Жертвуя собой

      Глухие быстрые удары эхом звенели в голове. Кислорода не хватало, а горло болезненно драло из-за попыток вдохнуть больше воздуха. Невнятный шёпот в голове кружил, становился громче или совсем стихал. Непроглядная тьма окружала. Шёпот вновь приблизился и оглушающе повторял: «Беги, беги, беги… бе…».       Он почувствовал чьё-то присутствие рядом. Совсем близко.       Сознание слишком быстро ворвалось в реальность, и тело вскочило на постели…       Болезненный и громкий крик. Парень упал обратно на подушку, загнанно задышал. От резкой боли глаза закатились вверх и «ослепли», ладони до белых костяшек смяли простыни.       — Блять…       Человек, который сидел рядом с кроватью, испуганно дёрнулся от неожиданно поднявшегося больного. Взгляд застыл на бледном лице… карие глаза устремились куда-то вверх. Жадные, громкие вдохи. Губы раскрывались в попытке глотнуть больше воздуха и выпускали тихие, болезненные стоны, перемешанные с хрипом.       Доктор взял стоящий на тумбочке стакан воды, второй рукой приподнял голову больного и поднёс стакан к его губам.       — Пей, это вода.       Глотать было больно, но с каждым глотком становилось легче. Жажда и сухость в горле пропадали. Прохладная вода позволила немного прийти в себя и хоть как-то оценить обстановку вокруг. Мужчина опустил голову больного обратно на подушку и поставил стакан на место.       — Сегодня целый день ты спал беспокойно, — наклонившись, мужчина откуда-то из-под кровати достал пакет с прозрачной жидкостью. Он встал со стула и прицепил пакет на крючок вешалки, приделанной к какой-то палке. — Я уже думал, что у тебя началась лихорадка, но температура не поднималась. Это очень хорошо. Ты довольно быстро пришёл в себя.       Диппер едва успевал следить за движениями незнакомого мужчины, не то что соображать, для чего он всё это делает. Паника охватила, когда тёплая ладонь мужчины коснулась его руки и развернула запястьем вверх. Под пластырем в вену был введён катетер.       Мужчина посмотрел на парня и заметил у того недоверчивый взгляд. Он мягко улыбнулся.       — Это лекарство. Оно поможет твоему организму быстрее восстановиться. В больнице о тебе бы лучше позаботились, но этот вариант очень небезопасен.       Мужчина ввёл шнур в катетер. Откинулся на спинку стула, взглядом проверил надёжность самодельной капельницы.       — Где он? — Диппер не узнал свой голос. Слишком хриплый и тихий.       — Билл? Отсыпается, — доктор глянул на свои наручные часы, удивлённо повёл бровью. — Что-то он долго. К слову, прошло более суток с тех пор, как тебя привезли сюда.       — Какой сегодня день?       — Понедельник.       Шатен вновь сделал резкий рывок, но тут же упал обратно от сильного приступа боли.       — Идиот! Будешь так себя вести, мне придется вколоть тебе транквилизатор!       — Мх-м-м… — Диппер не особо поверил в слова этого человека: слишком незаконно. Хотя, где он находится…       — Тише, скоро лекарства подействуют, и тебе станет легче, — мужчина встал со своего места и направился к двери. — Пойду, приготовлю тебе бульон. Лежи смирно.       Дверь закрылась. Пайнс смотрел в потолок, пытаясь как-то привыкнуть и лишний раз не двигаться. Минуты тянулись мучительно долго, но вместе с ними утихала боль. Лекарство медленно начинало своё действие. Дипперу хотелось поскорее увидеть Сайфера, узнать, что произошло за время его отключки…       Одновременно не хотелось ничего.       Взгляд завис на небольшом пластиковом цилиндре капельницы, в котором одна за другой падали, стекали по шнуру, а после попадали в кровь прозрачные капли. В голове не укладывалось, как обычная поездка в клуб закончилась тем, что сейчас он нормально рукой пошевелить не мог, что уж говорить про ноги. Казалось, прошло совсем немного времени с момента, когда они были в подвале…       Дверь тихо хлопнула, к кровати кто-то тихо подошёл. Диппер сразу подумал, что вернулся тот черноволосый мужчина, но в глаза бросился оголённый торс…       Билл выглядел немного помятым, заспанным, словно только что проснулся. Его волосы были взъерошены, хаотично лежали, завивались и создавали беспорядок на голове. В Сайфере что-то очень сильно изменилось, но Диппер не мог понять, что именно…       — С добрым деньком, Сосна! Руки чешутся, но лежачих не бьют, — Билл присел на край постели. Несмотря на свой жизнерадостный голос, лицо сохраняло своё холодное выражение. — Что за фигня, Сосёныш? Попадаешь во всякие передряги, шлюх цепляешь всяких, с охранниками догонялки с перестрелкой затеял… хлопот с тобой…       — Если хочется ударить, то ударь. Только не оскорбляй моих друзей, потому что Венди не шлюха, — Диппер огрызнулся. Не так должен был начаться их разговор.       Билл показательно закатил глаза, мысленно выругался, но решил тему с «друзьями» пока не трогать.       — Бить не буду: я и так лишился пары нервных клеток, когда ты почти перестал дышать в моей машине. Повторять подобный опыт у меня нет желания.       Какое-то время блондин молчал, пока смотрел в стену и что-то обдумывал. Его длинные пальцы быстро постукивали по мягкой постели. Диппер засмотрелся на крепкую ровную спину, подмечая уже знакомую татуировку на затылке.       И тут до Диппера дошло, что было не так в его образе. Светлые волосы были острижены. Теперь их нельзя было собрать в привычный хвост или сделать непонятную причёску. Длинные пряди спереди слегка вились, на затылке волосы были короткими. Сложно признать, что Биллу это очень шло.       — Тебе придётся отлежаться тут пару дней. В больнице лучше не светиться. Джон за тобой присмотрит. Это доктор, ты его уже видел.       — Пропасть на пару дней? Ты ведь знаешь, что я не могу…       — Ты ведь знаешь, что у тебя нет другого выбора, — парировал тот в тон, повернувшись. На лицо упала прядь волос, на которой Диппер невольно задержал взгляд. — Тебе сильно досталось, Диппер. Сомневаюсь, что ты толком стоять можешь. И уж точно не стоит появляться на глазах сестры с таким синяком на лице.       Сайфер легко коснулся большим пальцем ладони местечка на левой скуле, от чего парень болезненно зашипел. То, что он попал далеко не в шуточную ситуацию, когда «тот свет» широко раскрыл ворота и был до ужаса близок к его грешной душе, пульсирующими ударами било по мозгам.       Билл убрал руку и достал что-то из кармана своих серых, спортивных брюк. Присмотревшись, Диппер понял, что это его телефон. Блондин без всяких трудностей ввёл пароль и что-то активно выискивал в смартфоне.       — Откуда ты знаешь пароль?       — Разве ты скрывал его от меня? — Билл, не отвлекаясь, пытался что-то найти в телефоне, и Диппер не мог никак увидеть, что именно. — Хочу отправить твоей сестре сообщение.       — Что ты собра… кха… — парень закашлялся: говорить всё ещё было сложно.       — Привет, я с друзьями уехал в Кламат-Фолс. Останусь у дяди на пару дней. Не скучай. Восклицательный знак, смайлик. Отправить. — Сайфер нажал на кнопку «Отправить» и с самодовольной улыбкой посмотрел на парня, который яростно прожигал его взглядом. — Что?       — Про меня и мою семью ты тоже уже всё знаешь, верно?       — До мельчайших подробностей. Думал, я на такое не способен?       — Нет. Просто не ожидал, — Диппер прикрыл глаза и пытался заставить себя расслабиться. Ему не стоило забывать, с кем он ведёт игру. Он почувствовал, как Билл приблизился и навис над ним. Тихий стук. Похоже, что тот положил телефон на тумбочку, где-то в изголовье кровати.       — Как я понимаю, я теперь вне игры? — открывать глаза парень не решился. Билл по-прежнему находился очень близко.       — Ты жив, а значит ещё в игре. Но теперь инициатива в моих руках. Не так уж и плохо, как могло бы быть. Согласен?       — Возможно. Однако, сейчас я совсем бесполезен.       Билл наклонился ещё ниже, одной рукой опираясь на матрац, рядом с краем подушки.       — Чем быстрее ты поправишься, тем быстрее станешь мне полезен…       Диппер думал, что его сердце в этот момент остановилось. Он почти физически ощутил прикосновение тёплых губ, горячее дыхание на своём лице. Он хотел этого больше всего, больше, чем следующего вдоха кислорода, больше, чем что-либо ещё в тот момент…       Тепло исчезло одновременно со стуком в дверь. Казалось, сердце ожило, сделало несколько болезненных ударов и вернулось в привычный ритм. В комнату вошёл доктор, держа в руках поднос с тарелкой горячего куриного бульона.       — Я вам помешал?       — Нет, всё хорошо, — Сайфер встал, не спеша прошёл мимо доктора и скрылся за дверью.       Джон посмотрел на больного. Взгляд у того был совсем задумчивый и какой-то печальный. Поставив поднос на стул, он помог парню немного приподняться. Поднял подушку выше, после чего помог тому поесть. Для Диппера это был простой, но очень вкусный куриный бульон, который приятно грел и насыщал не только организм, но и душу.       Оба, Пайнс и доктор, всё время молчали. Парень не был настроен на разговор, а доктор не желал грузить его вопросами. К тому же, всё было куда очевиднее, особенно для такого человека, как он — доктора, на опыте познавшего сложность отношений, и того, кто не один год знаком с Сайфером. С человеком, который до конца будет следовать своему выбору. Но проблема в том, что его выбор очень непредсказуем.       Мужчина отставил поднос с пустой миской в сторону. Проверил капельницу и перевязанные раны на теле больного.       — Вечером сделаем перевязку. А пока отдыхай.       Диппер ничего не ответил, закрыл глаза и отвернулся головой к стене. Взяв поднос, доктор вышел из комнаты.       В доме было тихо. Сайфера нигде не было видно. Джон спустился на кухню, помыл посуду, заварил себе кофе и сделал пару сэндвичей. Сев за стол, доктор решил просмотреть все пришедшие сообщения в своём телефоне. В поле зрения попало какое-то движение. По лестнице спускался Сайфер, уже полностью собранный. Белая рубашка и чёрные брюки. Так полюбившийся им галстук-бабочка черного цвета. Пиджак на согнутой руке.       — Ну и куда ты собрался?       — Работа не ждёт, друг мой.       Он на минуту остановился, чтобы посмотреть что-то в своём телефоне. Сверил время на наручных часах.       — Уходишь, оставляя на меня всё?       — Ты сам не был против остаться. Но я буду тебе очень обязан, если ты сегодня побудешь тут.       Джон сделал несколько глотков кофе и взял с тарелки один из двух сэндвичей.       — Когда мне ждать твоего возвращения?       — Я буду поздним вечером. Чувствую, я многое упустил за неделю своего отсутствия.       — Какая-то другая работа заставляет тебя так ответственно относится к своим обязанностям?       — Нет. Тут больше личный интерес. К слову, этот парень в этом тоже замешан.       — Сайфер, стоило тебе пропасть на некоторое время, как ты уже во что-то вляпался!       — Не люблю скучную жизнь, ты ведь знаешь.       Билл подошёл к столу и взял с тарелки последний сэндвич. Джон не стал возмущаться, лишь ответил мимолетным недобрым взглядом.       — Что ты будешь делать с этим парнем?       — Мне что-то нужно с ним делать?       — Я бы не задавал этого вопроса, если бы не видел, что ты сам к нему не ровно дышишь. Теряешь сноровку, Сайфер.       Блондин доел сэндвич и вытер руку о кухонное полотенце.       — Плевать. Осталось немного. Всё закончится, и мы с ним просто разойдёмся.       — Как у тебя всё просто. Думаешь, он так просто отступит?       — Ему не место рядом со мной.       — Вот как, — доктор хмыкнул и допил остатки кофе. — Надеюсь, что ты с этим быстро разберёшься. Ты нужен в другом месте. Сам знаешь, какие дела сейчас происходят.       — Знаю.       Билл ушёл, закрыв дверь на ключ. Спустя пару минут заревел автомобиль, но спустя несколько секунд его рёв очень быстро стих.       Время приближалось к обеду, все срочные дела были отложены, на работу спешить не нужно… доктор взял на сегодня выходной. Чтобы хоть как-то сократить своё время, он нашёл себе книгу на полке в гостиной, сел поудобнее в кресле и принялся читать. Время от времени он поднимался на второй этаж, чтобы проверить состояние Диппера. Тот крепко спал, температура не поднималась, что было очень хорошо. Капельницу доктор убрал, но катетер с руки решил пока не снимать. Уже ближе к вечеру, Джон дочитывал книгу в комнате Диппера, чтобы следить за его состоянием. Пайнс проспал весь день, но сон был беспокойным: он бормотал невнятные слова, часто дёргался, хмурился и тихо стонал от боли. Доктор вытирал появляющуюся испарину с висков, периодически рукой проверял температуру на лбу. Когда кошмар отпускал парня, и он спал более-менее спокойным сном, доктор расслаблялся и возвращался к чтению романа, найденного среди остальных непривлекательных книг, пока солнце медленно клонило к закату.

***

      — Ты предупреждал, что будешь поздно, но я всё же рассчитывал, что ты вернёшься до двенадцати.       Ещё немного сонный Джон стоял около своей машины и ёжился от утренней прохлады. Машина уже заведена, салон прогревался тёплым воздухом. Стоявший рядом с доктором блондин чувствовал себя куда комфортнее в тонкой рубашке, словно он совсем не замечал холода. Он лишь затянулся сильнее, выпустил густое облако сигаретного дыма и стряхнул пепел.       — Чуть позже приедет мой ученик, я ему доверяю. Молодой парень, он присмотрит за Диппером.       — Хорошо. Спасибо, что выручил.       Доктор широко зевнул, но прикрыл рот ладонью.       — Сайфер, мне вчера сообщили, что ты очень помог своей бывшей… не слишком ли щедро с твоей стороны?       Блондин смотрел куда-то вдаль. Верхушки деревьев освещались холодным светом восходящего солнца. Лёгкая дымка тумана над землёй постепенно растворялась.       — Слишком. Но мне необходимо, чтобы она убралась из поля моего зрения и желательно надолго.       — Вот как… смотри, чтобы это не обернулось против тебя.       — Я держу ситуацию под контролем и в любой момент могу перекрыть кислород её новоиспеченному любовнику.       — И это она тоже знает. Твой контроль лишь временная мера, и скоро она найдёт способ выкрутиться из-под твоего влияния.       — Пускай посуетится, мне до неё нет дела. Пока что…       — Хорошо, я понял тебя. Если появится какое-то дело, я всегда на связи.       Джон попрощался, сел в машину и выехал со двора. Сегодня у него работа, а перед ней ещё нужно заехать домой.       Биллу пришлось проснуться ранним утром. Вместо того, чтобы тихо собраться и уехать, друг разбудил его под предлогом, что пить кофе одному как-то скучновато. За время завтрака Сайфер полностью избавился от сонливости, и теперь чувствовал прилив сил.       Свежий воздух хорошо бодрил разум, однако кусал тело своим холодом.       Билл ещё несколько минут стоял на крыльце, а после вернулся в дом. Блондин тихими и осторожными шажками поднялся на второй этаж. Прошёл в комнату, где крепко спал Диппер. Подошёл к окну и приоткрыл его, чтобы впустить утренний воздух в помещение.       Парень хмурился во сне, словно ему снился не самый приятный сон. Тыльной стороной ладони Сайфер коснулся лба. Температура была, но едва ощущалась. Присев на стул у постели, Билл устремил свой светлый взгляд в лесные пейзажи за окном. В голове мелькала хроника воспоминания прошедших лет. Самых разных. Особенно ярко вспоминался тот день, из-за которого он сейчас оказался тут, в этой ситуации.       Прошло уже больше года.       Огромный склад порта.       Залитый кровью бетонный пол.       Десятки лежащих на полу трупов.       Трупы рабочих, его людей и сотрудников полиции. Все были убиты в перестрелке. Все.       Сайфер всегда придерживался понятия «Убить, или быть убитым», потому в тот самый момент стоял живым, держал в руках пистолет и смотрел на пустой магазин под его ногами. В тот самый день в порт должна была прибыть огромная партия оружия вместе с другим, «ценным» грузом. Но произошёл слив информации, и в порту его ожидала засада: переодетые в работников порта полицейские и ожидающие в засаде спецотряды для его задержания. Сайфер позволил захлопнуть себя в ловушке и устроил безжалостную бойню, собственноручно пристрелив с десяток людей. Он одержал победу и омыл её кровью.       После того дня все высшие органы взялись за его поимку. Живым или мёртвым.       Пришлось залечь на дно, приостановить деятельность своего бизнеса и максимально замести следы. Носясь из штата в штат, он задержался больше положенного именно тут: он нашёл новую работу и создал новый образ. Его личность, внешность и имя никому не были известны. Даже полиции. И поэтому в рукаве он припрятал весьма крупный козырь.       Ситуация с его поиском поутихла не скоро. Детали дела с перестрелкой в штабе старались не афишировать, чтобы сохранить репутацию органов порядка. И эта оплошность принесла немало смертей.       Сайфер не испытывает сожаления. Он давно сделал свой выбор и не имеет значения, сколько людей ему бы пришлось убить на своём пути.       Билл взглянул на спящего парня и задумался, как бы тот отреагировал, узнав, сколько людей было убито этими руками. Сколько ужасных вещей Сайфер совершил… пусть Диппер имеет какое-то представление о его настоящей личности… лишь малую часть от того, что скрывается за преступной личностью.       Стал бы он его ненавидеть?       Телефон в кармане завибрировал. Входящий вызов с неизвестного номера. Наверное, подъехал тот самый «ученик» Джона. Сайфер тихо вышел из комнаты, ответил на вызов и спустился, чтобы встретить гостя.

***

      Стоило Дипперу открыть после долгого сна глаза, как его широкой улыбкой поприветствовал незнакомый парень. Совсем молодой, может даже немного младше. Русые волосы, коротко стриженные на висках и затылке. Серо-зеленые глаза с тёмными вкраплениями, в которых искрились необъятная радость и неподдельный интерес.       — Доброе утро! Как ваше самочувствие?       — Вы кто?       — Я заменяю доктора Джонатана. Буду следить за вашим состоянием. Меня зовут Сэм. Рад знакомству!       — Диппер. Значит, «следить за моим состоянием»?       — Верно. Я ждал, когда Вы проснётесь, чтобы проверить и оценить Ваше состояние.       — Делай, что хочешь.       Шатен не проявлял никакого интереса к довольно радостному парню, который охотно занялся его осмотром. Во время осмотра, Диппер заметил, как молодой доктор был удивлён, увидев на теле множество шрамов и гематом. Он промолчал на этот счёт, но искристой радости в его глазах как-то поубавилось. Сэм сделал какие-то записи в своей тетради, задал пару вопросов по поводу самочувствия и уже потом ушёл на кухню за приготовленным завтраком для больного.       Время для Диппера текло ужасно медленно и скучно. Мысли о том, сколько же всего он пропускает за время своего «отъезда» заставляли понервничать и не давали покоя. Молодой врач, которому, как выяснилось после, недавно исполнилось девятнадцать, так же скучал. После всех необходимых процедур, он сидел на стуле у окна и с самым равнодушным видом что-то высматривал в своём телефоне. С собой он взял несколько конспектов и учебник, но читать ему их было неинтересно. Уже спустя час скучного времяпрепровождения, когда Диппер решил вздремнуть, Сэм завёл разговор на отстраненную тему, а после предложил сыграть в «Города».       После игры их разговор перетёк в простые рассказы о себе, которые вёл в основном Сэм, а Диппер вовсе не был против послушать множество историй из весёлой жизни Сэма Карлайна (как тот представился).       Вечером Сэм вспомнил о том, что стоило бы приготовить ужин и позаботиться о больном. Он в спешке выбежал из комнаты, и Диппер наконец-то мог насладиться тишиной, после всех этих длинных разговоров.       После ужина, юный доктор забрал пустую тарелку и вернулся в комнату с тазиком тёплой воды в руках. Диппер настороженно и непонимающе посмотрел на того. Сэм подошёл к постели и поставил тазик на пол.       — Сейчас мы позаботимся о чистоте Вашего тела, а затем сделаем перевязку. Не переживайте, я доктор, стесняться не стоит.       — Подожди, что?

***

      На следующий день Диппер решил для себя, что это всё не может так продолжаться. Утро он начал с попытки встать с постели. Сэм попытался его отговорить, но столкнулся с непробиваемым упрямством. Он сдался и сам помог Дипперу встать. Цепляясь за ближайшую опору, Диппер спустился с Сэмом по лестнице на первый этаж. Доктор усадил больного за кухонный стол и стал накладывать завтрак для них двоих.       — А ты вкусно готовишь.       Сэм ответил широкой улыбкой.       — С детства увлекался готовкой. Хотел стать поваром, но родители настояли на том, чтобы я был врачом.       — И тебя устраивает?       — Вполне. Готовить вкусно от этого я не перестал.       После завтрака Сэм наконец-то взялся за свои конспекты, а Диппер маленькими шажками расхаживал по дому, разминал тело и привыкал к движениям после затянувшегося, по его личному мнению, постельного режима.       Уж слишком назойливо цеплялась за взгляд знакомая картина его первых дней в этом доме. Душный воздух и пыльные «горизонтали». Хаотично разбросанные на журнальном столике и диване документы, папки и ещё какие-то мелочи в виде канцелярских принадлежностей, ноутбука, рубашка на спинке стула… пустая бутылка вина, на которую Диппер со вздохом закатил глаза.       Глянув на увлекшегося чтением доктора, Диппер понял, что тот такой же любитель устроить хаос из вещей, стоило только взглянуть на «порядок» из его вещей на столе. Ему дискомфорта это никак не доставляло.       Ходить приходилось рядом со стенкой или мебелью, на которую можно было в случае чего опереться. В ногах постоянно ощущалась слабость, лёгкая дрожь при каждом шаге тоже не давала покоя.       Диппер дошёл до окна и открыл его полностью — свежий воздух тут же ворвался в помещение.       Погода на улице всё больше походила на летнюю, более жаркую и душную.       Все разбросанные бумаги были сложены стопкой на столе. Ненужный хлам и мусор отправился в пакет.       Помещение сразу же стало на вид намного чище и приятнее.       На кухне Диппер взял тканевую салфетку для влажной уборки. Просьбы Сэма, чтобы он сильно себя не перегружал, Пайнс просто проигнорировал. Но позволил юному доктору отнести в гостиную ведро с чистой водой.       Вытирать пыль было не так просто, приходилось много передвигаться. Даже для того, чтобы просто помыть тряпку. Уборка слишком замедлялась, но тело получало необходимую разминку и нагрузку.       Сложнее всего давались верхние полки: из-за поднятых вверх рук раны болели ещё сильнее, так что игнорировать боль было сложно. Но в этом тоже был свой плюс.       Боль помогала отвлечься от ненужных мыслей и глушила тяжёлые чувства, что стягивали грудь.       С уборкой было почти покончено, когда за окном солнце начало касаться верхушек высоких деревьев и медленно прятаться за линию леса. Оставалась последняя полка с книгами. Приложив все усилия, чтобы дотянуться, Диппер не заметил, как сзади кто-то подкрался.       Чья-то рука обхватила его поперек живота, а к виску приставили холодное дуло пистолета. Щёлкнул курок.       — Три, два, один…       Щёлкнул спусковой крючок. Диппер испуганно дёрнулся, замирая всем телом. В следующую секунду он забыл, как дышать.       Ничего не произошло.       Сзади послышался смех. Рука исчезла. Диппер повернулся и увидел Билла, который сел в кресло и держал в руке пистолет.       — Что за шутки?       — Он игрушечный. Какой-то наркоман обронил, когда убегал.       Сайфер положил пистолет на стол. Быстро окинул оценивающим взглядом помещение.       — С каких пор ты за наркоманами гоняешься? — Диппер в удивлении повёл бровью. Он бросил тряпку в ведро с водой.       — Я за ними вовсе не гоняюсь. Я только подъехал на машине и посигналил, когда он пытался обокрасть прохожих. Так испугался, что обронил свою пугалку и дёру дал.       — Ну и зачем тебе эта игрушка? Уверен, у тебя настоящих хватает.       — Хватает. — Сайфер хищно оскалился, склонил голову на бок. Диппер сглотнул. — Сосна, какая пчела тебя за задницу цапнула, что ты в своём состоянии пыль протирать полез? Ещё и этот ученик Джона бессовестно за столом дрыхнет…       Сайфер недовольно посмотрел в сторону кухни. Диппер тем временем подошёл к другому креслу и присел.       — У нас ведь сделка. Обязанности своей стороны я должен выполнять.       Повернувшись обратно в сторону Диппера, Сайфер хотел что-то сказать, но резко передумал. Он немного нахмурился, словно что-то вспоминал.       — Ах да, кое о чём хотел с тобой поговорить.       — О чем же?       Диппер напрягся, когда лицо Билла стало совсем серьёзным.       — О прошлой неделе, когда меня не было. Хотелось бы получить небольшой отчёт от тебя.       — Я вёл записи в тетради. Она в комнате, лежит в ящике тумбочки. Мне сходить?       — Я сам, сиди.       Оставшись ненадолго один, Пайнс позволил себе расслабиться. Не раз ему доводилось наблюдать перепады настроения Сайфера, но каждый раз это вызывало в нём волнение и не давало расслабиться ни на минуту даже в самом непринуждённом разговоре.       Блондин вернулся быстро, уже с тетрадью в руках. Он сел обратно в кресло и открыл первую страницу. Написанный от руки текст немного кривоват. Красиво выведенные буквы, но не очень ровный почерк. Порой, приходилось ненадолго задерживать взгляд на каком-либо слове, чтобы разобрать буквы и понять их смысл. Быстрый взгляд пробежал первые две страницы, не задерживая своего внимания.       Диппер пытался успокоить своё волнение и ускоренное сердцебиение. Он рассматривал предметы в гостиной, вот только взгляд всё время останавливался именно на длинных пальцах, державших тетрадь.       — Ах, так вот кто это…       Диппер вздрогнул. Он растеряно посмотрел на Билла, не понимая, о ком идёт речь.       — Кто?       — Какой-то Мэтью, решивший по причине своей влюблённости стать спонсором твоей сестры.       — Мне о нём рассказала Мэйбл, но я его не успел встретить.       — А вот мне посчастливилось встретить его сразу же после приезда.       — И что скажешь на его счёт?       — Повезёт, если всё пройдёт гладко. Спонсор — это хорошо, меняет дело в нужную сторону. Я бы даже сказал, этот идиот не такой уж и идиот… но, его внезапное появление не входило в мой план. Это раздражает, — мужчина продолжал листать страницы, и теперь увлечённо прочитывал каждую строчку. Диппер готов был поклясться, что, в какой-то момент, у того на губах мелькнула улыбка.       — А в плане парня Мэйбл?       В ответ молчание. Билл продолжал читать записи и упорно игнорировал взгляд на себе. Когда последняя строчка закончилась и сменилась белыми в клетку листами, Билл наконец обратил на парня своё внимание.       — Это не тот человек, который сможет сделать её счастливой.       Диппер удивлённо похлопал глазами и хотел что-то сказать, но мысль оборвалась. Он промолчал. Всё же, он был согласен со словами Билла. Внезапно нарисовавшийся парень, готовый за просто так вложить немалые денежные средства на выступление, доверия не вызывал от слова «Совсем».       Не в этом мире.       — Сейчас у нас другая задача. Уж чего не стоит делать, так это думать о личной жизни твоей сестры. Думай о своей.       Диппер нахмурился и почувствовал, как закипает возмущение в его жилах. В дверном проёме появился Сэм с заспанным, немного помятым видом.       — Извините, Мистер Пайнс, мне нужно позаботиться о Вашем состоянии. Вы скоро освободитесь?       Какое-то время шатен просто смотрел на блондина и пытался понять, что тот имел в виду. После Диппер резко подорвался со своего места и направился прямо к Сэму, который стоял у выхода из комнаты.       — Я в душ. Такого унижения я больше не потерплю!       Не обращая внимания ни на что, Пайнс прошёл мимо замершего в удивлении Сэма. Молодой доктор вопросительно посмотрел ему в след, после растеряно глянул на Сайфера.       — Душ? Но в таком состоянии нежелательно…       — Сейчас ты его не переубедишь. Лучше сходи за мелочью для перевязки. Когда выйдет, поменяешь бинты.       — Хорошо.       Парень ушёл наверх и оставил Сайфера наедине с собой.

***

      Последующие дни были длинными, скучными и ничем не примечательными. Сайфер пошёл на уговор, что отпустит Диппера домой при условии, если он сможет «естественно» передвигаться. Не без согласия молодого доктора, конечно же, который постоянно находился рядом. По его словам, времени у них не к спеху. Билл это понимал: конкурс тоже позволял пока расслабиться. В ближайшие дни, даже неделю, никто не собирался его проводить. Почему так получалось — руководство никого не проинформировало.       Впервые за долгое время Диппер почувствовал себя маленьким ребёнком, с которым возится нянька. Стоило ему сделать что-то не так, споткнуться или болезненно вздохнуть, как тут же появлялся Сэм, готовый применить на практике все свои знания о первой помощи. Такая опека как раздражала, так и мотивировала Диппера на выздоровление. Он старался больше ходить по дому; выходил во двор, подолгу гулял и там…       Сайфера он видел редко. Бывало, что тот приезжал раньше, садился в гостиной или закрывался в своём кабинете, занимался своими делами и закапывался в куче документов.       Никаких разговоров. Даже если они находились в одной комнате. Билл не смотрел в его сторону, не рассказывал о происходящем в студии или о его сестре… от этого Дипперу становилось отвратительно на душе. Не думать не получалось, как и избавиться от повисшего булыжником на шее ужасного, неприятного чувства.       Исключительным стал только один-единственный день в конце недели. Как и всегда, в попытке чем-нибудь себя занять, Диппер наводил порядок на втором этаже, а к вечеру принялся за ужин. Сэма в этот день не было. Всё шло обычно, скучно и как-то неправильно, но как есть…       До прихода Сайфера оставалось всего ничего, ужин почти был готов. Все дела были закончены. В ожидании, парень нарезал круги по гостиной, рассматривал на полках статуэтки, имена авторов книг, прочие мелкие побрякушки… взгляд уловил что-то странное, не похожее на книгу, но так хорошо вписывающееся в общую картину. Присмотревшись, он понял, что это шкатулка. Диппер вытянул её из заборчика книг и удивился: шкатулкой оказалась шахматная доска. Внутри были красивые, резные фигурки, довольно старые, но в хорошем состоянии. Вот и отличное занятие для свободного времени.       Диппер разложил доску на столике, расставил фигуры по бело-чёрным клеткам и начал игру сам с собой.       Игра шла неспешно, но процесс увлекал.       Послышался шум, хлопок входной двери. В гостиной появился Сайфер. Не сказав ни слова, он сел напротив парня и стал наблюдать будто кот. Шахматный бой подходил к своему завершению. Фигур оставалось мало, чёрный Король был в затруднительном положении: в шаге от того, чтобы ему поставили «мат».       Из кухни раздался звон духовки: таймер истёк. Диппер молча встал с места и ушёл на кухню, игнорируя пристальный золотой взгляд. Когда Пайнс вернулся, он увидел, что все шахматные фигуры вновь стояли в первичном положении: они были готовы к бою. Не хватало лишь двух фигур. Подойдя ближе, Билл вытянул перед Пайнсом две руки, в которых спрятались два Короля. Чуть обдумав, Диппер указал на правую руку и получил белую фигуру.       — Белые ходят первыми.       Шатен сел на своё место и сделал свой первый ход пешкой. Игра началась. Свой интерес Билл прятал за толстой стеной равнодушия золотых глаз: он был спокоен и расслаблен. Чем больше разворачивалась игра, тем сильнее Диппер поддавался неловкости и волнению; время от времени он чувствовал на себе прожигающий взгляд. Билл уверенно делал каждый ход, очень быстро просчитывал тактику своего соперника и блокировал его ходы. В шахматы Диппер играть умел достаточно хорошо, но с Биллом в роли соперника… чем дальше, тем сложнее игра. На обдумывание следующего шага уходило больше времени. Билл терпеливо ждал. Казалось, ночной пейзаж за окном был ему куда интереснее, чем сама игра. Однако, на лице проскальзывала лёгкая улыбка, вводящая парня в растерянность и с лёгкостью рушащая его просчитанные комбинации.       — Ты уже сделал свой ход?       Похлопав ресницами, Диппер вернулся в реальность, понимая, что в какой-то момент засмотрелся, и тут же перевёл взгляд на шахматную доску.       — Да.       Сайфер сделал шаг Королевой в другую часть шахматного поля и вновь отдал ход своему партнёру.       — Хочешь мне что-то сказать? Твой взгляд уже нельзя игнорировать.       — Просто не привык к твоему образу, — не отрывая взгляда от доски, парень решил не озвучивать замечания о «продолжительных» взглядах в свою сторону.       — Из-за причёски? — Диппер сделал ход конём, однако быстро пожалел о поспешном решении. Фигура сразу же была убрана с шахматной доски незамеченным Ферзём. — Я всегда был с такой причёской. Просто мой парикмахер пропал на пару месяцев, а искать кого-то другого было лень, да и не хотелось. Он был удивлён моему новому образу. Сказал, что мне он даже шёл. А ты как думаешь?       — Я думаю, сейчас эта прическа лучше смотрится. Только… ты выглядишь как-то взрослее.       Сайфер хохотнул, медленно загнал белого Короля в безвыходное положение и сократил тому варианты для отступления.       — И на сколько, по-твоему, я выгляжу?       Диппер задумался, как бы спасти своего Короля. С каждым шагом вариантов оставалось всё меньше.       — Ну, может, где-то на двадцать пять, может чуть-чуть старше.       — Не чуть-чуть, а на двадцать девять, золотце.       Диппер с откровенным удивлением посмотрел на блондина.       — Тебе шах и мат, Сосна. Это была отличная игра, но я проголодался.       Сайфер поднялся с кресла и ушёл на кухню, возвращаясь уже к своему обычному обличию.