Синдром влюбленного подростка

      Случившееся в машине весьма удивило Антона. Да какое весьма, очень сильно удивило! Этот человек будет ещё полгода вести у тебя уроки и как к нему теперь относиться? Шастун думал о том, чтобы это забылось, и никто не заострял на этом внимания. Так было бы лучше и Антону и Арсению.       Шаст понимал, что завтра у них тест, плюс он будет отвечать ещё и следующий параграф. Нужно бы сесть, выучить, хорошенько подготовиться, но мозг не хотел воспринимать какую-либо информацию. Мозг думал лишь о случае в машине и, конечно же, не впитывал ни кусочка из учебника по истории.       Возможно, чтобы как-то успокоить себя, Шастун бы позвонил на заученный номер, произнес «Привет» и услышал в ответ такое теплое и родное «Здаров». Но, наверное, сейчас не время. После всего случившегося за этот короткий промежуток им нужно отдохнуть друг от друга, чем они сейчас, собственно, и занимаются.

***

      На следующий день, в школе, казалось, что все просто замечательно и лучше некуда. Матвиенко даже лично поздоровался с Антоном и провел своей ладонью по его руке, когда проходил мимо. Шаст обернулся на учителя и слегка улыбнулся, увидев ряд белых зубов, которые так ярко сияли, будто бы ослепляли. — Антон! — услышал он далеко за спиной и обернулся. Там стоял Матвиенко, который недавно прошел около его. — Зайди сегодня ко мне, пожалуйста, когда тебе удобно будет, — произнес он и зашел в двери, которые пускали тебя на лестничные пролеты.       Следующим человеком, кого увидел Шаст, был Арсений Сергеевич. Он мило улыбнулся и поздоровался с учеником, будто бы все в порядке вещей. Нет, возможно, так и есть. А, может, он просто будет делать вид, как будто ничего не было? Так было бы намного лучше. Шастун подумал, что точно нужно будет зайти к Сереже и поговорить. Просто обо всем. Если быть уж слишком честным и откровенным, то Антон невероятно соскучился по Сергею. По его веселому и заразительному смеху, по его прическе, по всему ему. А может вовсе и не по ему…

***

      У Сережи сейчас была форточка и он направлялся в свой кабинет, где должен был быть Дима. У Позова скоро олимпиада и ему необходимы дополнительные занятия. У 11 «Б» сейчас был урок истории, от которого освободили Поза. Ну, как освободили, Матвиенко попросил своего хорошего друга, который работал тут учителем истории. Как он сказал «делай вообще что хочешь» и после этого, Сергей забрал Позова с собой. Дима был умным мальчиком и, если очень постараться, то ему и не нужны дополнительные. Он мог усвоить весь новый материал дома, самостоятельно. Уж у кого у кого, а у него голова точно работала. Он не был раздолбаем. Не был таким, как Антон. Это совершенно разные люди и не понятно, каким образом они сдружились. Шастун – человек-энергетика, ему нравится быстро кататься на автомобилях, он может выпивать немереное количество алкоголя и выкуривать столько же сигарет, ему было пофиг на всех и все, он мог набить рожу тем, кто хоть слово скажет против его друзей или родных, но это все знали лишь хорошо знакомые с ним люди. Позов же невероятно спокойный парень, от него пахло умом и… мудростью? Может быть. Дима был рассудительным не по годам, он мог вам помочь, даже если вам за тридцать, этот человек даст совет, который вам поможет, не в зависимости чего это касается. Непонятно как эти два человека уживаются и дружат. — Сергей Борисович, — услышал Сережа, как только зашел в кабинет. — О, Димка, тут уже, — Матвиенко легко улыбнулся. — Да, слушайте, может перенесем материал, который я должен усвоить сейчас, на вечер? Я так заебался, — произнес Позов, не меняя мат на что-то более тактичное и упал головой на деревянную парту. — Ээ… Ну.. Если тебе так будет удобнее, то… — Сережа почесал затылок и медленно пошел к своему столу. — Может тебе чая или кофе? — предложил учитель ученику. — Лучше бы пива, а так чай, — сейчас Дима точно удивит учителя своей настоящей личностью.       Матвиенко поставил чайник кипятиться в лаборантской, а сам сел за стол, лицом к Позову. Тот положил подбородок на руки и смотрел в ответ на учителя. — Ну давайте поговорим о чем-нибудь, на историю я не хочу теперь, — веселее сказал Дима.       Наверное, Сережа прибыл в немалом шоке и пялился на Диму глазами по пять копеек. Позов же лежал подбородком на руках и просто улыбался, глядя на удивленного учителя. — Да я даже не знаю, что могу тебе рассказать, — как-то растерялся Сережа. — Ой, да рассказывайте все, что хотите. Я буду слушать, — произнес Дима, и чайник закипел, издав щелчок кнопкой. — Сейчас чай принесу, — Матвиенко скрылся за поворотом и приготовил себе кофе, а ученику чай.       Буквально через две минуты пришел Сережа с двумя кружками в руках и, отдав одну из них Диме, сел на учительский стул. — Давай лучше ты мне что-нибудь расскажешь, я твой класс.рук, а о тебе ничего не знаю, — выкрутился Сергей. — Окей. В общем… — Позов решил поведать ему рассказ о своей замечательной жизни.       Сережа сидел, попивал свой кофе и внимательно слушал Диму, вслушивался в его слова, не отводил от него взгляда. С каждым разом с Позовым хотелось все больше и больше проводить своего времени. Он был каким-то уютным, что ли. Казалось, что время с ним вообще не идет, но на самом деле оно лилось нескончаемым потоком и за этот короткий срок в сорок пять минут, Дима рассказал достаточно много о себе. Если бы не прозвеневший звонок, то они бы ещё долго говорили обо всем. — Сергей Борисыч, спасибо за чаек, а я пошел, у нас ещё три урока, до свидания, — сказал Поз, закинул рюкзак на плечо и пошел к выходу. — Пока, — попрощался Матвиенко с учеником и убрал кружки.

***

      Шастун устало пришел на урок истории, понимая, что нужно писать тест, а после него ещё и отвечать следующий параграф. Если четырнадцатый параграф Антон выучил, то к тесту он совершенно не был готов. Он открыл параграфы, пробежал глазами и принялся за изучение следующего. Шаст занял место не слишком близко к учителю, надеясь, что он его не заметит (максимально тупо). Через пять минут после звонка в класс зашел Арсений Сергеевич, бодро поприветствовав учащихся. Он быстро прошел в своему месту и удобно уселся на стул. Антон заметил, что рядом место пустует, Димы нет. Илья и Оксана сидят на второй парте и о чем-то разговаривают. Получилось, что Шаст как-то отдалился от них за это время, но это решится как-нибудь, наверное… — Итак, сегодня мы пишем тест по десятому-тринадцатому параграфу, — сказал учитель, ища в столе листочки. — Оля, раздай, пожалуйста, каждому листочек, — произнес Попов, отдавая листы в клетку девочке с короткими черными волосами. Одноклассница ходила между партами и давала каждому один лист.       Шаст сидел с лицом, будто бы скоро умрет. Арс встал и посмотрел на Антона, который сидел достаточно далеко. Шастун посмотрел в ответ на Арсения Сергеевича, покачал головой из стороны в сторону, как бы прося не писать тест. Попов лишь пожал плечами и произнес: — Ставьте сегодняшнюю дату. Не забудьте подписать.       Антон взял ручку и максимально криво выписал свое имя и фамилию, чтобы Арсений не разобрал почерк и не поставил оценку (Антон, тебе десять лет?). — Вопросы будут легкие, вы спокойно можете написать на пять баллов и исправить свои оценки, — сказал учитель, обведя класс взглядом, и остановил его на Шастуне. Антон лишь поднял одну бровь и изумленно смотрел на Арсения. — Первый вопрос: Выделите основные этапы послевоенного развития стран Восточной Европы и дайте им краткую характеристику.       Шастун пытался что-то вспомнить из тех параграфов, по которым пробежался глазами. Он кое-как написал ответ, хотя бы для того, чтобы лист не был пустым. Очень часто Антон писал тесты по принципу: чем больше напишешь, тем лучше, поэтому часто он писал крупным почерком и много ненужных слов. Иногда это и правда спасало. — Второй вопрос: Какие основные художественные направления получили развитие в странах Запада во второй половине ХХ — начале XXI в.? — все ученики опустили головы в свои листы и начали что-то усердно писать.       Шаст понадеялся на свою логику и начал писать исходя из нее. Буквально два предложения соответствовали параграфу. Можно было бы списать, если уважаемый Арсений Сергеевич не стоял посередине класса и не смотрел на всех подряд, пытаясь выловить хитрецов. Шастун понимал, что лучшим вариантом будет списать и, дождавшись, когда учитель будет читать следующий вопрос, положил учебник на пустующее место рядом. — Написали? Дальше: Какие основные проблемы современного общества нашли отражение в искусстве? — Попов оторвал взгляд от учебника и снова посмотрел на всех.       Антон максимально тихо и быстро перелистнул учебник на нужную страницу и пытался вычитать что-нибудь глазами. Арсений же думал, как ему поступить: сделать вид, что он не видит, как нагло списывает Шастун или подойти и забрать книгу? Если бы было начало года, то он бы, конечно, выбрал второе, но сейчас он призадумался и решил, подойти после следующего вопроса.       Так все и написали тест. На одном из вопросов Арсений подошел к мальчишке, который вздрогнул от такого резкого появления учителя. Тот тихо шепнул на ухо «очень сильно палишься» и пошел на свое место. Когда все сдали свои листки, то учитель сложил их все вместе, положив на них небольшой кусок бумаги, где было аккуратно выведено «11 «Б»». — Я чуть не забыл, — воскликнул Арсений и посмотрел на Антона. — Нам же Шастун сейчас будет рассказывать четырнадцатый параграф, — все обернулись на парня, а тот встал, взял с собой тетрадь и вышел к доске. — Итак, СССР в тысяча девятьсот пятьдесят третьем – тысяча девятьсот шестьдесят четвертом годах, — произнес Антон название параграфа и перевел взгляд на учителя. Тот оторвался от бумаг, положил ногу на ногу и сложил руки на груди. Шастун лишь улыбнулся. — После смерти Сталина в тысяча девятьсот пятьдесят третьем году между его соратниками… — начал Антон рассказывать параграф, который он выучил на сегодня.       Сказать, что Попов офигел от того, как хорошо Антон выучил параграф, ничего не сказать. Ещё он подметил тот факт, что он очень интересно рассказывал и мог пустить очень даже уместную шутку в этой ситуации, что далеко не каждый сможет сделать. Пока Антон рассказывал, то Арсений сидел и думал, зачем он его вызывает, мучает факультативами, подвозит до дома и все в этом духе. В мыслях проносились слова как влюбленность и симпатия, но учитель их сразу откидывал. Потом всплывал инцидент в машине, и внутри все просто кричало, не зная, что делать, не зная, что вообще думать…       В итоге Антон шикарно рассказал параграф и получил за ответ пять. Звонок прозвенел, и все одноклассники сорвались с мест, аки бешеные звери. Шастун попрощался с учителем и вышел из кабинета. Арсений думал его остановить, но не было какого-либо предлога и вообще, незачем это, просто не нужно.

***

      После уроков Антон все-таки зашел к Сереже, как тот и просил. Он был достаточно удивлен, так как был почти полностью уверен, что Шастун к нему не придет. — Ну, привет, — как-то немного замялся Антон. — Привет, — Сережа тепло улыбнулся парню и тот подошел ближе к столу.       Около часа учитель и ученик говорили обо всем, но в воздухе все равно висело какое-то напряжение, которое не собиралось куда-то уходить, что весьма напрягало. Оба пытались не обращать на это внимание, но это не очень удавалось, так как напряжение давило с невероятной силой. — Ладно, я уже пойду, — Шастун начал подниматься, но ладони Матвиенко его остановили. — Что? — Антон с непониманием уставился на мужчину. — А ничего, — он улыбнулся и нежно поцеловал Шаста. Тот ответил на поцелуй, усадив на себя Серегу.

***

      В школе все было спокойно, даже не было никаких драк. Слишком спокойно. Шастун немного наладил общение с Ильей и Оксаной, но все равно чувствовалось немного непонятного напряжения, однако с Димой они были — не разлей вода. Шаст сам не заметил, как стал самостоятельно и добровольно посещать дополнительные по истории. Арсений, конечно же, был этому безгранично рад. Теперь его не нужно было ловить на коридорах школы и вести под руку в кабинет. На этих самых дополнительных они повторяли материал и углублялись в него. Антону было приятно слушать размеренный голос учителя, он приятно наполнял кабинет своим тембром. Шаст сам не замечал, как часто он не слушает информацию, а именно голос Арсения. А сам Попов был рад, что они оба забыли тот самый инцидент, который не выходил из головы. Сейчас их отношения были даже лучше, чем просто хорошие, и это не могло не радовать.       Все шло своим чередом. Сережа и Арсений так же оставались хорошими, даже лучшими друзьями. Они часто сидели друг у друга в кабинете, попивая кофе и рассказывая что-нибудь про какой-нибудь класс. Благодаря этому некоторые классы пропускали примерно двадцать минут начала урока, что их, несомненно, радовало.       Вот именно в такой дружной обстановке Матвиенко и Попов сидели в столовой, поедая купленную пищу. Они смеялись, обсуждали какие-то рабочие проблемы и какую-то чепуху. Это была большая перемена и столовая была забита до отвала, так что учителям повезло, что они пришли сюда немного раньше звонка. Буквально через семь минут в проходе столовой появились Антон с Димой и, тяжело вздохнув, они подошли к огромной очереди. Не намереваясь стоять, они прошмыгнули в начало и, когда какой-то третьеклассник собирался купить себе булочку с маком, Шастун протянул буфетчице купюру и попросил два одинаковых завтрака: омлет, овощной салат и чай. Иногда в их столовой готовили вкусно, иногда не очень, но сегодня, по крайней мере, тут не воняло, будто бы кого-то убили. Парни взяли свои чеки и подошли к кухне, где им выдали два подноса с едой. Дима и Антон взяли свою еду и начали медленно передвигаться по столовой, в поисках свободного места. Все столы, как назло, были заняты. Парни уже отчаялись и подошли к подоконнику, где уже расположилось несколько учеников. — Антон! — окликнул его знакомый голос и он обернулся. За столом сидели Сережа с Арсением, и Матвиенко махал рукой, подзывая к себе. — Что? — Шастун подошел к учителю физики, оставив свой поднос на подоконнике. — Вы чего там стоите? Садитесь к нам, — сказал Сережа и посмотрел на Попова, который в знак одобрения помахал головой.       Шастун, ничего не сказав, подошел к подоконнику, сказал Диме про предложение и они, взяв подносы, направились к столу, где было два учителя. Парни удобно уселись и принялись уплетать еду, так как утром ни один из них не позавтракал. — Вы как будто еды не видели, — усмехнулся Арсений, попивая чай. — Просто есть очень хочется, — ответил ему Антон, перед тем, как в рот отправился следующий кусочек омлета.       Дальше учителя о чем-то говорили и ученики, чем могли, поддерживали беседу. С чем-то согласятся, что-то оспорят. Так и завязался разговор. — Знаете что, Сергей Борисыч? — резко перешел на официальный тон Попов. — Что же, Арсений Сергеич? — не остался в стороне Матвиенко. — А вот ученик вашего класса – Антон Шастун – написал тест по истории на пять и ответил параграф тоже на пять, — ответил Арс, как-то немного гордясь Антоном. Шаст же посмотрел на него и приподнял бровь в удивлении, ибо написать на пять он точно не мог. Попов губами сказал «потом» и повернулся снова к Сереже. — Да что вы говорите? — наигранно удивился Матвиенко и посмотрел на Антона, а затем перевел взгляд на Арса. — А вот Дмитрий Позов сегодня едет на олимпиаду. Задачки решает, как орешки щелкает, — в свою очередь сказал Сергей и щелкнул пальцами. — А Шастун сам приходит на дополнительные, я теперь его не ловлю на коридорах, — кажется, это пошло не в ту степь. — А Позов сам дома некоторые материалы для олимпиады рассматривал и все понимал, а мы этого не проходили, — в ответ произнес Сергей.       Дима с Антоном переглянулись между собой и продолжили смотреть на учителей. Один хвалил Антона, а другой Диму. Это становилось похожим на игру «кто кого больше похвалит». Возможно, это выглядело смешно со стороны, но вот Шастуну и Позову было как-то не очень смешно.       В итоге учителя заметно покраснели, скорее от некой ярости, но точно не от смущения и уже достаточно громко обсуждали какие-то успехи, чуть ли не криком. Сказать, что Антон и Дима офигели — ничего не сказать. Ещё через пару минут Сережа вскочил со своего места, а следом и Арсений. Они посмотрели друг на друга пару секунд, и Сергей просто вышел из столовой, оставив свой пустой поднос на месте. Следом и вышел Попов, на которого были направлены несколько пар глаз. «Пиздец» — пронеслось в голове у Димы и Антона, но ни один из них ничего не сказал.

***

      После уроков Дима пошел к Сереже, а Антон домой, куда же ещё. У Позова сегодня олимпиада по физике, к которой он готовился около месяца-двух. Ему совершенно не хотелось подвести учителя, если ещё взять факт того, что Дима пришел только в этом году и его уже отправляют на олимпиаду. Вообще, он был удивлен, что отправили именно его, а не Антона. Шастун очень хорошо знает физику, наверное, можно сказать, что один из самых лучших в классе и параллели. — Здрасте, — произнес Дима, заходя в класс. — О, Димка, привет, заходи, — протараторил Сережа, собирая нужные бумаги в рюкзак.       Позов сел за первую парту, ожидая, когда учитель соберет все нужные ему вещи, и они поедут. На самом деле Дима не был особо рад тому, что сейчас он едет на олимпиаду, а не домой, куда так сильно хотелось. — А сколько длится олимпиада? — поинтересовался Дима, подперев щеку рукой. — Вроде около двух часов, — Сережа не переставал складывать все в рюкзак. — Вроде все взял, пошли, — быстро сказал Сергей и похлопал Диму по плечу.       Позов встал со стула и, поправив рюкзак на плече, пошел за физиком. Они сели в его машину, и Сережа быстро выехал со стоянки, поехав в нужном направлении. — Давайте поговорим о чем-нибудь, — Дима улыбнулся и повернулся к учителю. — Ну, давай, — Сережа понимал, что ехать прилично и согласился.       Они разговорились и достаточно быстро доехали до здания, где проводится олимпиада. Внутри было очень много людей. Кто-то медленно шел и все рассматривал, а кто-то куда-то бежал, чуть ли не снося с ног других людей. Дима относился, скорее, к первому типу, но Сережа все время его толкал его и говорил «пошли, быстрее».       За двадцать минут они нашли нужный зал, где было много учителей, возможно, профессоров и, конечно же, учеников. Было представлено множество столов. За каждым столом сидел один или два ученика, и они представляли свою школу. На столе был номер школы. — Сергей Борисович, а вы чего со мной Антона не отправили? — спросил Дима, когда увидел, что за некоторыми столами сидят по двое. — А я не знал, что можно двоих, — ответил Матвиенко и ободряюще похлопал по плечу. «Не захотел потому что» — мелькнуло в голове Сережи и они пошли к столу с нужным номером.

***

      Дима очень сильно волновался, но замечательно написал олимпиаду, ответил на некоторые вопросы, заданные ему и они сели обратно в машину. — Ты молодец, Дим! — порадовался учитель за ученика. — Спасибо, — ответил Позов, пристегивая ремень. — Говори адрес, — сказал Сережа, выезжая с парковки.       Дима спокойно назвал свой адрес, и они поехали в нужном направлении. Позов снова попросил учителя поговорить с ним, от чего тот не отказался. Они разговаривали о всякой ерунде, которая казалась бредом сумасшедшего. Сережа вместе с Димой очень громко смеялись, из-за чего в машине витала приятная атмосфера, которой хотелось наслаждаться все больше и больше. Медленно, но уверенно, Матвиенко доехал до нужного дома и остановил машину. Поз рассказывал какую-то историю и уже подходил к её концу, когда Серый оставил автомобиль. Дима с улыбкой на губах договорил последнее предложение и громко засмеялся. Сережа подхватил его смех, и по машине прошелся хохот. Матвиенко заглушил машину, и вмиг оба замолчали, понимая, что одному сейчас придется уходить. Дима медленно отстегнул ремень безопасности и взялся за ручку двери, вздыхая. «Знали бы вы, как я не хочу уходить» — пронеслось в голове у Позова. — Сука, один раз живем! — громко сказал Дима и притянул к себе Сережу за ворот рубашки, жадно впиваясь в губы.       Сережа оторопел и широко открыл глаза от удивления, но спустя секунду уже в ответ целовал парня, сжимая его мягкие губы своими. Позов настойчиво проник языком в рот партнеру и их языки были словно в страстном танце. Внутри них все горело, а в штанах стало тесно. Сережа, не разрывая поцелуя, подхватил Диму сильными руками и усадил его себе на колени, отодвинув и немного откинув сиденье. Позов отстранился и посмотрел на Матвиенко, который ухмыльнулся. — Все стекла тонированные, — сказал Сережа, снял очки с Димы и снова прильнул к губам.       Оба еле сдерживали себя, и в итоге Поз стянул майку с Сережи. Матвиенко не остался в долгу и, подхватив края майки, потянул её вверх. Они снова прильнули друг к другу, прижимаясь максимально близко. Сережа блуждал руками по спине Димы, а сам парень оглаживал грудь Матвиенко, спускаясь рукой все ниже и ниже. Позов отстранился от желанных губ и переместился на шею, засасывая кожу на открытом участке. Перейдя чуть ниже, к ключице, он поставил отметку и там. Медленно Дима дошел до пряжки ремня и проворно разобрался с ней, затем расстегнул ширинку и пуговицу на джинсах. «Может зря это все?» — подумал Сережа, когда Позов начал стягивать боксеры, но это мысль быстро улетучилась, когда его рот обхватил головку члена.       Дима начал медленно двигать головой, вырабатывая темп. Сережа выдавил тихий стон от движений Позова. Дима выпустил изо рта орган и провел языком по всей длине, после чего полностью взял его в рот. Ответная реакция от Матвиенко была сразу же услышана. Через несколько движений ртом Сережа уже был на пределе и это чувствовал Дима. Поэтому он отстранился и сделал несколько приятных движений рукой, после чего Матвиенко кончил ему в руку. — Это не все, — произнес Сережа, перевернув Диму на спину.       Теперь Позов стал жертвой засосов на шее, ключицах и груди. Дима лишь от этого выгибался в спине и откидывал голову назад, чем открывал шею ещё больше. Сережа аккуратно провел пальцами от груди до низа живота и ухватился за возбужденный орган через ткань джинсов. Послышался сдержанный стон, и Матвиенко почувствовал как его плечо крепко сжали. Сорвавшись, Сережа быстро расстегивает ширинку с пуговицей и резко спускает штаны вместе с боксерами. Матвиенко облизнул два пальца и проник одним вовнутрь. Послышался тихий стон, а сиденье максимально сильно сжали кулаки. Почти сразу же Серега добавил второй палец, растягивая разгоряченные стенки внутри. Он потянулся вперед и поцеловал Позова, не переставая работать пальцами. — У тебя был опыт с парнями? — спросил Сережа в самые губы. — Н..нет, — ответил Дима, прикрыл глаза и приоткрыл губы.       Сережа держался из последних сил, но ещё несколько минут работал пальцами, на которые Дима уже активно насаживался сам. Через некоторое время он почувствовал пустоту внутри себя и недовольно промычал, смотря на Сережу. Тот раздвинул ноги Позова шире, как того позволяла машина, и удобно устроился между них. — Ты уверен? Будет больно, — беспокоился Сергей. — Давай уже! — прикрикнул Дима, умирая в ожидании.       Сережа медленно вошел в Позова, меньше, чем наполовину. Тот корчился от боли и сжимал руками кресло, на котором лежал. Сережа тяжело выдохнул и полностью вошел в Диму резким толчком и прижался к его губам, заглушая крик. Матвиенко начал медленно двигаться, дабы Поз привык к новым ощущениям, но не переставал целовать мягкие губы. Когда Сережа резко вошел, то глаза Димы были на мокром месте, но слезы не лились. Он пересилил себя и пережил боль, которая в скором времени сменилась на приятные ощущения. Со временем Матвиенко ускорился, наращивая темп и, целуя Поза снова в шею. Тот уже, не стесняясь, стонал и надеялся, что около машины не проходят сейчас люди. Через несколько толчков Дима кончил себе на живот, а Сережа на сиденье, ругаясь себе под нос и ища салфетки в бардачке. Он был обессилен, но не хотелось, чтобы белое пятно засохло.       Дима полежал ещё несколько минут на сиденье, отходя от только что произошедшего. После он принял сидячее положение, улыбнулся Сереже и поцеловал, уже ни столько страстно, как в начале, а более нежно и спокойно. Позов отстранился от него, проведя рукой по щеке, и принялся натягивать на себя одежду, которая была разбросана по салону. Он взял свой рюкзак и открыл дверь автомобиля. — До свидания, Сергей Борисович, — Дима мило улыбнулся и дверь захлопнулась. — Пока, — произнес он уже в пустоту и положил голову на руль. «А вдруг все было ошибкой? Вдруг он меня начнет избегать в школе? Бля-я-я-ять» — подумал Сережа и решил, что пора уже ехать.

***

      На следующий день был урок физики. В класс медленно подтягивались ученики 11 «Б» класса, переступая порок кабинета. Уже прозвенел звонок, и заходили последние учащиеся. Все расселись по своим местам, а стул, стоящий рядом с Антоном, пустовал. Сережа встал, хлопнул в ладоши и поприветствовал класс. Он рассказал про план урока, который, в принципе, ничем не отличался от предыдущих: Матвиенко объяснял новую тему, показывал пару задач и ученики решали задачи по этой теме с помощью Сережи, если она была нужна. — Давайте я тогда по журналу сейчас пройду, отсутствующих отмечу, — сказал Матвиенко, называя первую фамилию в журнале: — Ахмедова, — произнес Сережа и послышался голос Юлии.       Он прочитывал фамилии, а ученики либо отзывались, либо другие говорили «Нет» или «Нету», что бесило некоторых гуманитариев в классе. — Позов, — произнес Матвиенко, не поднимая глаз от журнала, но вместо ожидаемого «Есть», он услышал «Нет». — Как нет? — он поднял глаза на обладателя голоса. — Я не знаю, я ему утром написал, но он не заходил ещё, — спокойно ответил Антон.       Сережа вмиг как-то взгрустнул, а Шастун на это лишь приподнял бровь в немом удивление, но Матвиенко понял, что нужно скрыть свои эмоции сейчас же. Медленно, но верно учитель дошел до конца журнала. Однако, Антон бровь не опустил, а поднял лишь вторую. На шее виднелся засос. Он был очень хорошо замазан, но это точно он. Уж Шастун знает, как выглядят засосы, даже если замазаны. Все-таки не один тональник ушел на это дело. Вмиг Шасту стало как-то, обидно, что ли. — И Шастун – есть, — ответил сам себе Сережа и поднял взгляд на этого самого ученика.       После того, как учитель отметил отсутствующих, то встал и принялся за объяснение следующей темы. Уроки с Сережей всегда были веселыми, и материал легко усваивался, даже самые тупые, которые совершенно не знали физику в девятом классе, стали немного её понимать. На объяснение новой темы ушло примерно пятнадцать минут, и все было невероятно понятно и легко, поэтому Матвиенко решил вызвать учеников к доске. — Фролова и Топольницкая, идите к доске, — произнес Сережа, смотря в журнал и понимая, кому нужны оценки, так как до конца четверти оставалось около двух недель, а портить четвертные перед новым годом ух как не хотелось.       Шастун немного офигел и даже удивленно открыл глаза, смотря на Матвиенко, который вызывал его в любом случае. Сережа лишь пожал плечами и сказал губами «Им нужны оценки, у тебя и так все хорошо». Хоть Шаст и не очень хорошо читал по губам, но примерно понял, что сказал учитель.       Урок прошел быстро. Антон писал задачи с доски и то, что говорил Сережа, какие-то формулы. Матвиенко было очень херово на душе, но он пытался не подавать виду, все-таки тут сидел Антон, который являлся его парнем. Не мешало бы рассказать, но потом. Наверное. Нет.       Прозвенел звонок с урока, Оксана и Юля сели на свои места, получив пятерки за решение задач. Все достаточно быстро покидали кабинет, собрав свои вещи в рюкзаки. Антон скинул тетрадь с ручкой и пошел к выходу. Все уже ушли, и оставался он один. В голове метались две мысли: остаться и спросить, что произошло и откуда этот засос или просто уйти. Шастун обернулся, взглянул на Сережу, который смотрел в окно и решил, что сейчас лучше все-таки уйти. — До свидания, — произнес он, выходя из кабинета физики.       Шаст переступил порог кабинета, прикрыл дверь, дабы Сереже не мешали лишние звуки. Он медленно пошел к лестнице, чтобы спуститься на нужный этаж и найти нужный кабинет. В это же время по лестнице спускался Арсений, который не понятно что забыл в этом корпусе. — О, Антон, привет, — поздоровался учитель, дотронувшись до плеча Шастуна и улыбнулся. — Здравствуйте, — улыбнулся в ответ Шаст. — Как учебный день сегодня? — поинтересовался Арсений Сергеевич. — Нормально, нигде не вызвали, ещё не накосячил, — поделился Антон. — Ещё не поздно, — усмехнулся Арс. — Арсений Сергеевич, — позвал Шастун учителя после молчания. — Как мне за тест вышло пять? — вспомнил Шаст, что его поразило вчера в столовой. — А, ну ты все правильно написал, — произнес учитель. — Да как?! — Антон реально поражался. — А вот так, Антоша, — произнес учитель и свернул на лестницу, которая вела в другой корпус. «Ты тупой какой-то, Антоша. Как можно не понять, что я натянул балы. Дурак» — подумал Арсений и улыбнулся, когда уже поднимался по лестнице и улыбнулся. «А Арсений Сергеевич хороший» — в свою очередь пронеслось в голове у Шаста и он пошел к нужному кабинету.

***

      Как бы это странно не было, но Антон стал намного лучше относиться и общаться с Арсом, а отношения с Сережей катились с невидимого склона. Одна сторона хотела остановить все и вернуть на свои места, но другая говорила, что вмешиваться совершенно не нужно и все оставить как есть. Сейчас Матвиенко кидал какие-то странные взгляды на Диму, а тот постоянно отворачивался или улыбался. Теперь он был у доски так же часто, как и Антон в конце прошлого года. А Шастуну было плевать. Он не знал, как это объяснить даже самому себе, но ни одна эмоция внутри его не дергалась. Антону было пофиг. Да, просто пофиг на это все. Да, чисто теоретически Сережа все ещё парень Шастуна, а Шаст парень Сережи, но, кажется, это все идет к разрушению. При этом ни один из них ничего не предпринимает, не собирается о чем-то говорить, но уже нет того, что было раньше. Матвиенко не просит остаться Шастуна после уроков, а сам Антон очень редко его ждал после школы. Сережа как-то подвез его, но в машине они молчали, даже не зная, о чем можно поговорить. На прощание Сергей получал поцелуй, но от него ничего не переворачивалось, как это было раньше. Как будто внутри угасло то, что вызывал Антон, и уже больше никогда не будет сверкать яркими вспышками внутри его.       Зато Шаст проводил больше времени с Арсом и ему это нравилось. Да, точно нравилось. На дополнительные он ходил не для того, чтобы усвоить материал, который прекрасно понял, а для того, чтобы послушать голос учителя, а потом посидеть лишний час, попить с ним чая, поговорить обо всем и просто посмеяться. Попов уж точно не был против этого, наоборот. В голове у него часто проскакивала мысль «ты мне понравился сразу», но она ни разу не была озвучена. Все-таки он знал про отношения Сережи и Шастуна и не хотел туда влезать, но сейчас Шаст сам шел навстречу Арсу, и Попов не знал как на это реагировать. Возможно, они расстались и ничего страшного, но вполне возможно, что они ещё пара и просто немного поругались.

***

      Выходные прошли невероятно быстро и на неделе 11 «Б» дежурил. В понедельник Антон сидел на втором этаже, где был кабинет завуча по воспитательной работе, но она часто гуляла где-то по школе, так что можно спокойно прогулять урок. Всю неделю он дежурил на этажах с Димой и в среду в столовой с Позовым, Макаровым и Фроловой. Они очень обрадовались такому коллективу, и Шастун прифигел, когда увидел их радостные улыбки, направленные в его сторону.       Некоторые перемены сегодня Антон сидел один, а Дима где-то пропадал. Шаст писал ему, но он был либо не в сети, либо не отвечал. Этаж был спокойный, тут было не много детей, которые вели себя замечательно и не нужно было рявкать на каждого, чтобы успокоить.       Антон всунул наушники в уши и кивал в такт музыке. Он даже не заметил, как прозвенел звонок, и все дети побежали в кабинеты. Все равно он не собирался прямо сейчас идти на урок, а может и вообще не пойдет. Дверь дернулась, и на этаж зашел улыбающийся Арс. Он решил сесть к Шасту. — Антон, ты чего не на уроке? — первое, что вырвалось из уст учителя. — А вы чего не на уроке? — ответил вопросом на вопрос Шастун. — А у меня форточка, — ответил с некой забавой Арсений. — А у меня химия, — произнес Шаст и сложил руки на груди. — Ладно, — сдался Арс и оперся спиной о стену. — А вы что забыли тут-то? — спросил Шастун с улыбкой на губах. — Ой, точно, мне же нужно зайти к ней, — сказал Арс, вскакивая на ноги и показывая на кабинет в конце коридора. — Я сейчас быстренько зайду и приду, — зачем-то произнес Попов, а Шаст лишь кивнул.       Кабинет, как и всегда, оказался закрыт и Арс вернулся меньше чем через минуту и увидел нахальную улыбку Шастуна. — Ты знал, что закрыто? — хитро прищурился Попов. — Ага, — ещё шире улыбнулся Антон, словно Чеширский кот.       Арс присел на скамейку значительно ближе, чем до этого и повернулся в сторону Шастуна. Тот все ещё улыбался, как Попов улыбнулся также широко и подался вперед. Походу, Шаст хотел возразить, но Арсений словил момент и проник языком в податливый рот. Антон уже через секунду ответил на поцелуй, и из нежного он перерос в более страстный и желанный. Шастун положил руки на плечи, притягивая его ещё ближе, а затем медленно руками огладил вздымающуюся грудь и выдохнул в губы. Шаст встал со скамейки, взял вещи и Попова за руку, заходя в туалет, который был свободен. Тот немного оторопел, но сразу понял намерения парня и старался не упустить этот момент. Они зашли в кабинку, заперлись и начали страстно снимать друг с друга одежду. Антон чуть не разорвал эти несчастные пуговицы на рубашке Арсения, но сдержал и аккуратно расстегнул её. Руки медленно ползли по торсу и дотронулись до возбужденного органа через ткань джинсов. Попов очень громко выдохнул, на секунду отстранившись. В следующую секунду он уже перешел к шее, оставляя там свежий темный засос. Шастун улыбнулся, и умелые пальцы начали расстегивали ремень, как вдруг Арс трезво оценил всю ситуацию и оттолкнул от себя Антона. — Нет. Стоп, стоп, стоп, — начал говорить Попов, прикрыв глаза. — Нет, Антон, нельзя так. Нет. Не сейчас. Извини, — быстро проговорил Попов и посмотрел на Шаста. — Блять. Ну и ладно, — резко произнес Шастун, поднял свою футболку, натянул ее на тело и быстро вышел из туалета, хлопая дверь. «Блять» — Попов сел на пол, прислонился спиной о холодную плитку и прикрыл лицо руками.