Калейдоскоп. Отблески

— В каком облике ты меня хочешь? — тихо прошипела Тие Герту на ухо, касаясь мочки раздвоенным гибким языком. Он, увлечённо развязывавший её пояс, заплетённый декоративным сложным узлом, пожал плечами и поцеловал Тие в основание шеи. Тонкая мягкая чешуя под губами казалась чуть ли не раскалённой. — В любом, — на мгновение задумавшись, он добавил: — Только в двуногом, а то, ну… неудобно как-то будет. Тие усмехнулась. Контуры её тела поплыли, неуловимо изменяясь. Чёрная чешуя сменилась гладкой кожей, в несколько раз более тёмной, чем у смуглого Герта, гребни на голове — копной белых волос; выразительнее обозначились бёдра, под плотной белой тканью блузы появилась грудь. Только глаза остались всё такими же золотыми и неуловимо змеиными. — А ты останься таким. Я не слишком увлекаюсь волками и тем более нетопырями, знаешь, — хихикнула она, окончательно стягивая с себя бриджи и бельё вместе с ними. Герт кивнул и наконец-то избавился от остатков собственной одежды. На шнуровку штанов пришлось немного отвлечься — выглядела она эффектно, но была не слишком-то практичной. Когда он снова обратил внимание на любовницу, она уже была полностью обнажённой, и можно было видеть, как между двух полных грудей сверкает большая раухтопазовая капля на золотой цепочке. Слеза Орла. Один из последних артефактов, хранивший вторую часть силы, когда-то создавший миры, сейчас носившие имя Тени. Больше не вмещающая чистый Свет, замутнённая кровью и горем, Слеза пела, звала чернокнижника, обещая ожить в его руках чужой болью, тёмным тяжёлым знанием, стать ключом к самой Тени… Это была иллюзия. Герт знал, что так просто камень не дастся в руки незнакомцу. На мгновение он почти провалился, совсем забыв о женщине рядом и пялясь на Слезу. Благо Тие не успела почувствовать такой перемены желаний любовника. Красивая и жадная, она потянулась к нему, легко поцеловала в губы, скользнула рукой по животу и ниже. Довольно выдохнув, Герт повалил Тие на кровать, забывая на время про камень, чтобы уделить внимание груди, на которой он висел. … Тие дышала тяжело и хрипло, вскидывая бёдра Герту навстречу, хватаясь за плечи сильными пальцами, запрокидывая голову. Восхитительно отзывчивая и горячая. В какой-то момент она распустила его хвост, волосы разметались по спине. Мешались, но это было уже неважно, тем более когда она запустила в них руку, чтобы притянуть его ближе. Герт несдержанно застонал, прижимая Тие к себе. Слеза касалась его кожи, зажатая между их телами, но сейчас это мало его волновало. На несколько бесконечно долгих мгновений для Герта существовало только собственное наслаждение. Потом он немного пришёл в себя и, устроившись между ног любовницы, закончил начатое, чувствуя, как путаются её дрожащие пальцы в волосах. Герту всегда безумно нравилось, когда любовницы и любовники в его руках, под его губами теряли контроль, забываясь в удовольствии, пока он сохранял относительно здравый рассудок. Так что он вполне был готов на ещё один раунд, а вот Тие, кажется, начинала уставать. — Эти дипломатические приёмы жутко выматывают, — зевая, вздохнула она чуть погодя. — Если хочешь, можешь остаться пока… Номера Феникса далеко… «Разумеется могу», — пряча усмешку, подумал он. Тие свернулась в клубок, и тут сонное зелье отсроченного действия, которое Герт подлил ей в сок три часа назад, заработало в полную силу. Поздравив себя с великолепным расчётом времени, он сел на кровати поближе к ней. Провёл рукой над смуглой шеей, задержав ладонь возле застёжки золотой цепочки. Как Герт и ожидал, Тие не носила Слезу в обычной оправе. К золоту крепились тени-маячки, которые точно сработали бы, попытайся он расстегнуть застёжку. Что же, препятствие преодолимое — Герт не зря считался одним из лучших мастеров работы с металлами. Несколько секунд он просто вслушивался в окружающий мир. Тишину летней ночи наполняли скрипы, какие-то шорохи, за окном пищали две летучие мыши — охотились, красавицы. Слеза тоже звучала, пела, шептала даже на этом уровне восприятия. Чтобы не ошибиться, Герт прислушался лучше. Теперь всё вокруг стало Песнями. И одну из них Герт начал дополнять. Заклинать приходилось шёпотом. Хотелось полноценно поднять голос, но он не был уверен, что не разбудит Тие. Так что к тому времени, когда застёжка поддалась уговорам, горло устало и начинало болеть. Всё же золоту положено было петь вслух. Цепочка скользнула по тёмной коже. Камень, всё ещё хранивший едва уловимый запах их общего удовольствия, оказался у Герта в ладони. И — ожидаемо — не воспринял его как врага. Широко улыбаясь, Герт встал с кровати и открыл окно. Вскоре на подоконник спланировал ушастый филин, выглядевший как самая обычная птица, за исключением ярко-фиолетовых глаз. В мощных когтях филин нёс небольшую сумку. «Ну, как прошло?» — раздался у Герта в голове голос Майдо. — Хорошо, — улыбаясь, ответил он. — И с камнем тоже. Если бы филины могли шевелить глазами, Майдо бы их, очевидно, закатил. Герт взял у него сумку и достал из неё маленький пузырёк с прозрачной жидкостью. Проглотил, не почувствовав вкуса. Снотворное должно было подействовать через шесть минут. Пустой пузырёк отправился обратно вместе со Слезой. — Тебя не видели? «Если и видели, то не страшно. Тут водятся совы, меня так просто не отличишь от обычного животного». Майдо перехватил сумку поудобнее и бесшумно скользнул в ночную темноту, не прощаясь. Герт, всё так же улыбаясь, вернулся на кровать, лёг и закрыл глаза. Удовлетворение, которое он испытывал от удачного начала операции, было совершенно особенной вещью. Частичный провал всё ещё был возможен — подозрение, конечно, падёт на него, и не факт, что получится доказать свою непричастность. Но Слеза уже у Феникса, а возможный дипломатический скандал… Ну, они знали несколько вещей, которые могут обернуть его далеко не на пользу Тие-О-Ли. Например, покушение на убийство Алнора, предпринятое сразу после заключения договора о взаимопомощи. Нет, Герт совершенно не понимал, почему Владык и Владычиц Феникса считают достаточно честными, чтобы засыпать в их присутствии. Словно то, что они никогда не обманывают друг друга, значит, что они не обманывают вообще!