Останься или беги

Спонсоры этой главы: Muse - Hysteria https://www.youtube.com/watch?v=3dm_5qWWDV8 Alice Cooper - Killed by Love http://zaycev.net/pages/22069/2206990.shtml Рен принял во внимание почти все замечания научного руководителя и прислал текст на проверку. Хакс прочитал его по диагонали и ответил: «Прекрасно, вы молодец». Он чувствовал себя выгоревшим. Хакс не мог не думать о Рене, не представлять с ним секс, не строить возможные варианты отношений. Все это постоянно крутилось в его голове, оставляя после себя сплошные сожаления об утраченных возможностях. Рен был подчеркнуто вежлив и максимально безразличен. Он не смотрел на Хакса, а если смотрел, то сквозь него. Зато сенатор изъявила желание пообщаться с доктором Хаксом. Она пригласила Хакса на обед к себе в загородный дом, сказав, что «должна выразить свою благодарность, возражения не принимаются». — Добрый день. — Во взгляде сенатора мелькали искры веселья. — Мой сын предпочитает городские джунгли, — усмехнулась она. — Сюда приезжает по особо торжественным случаям. Приятного аппетита. Обед подали две пожилые мексиканки. Сенатор задала Хаксу множество вопросов. После пятого вопроса он понял, почему сенатор проявляет такое любопытство в отношении его персоны. Хакс не увиливал от ответов, но старательно недоговаривал, а то и менял тему разговора. Сенатор разгадала его маневры и стала задавать более конкретные вопросы, на которые нельзя было ответить неоднозначно. Хакс признал, что его загнали в тупик, и пошел в атаку. — Рен упоминал своего отца, сказал, что мистер Соло не принимал никакого участия в воспитании сына. Это правда или Рен привирает ради красного словца? — Это почти правда. — Сенатор нахмурилась. — Скажите, как продвигается ваш труд о сновидениях? Есть ли прогресс? Вы не сдали книгу в печать. «Она за мной следит?» — Не сдал, — согласился Хакс. — У меня возникли сомнения по поводу ее актуальности. Исследований природы сновидений — невероятное множество. Боюсь, мой труд пропадет в этом океане домыслов, лжи и откровенных фальсификаций. — То есть вы капитулировали, — подытожила сенатор. — Вы читали проект Рена? — Он подтвердил мою теорию насчет Бена и, не скрою, потешил материнский эгоизм. Бен отлично расставил все на законные места. Разгреб бардак в своей душе и в моей заодно. Кажется, он готов — по его собственным словам — свалить в закат. — Поздравляю с единением семьи, — не без сарказма сказал Хакс. — Если что, я не спал с вашим сыном. — Вот как? — Сенатор заметно удивилась. — Вы морально устойчивы. — При чем тут мораль? Ваш сын постоянно доказывал свою неуравновешенность и, не побоюсь этого слова, дикость. Я привык жить в своем размеренном мирке, мне совершенно не нужен ураган по имени Кайло Рен. — Он вам совсем не нравится? — с какой-то странной интонацией спросила сенатор. — Я сожалею, что вы пошли на поводу у своего сына. Разыграли пьесу по его паршивому сценарию. — Хакс оглянулся. — Рен здесь? Он слышит каждое наше слово? Сенатор покраснела. — Я тоже сожалею, — ответила она. — Но вы ошибаетесь. Бена тут нет. — Спасибо за обед. — Хакс встал. — Он одержим вами, доктор Хакс. Он рассказывал вам о своем сне? — Да. Но не говорите, что я первый посторонний человек, услышавший об этом. — Нет, не первый. — Сенатор тоже поднялась. — Психоаналитик назвал сон бегством от реальности, стремлением кардинально изменить жизнь, стать кем-то другим, при этом сохраняя свою целостность. — Госпожа сенатор, при всем уважении к вашей персоне и социальному статусу, я вынужден сообщить, что ваш сын — самый настоящий псих, которого нельзя выпускать в общество. Хакс ждал, что сенатор даст ему пощечину, но вместо этого она расхохоталась, как молоденькая девчонка. Хакс невольно улыбнулся — ее смех был заразительным. — Ой, простите. — Сенатор поднесла к глазам салфетку. — Давно так не смеялась. Политические сборища, как вы понимаете, не способствуют веселью. Бен пробрал вас до печенок? Это в его стиле: наехать танком, а потом сокрушаться над развалинами — так что готовьтесь к нападению. Спасибо, что уделили мне время. Я бы предложила вам поработать в моей команде, но, боюсь, Бен не поймет. Мой шофер отвезет вас в город.

***

Как и сказала сенатор, Рен приступил к полномасштабному наступлению. От занятия к занятию он целенаправленно задевал Хакса, практически срывая лекции. Хакс терпел, притворяясь глухим и слепым, но осознавал, что продержится недолго. — Вы завели кота, мистер доктор наук? — Рен сидел в последнем ряду. Студенты зашушукались, по аудитории прошла волна хихиканья. — Я обещал подарить вам крысу. — Нет, не обещали. — Хакс знал, что не надо реагировать на Рена, но не сдержался. — Прекратите, мистер Рен, иначе я предложу вам покинуть лекцию. — Ну да, конечно, так и я вышел. Все оплачено, мистер доктор наук, поэтому извольте отрабатывать. — В таком случае не мешайте отрабатывать, — спокойно ответил Хакс. — Или у вас сезонное обострение какого-нибудь психоза? — Я всегда такой. Кстати, вам понравились леденцы? В аудитории повисла тишина. — Нет. Отвратительная гадость, — резко ответил Хакс, и парень, сидевший за ближайшим столом, дернулся от неожиданности. — Маскируете запах сигарет? Чтобы мама не ругала? Он понимал, что нужно остановиться, и не мог. В данный момент Хакс, доведенный до крайности, стремился осадить Рена, заставить его заткнуться и показать, что в стенах университета «мистер доктор наук» — не объект для издевательств. — Вы угадали, мистер Хакс. Мама заботится о моем здоровье, поэтому не одобряет курение. Приходится жрать эти чертовы леденцы. Взгляды присутствующих переместились на Хакса. — У меня для вас, мистер Рен, печальная новость. Леденцы не перебивают запах табака. Студенты, как по команде, повернулись к Рену. — Да? — картинно удивился тот. — Неужели? А вы-то откуда знаете? Вы не курите. Не трахаетесь. Не употребляете алкоголь вне стен своего дома. Я бы сказал, что вы вообще не пьете, но иногда в вашем мусорном баке обнаруживается винная бутылка. Дружный поворот к Хаксу. — Как интересно. Вы роетесь в мусорных баках? Считаете себя енотом или готовитесь к жизни бездомного? — Мистер доктор наук, состояние моей семьи позволяет мне вести безбедную и ничем не отягощенную жизнь до конца дней. Моих, разумеется. Часть студентов таращилась на Рена, остальные смотрели на Хакса. — Хоть в чем-то вас судьба не обделила. — Что вы имеете в виду? — Рен насупился. — Природа на вас отдохнула, мистер Рен. В отличие от вашей матери, вы совершенно бесталанный. Так что вам повезло с деньгами. И не советую швырять в меня свой несчастный смартфон, все равно промахнетесь. — Хакс снисходительно усмехнулся, чувствуя облегчение, как после оргазма. — Итак, группа, напомните, на чем я остановился? — Ты лжешь! — заорал Рен, подскакивая. — Тебе понравилась моя работа! Я не бесталанный, зачем ты врешь?! — Я сказал, что мне понравилась ваша работа? — Хакс приложил к губам палец. — Недальновидно с моей стороны. Не стоило вас обнадеживать. Внутри него сворачивалась спираль животной похоти. Разъяренный Рен выглядел опасным, и это возбуждало Хакса. — Сучка, — вдруг выпалил Рен, хватая рюкзак. — Рыжая продажная сучка. — Мистер Рен, я понятия не имею, почему вы утратили контроль над своим языком. — Хакс одарил его ледяным взглядом. — Но мне нужно было сразу очертить рамки нашего общения. Вы зарвались, мистер Рен. Я не буду подавать жалобу декану или сообщать вашей почтенной матери о недостойном поведении ее сына. Я считаю эти непристойности жалкой попыткой обиженного ребенка взять реванш. Сядьте, мистер Рен, иначе я позабочусь, чтобы вы навсегда покинули стены этого заведения. Доктор наук ликовал, когда Рен подчинился. Хакс горько сожалел о случившемся.

***

Рен явился поздно вечером и, особо не церемонясь, ударил кулаком в дверь. — Ты пришел, чтобы сломать дверь? — осведомился Хакс. — Отлично. Уверен, почти сразу будет установлена новая. — Ты меня унизил. — Ты в этом нуждался. — Я хочу, чтобы ты меня трахнул. — А я хочу миллион, остров в Тихом океане и гарантированное отсутствие Кайло Рена. — Я могу дать тебе миллион. — Нет, спасибо. Я недавно выбросил мусор, можешь в нем порыться. — Ты активно используешь смазку. Нет, я не роюсь в мусоре. Десять баксов какому-нибудь бродяге — и он готов все сделать за меня. Зачем тебе смазка, Хакс? Ты ни с кем не живешь, никого к себе не приводишь. Что же ты делаешь со смазкой? Дилдо? Мастурбация? Да, именно. Дрочишь до кровавых мозолей? О, я бы на это посмотрел. — Следишь за мной? — Да. — Рен указал пальцем на дерево, растущее перед домом Хакса. — Там камера наблюдения. — Сними ее, — потребовал Хакс. — Иначе я позвоню в полицию. Рен подтянулся на ветке и залез на дерево. Немного пошуршав, он спрыгнул на землю и показал Хаксу камеру. — Доволен? Хакс смотрел на Рена как на ничтожество. — Зачем ты все это вытворяешь? Камера, мусор, хамство в университете, угрозы. Твоя мать была уверена, что мы трахаемся, пришлось ее разочаровать. — Что ты ей наговорил? — Камера треснула в руках Рена. — Просто сказал, что мы не занимаемся сексом. Это ведь правда. — Я люблю тебя. Хакс всякое представлял, но только не это. — Ты точно на тяжелых наркотиках. Иди, покури сигаретку, съешь конфетку и ложись баиньки, — грубовато сказал он. Рен продолжал стоять. — Я хочу принадлежать тебе, — почти шепотом произнес он, швыряя в сторону сломанную камеру. — Блядь, да что же нужно сделать, чтобы ты меня выебал? — Следи за своей лексикой, — укоризненно сказал Хакс. — Если тебе так неймется, то в городе полным-полно мест, где околачиваются более податливые особи, чем я. — Я хочу секса с тобой. — Мама, купи мне вон того дядю, — плаксиво проныл Хакс. — Пошел вон. — Нет. — Я вызову полицию. — Меня сразу отпустят. — Я подам на тебя в суд за преследование. — Ты проиграешь. Хакс закрыл дверь, небезосновательно опасаясь, что Рен способен выбить окно. Он немного подождал — во дворе было тихо. Хакс заметил что-то блестящее под полкой для обуви. Фантик от леденца. Хакс распахнул дверь и увидел Рена, сидящего в черном «Фискер Трамонто»*. — Иди сюда, — приказал Хакс. — Что это? — Он показал Рену фантик. — Обычно в такие штуки заворачивают конфеты. Фантик называется. — Ты был в моем доме. — Хакс с трудом удержался от того, чтобы не дать Рену по зубам. — Рылся в моих вещах? — Нет. — Рен отшатнулся. — Да. — Но зачем? Зачем? Что ты искал? — Мне было интересно, как ты живешь. Я хотел узнать тебя поближе. — И давно ты сюда ходишь? Тот пожал плечами. — Я сменю замок. — Хакс оттолкнул Рена и захлопнул дверь. Единственным разумным выходом из ситуации казался звонок сенатору, но Хакс так и не позвонил. Он был уверен, что сам справится с Реном.

***

Очередная стычка произошла на следующей лекции. — Вы поменяли замок? — Рен устроился за столом напротив кафедры. Студенты приготовились к развлечению. — Поменял и установил сигнализацию. — Хакс ничего, кроме раздражения, не чувствовал. Он хотел лишь одного: чтобы Рен куда-нибудь исчез. — Сигнализация, — кивнул Рен. — Ясно. Буду иметь в виду. Какое охранное агентство? — Замолчите, мистер Рен. Вы мешаете учебному процессу. — Вы растеряли свое красноречие? Хакс обвел взглядом присутствующих и понял, что все видят в нем жертву, безуспешно отбивающуюся от хищника. Он собрал свои вещи и вышел из аудитории. Это было полным поражением.

***

В разразившемся скандале, который, впрочем, поспешно замяли, победителем оказался Хакс. К его удивлению, студенты заняли сторону преподавателя, подтвердив, что Кайло Рен систематически провоцировал доктора Хакса на конфликт, вел себя крайне неподобающим образом и срывал лекции. Хакса встретили аплодисментами, едва он показался в дверях аудитории. Он сдержанно поблагодарил за поддержку и выразил надежду на успешное сотрудничество. Хакс ожидал возвращения Рена, но тот словно сквозь землю провалился. Он навел справки: оказалось, что Рен все еще числится среди студентов.

***

Хакс мысленно прикидывал, что бы купить на ужин, когда краем глаза заметил Рена, как всегда, одетого во все черное. Хакс нервно дернул дверцу своего красного «Бьюика»**, забыв, что не разблокировал ее. — Ну привет. — Рен неторопливо подошел к нему. — Уделишь пару минут? Отлично, садись в мою машину. Не забудь пристегнуться. «Фискер» сразу набрал полную скорость, Хакса вдавило в сиденье. Он сумел притвориться равнодушным, но Рен уловил его страх. — Не переживай, я ни разу не попадал в аварию, — сказал он, сочувственно глядя на Хакса. — Надеюсь, тебя не стошнит. Как лекции? — Без тебя — замечательно. — Хорошо. А как поживает книга о сновидениях? — Тебе-то что? Кстати, где ты пропадал целую неделю? Рен махнул правой рукой, словно отгонял невидимую муху. — Я читал наброски, который ты прислал Лее. Мы выедем из города и немного покатаемся. Ты не против? — Он опять посмотрел на Хакса. — В общем, я так и не понял, за что ты огреб аплодисменты в Гейдельбергском университете. Честно, не понял. В первой половине работы ты не выпутался из теории сновидений Фрейда, лишь увеличив количество символов. Во второй части ты пытаешься доказать, что существует некий всеобщий разум, который объединяет человечество — по типу коллективного сознания пчел. Голос этого разума заглушается во время бодрствования и функционирует в полной мере во время сна. Для своей теории ты несколько лет записывал и трактовал сны. И попахивает подтасовкой, говоря откровенно. Рассуждения Рена вызвали у Хакса гнев и досаду. Он почувствовал себя уязвленным и неправильно понятым. — Для нерадивого студента ты слишком сообразителен, — заявил Хакс. — А для талантливого ученого ты слишком ограничен. — Подожди. — Хакс оглянулся. — Это дорога к загородному дому твоей матери. — Сейчас там никого нет, и мы побеседуем в тишине. Замки открывались электронной карточкой. Рен поставил машину в гараж и пригласил Хакса войти в дом. — Есть минералка. — Рен открыл холодильник и достал бутылку «Берга»***. — В погребе водится отличное вино. — Нет, обойдусь. — В таком случае устроимся в гостиной. Она здесь, проходи. Рен включил торшер и настольную лампу. — Почему ты вел себя, как дикое животное? — Хакс сел на софу, Рен остался стоять. — Потому что хотел так себя вести. Это очевидно. — Он снял куртку и бросил ее на пол. — Что ты искал в моем доме? — Хотел узнать тебя получше. — Рен расстегнул верхние пуговицы рубашки и стянул ее через голову. — И что узнал? — Ты большой поклонник онанизма. — Рен избавился от футболки. Хакс сидел как на иголках. — Ты это осуждаешь? — спросил он, чтобы хоть как-то отвлечься от вида полуобнаженного Рена. — С чего бы? — Рен наклонился, чтобы развязать шнурки на ботинках. — Я осуждаю твой труд о снах, но насчет онанизма настроен весьма серьезно. Прекрасное времяпрепровождение, не так ли? Обувь и рубашка отправились в компанию куртки. Рен развалился на диване, постукивая пальцами по пряжке и широко расставив босые ноги. Хакс раньше видел эту пряжку**** — в виде наконечника копья с черепом быка посередине. Ее заслоняла одежда, но как-то раз Рен пришел на лекцию голый по пояс и как ни в чем не бывало уселся за первый стол. Конечно же, Хакс потребовал, чтобы он оделся. Рен устроил целое представление, вопрошая однокурсников, стоит ли ему прятать «такой потрясающий торс». — Если бы не фантик, ты бы не узнал, что я шастал по твоему дому. — Рен вытащил ремень из джинсов и накинул его себе на шею. — Ты был аккуратным, я ничего не заметил. Все вещи лежали на своих местах, ничего не было сдвинуто. И ты ничего не взял. — При желании я умею быть аккуратным и выключаю режим «слон в посудной лавке». — Рен не стал раздеваться дальше. — У тебя во всех комнатах растыканы смазка и салфетки. Видать, передергиваешь, где припечет. Уважаю. — Он перебрался на софу. — Я все равно добьюсь чего хочу. — Мое мнение тебя не интересует? — Хакс не мог пошевелиться, скованный непонятным оцепенением. — Нет. — Рен застегнул ремень на своей шее. — Нравится? — Собаку изображаешь? — Скажи, ты дрочил в университете? В туалете, например. Хакс дернул за свободный конец ремня, заставив Рена наклониться. — Один раз. — Ты оставил пятна на черновике. Это вода? — Вода. — Хакс запустил пальцы в волосы Рена. — Случайно получилось. — Это не вода. Ты дрочил на мой черновик. Хакс уронил руку, едва не дернув Рена за волосы. — Я буду ревновать к черновику, — сказал Рен. — Что есть у него такого, чего нет у меня? — Прекрати. — Хакс снова занялся его волосами. — От бумаги пахло ментолом. Твоими чертовыми леденцами. — И что ты представлял, когда дрочил? Вот это? Рен достал из кармана джинсов леденец и, развернув фантик, сунул конфету в рот. — Да, это. — Хакс прикоснулся к щеке Рена, которую оттопыривал леденец. — И это тоже. Рен раздавил леденец зубами и проглотил его. — Мешать будет, — объяснил он. — В мою комнату? — А тут? — растерялся Хакс. Рен усмехнулся: — Не будем осквернять любимую мебель Леи. Комната Рена находилась на втором этаже — такая же огромная, как и гостиная. Передвижной шкаф делил ее пополам. Хакс немного удивился, что обстановка этой комнаты разительно отличалась от остальных помещений. Во всяком случае, простой офисный стол, дешевое кресло на колесиках и столь же недорогая кровать диссонировали с мебелью в столовой и гостиной. На столе находились принтер, монитор с клавиатурой и большая конфетница, доверху наполненная разноцветными леденцами. Хакс заметил, что комната была безликой — не было никаких деталей, говорящих о ее владельце. Здесь мог жить кто угодно, начиная от подростка и заканчивая довольно пожилым человеком. — Что? — Рен проследил за взглядом Хакса. — Я метал ножи в антикварный шкафчик, а на столике времен Людовика XIV вырезал свое имя. Лея поставила канапе, обтянутое серым шелком. — Рен так и не снял с шеи ремень. — Я дал ему ровно три дня. — Почему? — Лея желала привить мне хороший вкус. Разрушение стало моим протестом. К тому же, — Рен полностью разделся, — я люблю разрушать. Хакс не мог заставить себя подойти к Рену, смотрел во все глаза, изнывая от возбуждения. Он спрятал руки за спиной, чтобы даже случайно не прикоснуться к своему члену. — Будешь смотреть? — Рен нарочито медленно дрочил. — Никаких проблем. Все, что захочешь. Я сделаю это для тебя. — Я девственник, — признался Хакс. — Ого. — Рен заулыбался. — Это добавляет остроты. Он обнял Хакса, осторожно целуя. — Я думал, что ты пережил какую-то трагедию, поэтому сторонишься любых связей. — Рен отступал к кровати, увлекая за собой Хакса. — До такого я бы никогда не додумался. — Подожди, не так быстро. — Хакс высвободился. — Я не готов. — А я готов. — Рен опустился на кровать, глядя на Хакса снизу вверх. — Вот уже три года я хочу, чтобы ты меня трахнул. Ты не представляешь, как было трудно сдерживаться. Так с ума можно сойти. Постоянно рядом, всегда на виду. Хакс попятился и остановился, когда Рен поймал его за руку. — Пожалуйста. — Он умоляюще смотрел на Хакса. — Прошу, разреши хотя бы отсосать. — Я не могу. Отпусти, или я тебя ударю. — Хакс запаниковал. — Не трогай меня. — Хорошо. — Рен отвернулся. — Я же сказал — все, что захочешь. Хакс пулей вылетел из комнаты, торопясь покинуть дом. Соблазн и страх были слишком велики.

***

Хакс ждал у ворот, когда подъехал «Фискер». — Извини. — Хакс не смотрел на Рена. — Дело не в тебе, а во мне. — Все в порядке, — отозвался Рен. — Стоило попробовать, не получилось, ну что поделать. Он молчал на протяжении всего пути. Хакс мучительно подыскивал слова, да так и не проронил ни звука. — Извини, — повторил он, выходя из машины. «Фискер» сорвался с места. Хакс ненавидел себя до умопомрачения, но ничего нельзя было исправить.