Жертвуя собой

      — Где я? Почему так темно? Эй, здесь есть кто?!       Лишь глухое эхо отзывалось из непроглядной тьмы. Полное отсутствие света давило на глаза. Даже собственное тело невозможно было увидеть. Или его просто не было?       Слишком остро ощущалось чувство тревоги.       Тихий смех раздался над самым ухом. Незнакомый, противный, такой властный, аж тошно. Диппер быстро обернулся, но за ним никого не оказалось. Сплошная тьма. Вновь раздаётся смех, а к плечу кто-то легко прикасается.       — Да кто ты?! — Диппер завертел головой, так никого и не увидев.       — Какая прелесть! — противный голос звучал уже издалека, но всё с теми же нотками надменности.       — Кто ты такой?! — чувство паники возрастало, но подсознательно Диппер понимал, что страх кроется не в этом человеке, кому принадлежал голос. Было что-то совершенно иное, более пугающее.       — Какая прелесть! Теперь ты будешь служить только мне! Ха-ха-ха-ха!       Громкий смех разбивал бесконечным эхом окружающую тишину, резал слух. Диппер на автомате закрыл уши ладонями и зажмурился.       Смех продолжался, усиливаясь с каждой минутой. В какой-то момент, он стал булькающим, словно рот невидимого человека заполнился какой-то жидкостью. Смех резко перерос в крик и быстро стих.       Диппер не решался открыть глаза. Сердце бешено колотилось, оглушая своим стуком, а чувство тревоги возросло в разы и переполняло его полностью. Страх сковал движения, до головокружения сбивал дыхание. Он словно задыхался. Звук шагов издали привлёк внимание к себе. Диппер приоткрыл глаза. Из темноты на него смотрели два ярких золотых глаза. Их вертикальные, словно кошачьи, зрачки делали их чужими, не свойственными обычному человеку. Как и золотистый отблеск. Это золото слишком знакомо. Где он это уже встречал?       Послышался смех. Не тот, что звучал ранее. Этот совершенно иной. Приятный, мелодичный и вновь же, хорошо знакомый. Глаза приближались, но самого человека Дипперу так и не удалось увидеть. Язык не поворачивался вымолвить хотя бы одно словечко.       Тёплая рука провела по щеке, большим пальцем цепляя уголок губ.       — Ты принадлежишь только мне. Ты — моя собственность. Никто не имеет права даже прикоснуться к тебе.       Тихий, до ужаса холодный голос. Золотистые глаза так близко, не позволяют отвести от себя взгляда. Рука опустилась со щеки вниз, к самой ладони. В глазах заиграли азарт и сумасшедшее веселье. Другая рука вложила в ладонь что-то тёплое, мягкое и покрытое слизью. Диппер наконец смог опустить глаза. Он смог рассмотреть… Окровавленное сердце в его ладони. Сердце того человека с противным голосом. Отвращения не было, словно всё это — правильно. Внимание быстро переключилось на чужую руку. Длинные пальцы с острыми, чёрными ногтями. Полностью в крови и только выше виднелись участки жутко бледной кожи с ярковыраженными венами. Рука потянулась к его лицу. Коснулась левой щеки, будто прося поднять голову. Вновь эти глаза уже с хищной, безумной улыбкой. Бледные губы подались вперед, ловя теплые, розовые губы в свой плен. Короткий поцелуй и тихий шепот:       — Проснись, золотце…       Диппер резко открыл глаза. Сердце бешено стучало, отдаваясь в ушах. Чувствовались сбитое дыхание и легкое головокружение. Это всего лишь кошмар.       Взгляд наткнулся на спокойно спящего Билла. Сейчас он был совершенно другой: мило спящий, без надменных, едких шуток. Он ли был в ужасном сне? Эти глаза…       Диппер осторожно поднялся с кровати, взглянул на часы — почти шесть утра.       Воспоминании о жутком кошмаре ускользали, оставляя неприятный осадок на душе и то лёгкое чувство тревоги. Что это было? Вещий сон или просто кошмар?       Не переодеваясь, Диппер спустился на первый этаж. Солнце только всходило на свой трон, освещая своим мягким светом гостиную. На кухне было темно, но Диппер не торопился включать свет. Билл со своим режимом должен совсем скоро проснуться, потому, было бы неплохо приготовить завтрак…

~

      Прохладный поток воздуха из приоткрытого окна прошелся по оголенной шее. Билл поморщился от неприятного ощущения. В постели стало как-то прохладно и… просторно?       С неохотой, Билл приоткрыл глаза, моргнул своими светлыми ресницами несколько раз, окончательно сгоняя дрёму. Чёрные зрачки пробежались по комнате, так и не найдя объект своих поисков.       — Хм, наша красавица пропала. Отважный рыцарь идёт к ней… Ауч! — первая попытка встать отозвалась резкой болью в пояснице после долгого нахождения в неудобном положении. — Нет, пока не идет.       Уткнувшись лицом в подушку, Билл шумно выдохнул. Одним рывком он быстро поднялся с постели. Руки сами потянулись вверх, растягивая ноющие мышцы. Возникало некое удовольствие от лёгкой боли в районе спины.       — Раз, два, три, четыре, пять, я иду тебя искать. Как только я тебя найду… — зевок прервал ленивую речь. — Массаж заставлю делать.       В коридоре оказалось гораздо темнее, в отличие от спальной комнаты. Босые ноги беззвучно ступали по мягкому ковру. Деревянная лестница и скрипа не издала под осторожными шагами. Из кухни были слышны звуки, а в воздухе всё отчетливее ощущался аромат кофе и чего-то сладкого.       Взгляд янтарных глаз наткнулся на чудо с каштановым беспорядком на голове, в широкой майке и коротких шортах. Поверх майки был надет белый фартук. Диппер что-то готовил, полностью сконцентрировав своё внимание на собственных действиях. Билл широко улыбнулся и начал медленно подкрадываться. Ему удалось заглянуть за плечо Диппера: нити пара отходили от турки с тёмной жидкостью. Тонкими пальцами Билл пробежался по худым бокам, сразу же обхватывая подскочившего от неожиданности парня. Тот задёргался и глухо вскрикнул. Злобный смех над ухом сразу же выдал проказника.       — Сайфер, я тебя точно придушу за твои выкидоны!       — Ну надо же как-то проучить тебя, мелкого засранца, за твою не внимательность. И ещё, из-за тебя у меня болит спина и шея. Так что тебе предстоит ещё сделать мне массаж.       — Я виноват, что они у тебя болят?! Билл, отпусти меня.       — Нет, но массаж всё равно сделаешь.       — Мгх, хорошо, теперь отпусти меня. Чёрт, сейчас кофе убежит.       Билл тихо засмеялся, уткнувшись в чужое плечо.       — Кофе подождет, дай мне насладиться чувством идеального утра.       — Что, в твоём понимании, значит «идеальное утро»?       — Представь, ты такой просыпаешься, нет усталости, хорошее настроение. На кухне давно хозяйничает дорогой тебе человек. И ты можешь в любой момент подойти, обнять, утонуть в тепле, заботе…       Диппер даже растерялся от такого заявления. Уже в который раз он замечает какую-то смену в поведении Сайфера. Тот стал мягче, эти постоянные тактильные контакты, различные безобидные шуточки… Всё слишком странно и даже смущающе. Слишком кажется неправильным.       — В твоих словах я не вижу логики. Я конечно же знаю, что твоя наглость позволяет вот так обнимать меня. Но. Мы. Не. В. Отношениях! Билл, ну отлипни ты от меня, иначе я тебе массаж сковородой сделаю! Не уверен, что потом ты сможешь обойтись без врачебной помощи.       — Я шучу, Сосна, просто смирись с тем, что бесить тебя вошло в мою привычку.       Билл отстранился, направился к своему любимому месту за столом и уже оттуда продолжил наблюдение за парнем. Диппер с подозрением проводил его взглядом, а затем занялся кофе, который уже почти закипел. Выложив гренки с яичницей на две тарелки и добавив кусочки помидоров, Диппер подал завтрак. Кофе быстро было разлито по чашкам и поставлено рядом с тарелкой.       Пайнс сел напротив и, не поднимая взгляда, пожелал приятного аппетита.

~

      — Слушай меня внимательно. Сейчас я доделаю тебе макияж и мы вместе отправимся в одно местечко, где тебе сделают чудесный маникюр. Затем подберем украшения и заедем за платьем. Подождём машину с водителем и отправимся на торжество. Просто и без излишеств.       — Разве оно не начинается в восемь вечера? Сейчас ведь только десять утра!       — Какая непрощсчётливость, дитя. До того салона полчаса на машине. По дороге заедем в одно место, чтобы прикупить «аксессуары» для бала. Не забывай, что мы будем в масках, а тебе нужен веер. Соответственно дорога займёт как минимум час. В салоне пробудем не менее двух часов. Эти модники делают всё качественно, но жутко медленно. Затем ювелирный магазин. Выберем подходящее под твой наряд украшение. На все около сорока минут. Затем в ресторан. Мне бы не хотелось, чтобы ты грохнулся в обморок. И это час. Минут сорок дорога обратно. В итоге, к четырём-пяти часам мы вернёмся домой. Машина приедет в половину шестого. Пока ты наденешь платье и всё к нему прилагающиеся… Я считаю, что мы везде успеем и особо ждать не придётся. Есть ли у тебя вопросы?       — Из всего перечисленного я так и не услышал о твоей подготовке. Ты одеваться собираешься? И ещё, не сразу обратил на это внимание, но… Маникюр?! Ты издеваешься?       — Не обращал бы и дальше, — буркнул блондин. — Да, Сосёнка, маникюр. Не переживай, после бала в салоне тебе его очень быстро снимут. Тебе переживать совершенно не стоит, ибо все затраты я беру на себя.       — Конечно, не стоит, если не ошибаюсь, мне кто-то обещал доплату за все мои «жертвоприношения».       — Те условия, при которых я тебе это «обещал» так и не были выполнены. Вспомни условия нашей действительной сделки. Я и так очень снисходительно к тебе отношусь.       — Ох, извините, вашу доброту порой так сложно заметить. Плохо отличаю лицемеров от добродетелей.       Веки мужчины опустились, прикрывая похолодевшее золото глаз. Одной рукой Билл схватил парня за нижнюю челюсть, пальцами надавливая на чужие щёки.       — Тебе лучше не злить меня. Я ведь могу твои органы пересчитать или оставить без языка за дерзость.       Диппер сглотнул, но кивнул в знак согласия. Билл отпустил его, провёл несколько раз кистью по скулам и оценивающе взглянул на свою работу.       — Отлично. Теперь пора следовать по остальным пунктам плана.

~

      Негромкая мелодия рояля наполняла просторное помещение дорогого ресторана. Билл мельком рассматривал его посетителей, гоняя по кругу бокала красное вино.       — Сосна, ты так весь день меня игнорировать собираешься? — блондин перевёл взгляд на сидящую напротив девушку. — Ты бы хоть сделал вид, что ешь.       — У меня нет аппетита. Не думаешь, что обращение к девушке как к парню выглядит как-то подозрительно и странно?       — Нас никто не слышит и обращаюсь я к тебе, а не к созданному образу.       — Сути дела это не меняет. Лучше поедем домой, чем зря просиживать здесь время.       — Не ты ли мне говорил, что у нас очень много свободного времени?       — Значит, был не прав.       Билл вздохнул, нахмурил светлые брови. В его глазах блеснула искра печали.       — Ты всё ещё в обиде на меня? Диппер, тебе нужно понять, что, если такое поведение будет и на балу, это обязательно приведёт к плохим последствиям.       — Я это прекрасно понимаю.       — Нет, ты не понимаешь. Не понимаешь, что в нужный момент не сможешь совладать со своими эмоциями, — Билл подался вперед, слегка наклонив голову. — Посмотри мне в глаза. Я хочу видеть все твои эмоции.       — Кроме смирения, ты там ничего не увидишь, — Диппер поднял голову, смотря прямо в золотистые глаза.       — Ты не прав. Глаза могут рассказать куда больше, чем ты думаешь, — голос Билла стал тише. — В твоих глазах отражается злость и страх. Не смирение, а скорее печаль. Чем же она вызвана? Разбитыми надеждами или неоправданным доверием ко мне? Я угадал?       Глаза Диппера округлились. Казалось, Билл без особых усилий проник под самую корку его черепа, считал все эмоции и решил манипулировать ими.       — Угадал. А теперь давай разрушим эту преграду между нами. Я хочу, чтобы ты смог мне довериться.       — Нет, прекрати…       — Просто слушай меня внимательно, — Билл взял Диппера за подбородок, чтобы тот не смог отвести взгляда. — В этой афере я меньше всего хочу навредить тебе. Какой бы выгодной сделка ни была, я не собираюсь ставить твою жизнь взамен. Не буду скрывать, что ситуация может резко сменить градус, но это будет лишь с твоего согласия. Я не люблю бездумных решений, потому знай, любая ситуация находится под моим контролем.       — Почему моя жизнь стала так ценна для тебя?       — В отличие от всей той мразоты, что там соберётся, ты для меня не пустое место, — тонкие пальцы отпустили парня, давая вздохнуть с неким облегчением. В душе стало спокойнее, пусть и остались те мелкие осколки недоверия.       — Как всегда, высокомерно. Объясни, что для тебя значит «не пустое место»?       — Не сложно догадаться, что это значит, а ты не глупый мальчик. Может вина?       — Не хочу. Лучше после того, как всё закончится, угости меня хорошим виски или коньяком.       Билл расплылся в довольной улыбке и одним большим глотком осушил свой бокал.       — Идёт, золотце.

~

      Билл вышел из чёрного Роллс Ройса. Элегантный чёрный смокинг сидел на нем идеально. Галстук-бабочка, белоснежная рубашка, под расстёгнутым пиджаком виднелся жёлтый жилет с золотой цепочкой от карманных часов, зауженные брюки и чёрные лакированные туфли — всё создавало неповторимый, превосходный образ. Волосы были собраны в высокий хвост, а выбивающиеся короткие пряди лишь придавали изящества.       Он открыл дверцу автомобиля и подал руку своей даме. Та, не менее элегантно, вышла из салона. Билл закрыл за ней дверцу и пара направилась к главному входу. Дворецкие открыли перед ними большие резные двери.       Яркий свет ослепил глаза, а шум, сравнимый с гулом пчёл в улье, глушил слух. Множество мужчин в смокингах и дам в бальных платьях. И все они были в масках.       — Не переживай, золотце. Вспомни все правила и следуй им.       — Кто тебе сказал, что я переживаю? — Диппер старался идти как можно естественней, сохраняя высокомерные черты в движениях и мимике.       — Я чувствую как похолодели твои руки.       — Здесь просто прохладно.       — Тебе не удавалось, не удается и, я уверен, не удастся меня обмануть. Будет проще, если ты доверишься мне.       Пара остановилась у столика с пирамидой из бокалов с шампанским.       — Са… Мгх! — Диппер старался как можно тише говорить, чтобы его мог услышать только Билл. — Ты… Ты мне уже надоел со своим доверием. Если ты не знал, доверие нельзя просто взять и приобрести. Типичная психология человека и замечательная фраза: «Никому не доверяй». А вот что у тебя на уме, только одному тебе и известно.       — Я ведь не прошу тебя доверять мне везде и во всем. Я прошу именно в этот вечер. Здесь ты можешь верить только мне, а я могу положиться только на тебя.       Диппер похлопал своими длинными ресницами, задумался. Вокруг становилось душно, из-за чего пришлось воспользоваться веером.       — Хорошо, я верю тебе и готов полностью доверять, но только на этот вечер, — Диппер посмотрел своими голубыми глазами прямо в глаза напротив. — Моя жизнь в твоих руках.       — Замечательно, золотце. Тогда…       — Здравствуйте! — Чей-то звонкий голос привлёк внимание обоих.       — Совсем скоро появится хозяин дома и организатор этого замечательного вечера. Вы не против, если я составлю вам компанию до этого момента? Мне бы очень хотелось с вами пообщаться.       Билл улыбнулся. Сразу же стало понятно, что этот человек ему хорошо знаком. Тот был в темно-сером смокинге с клетчатыми брюками. Русые волосы отдавали рыжим оттенком, а из-под серебристой маски на пол лица сверкали зеленые глаза с серыми вкраплениями.       — Здравствуйте. Мы будем только рады вашей компании. О чем же вы хотели поговорить?       — Я бы хотел обсудить один важный вопрос. Лично с вами. Но, это уже после того, как пройдет часть представления, — Билл согласно кивнул в ответ. — Отлично. Хочу заметить, ваша девушка очень прелестна и это платье ей очень идёт.       Диппер встрепенулся, в смущении похлопал своими ресницами и опустил взгляд.       — Благодарю. — Легкий румянец появился на щеках. Билл кое-как подавил свой смешок и переключил внимание их собеседника на себя.       — А где же ваша пара? Вы один пришли на этот вечер?       — Конечно же нет. Моя милая супруга нашла себе компанию по душе. Но я не разделяю её предпочтений, потому ищу более подходящего собеседника.       — Какие же темы вы предпочитаете обсуждать?       — О, я могу поддержать разговор во многих направлениях, но предпочитаю искусство, культуру различных стран и алкоголь. Вино, если быть точнее.       — Вино — вещь очень замечательная. Вина каких стран пришлись вам по вкусу?       — Франция. Французские виноделы знают все тонкости вкуса, за что я и люблю их замечательное вино.       Музыка стихла. По большой парадной лестнице спустился хозяин дома. Мужчина лет пятидесяти в дорогом, чёрном смокинге и чёрно-серебристой маске. Рядом с ним шла молодая женщина, в ярком розово-красном платье и схожей по цвету маске. Внимание всех было приковано именно к этой паре.       — О, не предполагал, что этот момент наступит так скоро. Извините, но я покидаю вас. Нужно найти мою милую супругу, — мужчина сделал короткий поклон головой и направился в самую гущу толпы. Сайфер проводил его взглядом, о чём-то размышляя в своей голове.       — Что ж, дорогая моя Эмилия, пойдём и мы представимся.       — Мне нужно называть себя?       — Нет, от тебя лишь нужен поклон и обворожительная улыбка. Я сам нас представлю. — Билл подал руку своей даме и они направились к парадной лестнице.       На пару ступенек выше стояла та парочка и с самым гостеприимным видом встречала своих гостей. Каждая пара подходила к ним и именно мужчина представлял себя и свою пассию. Из всего этого представления Диппер подметил для себя, что на лицах людей не только карнавальные маски, но и маски собственного лицемерства.       После того, как первая часть была пройдена, заиграла веселая музыка и пары закружили в танцах. Как бы не была изящна игра каждого, от знающего глаза не ускользали выдающие их детали. Напряженные взгляды, перешептывания, осторожные движения и это постоянное чувство чужого взгляда на спине.       Биллу пришлось оставить Диппера одного на некоторое время, чтобы обговорить один «вопрос». Потому сейчас он стоял с бокалом шампанского и кратко рассматривал всех присутствующих. Было слишком душно, корсет давил и натирал кожу до боли, а веер не помогал совсем. Во внимание парня попали раскрытые двери, ведущие на большой балкон. Потому он направился в его сторону.       Свежий воздух был настоящим блаженством. Дышать стало в разы легче. Как ни странно, людей было немного — всего две пары, которым также духота пришлась не по нраву.       — Что же делает здесь такая прелестная особа, да и одна?       Диппер обернулся. В двух шагах от него стоял мужчина уже в слегка пьяном и потрепанном виде. Он был полноват и своим вторым подбородком вызывал лишь омерзение. Противный голос раздражал слух. Само же появление этого мужчины не предвещало ничего хорошего.       — Ну что ты, прелесть моя, молчишь. Подай хоть голосок в ответ.       — Извините, не имею право.       — Право? Ха-ха, покажите мне этого проходимца, что отнял его у вас, я то уж ему объясню, что так с девушками не поступают.       — Не нужно. Просто могли бы вы не приставать ко мне?       — Дерзишь?! Чья ты будешь?       — Она со мной.       Толстяк обернулся. Перед ним стоял Сайфер. Он был на целую голову выше, а в глазах горела ледяная ярость. Взгляд толстяка заметался, волнение выдавала дрожь в руках.       — Ха-ха, как же я сразу не догадался, чья это красавица? Простите, мистер Сайфер, ваша милая леди показалась мне одинокой и я решил составить ей компанию.       — О, поверьте, она не нуждалась в вашей компании, а теперь и подавно не нуждается. Мы покинем вас, я хотел пригласить её на танец.       Не дожидаясь ответа или вообще какой-либо реакции, Билл взял руку в белой перчатке и потянул за собой в зал. Диппер же старался успеть за ним и не споткнуться на своих каблуках. Мысленно он благодарил, что Сайфер умел появляться в нужный момент.

~

      Билл кружил в танце, абсолютно расслабленный, спокойный. Только он один достойно и слишком правдоподобно играл свою роль. Это добровольно принятое чувство доверия Диппер старался вогнать себе в мозг и принять как таковое. Смотря на весь этот спектакль, становилось тошно и противно, а главное страшно. Страшно от осознания, кто кроется за этими масками и что станет с половиной всех этих людей. И Билл чувствовал этот страх. Он будто подпитывался этим чувством, становясь всё более уверенным в каждом своем движении и мысли. Его тёмная аура словно отгоняла всех, устрашала и только Диппер мог чувствовать себя в безопасности, находясь рядом с этим человеком.       Свет погас. Тусклые блики свечей плясали по стенам. Диппер растерялся и не сразу понял, что происходит. Билл же взял его за руку и повёл в неизвестном направлении. Просторный зал сменился узким коридором. Свечи в настенных подсвечниках служили единственным источником света. Винтовая лестница вниз, длинный коридор с несколькими поворотами и вот они в неосвещаемом, просторном зале.       Вдоль стен из большого булыжника стояли канделябры с множеством свечей. Стены были украшены портретами неизвестных людей и красной бархатной тканью. В самом центре помещения размещался длинный стол. Резные стулья обиты тем же красным бархатом и напротив каждого была карточка с индивидуальным символом, листки бумаги и ручка.       Билл подошел к месту, где был знак из странных символов и фигур, но четко прорисовывалось изображение треугольника с глазом.       — Просто стой рядом, золотце. Это не должно продлиться долго.       Диппер кратко кивнул и встал на нужное место. Единственное, что он мог себе позволить — просто наблюдать за всем происходящим.       Все быстро расселись по местам. Как и он, с правой стороны стояли все компаньоны главных гостей этого вечера. Во главе стола сидел хозяин дома. Как только образовалась тишина, он движением руки подал сигнал двум девушкам с серебристыми подносами, что стояли позади его. Первая девушка в простом чёрном платье подходила к каждому, чтобы тот мог взять конверт с нужным символом.       Билл взял лишь один конверт с символом черного пиона. На небольшом листке написал всего несколько предложений и сложил его в конверт. Вторая девушка шла с пустым подносом и собирала готовые «письма». Через минут десять письма оказались у своих получателей.       Диппер даже удивился, когда увидел шесть писем, адресованных Биллу. Тот сильно не церемонясь, отложил четыре письма в сторону, так их и не прочитав. Пятое отправилось в общую кучу после быстрого просмотра. А вот одно письмо Билл решил оставить себе.       Отказные письма девушки собирали и возвращали обратно.       Как понял Диппер, с частью заключения устных договоров было покончено, пусть для кого-то и неудачно.       Хозяин дома, чьё имя так и не было известно, встал из-за стола. Вспомнив этот момент из рассказов Билла, Диппер больше всего желал услышать слова об окончании этого вечера.       — Погодите, погодите, — из-за стола встал тот пьяный толстяк со своей фирменной ухмылкой. — Прежде чем вы объявите торжественное завершение этого вечера, я не могу упустить такой прекрасный шанс. Желание одалело меня, потому, мистер Сайфер, хочу предложить вам очень выгодную сделку. Думаю, вы прекрасно знаете, что я могу предложить вам.       Было видно, как Билл напрягся. Но не от столь неожиданной выходки, а от закипавшей внутри ярости.       — Что же вы желаете взамен вашему предложению?       — О, мистер Сайфер, уверен, для вас это пустяк. Мне всего-то нужна эта прекрасная леди, что рядом с вами.       У Диппера словно сердце упало вниз, оставив внутри один холод. Билл обещал ему, что его жизнь не будет стоять решающей в сделках. Однако, Билл всё обдумывал и не спешил с вынесением итога. Это значило одно — он всерьёз рассматривал данное предложения и искал самые подходящие варианты действий.       — Не могу же я просто взять и отдать такую красавицу, даже если на кону ваше предложение. Если она добровольно согласится, я готов принять вашу сделку.       — Что же скажет эта прекрасная особа?       Билл рукой подозвал к себе Диппера. Тот подошёл ближе, позволяя чужим рукам обвить его талию и усадить на свои колени. Множество взглядов в их сторону совершенно не беспокоили Билла. Он зарылся носом в искусственные длинные локоны и совсем тихо спросил:       — Позволишь?       — Что ты задумал? — После недолгого раздумия, спросил тот.       — Хочу убить его, золотце.       Диппер сглотнул. Рука невольно сжала ткань на плече Билла.       — Как и когда ты собираешься это осуществить?       — До рассвета. Тянуть время — недопустимо и рискованно для твоей жизни.       — Я это прекрасно понимаю. Хорошо, мне нужно что-то делать?       — Нет. Просто веди себя спокойно и старайся не нарываться. В крайнем случае, действуй по ситуации.       — Хорошо. Надеюсь, это стоит того.       Диппер встал с колен и посмотрел на толстяка. Тот расплылся в улыбке, уже предугадывая исход.       — Я согласна.       — О, милая, иди ко мне. Не бойся, я не буду тебя обижать.       Обойдя стол, Диппер оказался в плену объятий толстых рук. Так и хотелось со всего размаха ударить по этому противному лицу и стереть гадкую, самодовольную ухмылку. Голубые глаза видели этот блеск ледяных глаз с потемневшим золотом.       Впереди была лишь чёрная неизвестность и надежда. Надежда, что Билл сдержит слово и исполнит задуманное. Его настоящих целей Дипперу не было известно, но эти потемневшие радужки глаз были слишком хорошо знакомы.       Толстяк, придерживая за талию, повел Диппера прочь из зала, совершенно по другому пути.       Достаточно быстро они оказались на заднем дворе особняка.       — Ну что ты, прелесть моя, нос повесила? Не переживай, тебя всё равно бы ждала участь не лучше. Билли не особо любит возиться с лишним мусором, но мне известно его пристрастие к зверским расправам.       — Что вы собираетесь сделать со мной?       — Сейчас ты стала моей рабыней. Будешь себя хорошо вести, может и жива останешься.       Диппер молчал, не в силах ответить что-либо. Слишком сложно совладать с внутренним страхом и нарастающей паникой.       — Упакуйте её. — холодно отдал приказ своим людям толстяк. — Я скоро вернусь, мне нужно лишь заключить одну выгодную сделку.       Гадкую ухмылку и противный смех — последнее, что помнил Диппер, прежде чем провалиться в темноту.