Моё маленькое сокровище

И это утро было хорошим. В первый раз за последние восемь недель солнце было тёплым, небо было чистым, а на сердце было спокойно. Малышка Изанами медленно раскрыла свои глаза, как котик жмурясь от солнечных лучей. Её голова покоилась на груди Дейдары, который, судя по всему не спал уже давно. В одной руке он держал свиток, который внимательно изучал, другой же рукой Тсукури перебирал светлые пряди своей сестры. Нами боялась лишний раз вздохнуть, наблюдая за сосредоточенным лицом любимого ни сана. Картина крайне умиротворенная, любящая и нежная. В один момент, малышка Нами подумала, что это очередной сон. Испугавшись, девушка широко раскрыла глаза и принялась судорожно искать доказательства того, что происходящее правда. Сказано — сделано. В светлую голову малышки пришла блистательная мысль! Её маленькая ручка потянулась к лицу брата, который заметив, что имото уже не спит, отложил свиток в сторону. Изанами же была увлечена. Она осторожно коснулась щеки брата, потом ткнула пальчиком в подбородок, а после слегка потянула за ухо…. — Да что ты делаешь, хм? — с наигранной строгостью, дабы спрятать довольные смешки, подал голос Дейдара. — Проверяю, настоящий ли ты. — с серьёзной моськой ответила Тсукури младшая. Довольно улыбнувшись, Дейдара аккуратно перехватил ручку сестры и отодвинул от своего лица. «И как можно не любить это солнце.» Подрывник сильнее прижал девушку к себе и со всей любовью поцеловал её в лобик. На это маленькая Изанами что-то недовольно пробурчала, но не отстранилась, а лишь сильнее прижалась к брату. Неожиданно, будто что-то вспомнив, девушка подскочила с футона. Дейдара не хотел выпускать свое солнышко из рук, так приятно согревающее его, но в конечном итоге маневр сестре позволил. Уже находясь у двери, Изанами остановилась. Повернув голову в пол оборота, малышка Нами бросила нежный взгляд на Дейдару, который всё ещё сидел на своём месте. — Мне было без тебя плохо. — виновато улыбнувшись, девушка выпорхнула из комнаты. «Знаю» И это было правдой. Дейдара знал обо всем, что случилось с его сестрой за эти проклятые восемь месяцев. Иногда он удивлялся тому, какая его сестра слабая, наивная, но все же невероятно смелая.В промежутках между заданиями, Тсукури старший незаметно следил за жизнью своей имото. Он испытывал злость, когда сестра губила себя затворничеством, негодовал, когда она переодевалась в него самого. Тсукури был счастлив и наконец спокоен за её жизнь, после того, как она встретила Хана. Он гордился ей, когда сокровище стала тренироваться… Да, он не мог вмешиваться в её жизнь, а уж тем более выдавать свое нахождение в деревне, ведь корпуса подрывников «нет». Значит и людей, служащих в нем тоже. Но бросить сестру не мог… Так и жили. С появлением в жизни Изанами Хана что-то изменилось. Что-то настолько очевидное, но в тоже время неуловимое. Это было что-то неправильное, сложное, но очень удобное. Тсукури старший впервые, наверное, за свою жизнь вырвался из клетки обязательств, ответственности и… Страшно это признать, Изанами. Теперь сестра была под защитой не только его, как старшего брата, но и под крылом Сенсея. Осознание сего факта взорвалось в сознании и… Сестра МОЖЕТ жить без него. Он МОЖЕТ жить. Жалел ли Дейдара о том, что оставил сестру? Нет. Продолжил бы работу в подрывном корпусе дальше, не случись этого ранения? Сложно сказать. Тсукури старший старался прислушаться к своим чувствам, понять, что он ощущает сейчас. Тепло, радость от встречи, счастье от улыбки имото… И Усталость. Усталость от её света. Его мысли все чаще уносились туда, на поле битвы. Где свет — он. Где он — искусство. Дейдара прикрыл глаза, с улыбкой вспоминая этот адреналин, этот азарт битвы. Как его сердце бешено билось, как сосуды чакры невыносимо болели от перенапряжения, но как это было приятно. В битве он опасен, с его новой силой он почти непобедим.

*****

Внимание Гари привлёк свист. Незатейливая мелодия явно была какой-то песней, приятно сочетающейся с гамом птиц на улице. Звук определенно доносился с кухни Дома, частым гостем которого в последнее время стал подрывник. Дома именно с большой буквы, потому что это место, невзирая на свою бедность, было тёплым, родным и уютным. Казалось, что это место несёт в себе больше, чем просто стены, мебель и людей. Здесь жил мир, солнце, спокойствие и счастье, его маленькое счастье. Вообще, подрывник шёл к Дейдаре. Дела у корпуса подрывников были плохи настолько, что одному капитану тут не разобраться. Куроцучи не выходит на связь с тех пор, как выяснилось, что врача взрывного корпуса держат под стражей. Анбу открыто ведут за Гари слежку, а старейшины явно что-то замышляют. Корпус вредит имиджу скрытой деревни. Проблемы, разборки, опасности, злость, гнев, страх… Все исчезло сейчас, в тот миг, как взрывной переступил порог дома. Это она, ангел, что спасла ему жизнь. На душе сразу стало легче и светлее. Вот, он сейчас зайдёт на кухню. Там будет стоять, слегка пританцовывая у плиты, девушка. Наверняка она вся в муке или же специях, в своём помятом красном фартуке с глупым нарисованным мишкой. Она сразу его заметит и улыбнувшись, повернется, тут же раскладывая на столе скромный завтрак. Гари уже было шагнул к кухне, но резко замер. Перед глазами встала картинка того, как все, что ему дорого рушится. Горит этот дом, а в пламени мелькает светлая голова Нами. Точно. Не время мечтам и иллюзиям. Ангелу угрожает опасность. Нельзя забывать цель прихода. Тяжело вздохнув, Гари направился к своему подчиненному. Дейдара встретил его усталым взглядом больного человека. Его обычно идеально уложенные волосы были растрепаны, под глазами залегли привычные синяки, а из-под домашнего кимоно виднелось худое тело. Несмотря на это при виде начальника Тсукури выпрямился и кивком поприветствовал товарища. Гари было сейчас все равно на состояние своего подчинённого. Их друг, товарищ и защита не выходит на связь. Куроцучи пропала ровно в тот момент, как стало известно о том, что Каге запретил лечение несуществующего корпуса. Дальше — больше. Гари прямым текстом сказали, что деревня, а под деревней подразумеваются старейшины, не хочет видеть тех, кто не выполняет их приказы. Началась игра, когда непонятно, где враги, а где друзья. Деревня, казалось бы, дом, должна защищать и поощрять постоянную службу. Эти люди, что есть и были в корпусе подрывников всегда брали ь за самые сложные и невыполнимые миссии. Они создали вид непобедимого в диверсиях Камня. А теперь, после первой ошибки… А А ошибки ли? — Ты уже знаешь? — усевшись за небольшой столик на веранде начал разговор Гари, после того, как Тсукури плюхнулся на стул напротив. — Ты про то, что вся информация о корпусе подрывников куда-то пропадает, а бойцы этого «выдуманного» корпуса никогда не жили в Камне? — Дейдара раздражённо потёр переносицу. На вопросительный взгляд своего Тайчо блондин выложил на стол потрепанный свиток. Сердце Гари пропустил удар. На свитке был нарисован маленький месяц. «Куроцучи» Глава корпуса подрывников медленно взял бумагу. Это письмо, оно от неё. С пометкой о том, что это серьёзно. «Дорогие мои, я вас подвела. Я обещала защищать свое подразделение от врагов и подозрительных миссий. Я слишком сильно привыкла к тому, что вы сильнейшие… те, кто желает вам зла находятся далеко не за границей территории Камня. О нет. Вы заметили, как ваша популярность взлетела? Ни одной проваленной миссии, ни одного нарушения или штрафа. Никто не знает, как попасть в ряды этого элитного подразделения. Обычные рядовые шиноби не дураки. Они видят разницу в силе. Вы для них стали кумирами. О вас никто не знал до того, как Тсукури не пришёл в ваши ряды. Такая фигура перебила даже Гари. Все подозревали. Все чувствовали запах пороха. И не от обычного взрыва, нет. Люди увидели, что корпус силен. После той самой миссии на мосту новости разошлись очень быстро. Вы смогли подорвать самый охраняемый торговый мост. Страна молнии до сих пор подсчитывает убытки, между прочим. Казалось бы, это просто хорошо выполненная миссия? Не только. Вас стали бояться старейшины. Вы стали горды, своенравны, а самое главное — непобедимы. Эти старые пердуны боятся потерять свои места. Вот и все. Они готовы променять сильнейшую команду на свое спокойствие. Более того, по неизвестным мне причинам они стали подчищать свои махинации. Оказывается, некоторые миссии были выданы мимо резиденции Каге. На кого тогда работал последние полгода корпус? Старейшины боятся дедулю. Они убирают свидетелей не только последних миссий, но и старых. Вы слышали что-то, о чем даже думать не должны были. Сейчас все сложно. Меня рядом не будет. И Гари Береги малышку Нами. Только она теперь вам друг. Лягте на дно и не отсвечивайте. В ближайшие дни старейшины заявят о себе, не сомневайтесь. Помните, что вы слепо делаете то, что вам прикажут. Не рассуждаете, не делаете выводов о политике… Сыграйте для меня эту роль. Будьте умницами. Ваша Куроцучи.» Взрывной молча отложил свиток. Щелчок пальцев, и бумага начинает тлеть. После прочитанного было тяжело. Конечно, ничего из того, что написала Куроцучи нового он не узнал. Но черт возьми, от этого не легче. Теперь все подозрения перешли из возможных событий и предположений в жестокую реальность. Как быть. Гари курил очень редко. Настолько редко, что люди, знающие его годами даже не подозревали, что у этого шиноби есть такой способ справляться со стрессом. Все в той же тишине взрывной тем же щелчком пальцев зажег сигарету. Так они и сидели несколько ужасно долгих минут. Тсукури боялся. Со свойственной своему возрасту отдачей он бросался в битвы, и пусть он давно повзрослел, он все ещё оставался неокрепшим подростком. Он боялся потерять свой наркотик. Он жаждал битв и заданий. Тсукури боялся, что это перестанет быть необходимым, что его сила больше никому не нужна. Что мир больше не будет видеть его искусства! Что же до Гари. Он тоже боялся. Корпус подрывников это что-то большее, чем просто отряд. Это его дитя, это его жизнь. Корпус стал домом для каждого его члена. Их объединял символ на протекторе, их связывала любовь к битвам и взрывам, их держала вместе возможность жить нормально. А теперь этого нет. Кто остался? Он — капитан без команды, Дейдара — ещё не наигравшийся в войнушку юнец, да Куроцучи. Сигарета давно уже кончились, а Взрывной все молчал. — Мы должны подождать, Блондинка — наконец произнёс Гари. — Чего ждать, хм? — слишком резко выпалил Дейдара. — Ждать, пока они нас порешают? Пока уберут ненужных и опасных? — Как ты разговариваешь со своим капитаном, Тсукури? — Капитаном чего? Команды? Подразделения? Несуществующего отдела подрывников? Отряда трупов и неудачников?! О, да, капитан, простите меня!!! Тсукури был так взбешен, что пропустил удар ногой в живот, да такой силы, что улетел со стула, пробивая своим телом тонкий забор чик веранды. Тсукури на рефлексах стал вставать, но ему не дали, придавив тело ногой, а на голову вылив кувшин с водой. — Не говори того, в чем не смыслишь. Не уважаешь меня, так хоть прояви уважение к мёртвым. — Да что ты себе… Удар по голове. — Я все ещё твой капитан, щенок. — сильная рука Гари подняла за волосы Дейдару так, чтобы их лица находились друг напротив друга. — я и о тебе волнуюсь, идиот. Остынь и мы продолжим разговор.

*****

Малышка Изанами стала скучать. Да, конечно, братик вернулся. Это замечательно, и здорово, и счастье, что он жив…. Но это не то. Как же объяснить. Вот приходишь ты в свою детскую комнату, в которой ты не был несколько лет. Она родная, дорогая… Но Уже не твоя. Ты смотришь с умилением и нежностью на старые воспоминания, а не на саму комнату. У тебя уже нет Привязанности к ней столь крепкой, что была тогда, в детстве… Вот и Изанами. Открыв самой дверь в большой мир, она как будто закрыла за собой дверь детской комнаты. Тсукури любит своего брата. И в искренности её чувств сомневаться не приходится. И чтобы не происходило, малышка Нами всегда будет любить этого человека. Таков клан Тсукури. Единожды выпустив человека в свое сердце, они не выпустят его никогда. Пытаясь занять себя, младшая Тсукури отправилась на улицу. Да, верно. Не знаешь как разобраться в себе — потренируйся. Тело в работе успокоит и систематизирует разум. Уже собираясь выйти через чёрный ход, Изанами замерла на месте, внимательно прислушиваясь к звукам на своём заднем дворе. Прикрыв глаза, девушка улыбнулась. Эта горячая и взрывная чакра, отличающаяся от чакры брата только тем, что несмотря на всю стихийность и вспыльчивость, она была умиротворяющей. Это он. Гари. С недавнего времени этот суровый, но невероятно добрый к ней шиноби, стал часто появляться у них дома. Возможно, его воспитание требует благодарности за её заботу, неизвестно. Кто этих мужчин поймёт то? Но одно Нами знала точно — Гари хороший человек. Широко улыбнувшись, малышка нами не смогла ничего с собой поделать. Так хочется взглянуть хоть одним глазочком на этого великана. А уж что-то, а стихийные порывы Нами укоротить нельзя — что-то пришло в голову, пиши пропало. Она сделает все, чтобы выполнить этот план. Скрыть чакру, обойти скрипучую дощечку, пригнуться и выглянуть из-за угла… Титанических сил потребовалось для того, чтобы не засмеяться. А ведь было из-за чего! Огромная глыба — Гари, да неизвестно почему мокрый братик, сидели на корточках и маленькими кисточками красили заборчик веранды. Особенно комично это выглядело именно в исполнении Капитана. Огромный двухметровый мужик, сидел в позе лотоса и от стараний прикусив язык, пытался нарисовать те же цветочки, что раньше были на веранде. — Вот увидит она, что мы сломали её веранду. В живых никого не оставит. — бурчал под нос Дейдара. — Имото только кажется безобидным созданием… все… Ай! Хватит пинать я, капитан!.. Гари же был мрачнее тучи и на нытье Тсукури не обращал никакого внимания. — Капитан, вы ужасный художник! Да кто так цветы рисует!.. Ай! Да хватит уже! Начавшуюся было заново потасовку остановила неожиданная реплика. — А мне очень нравятся эти цветы — нежный голос Изанами заставил парней замереть на месте. Девушка перевела обманчиво спокойный взгляд на парней. А что собственно говоря произошло? Мертвое царство. И эти шиноби считаются сильнейшими? Первым Оттаял Тсукури. Сославшись на то, что он весь мокрый и ему нужно переодеться, он не дожидаясь реакции остальных свалил. Такой роскоши у Взрывного не было. Он же гость маленькой хозяйки. Нами приподняла одну бровь в немом вопросе. «И что ответить? Ну, Нами, я пришёл сказать, что нас всех могут убить, поссорился с твоим братом и избил его. В процессе чего и сломал твою веранду?» Смущённо почесав волосы на затылке, Взрывной хотел было оправдаться… — Ну, понимаете… — Понимаешь. — перебила его Изанами. — Что понимаешь? Не понял. — теперь смущённо был почесан кисточкой нос. — Не понимаете, а понимаешь. Гари, вы можете говорить со мной на ты, хорошо? — Оооо… — только и смог протянуть взрывной. Сердце решило напомнить о себе, забарабанив по ребрам. — тогда и Вы. Кхм. То есть ты тоже обращайся на ты. — Хорошо — ласково улыбнувшись рассмеялась малышка Изанами. В своём темно синем кимоно она выглядела ещё миниатюрнее, ещё беззащитнее. Хотелось сгрести её в объятия, прижать к себе и никогда не отпускать. Пока мужчина был в ступоре от того, как продолжить разговор, Нами осторожно взяла кисточку, брошенную братом, и принялась за работу. Рядом с кривыми линиями цветов Гари стали появляться изящные лепестки, что создавались кистью Ангела. Великан так был заворожен этой картиной, что о своих делах и позабыл давно. И вот это сокровище хотят убить? Да в ней нет и сотой части той необузданной взрывной натуры, которой обладал её брат. Назвать эту малышку Тсукури можно было только по голубым глазам, да светлым волосам. Вот изящная линия завернулась, замыкая вязь замысловатых рисунков. Кисточка была отложена. Устало размяв плечи, Нами перевела взгляд на своего гостя. Гари поймал её взгляд. Такой трепетный, осторожный и… когда отточенная внимательность шиноби засекла, что зрачки девушки расширились… Как дышать. Он серьёзно забыл как дышать. И неизвестно как долго бы он мог вот так вот на неё смотреть, не зазвени её голос колокольчиками смеха. Маленькая Тсукури злилась очаровательным хохотом. — Ха ха Гари! Нос! Ты весь в краске! — и как же так, его, джоунина камня порализовала не техника, а слова! Пользуясь замешательством Взрывного, маленькая Нами осторожно приблизилась и стала медленно вытирать краску. — Ты взрослый шиноби, а так глупо замарался. А Гари все равно, что она говорит… Эта девушка касается его, проявляет заботу. От её солнечной улыбки было невозможно оторвать взгляда. Но пришлось. С появлением Дейдары. Старший брат Нами прошёл на веранду очень быстро, бесцеремонно садясь между своим начальником и малышкой. Мужчина недовольно стучал тонкими пальцами по коленям и зло косился на Взрывного. — Я вижу, вы развлекаетесь тут. Хм? — не прекращая барабанить пальцами подал голос Дейдара. — Эм — от этого обиженного подросткового голоса Гари очнулся. Перевёл недоуменный взгляд на подчинённого и по доброму улыбнулся. «Такой опасный шиноби, а ведёт себя как маленький» — Братик, что случилось? Ты очень напряжен. От взволнованного голоса своей имото Дейдара вздрогнул, перевёл немного затуманенный взгляд в её сторону и запрокинув руки за голову с глубоким зевком выдал: Аааааааа да есть пошли, я голодный как наши старейшины до денег! — Это как? — Нами вопросительно изогнула бровь. — Очень сильно, милая имото. Угостишь нас с гостем? — Да, Ни сан! Тсукури старший проводил взглядом сестру устало уселся на землю. — Хорошо, Гари. Мы подождём.