27. Полёт на грифоне (Ось Или-Но-И, Аргий/Элурра. PG, романтика, мифические существа, насилие)
25 марта 2018 г., 18:12
Солнце бьёт в глаза, ветер треплет одежду и волосы. Солнцеславный самовольно ускоряется, устремляясь в небеса, не слушая попыток хозяина притормозить — неудивительно, учитывая то, что Аргий никак не может прекратить смеяться. Элурра молчит, но улыбается широко, прячет лицо у него между лопатками и прижимается чуть теснее, чем надо, чтобы удержаться на спине зверя.
Грифон делает петлю, Аргий орёт:
— Слава, а ну прекрати!
Элурра не выдерживает и смеётся. Грифон восторженно свистит, так громко, что уши закладывает. Полёт выравнивается.
— Так, хорош, хорош. Опускайся, — пытаясь отдышаться, Аргий похлопывает Солнцеславного по белой оперённой шее.
— Дэна его разбаловала, — замечает Элурра. — Ну какой нормальный отец позволит тринадцатилетней дочери общаться со своим боевым зверем?
— Я бы скорее сказал, что она его замучила. Верно, Слава?
Грифон тихо клекочет. Они спускаются вниз, к вершинам древних деревьев. Священный Летний Лес странно реагирует на Королеву Зимы, но они уже притерпелись друг к другу. Солнцеславный опускается на берег небольшого прозрачного озера, взрывая лапами песок, а потом чуть не скидывает обоих седоков.
Отряхивая штаны, Элурра думает, что такие моменты, когда они с Аргием могут убраться в какое-то уединённое место, слишком редки, но и чаще случаться не могут. Никто из них не захочет отказываться от собственной жизни, чтобы проводить больше времени с другим.
— Как думаешь, — говорит Аргий, на его губах блуждает тень игривой улыбки, — вода здесь…
Кажется, что вздрагивает само основание мира. А потом реальность раскалывается, взрывается смесью огня и боли, раздирающей тело на ошмётки. Впрочем, ей, как и всему остальному, очень быстро приходит конец.