. От ярких бликов я зажмурилась, а Чени издал восхищенный вздох. — Каин? — он вопросительно на меня посмотрел, — ты дала мечу имя? — несмотря на какую-то неловкость после этих слов, он все же потянулся рукой к нему, вынимая из песка и разглядывая символы на нем, а он, словно в ответ ему, начал источать легкое, едва уловимое красное свечение. — Это не просто меч, — я хмыкнула и начала вставать, — зачарованный меч или видящий зло, как его назвали, — я подала парню руку, помогая ему подняться, — а еще мой, пожалуй, самый близкий друг, Каин, — он передал мне его обратно, а я, почувствовав родную тяжесть меча в руках, спрятала его обратно. — Зачарованные мечи довольно редкие, могу поклясться, что знаю лишь двух счастливых обладателей, включая тебя, — не думаю, что для меня это был повод для гордости, но мне приятно это осознавать, — откуда он у тебя? — Ну, — я вышла из воды и достала из рюкзака полотенце, начиная удалять с тела лишнюю воду и песок, — не думаю, что это история для первого дня знакомства, — с улыбкой я бросила на него полотенце, которое он не поймал, а потому оно прилетело ему прямо в лицо, — ой. — Держись, Хартфилия, — я почувствовала его напряжение, а потому немного занервничала, но потом увидела его сияющее лицо, и полотенцем прилетело уже мне по ногам. И я не знаю, сколько мы так дурачились, перекидывая друг в друга полотенце, но я чувствовала себя совершенно свободной. Не обремененной этой дурацкой жизнью. — Так, все, — запыхавшись от этих догонялок, я остановилась, начиная натягивать на уже высохшее белье юбку и топ, а краем глаза заметила, что он тоже чуть утомился и начал одеваться, подбирая рюкзак с земли. — Подожди, — движением руки я остановила его и выудила из рюкзака зажигалку с пачкой сигарет, — последняя, — я напряженно вздохнула, доставая сигарету и комкая пустую пачку, пачку, чтобы закинуть ее снова в рюкзак. Я подожгла сигарету и отдала ему зажигалку, чтобы он убрал ее в карман, а затем взяла босоножки с песка, продвигаясь к траве, чтобы очистить ноги. — Почему ты так много куришь? — он заинтересованно на меня смотрел, а я про себя отметила, как сияют его алые глаза. Акнология никогда на меня так не смотрел, в его глазах была лишь жестокость, а здесь… Что-то иное. — Я довольно много нервничаю, — я сильно затянулась, а потом аккуратным щелчком стряхнула пепел, — а это, вроде как, помогает, — мы стояли в паре миллиметров друг от друга, а я словно чувствовала его так, как будто он меня касается. Наверное, мне просто напекло голову, потому что я действительно стала себя странно чувствовать. Голова немного кружилась, а я не понимала, почему так происходит. — Где тут можно купить сигареты? — я вопросительно на него посмотрела, а он задумался, поправляя хвостик на голове. Я присмотрелась к маленькому шраму у него на переносице. Несмотря на то, что он находился на лице, он только украшал его. Придавал что-то его образу. — Думаю, что знаю одно место, — на его лице вдруг появилась хитрая ухмылка, — догоняй, — он со смехом скользнул в тень, а я на мгновение опешила от происходящего. — Ах так, — я выбросила окурок и занырнула в тень, пытаясь сосредоточиться и найти его. Поиграем в догонялки, Роуг Чени?

***

      Первое, что распознал Стинг, когда открыл свои глаза, так это шум. Иногда нереальный слух убийц драконов все же был некстати. Он вздохнул и попытался встать, однако все тело отозвалось болью, а голова раскалывалась. Однако его это лишь только раззадорило. Боль? Стинг никогда не замечал ее и вставал с улыбкой. Парень непроизвольно посмотрел на настенные часы. Половина шестого вечера. А сколько он вообще спал?       Ему нужно было срочно узнать это, поэтому парень поспешил к согильдийцам, быстро натягивая на себя лежащую у кровати одежду. Он, чуть шатаясь, спустился по лестнице на первый этаж гильдии. И то, что он там увидел, повергло его в шок. Они…праздновали эту чертову «победу»! Да еще и действительно радовались. Жалкое зрелище. Его это настолько поразило, что не мог вымолвить и слова. К нему тут же подлетела радостная Юкино и начала щебетать своим раздражительным голосом, ему хотелось даже закрыть уши. — Стинг-сан! Вы проснулись! Мы так волновались за вас. Как самочувствие? — Юкино была искренне рада поправке Стинга, и он видел это в ней, лишь хмыкнул и снова ухмыльнулся. Раздражает. Но уголки губ резко опустились, стоило лишь подумать о том, что Роуга нет. Где шлялся его друг? — Где Роуг? — не стал Эвклиф мучиться в неведении и сразу же задал интересующий вопрос. — Он ушел…с Люси Хартфилией, — в конце она произнесла ее имя с долей презрения.       Стинг почему-то почувствовал новую волну головокружения и выставил руку вперед, прекращая разговор с ней. Он медленно побрел до барной стойки и облокотился о стол, зажмурив глаза. Что за черт происходит? Почему ему так плохо? И тут парень понял, что так и не спросил, сколько он провалялся в кровати. Вся эта веселая атмосфера раздражала его. Почему они празднуют эту позорную победу, которую вынуждены разделить с этими феечками? На его лице читалось презрение и в некотором смысле отрешение, отторжение от всего происходящего. — Не слишком ли видеть сны почти два дня? — вальяжно подошла Минерва и облокотилась локтями о барную стойку, собираясь заказать что-нибудь. Он был рад видеть ее, потому что она не выглядела как все эти идиоты, радующиеся сомнительному превосходству. Так. Стоп. Каких два дня? — Не думал, что могу отключиться на столько, — шокировано произнес он. — Миледи, почему мастер разрешил праздновать…это? — последнее слово он презрительно выплюнул, как будто бы вообще боялся даже произнести эти слова. — Мастер? Стинг, ты так долго спал, что даже не знаешь, — она играючи ухмыльнулась и потянулась пальцами за алкогольным напитком, скрестив ноги. Эвклиф невольно опустил взгляд, посмотрев на белоснежную кожу ее бедра. — Мастер исчез. Что насчет игр…согласна с тобой. Эти идиоты дальше своего носа не видят. — То есть…как? — мгновенно эта фраза отрезвила его сознание, больше он не смотрел на ее ноги. — Просто исчез и все. Неизвестно куда, — Минерва не выглядела расстроенной, она была обычной, в своей презрительной манере улыбаться, она не скрывала превосходства. Девушка отпила немного коктейля и сменила ноги, посмотрев на Стинга игривым взглядом. — Интересно, кто станет следующим мастером? — Миледи, более подходящего кандидата на это место, кроме вас, в нашей гильдии нет, — ухмыльнулся Стинг. — К тому же, мастер может вернуться в любое время. Вспомните, он часто исчезал и ничего не говорил. — Но теперь все по-другому, — загадочно прошептала она, подперев ладонью подбородок. Ее фигура казалось какой-то скучающей на фоне всего этого странного веселья. — Я чувствую, что он мертв, — зловеще добавила Минерва с ухмылкой, а потом повернулась к нему и посмотрела прямо в глаза, — а я буду голосовать за тебя, - она лишь пальчиками прошлась по его ладони и играючи улыбнулась, сверкнув глазами. — Я польщен, — ему передалось это игривое настроение, и на какой-то момент боль отступила, а он продолжил наблюдать за празднующими идиотами. Он заметил, что Юкино как-то напряжена и постоянно оглядывается на часы, а в какой-то момент она просто прошмыгнула к выходу, явно стараясь, чтобы ее никто не заметил, но резкость и неаккуратность ее движений привлекла Стинга, поэтому он с хитрым прищуром следил за ней. Но неожиданно в голове всплыл другой вопрос. Что же произошло? Он отчетливо помнил, как они с Роугом шли на задание, а потом он просто отключился, очнувшись через два дня. Подобного еще не было никогда. Решив не мучить себя излишними вопросами, ведь когда придет Чени, он ему обо всем расскажет, парень повернулся к барменше и попросил налить ему виски. Уж алкоголь, как казалось Эвклифу, способен снять любую головную боль.

***

— А ты довольно шустрый, — я поправила волосы, выходя из тени. Мы стояли в нескольких метрах от барьера, охраняющего гильдию. Я слышала звуки какой-то музыки. Они что-то празднуют? — Ну, знаешь, ты тоже меня удивила, — Чени улыбнулся и продвинулся к барьеру, а я аккуратно проследовала за ним, он спокойно прошел сквозь него, а я немного опешила, помня, что в последний раз, когда я оказывалась около него, пройти у меня не получилось. — Давай, — он обернулся и вытянул руку, я коснулась его ладони и почувствовала приятное тепло, — через барьер можно пройти, если член гильдии позволяет тебе это, — я прошла за ним, и мы оказались около дверей гильдии. — Повторим еще? — я улыбнулась, стараясь расслабиться. Мне не очень хотелось заходить туда, тем более вливаться в какой-то праздник, но под легкий кивок Роуга, мы зашли внутрь. — Роуг! — какой-то парень неожиданно налетел на него, и я поняла, что это был очнувшийся Эвклиф, от которого разило алкоголем. Ну, я смотрю, в каком бы состоянии он ни был, он старается себе не изменять. Похвально. — Стинг, ты очнулся! — не веря своим глазам, парень крепко обнял своего друга, а я отметила, что, несмотря на пережитое, белобрысый чувствовал себя довольно бодро. Они продвинулись к барной стойке, а я пошла за ними, не понимая, куда еще мне деться. Меня радовало лишь то, что кругом царила какая-то праздничная атмосфера и все были заняты собой, алкоголем и музыкой, поэтому на меня никто не обращал внимание. — А это кто с тобой? — голос Эвклифа вырвал меня из оцепенения, а я вспомнила, что он даже не видел меня. — Наконец завел себе подружку? — парень икнул и начал яростно подмигивать Роугу, который почему-то смутился. Но меня как-то напрягало то, что стоило нам зайти внутрь, я словно опять почувствовала какую-то стену между всеми, кто здесь находится. Даже между мной и Чени, хотя мне казалось, что эта прогулка как-то сбавила напряжение. — Твоя спасительница, — брюнет указал на меня пальцем и я слегка кивнула и махнула рукой, — Люси Хартфилия, — парень как-то резко сменился в лице, а я почувствовала новый прилив головной боли. Виски запульсировали, а я устало облокотилась на барную стойку. — Пошли, мне нужно многое тебе рассказать, — словно не замечая, что я вообще здесь, парни куда-то отошли, а я не могла ни о чем думать, ведь любую мысль уничтожала сильная головная боль. Что со мной происходит? Но больше всего меня как-то задело, рассердило то, что Чени просто ушел, оставив меня здесь. А меня они не хотели бы включить в свой разговор? И я снова начала размышлять о неблагодарности этих драконьих детишек. Кругом туда-сюда носились какие-то люди, а у меня невыносимо звенело в ушах. Из-за всей этой боли я даже не заметила, как все веселье стихло, а в гильдии начался напряженный шепот. — Люси! — я едва смогла поднять голову на крик Чени, как вдруг мне на шею легло что-то очень тяжелое, а я начала чувствовать себя еще дерьмовее, чем было раньше. Сквозь какую-то пелену я видела взволнованное лицо Роуга и такое же лицо рядом стоящего Эвклифа, а потом, словно вся боль куда-то ушла, а до моего уха доносились грозные слова незнакомого для меня человека. — Люси Хартфилия, вы арестованы по подозрению в разрушении королевского Дворца Меркурия и убийства сто тридцати четырех человек.

***

      Стояла невыносимая жара, которая заставляла чувствовать напряжение и огромное раздражение Лаксуса. Он невольно захотел снять свою шубу, но потом подумал, что какой-то жаре не сломить его внутренний стержень. В этой шубе Дреяр и в огонь, и в воду. Она была дороже ему всех остальных предметов гардероба. Парень лениво перевернулся и лег на спину. В гильдии снова было шумно, что тоже заставляло его раздражаться. Плюс еще эта унизительная победа на играх. Нет ничего ужаснее, чем получить первое место, разделив его с какой-то жалкой гильдией отбросов. Однако его согильдийцы не особо разделяли его мнение о том, что их соперники — мусор, а предпочитали тихо и мирно щебетать о дружбе и победе. Лаксуса эта раздражало, но ничего нельзя было поделать, это его гильдия.       Вдруг наступила тишина, которая заставила Дреяра наконец расслабиться, а потом снова напрячься. С чего это в гильдии будет такая идеальная атмосфера? Точно не в Фейри тейл! Парень лениво поднялся со своего дивана, который находился на втором этаже, и облокотился о перила, чтобы взглянуть, что происходит внизу. Его согильдийцы просто застыли и смотрели на раскрытые двери, в которых стояли неизвестные в плащах. Эта магия…он сразу узнал, кто приехал к ним в гости.       Неизвестные медленно сняли капюшоны и раскрыли свои лица всем ребятам, хотя все уже знали, кто пожаловал. Лаксус усмехнулся и подпер свой подбородок ладонью, наблюдая за этим зрелищем не без интереса. — Жерар! — прошептала Эльза, и губы растянулись в нежной полуулыбке. Она была рада его видеть, однако сердце подсказывало, что сейчас она услышит не самые приятные новости. Это обуславливалось тем, что Фернандес появлялся лишь в самые критические моменты, когда должно что-то произойти. — Меледи! Я так рада тебя увидеть! — радостно воскликнула Джувия, заметив наконец девушку, которая стояла рядом с Жераром. При этом в гильдии стояла полнейшая тишина, что никак не соответствовало привычной реакции хвостатых. — Как здорово, что мы снова встретились с тобой, — улыбнулась Мелди и взяла ту за руки. — Я бы хотел поговорить с мастером Макаровым, — проигнорировал все взгляды Жерар и стал искать именно того, с кем бы хотел все обсудить. Его взгляд был наполнен решимостью, а фигура будто бы источала напряжение.       Громовержец обернулся на шаги позади себя. Из своего кабинета вышел дедуля, медленно спускаясь по лестницы гильдии. Разговор будет серьезный, хоть что-то интересное за этот жаркий противный день, тогда подумал Лаксус и приготовился слушать. — Могу ли я рассчитывать на хорошие новости? — спросил Макаров и остановился прямо около лестницы. Но в этом вопросе не было ни капли надежды, все уже поняли, что Жерар пришел не шутки рассказывать. — Уртир пропала… — проговорила Мелда с грустью в глазах, на что Фернандес глубоко вздохнул, прикрывая глаза. Ему не нравилось, когда кто-то не давал сказать ему самолично все, как было. — К тому же…до нас дошли слухи, что Люси Хартфилию забрали в совет по подозрению в разрушении Меркурия, — наступила тишина. Лаксус улыбнулся, просто потому что мысль о разрушении Меркурия какой-то блондинкой, заставляла его смеяться, но он сдержался. Да это просто чушь. — Вы знаете что-нибудь об исчезновении Уртир? И видели ли Люси последние три месяца? — Этот лед… Уртир. Мне кажется, что Уртир участвовала в разрушении Меркурия. Это чувство…я уверен, что тот лед — дело рук Уртир. Ошибки быть не может, — уверенно заявил Грей, сжав ладонь в кулак. Фернандес только глубоко вздохнул, понимая, в какой заднице все они находятся. — Стоп-стоп-стоп! Мы, кажется, упустили самую главную фразу в этом повествовании, — произнес Лаксус, который до этого времени хотел просто наблюдать, но его вывело из себя то, что согильдийцы никак не хотят замечать главную информацию. Жерар сказал мол Люси РАЗРУШИЛА Меркурий. Разве это не должно давать почву для вопросов? — Люси разрушила Меркурий. Вы точно уверены в том, что говорите? Да на это едва ли способна такая мелкая блондинка в черных стрингах, которая тряслась от холода и не нервного напряжения, пока я не отдал ей свою шубу.       Жерар на этом моменте встрепенулся и кашлянул. Да, супер неловко. Но Лаксуса уже начал раздражаться снова. Почему эти дебилы просто не могут ответить на поставленный вопрос? А начинают жаться при упоминании стрингов. Как какие-то девственники. — Согласен. Мы даже не знаем, какой магией владеет эта девка. Вы в курсе? — задал вопрос Гажил, жуя какую-то железяку и сложив руки на груди в ожидании ответа на поставленный вопрос. Ведь его эта тема с расследованием интересовала как никого другого, уж он-то что-то в этом понимал. А Лаксус подумал, что врежет ему за то, что влезает в его диалог. — Эта тварь…она не может контролировать свою треклятую силу! Она чуть не убила меня, когда … — хотела было закончить Мелди свою гневную тираду, но Жерар без возражений просто резко поднял руку в сторону, призывая замолчать и как можно скорее, пока эти идиоты ничего не поняли. От Лаксуса не укрылось то, как эта девушка злобно поджала губы, однако было видно кое-что еще — страх. Ему стало интересно, что за сила скрывается в теле Люси. — Мы, может быть, и в курсе, какая у нее магия, но это вас не касается, тем более это, к сожалению, уже не важно, — со вздохом произнес Жерар. — Мать Люси владела силой заклинателя духов. Значит…и она тоже заклинатель духов, — проговорил Макаров, вспоминая последнюю встречу с отцом Хартфилии, Джудом. — Но у Юкино все двенадцать ключей, мастер. Она никак не может быть заклинателем, поскольку в таких семьях золотые ключи передаются по наследству, — высказалась Эрза. — И хотя бы один-то точно должен остаться у нее на руках. — Да какая разница? — воскликнул Нацу, которому надоела вся эта заумная болтовня, от которой шла кругом голова. — Эй, Жерар! — Фернандес повернулся на его голос и встретился с серьезным взглядом Драгнила. — Что будет с Люси? — Смертная казнь, — Жерар опустил голову и устало вздохнул, но не услышал больше ничего, кроме напряженного молчания остальных.