Сладость отнашений.

Чем это Люси лучше Грея? На само празднование Грей не смог прийти, но, как человек с их команды, он обязан был их поздравить. Взял он букет цветов и конфеты и отправился в новый дом Люси и Нацу, ведь они создали молодую семью и больше отдельно жить не могут. Дверь на удивление была открыто. Бледный парень в пальто зашёл внутрь. А со спальни доночились вопли Люси. Думалось парню, что он здесь лишний и он ушёл. Как раз проходил мимо открытого окна в спальню и остановился. - Нацу, ну-у, прекрати! Это может навредить нашему ребёнку! - заявила она. - Всего лишь раз, - а девушке так и не хотелось раздаигать ноги. Через минут пять целовашек. Она разделась и он. На ней осталось только нижнее белье. - Ну-у, Люси! - Ты так и будешь попрощайничать что ли? - буркнула она. Его руки были на её больших буграх и мацали их. Люси раскинула свои ноги в две стороны, сняла трусы и их постель начала ходить ходуном. Опять же эти напористые движения давно знакомые нашему Герою. Он вошёл в неё полностью. И раскачивался... раскачивался... снял лямку с её лифтика... и просто снова и занова. В отличие от Грея Люси кричала не сильно, а пыталась себя сдерживать. Лишь тихие ''Ааа" повторяла она. И позже Грею стало плохо и он перестал поглядывать. Да и вообще это не красиво. - Да, сисечек у меня и нет, - усмехнулся Грей, сморкаясь в носовой платок, - Значит, они женились, из-за общего ребёнка. Этот дебил мог бы сразу мне сказать о этом. Я бы порадовался, а не психовал, - и чихнул парень. - М-милый Грей, что с вами? - спросила мимопроходящая Джувия. - На... - отдал в руки девушки цветы и конфеты он, - передай это Нацу и Люси. Скажи: От Грея. Я слегка приболел и боюсь их заразить. - ХХ-хорошо, - покраснела она, а сама думала: Милый, милый Грей отправил меня передать посылку. Грей-сама, такой дальновидный. Он увидил, что я иду именно к Люси и НАЦУ. Я обязательно должна её передать. Но... я могу оставить её себе и посчитать, что Грей-сама, передал её мне. Нет! Я не могу так поступить! Я должна отнести! Блин, голова пухнит. _но эти конфеты и цветы так важны, Грею-сама". - Иди уже, - холодно зыркнул на её Грей и она скрылась с глаз долой. Эльза, Люси, Нацу и Хэппи взяли общее задание. - Мира, не покажешь ли мне, какое это задание? - Но это же право кофеденцальности. - Но я же с их команды! - заявил он, - они просто забыли меня предупредить. - Л-ладно, - вздохнула дьяволицая, - через двадцать минут отправляется поезд в ту сторону. Может и догонишь их. - А как они без Вэнди и на поезде? - переспросил Грей. - Не знаю, сами так решили. Их никто за уши не тянул. - спасибо, Мира! Ты лучшая! Что-то тревожило Грея. И он посчитал, что если сейчас тревожит, значит, как тогда, когда Нацу напрочь забыл два года их отношений и как этот же паренек добивался разрешения на тайное свидание с Греем. А ведь он тогда любил по-настоящему и по пылкому, а сейчас... Как-то не так, как раньше. Сейчас он, как будто ничего и никого не может полюбить. Через сорок пять минут темноволосый был уже на месте прибытия. Но... он не верил своим глазам, ведь он считал, что в Мире не осталось силы, что может в одночасье прекрасные скульптуры превратить в руины. Нацу раскидывался повсюду огненными заклинаниями. Люси успели отрубить. Эльза пыталась выслушать по шагам, где находится враг. Он был совершенно незаметен, хотя вероятней всего, он просто быстро перемещался с места на место. Задел Нацу. Со всех сторон начали вылазить монстры, которых пыталась нейтрализовать Эльза, но им не было ни конца ни края. - Ледяное копье! - Грей! - обрадывалась Эльза и еле шевелящаяся и дыщашаЯ Люси. - Грей, - не слышно промолвил Нацу и улыбнулся. - Ледяная пушка! - раскидала она во все стороны монстров, но они все прибывали и прибывали, - Эльза, иди к Нацу. Помоги ему. Может быть узнаешь, почему эти отбросы ещё не заканчиваются? - Врата звёздных духов откройтесь. Козерог! - Силы... они вновь покидают нас, - подумал Грей, - чем реще я буду пользоваться ими, тем сильнее их будут высасывать. Люси уже не способна к девергенции. Эльзе все тяжелее тащить свои оружия. А Нацу... скоро упадёт. ЛЮСи, ОСТАНОВИШЬ ЭТИХ МОНСТРОВ! Я ПОТОМ ПРИБЕГУ! - прокричал темноволосый. - Только не долго! - крикнула она, чтобы я услышал и побежал в сторону тронного зала этих руин. Времени у меня, без сомнений, было мало. Но как только я зашёл внутрь. Я увидел бездыханное тело Нацу и полуубитого врага. - Твои друзья, такие смешные, - продолжал говорить женский, детский голос, а её образ с стоял напротив МЕНЯ, - Вот... я уже беззащитна! Так убей меня! Я не боюсь! С каких пор мы боимся... люди такие смешные создания. - Т-Ты все равно сдохнешь! Все равно, - полностью был готов я. - НЕ используй. Не используй магию, - проговорила Эльза. - Блин, они даже не могут помолчать красиво. Эх, плохие-плохие дети! - Я-Ясно, - и напал я на неё голыми руками. Все удары попадали по цели, а эта маленькая девочка и не пыталась сдвинуться хоть на шаг. - Мне совершенно, не больно. А ты хочешь слышать почему? Ну, пока ты меня бьешь... ты не хочешь слышать? - Я ПРОСТО обязан тебя победить, ради своего друга! - Ради друга... хоть ради кого угодно... ты просто приследуешь ту цель, которую я желаю. Я, действительно,- зашевелились её пальцы, как змеи, - хочу отыскать покой! Последний удар её отправил в нокаут, ведь она не сопротивлялась вовсе, но Нацу так и не проснулся... я послушал его пульс и он еле-еле был слышен. - Нам надо в больницу! - был уверен я. - Вообще-то нет, - проговорила Алая, облокатившись на свою катану, - эта девочка, что ты только что видел ввела в его кровь некий препарат, который, как она сказала, яд. И его действие не может предотвратить никто. "Убивать людей - моя профессия." - говорил один из её трех слуг с силой настоящего рыцаря. И один был паренек с зелеными волосами... и не был быстрым и ловким, а был хитрым. И наконец последний, и имеющий способность поглощать излишки энергии от врагов и от всего в общем и преобразовывать в свой вихревой потенциал. - Т-Ты говоришь, что он отравлен! - в шоке говорил я. - Грей, давай, прогуляемся по набережной и посидим около дерева, - тронул он меня за руку. И я впервые почувствовал, как он становится слабее и легче, словно перышко. Он тает... тает на глазах. И как он более не может двигаться. Его губы иссыхали... он сам немел. Им овладевал паралич. - К-конешно, - согласился я, а сам боялся, панически боялся, что он оставит меня навсегда одного в этом Мире. Все же мы не могли обратно ехать в Могнолию и остались здесь. Мы аккуратно немощного Нацу посадили на инвалидное кресло, которое непонятно зачем прихватила с собой Эльза. Они нас оставили наедине, как бы исполнили последнее желание. Я видел застывающую слезу на их ресницах... видел, как они повесили свой нос вниз. Видел, как они еле сдерживали боль в груди. - На самом деле мы ещё не провели ни единого свидания, верно? - проговорил Нацу, держась за мою руку. - Это же не имеет значения, - холодно проговорил я. - Я долго думал о том, что сказал, - продолжал тихо-тихо он, когда я его катил по руинам некогда цветущего города, - и я был, действительно, не прав. Я это чувствовал... ведь моя жизнь не может быть жизнью без Тебя. Ты больше, чем привязанность. Ты - моя любовь! - Знаешь, я до сих пор думаю, что ты блефуешь... ты сейчас возьмешь, станешь и забегаешь! - улыбнулся я. А сам таил в себе эту крохотную надежду, что должна... нет, обязана была стать явью. Но видимо нет. - На самом деле нет. Та команда начинала, незаметно для меня, съедать мою внутреннюю и жизненную энергию, - объяснял он, судорожно трясясь. - Я-ясно, - был не рад этому я. - О, смотри, такое же дерево, как и у нас, - еле двинулся палец в направлении дуба и улыбнулся, - Ты можешь посадить меня? - Д-да, - Грей боялся сделать что-то не так, допустить оплошность. Но все же смог удовлетворить его просьбу. - Сядь, - предложил он. Темноволосый присел. - Я люблю тебя, - сжимал он руку парня. - Я тоже тебя очень-очень сильно люблю! - проговорил Грей, наклонился на парнем и поцеловал. - Я так сильно люблю твои губы... они такие холодные, такие нежные и такие приятные. Я так сильно люблю твой голос... мужественный, дерзкий и нежный. Я так сильно люблю твою улыбку. Я очень сильно люблю твоё лицо... ты очень красивый, ты подобен глотку воды в опаленной пустыне. Я люблю в тебе всё! Насколько я люблю твоё тело... я боюсь даже заикнутся, - засмеялся он. - Я тебя люблю! - стукнулись они потихоньку лбами. - И мне плевать порой на все, что я делаю. Плевать на Мир! Плевать на наши неправельные отношения... у нас есть азарт друг к другу. Мы, как никогда не разыгранная партия в покер. Нас влечет, манит и дурманит только одно присутвие... один только запах или вид. Когда-то ты, Нацу, вообще меня выебал в частном туалете. Мы просто вышли, а ты уже... Однажды мы просто купались вместе и целовались до посинения. Мы много раз ходили специально на задание вдвоём и вместо того, чтобы его выполнять, мы просто "спали" друг с другом. Я до сих пор помню пыл твоих губ, пыл твоих речей..и я всегда любил, когда ты мне говорил: Я хочу тебя снова-и-снова! - Но сейчас я хочу сказать... Прощай, Грей! - улыбнулся он и его рука начала сползать. - Э-Эй, не уходи! - крикнул юноша, но тело расшиплялась и крупицы его потихоньку поднималась вверх. - Я ведь все ещё не смог тебе сказать... почему я влюбился именно в тебя. Слезы... боль... пустота... уныние... отчаяние, потому что я его больше не увижу... и печаль горькая и едкая сьедала меня изнутри. Чувства раздерали грунт и горло. Я едва мог говорить... это слишком больно, чтобы передать. Это слишком БОЛЬНО! Я будто навсегда потерял свое солнце, то солнце, которое спасало меня, когда мне было плохо. Нацу никогда не унывал... он не плакал... он сражался до конца... и теперь его нет. Кончена страница моих воспоминаний. Я закончил эту историю, которая для меня стала собственной, скрытой вечностью. Мне хочется умиреть... дайте мне ножик, я с удовольствием вскрою вены. ДАЙТЕ! но у меня есть ради чего жить... Люси скоро родит... и наша Гильдия все ещё живёт. Мы живем... и жизнь не кончается. Но моё время, кажется, сейчас замерло навсегда. Тик... и больше эта стрелка никогда не пойдёт. Все мы в этом мире тленны, Тихо льется жизнь с хороших мест. Мы теряем... мы грохочем пленно, Чтобы сохранить привычный жест. Вы мы умираем, убираем гордость, Все мы плачем, сохраняя боль, В душе мы не храним весомо Все то, что сохранило роль. Все падают... конец печален. Мы ничего не можем изменить, Кто-то умен, а кто-то однопланен, Но каждый в праве жить. Со стуком умирает сердце И серые дни застелают небеса. И то, когда мы были вместе Сейчас, пожалуй, ерунда! В срок... тяжёлый и унылый... Мы плачем... страшный крик! Но не появился тот Всесильный, Что оставит жизнь в теле не миг. Мы можем выпасть... И как орлы не боятся высоты, Для нас похвалой стала дикость, А мир - вся тяжесть пустоты. Все мы в этом мире тщетны. Стучит в нас сердце, как моторчик, У нас, как будто разноцветный В руках тяжёлый аленький цветочек.